Между Луной и Солнцем

“Прежде чем уйти, открой ты небо над собой”Наруто:Ураганные Хроники, опенинг 6, Jackie-O

Яркий свет разбудил меня. Медленно открывая глаза, кроны деревьев грациозно нависали надо мной, а ветер будоражил листья. Яркое голубое небо виднелось над ними. Стоп. Сейчас не время любоваться природой. Где я вообще нахожусь? Разве я не умерла? Это место точно не похоже на больницу. Долго думать мне не дала резкая боль, которая вмиг распространилась по всему телу. Спина горела, было невыносимо больно. Да не только спина, но и голова разрывалась от боли. В этот момент, я даже начала сомневаться, что на моем теле есть нетронутое место. Я попыталась встать, посчитав, что это было лучшим решением в данный момент. Каждое движение сопровождалось болью по всему телу, и идея встать уже не звучала так заманчиво. Я шипела и кряхтела, но в конце концов смогла подняться с поддержкой ближайшего дерева. То ли тело было настолько тяжёлым, то ли я настолько ослаблена, что даже не могла самостоятельно стоять. Единственное, что меня радовало в этот момент, это то, что спина уже не болела так сильно. Конечно, она всё ещё ныла, но боль была не такой невыносимой, как раньше. Встать-то я встала, но что теперь делать? Я еле держалась на ногах и вряд ли смогла бы сделать хоть шаг. Я осмотрелась и не увидела ничего, кроме деревьев. Как и думала, я оказалась в лесу. Но как? Я же была в городе, и везде лежал снег. А теперь ни снега, ни города. Неужели это сон? Тогда почему все так черт побери болит? Я опустила глаза и удивилась ещё сильнее. На мне не было пальто и джинсов, в которых я была, когда меня сбила машина, а какая-то рваная и грязная белая футболка и чёрные шорты. А мои руки казались слишком… маленькими? — Капитан, здесь ребёнок, — донесся мужской голос откуда-то сверху. Я резко повернула голову в сторону звука, но в следующую же секунду пожалела об этом, так как моей голове эти движения явно не понравились. Черт возьми, почему же так больно? На ветках деревьев стояли пять человек в масках, каждый на своей ветке. Они появились будто из ниоткуда. На них была какая-то странная чёрная униформа с серыми вставками. Через секунду они уже спустились ближе ко мне, но всё равно не подходили — просто стояли напротив. Их внешний вид не вызывал доверия. Ни разу не видела настолько странно одетых людей — да ещё и по деревьям лазящих. Чудаки… С каждой секундой мне становилось всё хуже. Я попыталась сделать хотя бы шаг, но ноги меня подвели, и я начала падать. Уже готовая поцеловать землю, я внезапно ощутила крепкие руки, обхватившие меня за плечи. Меня аккуратно развернули на спину, поддерживая голову рукой. Доверять этим чудакам не казалось хорошей идеей, но выбора не была. Хуже уже быть не может. — По… могите, — медленно прохрипела я, так как на большие была не в состояние. Мое сознание покидало меня. В глазах начало темнеть. — Капитан, что мы будем с ней делать? — спросил кто-то из них. — Возьмем с собой, —тихо проговорил человек, который держал меня. Это было последние что я услышала, прежде чем отдаться темноте. *** Во второй раз я уже проснулась в больничной палате. Чувствовала себя намного лучше, даже смогла присесть и облокотиться на спинку кровати. После недолгих раздумий я склонялась к выводу, что тот лес был всего лишь очень реалистичным сном. В палате кроме меня никого не было. Хоть тут и было две кровати, одна из них пустовала, а я занимала ту кровать, которая была ближе к окну. Было не слишком светло, так как шторы были закрыты. Посередине висела синяя штора для обеспечения приватности, но раз я была одна, её убрали в сторону. Я лежала на кровати и ждала, пока ко мне