you always forgive me

— Это было очешуенно, — вытираясь собственной футболкой, сказал Дин, — во вторник игра, после я буду уставшим, зайдёшь помочь расслабиться? — и пошло подмигнул. На секунду Кас замечтался. — Я… да, подожди, что? — Ничего, говорю зайди во вторник, а вообще ты чего такой довольный, в облаках летаешь. Нет, ну я конечно знаю, что крут, но обычно ты сразу уходишь. — Растянув улыбку, начал подозревать Винчестер. — Я люблю тебя. — Кас редко произносил это, но всё же, когда решался это было легко, это было правильно, эта была правда. Ещё в 16 он понял, что влюбился в Дина, когда тот помог ему починить его велик, а потом подвёз его домой на своей красивой черной «шеви» 67-го. Кас долго решался, потеряв счёт любовниц Винчестера, а потом просто предложил ему себя, не прося ничего в ответ. — Угу. — И ты меня любишь. Дин слегка улыбнулся, но вышло криво и с отвращением. — Только давай не начинай этого дерьма? Если б я захотел девичьих скандалов, то трахнул бы Лизу или Кэсси. Вытри наконец свои розовые сопли и найди себе такого же пидора, как ты. — Отворачиваясь, монотонно проговорил Дин. Винчестер уже скрылся в ванной, когда Кас, улыбнувшись сам себе, прошептал. — Ты любишь меня, я знаю.

~ ~ ~

Войдя в пустой спортзал Кас замер, он так сильно бежал сюда, потому что Дин прислал ему смс, Дин ждал его. Уже на пороге он подумал, быть может сейчас всё случится, Дин понял его и наконец скажет заветные слова, всё станет хорошо и они счастливые, перестанут замечать всё на свете. Они не виделись целую неделю и Кас безумно скучал. Отдышавшись наконец, он приоткрыл дверь душевой. От увиденного, его мир перевернулся, а сердце разлетелось на миллион осколков. На скамейке сидел Дин, его Дин — парень которого он любил, парень, который защищал Каса ото всех, парень, который с огромной любовью заботился о своём младшем брате, парень, который легко ввязывался в драки, лишь бы восстановить справедливость, парень на чьих коленях сидела абсолютно голая Лиза Брейден… Она обхватывала плечи Дина руками, в то время, как он сжимал свои ладони на её покрасневших ягодицах. Девушка так пошло кричала и скакала на нём, что любой чемпион родео позавидовал бы ей. Когда глаза парней встретились, Кас получил злую ухмылку и наигранный стон Винчестера. Слёзы стекали по его щекам, Кас не помнил, как дошёл до дома, как соврал Гейбу, как закрылся в ванной, как рвал все фотографии Дина у себя в альбоме и как сильно тряслись его руки. Новак не знал сколько он проплакал, сидя на холодном полу и не заметил, как уснул. Его разбудил звонок входной двери и ворчание Гейба, доносившееся с первого этажа. — Твою мать Кас, я никого не жду, сейчас «Кондитер» начнётся, скажи Бальтазару, чтобы влезал в окно, — подходя к двери говорил Гейб, — или подари ему ключ наконец. Но какого было удивление Новака старшего, когда дверь открылась и перед ним стоял встревоженный и нахмуренный Дин Винчестер. — Я к Касу, он… дома? — Слегка нервничая сказал Дин, что было совсем ему не свойственно. — О, так вот ты какой — тот самый Дин Винчестер. — Наигранно произнёс Гейб. И прежде чем старший Новак успел сказать что — то ещё, сверху донеслось. — Не впускай его Гейб, я куплю тебе торт! — Поздно Касси, он уже купил, — улыбнулся Гейб, забирая торт из рук Дина, — проходи и давайте там без мордобоев, ненавижу это, я только сегодня убрался. Комната Каса была закрыта, впрочем Винчестер и не ожидал, что его встретят с распростертыми объятиями, после его — то выходок. — Детка, открой пожалуйста, я хочу поговорить. — Постучал Дин. — Пошёл ты, Винчестер, я ненавижу тебя, я — пидор, пидор, которого ты трахал и я ненавижу тебя! — Раздалось с другой стороны. — Ну Кас, — заныл Дин, — прошу, не заставляй меня ломать эту гребанную дверь, ты любишь меня, я же знаю, просто открой мне. Замок в двери щёлкнул, но Кас не спешил открывать, Дин был намного сильнее и мог запросто оттолкнуть парня, заходя внутрь, но он решил подождать. — Обещай, что не притронешься ко мне. — Кас. — Обещай Дин, обещай мне. — Да боже, ладно, я вхожу. Когда Дин зашёл, хозяин комнаты сидел на кровате, обнимая колени руками, его глаза были красные и заплаканные, а на голове царил хаос. Кас осторожно поднял на него взгляд. — Ты прав, мне нужно найти кого — то и ты просто… не подходи ко мне больше, забудь и знаешь… прости, просто забудь, я переживу. — Хоть Кас и пытался выглядеть сильным, его глаза снова стали мокрыми и он всхлипнул. Дин сделал шаг в строну кровати и Кас тут же крикнул. — Не подходи, ты обещал! Винчестеры закатил глаза. — Окей, просто послушай и не перебивай, скажу это один раз, — выдохнул Дин, — господи, чувствую себя двенадцати летней девчонкой. — Я мудак, я просто мудак и я не знаю, зачем я сделал это, просто твоя ревность, мне так нравится, как ты ревнуешь и то, как ты всё равно остаёшься со мной, делаешь всё, что я хочу, прощаешь, как ты радуешься простому просмотру фильмов со мной, моим играм, тому, как я играю глупые песни и боже, даже мелкий сказал, — Кас перебил его, не веря своим ушам. — Сэмми? — да черт возьми, я говорил об этом с младшим братом, ты можешь посмеяться потом, а сейчас просто заткнись и слушай, — и Кас действительно слегка улыбнулся, представляя, как Сэмми отчитывает Дина, — он думает, что я идиот и всегда им был, пожалуйста Кас, прости меня, просто дай мне шанс, я обещаю, я всё исправлю… только позволь мне, один шанс… Несмотря на запрет Новака, игнорируя тихое «ты обещал», Дин быстро подошел к нему, укладывая на кровать. Кас брыкался и дергал ногами, в попытках оттолкнуть Винчестера, но спустя уже пару минут он сдался, хотя и не спешил отвечать, безынтересно лежа с закрытыми глазами. Когда Дин забрался руками под его футболку и горячие руки стали водить по нежной коже, сдерживаться стало всё труднее. Потом Дин не спрашивая впился в шею Каса, покусывая, сразу зализывая свои следы и вот тогда Новак не сдержался и еле слышно застонал. Винчестер тут же поймал его «зелёный» свет. Когда домашние штаны Каса полетели на пол, а Дин поцелуями медленно спускался по его животу, Новак замер. — Ч-что… ты делаешь? — Он не верил своим глазам, Дин никогда не делал этого, Кас всегда был внизу, всегда помогал себе сам, конечно, иногда Винчестер целовал его или несколько минут обнимал после секса, но вообще ласка в их странных «отношениях» была большой редкостью. Но Дин только улыбнулся и хмыкнул. — Вымаливаю твоё прощение. — И принялся покрывать живот Каса поцелуями. Когда его губы опустились на резинку боксёров, он остановился. — Эй, Кас! — Ммм…? — недовольно промычал тот. — Я люблю тебя. — Угу, — не соображая, что сейчас сказал Дин, Кас жалобно застонал, — не останавливайся, прошу. Дин победно зарычал и наконец спустил, такие ненужные сейчас, боксёры Каса.