Песец

В следующие дни после возвращения из больницы Алексею и правда пришлось нелегко. Гипс с руки ещё не сняли, что само по себе усложняло задачи в разы, а уж передвижение на костылях сделало самые простые и обычные дела, над которыми большинство людей даже не задумываются, подвигами. Уже на второй день он понял, что без посторонней помощи ему действительно будет тяжело, даже несмотря на подсказки пушистого и прозорливого песца. — Ты ничего не забыл? — То есть? — У тебя там чайник на плите. — Вот черт!.. Можно сказать, что, кем бы ни был этот песец, на данный момент он являлся единственным, кто хоть немного заботился об Алексее. А все почему? Да потому что гордым был парень до столь возмутительной степени, что даже родителям своим не удосужился рассказать об аварии, после которой попал в больницу, и после которой ничегошеньки делать не может, но до того, чертяка, независим и самостоятелен, что готов проливать на ноги горячий чай, не иметь возможности помыться, ни даже элементарно сменить на себе одежду. — Послушай, — начал песец. — Я, конечно, все понимаю, но ты так скоро с голодухи помрешь. — И что ты предлагаешь, умник? — невесело огрызнулся Леха, наблюдая, как Масяня доедает последний пельмень, валявшийся на полу. За эти три дня он уже и сам устал от бесконечного преодоления полосы препятствий. — Давай подумаем, кому можно позвонить? — песец даже ухом не повёл на дерзость подопечного. — И сейчас ты предложить позвонить симпатичному медбрату? — Фух! — лис демонстративно упал на спину, раскинув лапы в стороны, выражая тем самым сильную усталость, а затем подражая сарказму Алексея, сказал: — Как будто я тебе полчаса приводил убедительные аргументы, и ты наконец-то согласился. — Это нелепо. — Нелепо умирать с голоду и в грязи. — Да ты хоть слышишь себя?! — Леха почти взорвался. — Ты предлагаешь позвонить человеку, чтобы он приготовил мне еду и убрал квартиру? — И ещё искупал тебя, — песец втянул воздух через чёрный мокрый нос и принялся чихать. Леха закатил глаза: — Глупости какие! — Это всего на один раз. Скажи, что заплатишь ему. — Да ты видел его? Человек на двух работах работает. Да и в больнице он постоянно моет, таскает и кормит немощных. Думаешь, ему хочется ещё и в выходной день этим заниматься? — Да какая разница?! — То есть? — Алексей искренне был удивлён такому высказыванию. — Ты все заботишься о том, что он о тебе подумает, что ему не понравится, что все это неудобно, что тебе будет стыдно, но, поверь мне, медбрат — наилучший вариант из всех возможных. Он точно не осудит, не задушит опекой, не будет сплетничать с твоими знакомыми и уж точно будет рад помочь. — Но почему? — Вот ведь упрямый! — песец поднялся на лапки, потянулся и, прежде чем удалиться в комнату, произнес: — Подумай хоть раз о себе, о своём благополучии и комфорте. В конце концов, здравый эгоизм ещё никому не навредил. Алексей проводил его взглядом, а затем ещё долго сидел на табурете, рассматривая жирные пятна на полу, оставленные разлетевшимися во все стороны пельменями. Масяня мирно спала на другом табурете и предпочла не вмешиваться в столь сложные материи. Лёше понадобилось ещё два дня мучений, чтобы принять верное решение. За это время песец гораздо реже подсказывал ему о мелких неприятностях, а сам парень успел два раза хорошенько обжечься, разбить любимую кружку и загадить кухню до того, что можно было спокойно снимать передачи о людях с психическими расстройствами, годами не убирающие мусор и грязь в своих домах. Песец делал вид, что спит на диване или увлечён неспешными беседами с Масяней. Шкаф и холодильник, тоскливо зияющие пустотой, поставили точку в упрямстве Алексея. Ему хватило лишь секундного представления о том, как он сейчас отправится в супермаркет за продуктами. На глаза навернулись слезы отчаяния и злости. Немного успокоившись, он достал телефон и набрал Егора. Ответили почти сразу. — Привет, Егор, это Алексей, помнишь? Я в больнице лежал, а потом ты меня подвозил домой. — Конечно, помню! Привет! Ну, как здоровье? — Потихоньку, заживаю медленно, но верно, — в эту секунду Лёша решил, что хрена с два он станет просить почти незнакомого человека о помощи личного характера. — Хотел вот ещё раз поблагодарить за то, что… Ну… — Да