зайдёт больничный персонал. Уже подумывала подняться и самой кого-то позвать, как услышала долгожданный звук открывающейся двери. Я подняла голову и посмотрела на входящую. Это была юная девушка с длинными чёрными волосами, собранными в высокий хвост. Она медленно подходила к моей кровати, не отрывая взгляда от папки, которую держала в руках. Мне показалось, что она и вовсе не заметила, что я проснулась. Но когда девушка оказалась совсем рядом, она всё-таки подняла голову. Её взгляд встретился с моим, и глаза слегка расширились. Она остановилась и посмотрела на меня. Я в ответ продолжала наблюдать за ней. — Привет, — она приветливо улыбнулась, когда отошла от своего паралича. — Как ты себя чувствуешь? — Здравствуйте, — прохрипела я в ответ. Я начала откашливаться, чтобы убрать хрип из голоса. Медсестра положила папку на тумбочку рядом с кроватью и аккуратно наливала воду из графина. Когда она протянула мне стакан, я взяла его с небольшой дрожью в руках и сделала несколько глотков. — Спасибо…— вырвалось у меня тихо, почти шёпотом, и я почувствовала, как немного смущаюсь перед этой юной девушкой, которая внимательно следила за каждым моим движением. Она казалось мне немного странной. — Так теперь… мне нужно тебя обследовать. У тебя наверное много вопросов и у меня к тебе тоже есть парочка, но сначала я должна убедится что с тобой все в порядке, — она сняла с шеи cтетоскоп и взяла его в руки. «Вы даже не представляете сколько у меня вопросов» , подумала я. Я смутно помнила, что со мной произошло до того, как очутилась в лесу. Только лес и тех чудиков на дереве хорошо помнила. Меня сильно напрягало, что воспоминания были расплывчатыми. Не знаю, как себя чувствуют люди, которые просыпаются из долгосрочной комы, но уверена, что недалеко ушла от них. Она попросила меня приподнять больничную рубашку, чтобы измерить сердцебиение. Я слегка опустила голову и потянула руки к краю белой ткани. Они казались мне удивительно маленькими и тонкими, покрытыми множеством глубоких царапин и синяками. А прядки волос, которые попали в поле моего зрения, были совсем не привычного каштанового цвета. Руки зависли на месте, и я пялилась в одну точку, словно не в силах поверить своим глазам. — С тобой все хорошо? — услышала я приятный голос медсестры и теплое прикосновение ее руки на моем плече. — Да, — не задумываясь ответила я. У меня было очень странное чувство. После пары маленьких тестов, она взяла свою папку и начала туда что-то писать. — Я знаю, что ты только проснулась, но позволь задать тебе пару вопросов, — попросила медсестра с улыбкой. Я кивнула, но потом робка добавила: — Хорошо, только перед этим, могу ли я сходить в туалет… пожалуйста. Неизвестность пугала меня. А в данный момент все было неизвестным. Я очень надеялась что в туалете будет зеркало и когда я туда посмотрю на меня в ответ будет смотреть семнадцатилетняя девушка с карими глазами и каштановыми волосами. — Да, конечно. Давай я помогу тебе встать. — Нет, спасибо. Я могу сама, — сама встать я точно смогу. Тем более мне было неудобно принимать помощь от незнакомки, хоть она и была медсестрой. Я начала медленно вставать. Было трудно из-за боли в спине и ещё нескольких участках тела, но мне удалось сесть на кровать и свесить ноги. Они не доставали до пола, поэтому пришлось аккуратно спрыгнуть. Я чуть не потеряла равновесие при приземлении, но девушка вовремя подхватила меня и помогла уверенно встать на ноги. — Ну-ну осторожно, твоё тело ещё не окрепло, поэтому не напрягайся слишком сильно. Туалет прямо за дверью с правой стороны. Может тебе помочь дойти? —в который раз спросила девушка. Я отрицательно покачала