о, мой милый кот, хочешь кушать, наверное?

В тот день все абсолютно пошло наперекосяк. Над Джэхеном, кажется, решили поиздеваться на работе, потом никак не сложилось с транспортом - произошла какая-то авария, и пришлось ехать на такси. Впрочем, на этом все не закончилось: машина простояла в пробке что-то около часа, и Джэхен успел пожалеть о своём решении работать в офисе в центре города. Переходя дорогу, его едва не сбила машина, а перед самым подъездом лужа грязи решила, что не против, если на ней кто-то, по имени Юно, поскользнётся и упадёт. Новая, белая рубашка, подаренная матерью на недавнем дне рождения, превратилась в тряпку. Позже что-то случилось с дверью, поэтому он не мог зайти в квартиру, а после оказалось, что в холодильнике из еды совсем ничего не было. Заказав пиццу, Джэхен подумал, что все позади, но не тут то было. Доставщик перепутал адреса и поехал не туда. Мать позвонила ему в слезах, что-то бессвязно бормотала, но Юно настолько всё за сегодня достало, что он сказал ей оставить его в покое. В итоге, едва не падая от усталости, Юно лёг в кровать и заснул. На часах было около двух ночи, когда его что-то разбудило. Это «что-то» давило на его грудную клетку, Джэхен едва смог разглядеть чьи-то глаза. Привыкая к темноте, он смог различить очертания животного, и вскоре перед ним предстал кот - с рыжеватой шерстью, местами белой, немного опущенным левым ухом и совсем желтыми, с переливом в оранжевый, глазами. Сомнений не было - это был его кот. Юно хотел было по привычке его погладить - о, мой милый кот, хочешь кушать, наверное? - но по его спине побежали мурашки, целое стадо мурашек, когда он кое-что вспомнил. Его кот умер неделю назад. Он был похоронен на кладбище домашних животных в районе дома матери, в деревне. Юно как сейчас помнил, как его слёзы смешивались с каплями дождя, когда он рыл ему яму. Его семья взяла Чарли, когда тот ещё был совсем котёнком. Юно тогда как раз заканчивал второй класс младшей школы, и этот кот пережил с ним практически все: и ужасные экзамены, и поступление в университет, и выпуск, поиск работы, два расставания и смерть отца. Поэтому тяжело было отпускать его вот так, хотя это было понятно уже давно: старость Чарли давала о себе знать. Но вот, он снова сидит перед ним, словно никогда и не умирал. И яростно смотрит ему в глаза. Внутри Юно захлестнула паника - он очень хотел встать с кровати и убежать отсюда, как можно дальше, ведь откуда здесь взялся, раньше мёртвый, кот? Но оказалось, что двигаться он не мог совсем. Даже голову повернуть. А Чарли все продолжал смотреть. От него воняло землей, сыростью, и чем-то ещё, донельзя противным. Юно хотелось вырвать, казалось, что весь ужин - а за ним и органы - хотят вырваться наружу. И все, что он мог - испуганным взглядом смотреть на кота, который будто с каждой секундой набирал вес и все больше давил ему на грудь. Дышать ставало все труднее. Перед Юно то и дело всплывали кадры из событий недели назад. Он ведь точно закопал именно своего кота, и именно Чарли сидел сейчас здесь, это не могло быть ошибкой. Но мозг не хотел это воспринимать. Тем временем кот наклонился и принюхался. В его глазах что-то блеснуло, он потерся об шею Юно и продолжал нюхать его, будто что-то искал. Через пару секунд он остановился - а вместе с тем, будто и весь мир - и резко впился в шею зубами. Джэхен хотел кричать. Кот кусал его, кусал каждый кусок его кожи на шее, а дальше и на плечах, спускаясь все ниже. Кусал, вырывал и глотал все, что мог, будто это был не Юно, а очередной кусок мяса какой-нибудь птицы на завтрак. Было невыносимо больно, Джэхен словно был на грани обморока - он чувствовал, как кровь стекает по его телу, впитываясь в одеяло и простынь. В воздухе витало уже совсем другое - смесь лёгкого железа и могильного запаха, и это бы непременно вызвало рвоту у всякого, кто находился бы в этой комнате. Джэхена душил страх: он не понимал, что происходит, и не мог даже пошевелиться, в то время как его ел кот. Возможно, при нормальных условиях он бы уже потерял сознание, но оно все не оставляло его, и Юно молил всех богов, чтобы это прекратилось. Боль была настолько велика, что Джэхен вскоре просто лишился чувства боли, и все, что он мог, это молча наблюдать за котом, поедавшим его. Он сходил с ума. Все, на что было способно его тело в тот момент - на слёзы, они стекали к волосам и подушке, которая уже стала просто кровавым месивом. Через некоторое время кот подобрался к лицу, и, вплотную к нему приблизившись, начал облизывать его. Где-то на тумбочке зазвонил телефон, но слышно это было едва уловимо, будто в ушах была вата, много ваты, заглушающей ему все звуки в мире. Все, кроме одного - звук жевания, поедания чего-то, чего-то, что скорее всего является его телом. Что? Его ест кот? Юно сейчас умрет? Какой абсурд. Джэхен чувствовал этот запах. Запах смерти. Запах смерти, пришедшей за ним. Только по какой причине? Юно не знал, и думать об этом не мог, паника и страх завладели ним. Этот запах был знаком ему, но не так близко; когда умер кот, запах был, но будто не принадлежал ему, Джэхен к нему не имел отношения, было противно, но он это игнорировал. Сейчас же, совершенно точно, смерть пришла за ним. Кот, добравшись до глаз, перестал облизывать некогда его хозяина, и впился в них своими зубами, вырывая полностью глазные яблоки и глотая их. Джэхен перестал видеть, но все ещё мог слышать и чувствовать, как смерть настигает его. Слишком неожиданно, слишком рано - он ведь столького не успел сделать, столького почувствовать - кто же знал, что все будет вот так? Это казалось таким нереальным, будто сейчас зазвонит будильник и Юно, проснувшись от ночного кошмара, как всегда пойдёт на работу. Но в то же время это было слишком реалистично, все эти запахи и ощущения, на такое его мозг способен бы не был. Перед тем, как полностью покинуть сознание, Джэхен на секунду снова прочувствовал всю боль - она была невыносимой, было ощущение, будто его облили водой: кровь стекала, впитываясь в одеяло, кровать, и, кажется, в его оставшуюся кожу. Но Юно уже этого не видел. И больше не смог. *** - Юно, ты... ты меня слышишь? С мамой что-то случилось, я не знаю... кто с ней такое сделал... Юно, мы должны поехать сейчас к ней, вставай! - дрожащим голосом кричала, чуть не плача, сестра Джэхена зайдя в его квартиру, на удивление открытую, и направилась к комнате. - Юно, мне звонила соседка, она рассказала такие ужасные вещи... Я не верю... Она умерла, Юно, мы должны... - подходя к комнате, она почувствовала ужасный запах. Запах свежей крови и чего-то ещё, противного и мерзкого. С детства имея проблемы с обонянием, заходя, сестра Юно не почувствовала запаха, но стоя сейчас перед дверью в спальню Джэхена, внутри неё зарождалась паника. Липкий, отвратный страх окутывал ее ещё больше, она боялась, что может быть за этой дверью. Суён чувствовала, что ее сейчас вырвет, а ещё что сознание постепенно покидало девушку. Она тихо прикоснулась к ручке тёмной двери и надавила на неё. Спасти Юно вдруг чего было для неё важнее. Дальше все было для Суён как в тумане. Чье-то изувеченное тело лежало на кровати, которая в свою очередь была вся промокшая в крови. Отскочив от прохода в комнату, она закричала, упала на пол и зарыдала, как вдруг почувствовала движение вокруг себя. Открыв заплаканные за ночь глаза, Суён замерла в испуге. О неё терся кот. С рыжеватой шерстью, местами белой, немного опущенным левым ухом и совсем желтыми, с переливом в оранжевый, глазами. Чарли поднял на неё взгляд и остановился. Суён истерически засмеялась. - Вот как, ты решил убить нас всех? Бедный, голодный Чарли, не насытился мамой, и пришёл за ним? Теперь на очереди я? Кот все так же впивался в неё своим взглядом. Где-то на улице послышалась сирена полиции. - Что ты за монстр? Ненавижу тебя, ты лишил меня всего, это ведь ты все сделал, правда? Я все знаю, я чувствую это, ты самая мерзкая тварь из всех существующих в мире. - Суён приподнялась и потихоньку отступала в сторону выхода. - Ты лишил их жизни, ты не имел на это права, как ты, черт возьми, смог выжить? Дьявол, ты самый настоящий дьявол, я чувствовала это с твоего первого появления в нашем доме. Ты был странным, но никто этого не замечал, только я. Суён понимала, что сейчас эта тварь может убить и ее, но чувство гнева затмевало всё. - Может, ты убил и отца? Он ведь пропал, и не просто же так, да? Это ты с ним что-то сделал, я знаю. Внезапно Чарли прыгнул на неё, впуская когти в ткань свитера. Суён попыталась оттащить его от себя, но ничего не получилось - в того как будто что-то вселилось, он кусался, вырывался и царапался с какой-то некошачьей силой. Еле откинув его от себя в сторону стены, она быстро забежала в первое ближайшее место для того, чтобы спастись. Балкон. Успев захлопнуть дверь, Суён наблюдала, как яростно Чарли пытается забраться к ней. Прислонившись к двери спиной, она медленно сползла и заплакала. Это все было слишком мучительно. И нереально. Будто все происходило не с ней. С кем-нибудь другим, но точно не с ней и ее семьей. Юно, мать, она; вероятно, отец, - кто должен был быть следующий в этой цепочке смертей? ***