на здоровье! — весело прозвучало в трубке. — Ты обращайся, если что, помогу, чем смогу! — Спасибо, но у меня все хорошо! Ну ладно, пока. Всего хорошего! — Ну давай, счастливо! Разговор завершился, и Леха убрал телефон в карман. — Идиот! — донеслось из комнаты. — Ну натурально — идиот! Парень не ответил, лишь тихо сидел на своей кровати, уронив голову в жёсткий гипс. Через пять минут набрал медбрата снова. — Привет, это я, — смущённо сказал он, после чего услышал смех Егора. — А я думал, перезвонишь или нет? Давай, на этот раз выкладывай все, как есть. Алексей вздохнул. На том конце улыбнулись. — Деньги у меня есть, — начал он с главного, — а вот со всем остальным — проблема… Наверное, можно было неглядя почувствовать, как Лёша заливается краской. — Так бы сразу и сказал! Подскажи номер квартиры. И код домофона, чтобы тебя не гонять туда-сюда. Через полчаса буду. Даже меньше, чем через полчаса, на пороге его квартиры стоял все тот же молодой, здоровый Егор с неизменной улыбкой. По привычке он внимательно осмотрел пациента и, убедившись, что тот более-менее в порядке, не считая пары порезов на пальцах и красных пятен ожогов, принялся молча изучать состояние квартиры, быстро скользя цепким взглядом по всем поверхностям и углам. Лёша же сгорал от стыда и разглядывал пол и собственные грязные ноги. — Ты зря так переживаешь, — утешительно проговорил Егор. — Думаешь, ты один такой? С такими травмами ты на удивление хорошо справляешься. Алексей благодарно кивнул, а Егор достал телефон. — Ну давай, диктуй, что нужно купить? Ещё через час, протискивая огромные продуктовые пакеты в дверной проем, Егор осчастливил своим присутствием не только бывшего нерадивого пациента, но и его питомицу. Масяня, учуяв сильный запах кошачьего корма, принялась громко мяукать и тереться об ноги нового знакомого. Леша честно пытался помочь, по мере своих сил, с разгрузкой пакетов, но, уронив на пол банку со сметаной, которая, слава Вселенной, не разлилась, был усажен на стул твердой рукой Егора. — Поверь мне, — усмехнулся он, увидев, как погрустнело лицо хозяина, — твое положение — временное. И нет ничего страшного или позорного в том, чтобы по причине травм пожить месяцок-другой в грязной квартире. Леша пожал плечами. — С едой можно справиться, — продолжал Егор, раскладывая продукты, — на грязь можно забить. Леша еще раз пожал плечами и кивнул. — К тому же существуют прекрасные услуги по уборке. Если хочешь, мы такую мигом найдем. И уже завтра добрые люди за сравнительно небольшую плату отмоют до блеска всю твою квартиру. — Я об этом даже как-то не подумал. — О таком здоровые люди не задумываются, это нормально. — А ты пользовался такой услугой? — Я — нет, — Егор закрыл холодильник и присел на табурет напротив Алексея. — Но по работе, как ты уже понимаешь, я многое слышал об этом, особенно, от пациентов. — Понимаю, — Алексею было не по себе от мысли, что незнакомые посторонние люди увидят его бардак, как, впрочем, и его самого, беспомощного и уязвимого. Наверное, это уныние отразилось на лице. — В твоем положении это абсолютно нормально — просить помочь других. Тем более их услуги не бесплатны. — Ты прав, — согласился Леха, а потом вдруг спохватился, соскочил быстро, насколько это вообще возможно, и заковылял к плите. — Будешь кофе или чай? Я сейчас все сделаю. Егор молча поднялся, схватил под локоть Алексея и усадил обратно. — Расслабься, ладно? Не суетись, — серьезно проговорил он. — Чай я сделаю сам. А тебе нужно успокоиться и выдохнуть. По-моему, ты слишком близко к сердцу принял свое положение. Алексей послушно уселся и решил последовать совету. — Я понимаю, между прочим, — заметил Егор, набирая воду в чайник. — Правда? — Вполне. Два года назад сломал руку, четыре недели в гипсе, три из них дома. А живу я один, родители в деревне, у них своих дел по горло, да еще младших сестёр растят. Поэтому от маминой помощи я отказался сразу. И прекрасно знаю, как нелегко. Бьет по самолюбию, верно? Леша тут же согласно закивал. — Но вся фишка в том, что это проходит. Кости срастаются, раны затягиваются, возвращается прежняя подвижность. И жизнь входит в прежнее русло, — Егор поставил перед ним чашку горячего чая. — Это просто нужно пережить. И все будет