головой. Хоть я и чувствовала дикую слабость, но дошла до туалета. Открыв отодвигающиюся дверь, я увидела самый обычный публичный туалет с четырьмя кабинками и стоящими напротив умывальниками. Над каждым умывальником висело квадратное зеркало. Я сразу же направилась к ближайшему. Я была одного роста с умывальником, поэтому даже не смогла увидеть свое отражение в зеркале. Пришлось вставать на носочки и держаться руками за умывальник. «Что?» Человек, который смотрел на меня, был мне чужд. Большие золотистые глаза отражали ужас и недоумение. Растрепанные голубые волосы с одной белой прядью на лбу и челка, которой у меня никогда прежде не было. Всё это было совсем не моим. Я коснулась рукой своего лица, и девочка в зеркале повторила это движение. Отражение копировало всё мои движения, но я не могла поверить, что человек в зеркале — это я. Я начала отступать назад, но ноги не выдержали, и я упала на пятую точку. Я снова подняла правую ладонь и внимательно всмотрелась в каждый её миллиметр, пытаясь осознать, что это действительно моё тело. Она казалась миниатюрной, совершенно не похожей на конечность здоровой семнадцатилетней девушки. Я пыталась убедить себя в том что это сон, но глубоко внутри знала, что всё это слишком реалистично чтобы быть сном. В голове просто не укладывалось что произошло. Тело было явно не моим. Я попыталась сложить логическую цепочку событий, но ничего не клеилось. А что я вообще помню? Помню как меня сбил грузовик, потом то чувство парения в воздухе и странные голоса. После этого я очнулась в лесу и попала в больницу. Но все воспоминание до леса были слегка туманными, как будто что-то давно забытые. Зима… В момент аварии кругом лежал снег и было холодно, а теперь, в лесу, ни снега, ни холода не ощущалось. «Неужели я умерла?» Эта пугающая мысль вертелась у меня в голове, но никак не могла закрепиться. Неужели я действительно умерла тогда? А может, я просто в коме, и всё это мне снится? В тот момент, когда меня сбила машина, я была уверена — это конец. А теперь я вижу, дышу, думаю — я жива. Но есть одно большое «но»: это тело явно моё. «Я что… переродилась?» Да быть такого не может. Это бред... Но найти другое объяснение я просто не могла. Я думала, что такое бывает только в историях, но никак не в реальной жизни. Я никогда не верила в реинкарнацию, не верила что может быть дарован еще один шанс. Помню странные голоса, после смерти. Неужели это были боги? Я поднялась на ноги. Под умывальником лежала маленькая табуретка, я выдвинула её и забралась на неё. Теперь я могла хорошо видеть себя в зеркале. Передо мной стояла девочка лет трёх, может, четырёх. Она была удивительно худой, будто долгое время недоедала. Выражение «кожа да кости» идеально описывало её тело. На лице и плечах виднелись ссадины и синяки. Но несмотря на это, маленькая девочка выглядела довольно мило. Её внешность была уникальной: никогда в жизни я ещё не видела натуральных голубых волос. Ей же не могли покрасить волосы в таком раннем возрасте. Да и на парик это явно не похоже. Еще и эта белая прядь на фоне голубых локонов, придавала ей особый шарм «Интересно, куда делась первоначальная владелица тела. Если я попала в это тело, значит душа, которая была в нём изначально, исчезла. Неужели она умерла?» Я и представить не могла что могло произойти с этой девочкой в таком раннем возрасте. Сердце сразу потяжелело от этой мысли. Мои глаза все так же были сфокусированы на моем отражении в зеркале. — Как же тебя зовут? — прошептала я сама себе. Голова вдруг начала болеть, и я зажмурилась, схватившись за неё обеими руками. Через несколько секунд боль отступила. Казалось, будто кто-то насильно