Бедняжку так жаль! Сама на глаза навернулась Непрошенная слеза. Напрасно зовёт ребёнок Свою умершую мать. (Минамото Санэтомо)

Новости об внезапной смерти матери и ее сына прогремели на всю Корею, никто не мог понять, как так могло случиться? Это было слишком ужасно; те, кто знали семью Чон, всегда были о них высокого мнения, и тут убийство - из-за чего? На похоронах было много людей, никто не мог поверить в случившееся. Особенно стало тяжело Суён. После допросов, разбирательств и всего прочего, ее отправили лечиться в психбольницу, так как вследствие увиденного она полностью потеряла рассудок. Одной тёплой ночью, лёжа в палате, Суён увидела, как медленно открывается дверь и к ней заходит Юно - снова живой, целый, и невредимый, а следом мать, которая выглядела ещё лучше, чем в последние дни своей жизни. Они, кажется, проговорили всю ночь, о всяких мелочах и совершенно неважных вещах. Что ты сегодня ела на завтрак, Суён? Кровать неудобная, соседи шумные, врачи дают бесконечно таблеток. Позавчера было красивое небо во время заката, а ещё хотелось отсюда сбежать, здесь слишком все пропахло медикаментами. Суён ничего не пугало, впервые за очень долгое время она чувствовала себя настолько умиротворенно, как, кажется, не чувствовал себя никто другой. В ту ночь Чон Суён скончалась от остановки сердца.