хорошо. — Обещаешь? Егор внимательно посмотрел ему глаза и улыбнулся: — Гарантирую! Пока два молодых человека распивали чаёк, попутно рассказывая о себе, пришел песец. Он улегся на соседний стул рядом с Алексеем и, делая вид, что он тут вовсе ни при чем, бесшумно, но невероятно вонюче, несколько раз пукнул. Леша пытался незаметно спихнуть его со стула и прогнать, но зверек и глазом не моргнул. Его очередная шутка сработала. Егор, учуяв запах, стал невольно принюхиваться. Логично определив источник, он в один глоток допил чай и поднялся. От Леши, конечно же, не ускользнули разворачивающиеся последствия всего этого цирка, устроенного ангелом-хранителем, поэтому нисколько не удивился последующему предложению и решил сопротивляться до последнего. — Пока я здесь, давай помогу тебе помыться, — сказал Егор. — Ни в коем случае, — ответил Алексей. — Не упрямься. — Я справлюсь с этим делом. Егор с большим сомнением посмотрел на его загипсованные конечности, но затем весело прибавил: — Я уверен, что справишься. Победа оказалась слишком легкой, и Леша с подозрением уставился на медбрата. Егор улыбнулся. Песец фыркнул. Масяня недовольно махнула хвостом. — Если ты стесняешься, — мягко проговорил Егор, — то не забывай, что я уже видел тебя голым, пока ты приходил в себя. К тому же, у меня большой опыт. Алексей вздохнул, сдаваясь, и кивнул. В конце концов, он должен признать, что Егор прав, и ему действительно нужна помощь. — Чертов скунс! — одними губами прошептал Леха песцу и обреченно поплелся в ванную комнату. Разумеется, она тоже была не в лучшем состоянии: грязное белье лежало на полу, висело на бортиках ванны, темные мыльные подтеки и подсохший гель для бритья живописно украшали раковину. Леша уже превратился в пепел, сгорая от стыда, но Егор просто не обратил внимания на вынужденное убранство. Он быстро утрамбовал одежду в переполненную корзину для белья, ополоснул ванну и повернулся к хозяину: — Готов? — У меня нет выбора. — Иногда в этом нет ничего плохого, — Егор улыбнулся. — Давай, помогу. Раздевшись, в основном, при помощи медбрата, и кое-как забравшись в ванну, Алексей поежился. — Полностью нам мыться нельзя, поэтому я буду обтирать тебя мокрым полотенцем, после чего аккуратно намылю и так же, мокрым полотенцем смою пену. Хорошо? Леша молча кивнул. Опираясь руками, он уселся на ванную полку и тяжело вздохнул. — Выше нос! После купания почувствуешь себя легче, — подбодрил Егор и приступил. Ловко и со знанием дела. Алексей же старался быстро реагировать на указания и не реагировать на прикосновения. Но когда очередь дошла до живота, ему пришлось закрыть глаза и начать мысленно выполнять свою работу, по которой, кстати говоря, он уже заскучал. Снять гидравлический ключ с конца одной трубы, зацепить другую трубу, дождаться, пока та полностью поднимется, снять защитный колпачок… — Всё хорошо? — тихо спросил Егор. — А? Да, да… А что? — О чем думаешь? — медбрат уже миновал низ живота и намыливал волосатое бедро уцелевшей ноги, совершенно не обращая внимания на вполне себе бодрый член Алексея. Леха залился краской, неловко дёрнул рукой в направлении своего бравого бойца, но, остановившись на полпути, ухватился за край ванны. — О работе, — честно ответил он. — О работе? — кажется, Егор был искренне удивлён, а потом рассмеялся: — Это на неё у тебя такая реакция? — Да! — окончательно смущенный Леха уставился в потолок, от эрекции не осталось и следа. — Нет! — а потом деланно добавил: — Не понимаю, о чем речь! Егор закончил с ногой, поднялся и вручил намыленную мочалку Лёше. — Я отвернусь, чтобы не смущать тебя, а ты, — он выразительно и откровенно посмотрел на его член, — заканчивай здесь. Потом я тебя сполосну. Словно оглушенный всем происходящим, Алексей взял мочалку, долго смотря Егору прямо в глаза, и медленно один раз кивнул. Он пытался расшифровать изменившийся взгляд своего помощника, но пока безуспешно. Егор отвернулся и приоткрыл дверь. Алексей домылся, тщательно проходясь по всем складкам. Песец прошмыгнул внутрь и устроился на куче нестиранного белья в корзине. Стало прохладно, Леха поежился. — Я всё, — коротко сообщил он, рассматривая медбрата со спины. Тот повернулся, не успев спрятать задумчивого серьёзного выражения