впихнул мне в голову информацию о девочке. — Юкико… Юкико Ренэ, — произнесла я. Несмотря на оригинальность этого имени, девочке оно очень подходило. Я не знала как это объяснить, просто чувствовала что это родное имя этого тела. Мне оно очень даже понравилось. Конечно не русское имя к которым я привыкла, но это меня ни капли не смущало. Вскоре я вернулась в палату, где меня ждала медсестра. Она всё ещё сидела на табуретке напротив моей кровати, держа в руках свою папку. Шторы были раздвинуты, так что дневной свет проникал в комнату через окно. Мне хотелось побыть одной и все обдумать, тем более я еще не отошла от шока, но мне нужна была любая информация, которую я могла получить от этой девушки. Может она знала владелицу этого тела? — Извини, что так сразу накидываюсь на тебя с вопросами, но это необходимо для протокола, — сказала она. Я лишь кивнула ей в ответ. — Ты можешь, пожалуйста, сказать мне свое имя? — Юкико Ренэ, — я немного разочаровалась. Медсестра, видимо, знала о девочке столько же, сколько и я — то есть ничего. — Меня зовут Акико Кагами. Очень приятно с тобой познакомится. Я буду присматривать за тобой до твоей выписки из больницы, — представилась она с дружелюбной улыбкой на лице. — Юкико-чан, теперь мне нужно, чтобы ты была со мной предельно честна, от этого зависит твое будущее, — она уже не улыбалась так, как раньше и её взгляд стал серьезным. Я сглотнула и отвернулась от нее, устремив свой взгляд на руки. — Ниндзя нашей деревни нашли тебя в лесу. Они решили принести тебя сюда, в Коноху, потому что ты была вся в ранах. «Коноха… звучит очень знакомо… Стоп… быть такого не может.» Я неверяще уставилась на девушку передо мной с дикими глазами. Меня будто током шибануло, когда я поняла о чем она говорит. — Г-где вы сказали я сейчас нахожусь? — переспросила ее я. — В Конохе, Деревне Скрытой В Листве, — повторила она спокойно. Теперь все сходилось. Мое новое имя было японским. Странный цвет волос, который не увидишь в нашем мире. Черт, я даже все это время говорила по японски, не замечая этого. Неужели я попала во вселенную "Наруто"?! Быстро встав с кровати, я подошла к окну. Распахнув его, я выглянула на улицу и начала искать что-то, что наверняка подтвердит мои мысли. Повернув голову влево, я увидела огромную скалу, на которой были высечены головы четырёх Хокаге. Увиденное поразило меня до глубины души. Я думала, что такое возможно только в фанфиках про попаданок, и даже представить себе не могла, что сама стану одной из них в мире "Наруто". — ...ко-чан, Юкико-чан, — я услышала как меня кто-то звал только когда ощутила тепло чьей-то руки через тонкую ткань больничной рубахи. Я резко обернулась. Акико-сан стояла позади меня. — С тобой все в порядке? — она смотрела на меня с беспокойством в глазах. — Эм… да, да, со мной все хорошо. Просто всегда хотела побывать в Конохе и посмотреть на скалу Хокаге… Извините, — я попыталась натянуть самую яркую улыбку, на которую была способна в моем состоянии. Сказать что я в шоке – ничего не сказать. Медсестра лишь как-то странно на меня посмотрела и попросила лечь обратно в кровать. — Итак, как я и говорила, тебя нашли в лесу наши ниндзя и принесли в Коноху. Ты была в весьма плачевном состоянии. Ты спала три дня и вот наконец сегодня проснулась. Расскажи, как ты очутилась в лесу, — Акико-сан выжидающе посмотрела на меня. — Я ничего не помню, —тут же выпалила я. Воспоминаний этой девочки у меня не было, только ее имя и ещё пару фактов, а также знание японского, за что я уже была очень благодарна. — Простите. Помню только как очнулась в лесу, ничего до этого не помню. — Потеря памяти, значит, — пробормотала она