Хранитель

      Они стояли, не шевелясь, и лишь их губы были в движении. Петунья хотела подойти, но была остановлена какой-то силой, которая охватывала сестренку и этого мальчишку, как куполом, тогда она положила руки на этот купол и, закрыв глаза, очень сильно захотела поддержать их, быть рядом. Впоследствии Петунья сама не могла объяснить, отчего она так поступила. А тем временем сила закручивалась в спираль, отсекая детей от мира.       — Я буду вечно с тобой.       — Я буду вечно с тобой.       — Пока существуем ты и я.       — Пока существуют наши души.       — До скончания миров.       — До конца всего сущего.       И единый выдох, будто один организм:       — Клянусь!       И взрыв! Беззвучный, но от этого не менее сильный. Петунья почувствовала теплую волну, которая пронизала ее от носа до пяток, и будто что-то заглянуло в ее душу, оценивая, достойна ли она. И признавая достойной. И в тот же миг купол исчез, а Петунья, взвизгнув, упала на руки сестры и ее… любимого? Да, любимого, девочка это очень хорошо чувствовала теперь. А еще она чувствовала свою сестру и что теперь они по-настоящему вместе.       — Сев, я… Помню, — проговорила покрасневшая Лили, обнимая Северуса и Петунью.       — Я знаю, любимая, — как-то очень спокойно сказал мальчик. — Теперь у нас есть проблема.       — Какая? — спросила Петунья.       — Сможем ли мы жить, есть, спать друг без друга, — ответила Лили, окончательно смутившись.       — Я думаю, мы найдем выход, — раздался женский голос, и все обернулись.       — Ой, мама, — среагировал Северус.       — Да, малыш, я и не думала, что увижу такое чудо. Лили, твои родители дома?       — Должны быть, миссис Снейп, — задумчиво ответила почему-то Петунья.       — Пойдемте тогда, — сказала женщина.       Петунья почему-то подняла ладошку и замерла, заворожено смотря на огонек, появившийся на ней. Женщина понимающе хмыкнула.       — Впервые? Представь, что он погас. Тебе это нужно просто захотеть. — И огонек погас.       Дойдя до дома Лили, мама Сева извинилась, что пришла без приглашения.       — Давайте сначала уговоримся, что волшебство существует, — она быстрым жестом превратила чашку в мышку и обратно.       Лили не могла отлепиться от Северуса, а Петунья просто держала сестренку за руку. Она поняла, что произошло, и была очень благодарна Северусу и Лили за это. Родители Лили смотрели на детей с удивлением, но сохраняли молчание.       — Не беспокойтесь, — сказала Эйлин, — я вам сейчас расскажу. Очень-очень редко человек встречает половинку своей души. Это огромное чудо. Такое почти не случается, но сегодня я увидела волеизъявление Магии. Мой сын и ваша дочь… они стали единым целым. Нет, — она подняла ладонь, — не в плане того, о чем можно подумать, практически их души слились, и теперь, если детей разлучить, им будет очень плохо. С Магией не спорят. Поэтому нам нужно решить, что делать.       — Это проблема, — сказал мистер Эванс. — Давайте отпустим детей, а сами обсудим.       Дети поспешили наверх.       — Лилс! Что это было? — восторженная Петуния пыталась чего-то добиться от сестры.       — Петунья, — улыбнулся Северус, — ты стала волшебницей.       — А что это было, я не знаю, — проговорила Лили, обняв Северуса и спрятав лицо у него на груди.       — Ви-и-и-и-и! — взвизгнула счастливая Петунья. — Значит, я поеду в Хогвартс?       — Конечно, сестреночка!       Дети были счастливы и совершенно не хотели расставаться. Петунья чувствовала, что она должны быть рядом, а Северус и Лили просто не могли расцепиться.       — А почему я чувствую, что должна быть рядом?       — А что ты чувствовала там, на площадке? — спросил Северус, нахмурившись.       — Что меня продрало теплой волной и как будто просветило… А что?       — Нам нужно в банк. Срочно.       — Да, любимый.       Быстро спустившись вниз и ведя девочек за собой, Северус попросил волшебную палочку у мамы.       — Мама, это необходимость, нам срочно надо в Гринготтс. Очень срочно.       — Хорошо, сын. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.       — Да, мама, — спокойный голос, прямой взгляд взрослого человека.       — Так бывает, — сказала Эйлин, — наверное.       Торопясь, дети вызвали «Ночного Рыцаря» и через пять минут были уже у «Дырявого Котла». Петунии поездка не понравилась. Но другого варианта пока не было. Сестра обнимала девочку, отчего ей становилось легче и теплее на душе. В банке Северус двигался уверенно и сразу же потребовал проверку, сославшись на какой-то закон и какие-то параграфы, удивив тем самым гоблинов. Проверка показала именно то, что он ожидал увидеть. Род Слизерин мог стать приговором, однако позволял скрыть до срока имя рода под кличкой Снейп. Озаботившись специальным кошельком и артефактами из хранилища, Северус покинул банк.       — Видишь, плюшку для старта нам все-таки подкинули, — непонятно прокомментировала Лили, на что Северус только кивнул. — Но все равно получается против всех.       — Получается, — согласился мальчик. — Правда, к зельям мы теперь имунны.       — И к заклинаниям доброго дедушки, — добавила Лили, по итогам прошлого указанного дедушку недолюбливавшая.       — Плюшка сомнительная на самом деле, — задумчиво продолжил мальчик, — учитывая личность текущего Темного Лорда.       — Проверим, так ли он темен… Изгнать-то всегда успеешь, — Лили была спокойна и рассудительна.       Необходимо было принять в род маму и родителей Лили, пока никто не пронюхал, а аналогичный вопрос с Петуньей решился по воле Магии.       — Туни, ты теперь не просто волшебница, а так называемая «чистокровная» — из магического рода и зовешься Петуния Роза Эванс-Снейп. На самом деле Слизерин, но это окружающим знать не надо. Запомнишь? — инструктировала Лили сестру.       — Ой, ага…       — И преподавателя этикета нам надо, — заметил Северус, — для всех этих реверансов.       — Надо, — грустно вздохнула Лили.       Имея память предыдущих воплощений, разбираться в перипетиях мира магии было достаточно просто. Хотя с родом им, конечно, подкузьмили. Так себе плюшка оказалась, с проблемами.