себе под нос и записала что-то в своей папке, которая скорее всего являлась моей мед-картой. — Кроме тебя, в лесу было ещё несколько жертв. Если ты что-то вспомнишь обязательно расскажи мне. Я хотела спросить, что она имела в виду под ‘‘жертвами’’, но она сразу же переключилась на другую тему. Акико-сан продолжила меня расспрашивать. Но ее расспрос не дал ей какой-либо полезной информации, лишь только сколько этой девочке лет и дату рождения. Я смогла вспомнить лишь это, когда была в туалете. Юкико Ренэ было всего четыре с половиной годика когда она умерла. Она умерла, ещё маленьким ребёнком, который толком не успел повидать мир. Мне становилось тошно от этой мысли. А родилась она восьмого февраля. Она была дитя зимы. Зима подарила ей жизнь, тогда когда у меня она ее отобрала. После расспроса, Акико-сан покинула мою палату, добавив перед этим что заглянет ко мне завтра. Конечно у меня были ещё вопросы, но я хотела для начала все обдумать. Да и просто мне хотелось побыть одной. Как только за Акико-сан захлопнулась дверь, слёзы потекли из глаз одна за другой, словно по команде. Тихий плач вскоре превратился в настоящую беззвучную истерику. Слёзы, которые я сдерживала весь день, вырвались наружу. Мне было так жалко себя. Я умерла, не успев сделать ничего из того, что планировала долгие годы. Я хотела выйти замуж, завести семью и жить счастливо. А в итоге… я умерла в семнадцать лет и попала в жестокий мир шиноби, где убийство может стать частью твоей ежедневной рутины. А еще, мне было жалко девочку которая умерла такой маленькой. Умерла в том чертовом лесу. — Прости меня… прости. Теперь я буду жить за тебя,— сказала я через всхлипы. В тот вечер я многое осмыслила. Шок от смерти и перерождения постепенно стал утихать. Я решила сделать всё возможное, чтобы прожить эту жизнь счастливо и не умереть в мире шиноби! С этими мыслями я погрузилась в царство Морфея. *** На следующий день, Акико-сан и правда ко мне зашла во время обеда. Спросив как у меня дела, она опять начала обследование. После этого, она собралась уходить, но я не собиралась ее так легко отпускать. У меня было к ней куча вопросов, на которые мне было необходимо узнать ответы. — Акико-сан, когда меня выпишут из больницы? — спросила я. — Ты довольно быстро идешь на поправку. Думаю где-то через неделю, тебя уже должны выписать, — на ее лице, как и вчера, была улыбка. — А что будет после моей выписки? — Прости, этого я тебе пока не могу сказать. — А в лесу нашли ещё кого нибудь кроме меня? — Прости, я ничего не знаю, — вот врунья, вчера же сказала, что были ещё «жертвы». После этих слов, она поспешила уйти. Я опять осталась одна. <і>«Не доверяют значит,» догадалась я. Хоть они и принесли меня в деревню, ко мне нет ни капельки доверия. Я легко могу оказаться вражеским шиноби. Несмотря на то что я маленький ребенок, я чужак в их глазах. Если она не знает что со мной будет после выписки из больницы, это значит что они еще не решили что со мной делать. Но почему она не хочет мне ничего рассказывать про то место, где меня нашли, я не понимала. Хоть у меня оставалось куча вопросов к ней, я понимала что она не может мне ничего сказать в данной ситуации. Мне нужно подождать, пока они не будут уверены, что я просто беззащитный ребенок. Мне нужно было узнать в какое время по сюжету я попала. Какого возраста главные герои? Родились ли они уже? Судя по головам Хокаге, сейчас время правления либо третьего либо четвертого Хокаге. Весь оставшийся день меня никто не тревожил, и я умирала от скуки. Пару раз приходила другая медсестра и приносила еду. Это дало мне ещё больше времени на размышления, ведь занять себя было нечем.

***

В течение следующих двух дней меня тщательно проверяли, пытаясь выяснить, представляю ли я угрозу для деревни. Ко мне приходили люди и задавали разные вопросы. Чаще всего меня спрашивали о родителях или «сопровождающих», а я отвечала, что не помню. Поняв, что я говорю правду и не представляю опасности для деревни, было решено оставить меня здесь. Позже ко мне перестали заходить посторонние, не являющиеся шиноби, а поскольку у меня не было документов, мне сделали новые. Итак, я была официально зарегистрирована как житель Конохи. От этого хотелось одновременно рыдать и смеяться сквозь слёзы. Я оказалась в самом центре событий, но не факт, что жизнь в другой деревне была бы проще. Я провела в больнице ещё неделю. За это время Акико-сан стала частым гостем в моей палате, ведь она отвечала за меня как медсестра. От неё я узнала много полезной информации. Атака Девятихвостого произошла пять лет назад — об этом я узнала, когда расспрашивала Акико-сан о её семье. Из родственников у неё остался только отец, а остальные, как она мельком упомянула, погибли во время нападения Демона-Лиса на деревню. Мы не стали углубляться в эту тему: было очевидно, что Акико-сан неприятно говорить об этом. Сейчас девушка работала в госпитале на пол ставки как ирьенин, но мечтает работать на постоянной основе. Она была просто замечательным собеседником. Я даже провозгласила её своим ангелом: она скрашивала мои серые дни в госпитале и приносила книги. Помимо речи, я ещё и отлично читаю по-японски. А малютка при этом вовсе не промах! Акико также объяснила мне, что я все таки являюсь шиноби, о чем говорит моя чакра. Проще говоря, о карьере думать не нужно было. Выбора у меня все равно не было. После выписки меня отправят в приют, где я буду жить до поступления в академию. В апреле, когда я буду поступать в академию, мне будет выдана квартира и я уже буду жить сама. Мне придется провести примерно полгода в приюте, так как сейчас на дворе стояло лето. Я была очень благодарна Акико-сан за то что она мне все подробно объяснила.

***

Мои деньки в больнице проходили спокойно и через неделю я уже полностью выздоровела. Меня ждала выписка. И вот, я и Акико-сан стояли напротив больницы и ждали человека, который должен был забрать меня в приют. — Не забывай хорошо питаться, это очень важно в твоем возрасте, — читала мне лекции Акико-сан. — Не переживайте, я буду очень хорошо питаться и высыпаться я тоже буду, — пыталась убедить ее я. На моих губах играла легкая улыбка, мне было очень приятно чувствовать заботу другого человека. Она вздохнула и слегка покачала головой. Акико-сан нагнулась до моего роста и внимательно посмотрела мне в глаза. — Ловлю тебя на слове, — она улыбнулась мне своей яркой улыбкой и потянула руку к моей голове. Через мгновение, я почуствовала как она гладит меня по голове. <і>«Такое приятное чувство» — Спасибо вам за все, Акико-сан, — прошептала я. — И тебе спасибо, Юки-чан. Я не совсем поняла, за что она меня благодарит, но я уже не стала ничего спрашивать. Было даже немножко грустно покидать госпиталь. Это значило, что я уже не буду видеть Акико-сан каждый день. Она была пока что единственным человеком в деревне с которым у меня выстроились дружеские отношение. А еще мне было страшно идти в приют. Я не знала что меня там ждет, а неизвестность пугала. Буквально через несколько минут, к нам подошел мужчина. На вид, ему было лет двадцать пять. Мы поздоровались с ним. — Вещей у тебя нет? — спросил он безэмоционально, словно я была для него лишь очередным заданием, с которым он должен справиться. — Нет, — ответила я. Попрощавшись с Акико-сан, мы с этим парнем (который даже не представился), вышли за ворота больницы и пошли в сторону приюта. Ни я, ни он, не пытались начать разговор и всю дорогу мы прошли молча, пока не достигли ворот с надписью “Детский Дом Конохи”. Я остановилась у ворот. Это начало моей новой жизни!