***

      — Мы вернулись, — спокойно сказал Северус, оказавшись в доме родителей Лили.       — Очень хорошо, садитесь кушать, — сказала мама Лили, накрывая детям обед.       — Сын мой, я все правильно поняла? — осторожно спросила Эйлин.       — Вечером примем вас в род, — кивнул Северус. — И надо дом присмотреть…       — В род? — продолжила Эйлин.       — Слизерин, — грустно констатировала Лили.       — Кушайте, кушайте, — сказала Эмма, мама Лили, — потом поговорите.       Пока дети кушали, Эйлин объясняла родителям Лили, что это значит и как меняются теперь достигнутые договоренности. После еды Северус забрал Лили, попросив маму подрессировать Петунию в отношении этикета волшебников, и исчез. Улыбающаяся Эйлин подошла к девочке, которой неожиданно стало страшно.       Северус с Лили, которые были совершенно не в силах разлучиться, что создавало определенные проблемы, отправились решить вопрос с проживанием. У Слизеринов, по идее, должно было быть защищенное поместье, потому, тряхнув гоблинов, дети перенеслись к огромному замку-крепости, ворота которого сразу же приглашающе раскрылись, признавая их магию.       — Основательно, — заметил Северус.       — Все у них основательно, боги же, — ответила Лили.       Войдя в замок, дети прошли по коридорам, точнее, по пыли, которая за много десятилетий слежалась до каменного состояния, и спустились вниз. Основной зал для ритуалов и обрядов, тем не менее, поражал чистотой. В центре зала находился большой камень, визуально больше любого из них в любой проекции, мерно вспыхивавший зеленым огнем.       — Прими детей своих, Слизерин — вдруг прошипел Северус, и Лили его отлично поняла.       — Магия… — прошептала девочка.       Свечение камня стало сильнее и залило весь зал яркой вспышкой, отчего дети на минуту потеряли сознание.       — Здравствуйте, дети мои, — раздался глухой бас откуда-то слева.       Поднявшись и оглядевшись, Лили заметила высокого статного старика с длинной бородой до пола, на которого отреагировала совершенно по-детски:       — Ой, дедушка…       Старик усмехнулся и подошел ближе.       — Много лет ждал я, когда неразумные чада мои вернутся домой, а пришли ко мне посланцы богов с единой душой. Видимо, не осталось детей моих в мире?       — Есть один, наследником Слизерина себя называет, дедушка, — проговорила Лили. — Крестражей наделал, от чего, наверное, потеряет разумность.       — Разорвавший душу не может быть наследником моим! — неожиданно разозлился старик. — Разрываю связь его с родом!       — И изгонять не пришлось, — пробормотал Северус.       — Ну что же, дети мои, рассказывайте, — предложил старик, и дети принялись рассказывать.

***

      Переезд прошел, как по нотам. Ни родители Лили, ни Петунья, ни Эйлин вовсе не возражали против такого. Защищенное поместье, замок — это залог безопасности в современном магическом мире. Родители Лили и Петуньи оказались сквибами, которых магия рода Слизерин сделала слабыми волшебниками. Очень слабыми — на уровне бытовых заклинаний, но тем не менее волшебниками. Этот факт очень удивил супругов, но теперь и им предстояло изучить премудрости этикета, так же, как и получить знания по волшебным наукам. Эйлин раскрылась с неожиданной стороны — как учитель, чувствуя себя полностью счастливой, дети же нарабатывали навыки использования знакомых заклинаний.       Если со старшими Эвансами разница в поведении была не столь очевидна, то Петуния совершенно преобразилась — начала ходить медленно, спина выпрямилась, движения стали мягкими и спокойными. Как этого за столь короткий срок добилась Эйлин, было не очень понятно, хотя Северус что-то подозревал, глядя на длинную линейку в маминой руке.       Закупившись платьями и мантиями, подобрав волшебные палочки, семья была готова к выходу в люди, что они и проделали к концу октября. Оставался почти год для тренировок и подготовки к «школе выживания Хогвартс», как это место называл Северус. А сейчас семья степенно двигалась по Косой Алее, раскланиваясь со встреченными представителями магической аристократии. А дети чутко слушали доносящиеся с разных сторон голоса:       — …вы слышали, говорят, из тени вышел старый род… Что-то со змеями связанное.       — …а еще говорят, что в Мунго этого положили, который Лордом себя называет…       — …Дамблдор всполошился, что-то ищет…       — …печень дракона пять сиклей! Да я тебя….       — …новая метла стала неуправляемой, вот он и…       — …Поттеры своего совершенно разбаловали!..       Это была информация, много важной информации, и Лили привычно раскладывала ее по полочкам, анализируя и отсекая не имеющую практической пользы. Петунья наслаждалась прогулкой, а Северус разглядывал людей, оценивая их опасность. Эйлин, глядя на несколько хищно выглядевшего сына, умилялась. Старшие бывшие Эвансы тихо переговаривались. Семья отметилась, была признана за «своих». Первый экзамен они прошли.

***

      Знаешь, сестричка, ты была капризной злючкой и меня совсем не любила, считала, что тебе все должны. Северус для меня был просто босяком. А потом внезапно все поменялось, как-то вдруг, в один день. Сначала были твои слезы и твои рассказы. Я тебе поверила сразу, вот просто увидела, что все это правда, а потом произошло чудо. Ты встретилась со своим Севом, и вы будто исчезли для всего мира. Ах, хотела бы я, чтобы меня так любили… Это же видно. Как он тебя оберегает, как готов закрыть собой в любую секунду, как смотрит на тебя, как говорит с тобой… Вот оно, настоящее волшебство. Именно это, а не махание палочкой.       А потом я стала волшебницей, и все снова переменилось. И даже как тетя Эйлин добилась от меня всего, хотя я капризничала и даже плакала, но она очень терпеливая, хотя и больно наказывает за лень. Интересно, она маму с папой тоже так учит? Хи-хи-хикс. А еще мне с вами очень тепло, я вас будто чувствую и слышу без слов. Я понимаю, что вы не те, которые были еще год назад, но вы теперь такие классные! Я вас очень-очень люблю!