лица. Но уже через мгновение улыбнулся и снова принялся командовать. Более-менее намылиться дело было не хитрым, а вот смыть всю пену требовало куда больше времени и усилий, учитывая половину загипсованного тела пациента. Егор сосредоточенно поджал губы, на лбу появились крошечные бисеринки пота. Алексей нагло разглядывал его лицо. Скользил глазами по подбородку и шее, на которых уже начала пробиваться едва заметная щетина, по венам и ямочкам над ключицами, по коротко стриженному затылку, по чуть выделяющемуся седьмому позвонку, который то и дело прятался под воротом футболки. И от всего этого, казалось бы, бездумного созерцания что-то внутри него самого начало тяжелеть, подниматься горячей волной до самого горла. Лёша сглотнул, закрыл глаза и всего на мгновение позволил себе представить, как он кладёт свою ладонь на его затылок. Но очередная команда, отданная мягким и каким-то потусторонним голосом Егора, вырвала из мира фантазий. Он повиновался, поднял здоровую ногу и поставил её ступней на бортик ванны. Тряхнул головой. Песец ухмыльнулся, приоткрыл один глаз, оценил обстановку и, решив, что все в порядке, уснул снова. Или сделал вид. Егор смочил полотенце в последний раз, вручил Лехе и, не глядя на него, уже на ходу бросил: — Заканчивай, потом позовешь, — и вышел, впустив холодный воздух в прогретую ванную. Его уход оказался несколько резким, что, конечно же, не осталось незамеченным Алексеем. Настроение сразу испортилось. Песец хмыкнул. — Так и знал, что ты не спишь, — шикнул на него Леха. — Да поспишь тут, когда столько всего в воздухе витает, — пробормотал зверёк. — Да помылся я уже, помылся! — Помылся и молодец, — песец равнодушно зевнул, потянулся. — Только я ведь совсем не об этом. — Опять твои загадки! — прошептал Лёша, отжимая полотенце и пытаясь встать на здоровую ногу одновременно. — Ничего тут не витает. В этот момент Алексей точно увидел, как песец ударяет себя по мордочке лапой и качает головой. В принципе, это было последнее, что он видел, так как в следующий миг его затылок встретился с кафельной плиткой на стене. А дальше лишь темнота, без пространства, времени и мысли. Впрочем, какая-то назойливая досадная мысль все же присутствовала. Но чуть позже он разобрал, что это вовсе не мысль, а сильный колючий запах. От него хотелось чихнуть, а еще как можно скорее избавиться. Алексей слабо мотнул головой в сторону. Мир обрел звуки и расплывчатую картинку. Над ухом облегченно вздохнули. — Ну слава Гиппократу! — бормотал Егор. — На одну минуточку оставил. На одну долбанную минуточку… — Извини, — прошелестел Леша, — я не нарочно. Это все песец. — Да писец — это ты точно подметил! — чуть раздраженно подтвердил медбрат. — Как ты вообще дожил до такого возраста с такой способностью ломать себя?! — Это долгая история, — Леша пытался отшутиться, — и нудная, между прочим. Но если хочешь, могу рассказать. — Обязательно расскажешь, но не сейчас. С этими словами Егор подхватил парня на руки, даже не потрудившись прикрыть того хотя бы полотенцем, и потащил в комнату на кровать. — Я протестую! Я могу идти сам! — Да хватит с тебя уже этой твоей самости, — строго пыхтел Егор, подталкивая дверь ногой. — Всё. Вот тут лежи и больше не вставай. Иначе я вызову бригаду. Будешь в палате свой гипс донашивать. Он замолчал, поправляя под невезучим парнем подушку и аккуратно подтыкая одеяло по контуру лежащего тела. Потом метнулся до ванной, притащил ящичек, достал оттуда тонометр и градусник и уселся на край кровати. Леха молча изучал строгое сосредоточенное лицо, любовался поджатыми от напряжения губами, не чувствуя, как сдавливает манжет тонометра его плечо. «Интересно, он сердится, — размышлял Алексей, — или это у него профессиональный покер-фейс?». — У тебя повышенное давление, — без тени упрека, сухо и официально произнес Егор, снова потянулся к чемоданчику, выдавил две таблетки из разных упаковок и приказал проглотить, не разжевывая. Алексей послушно проглотил. Песец устроился в ногах. Масяня любопытно заглянула в комнату. Егор ушел на кухню, принес стакан воды и костыли. Достал градусник, удовлетворенно кивнул и убрал его. Леша хотел было спросить, все ли там нормально, но долгий насыщенный день, приложенный затылок и теплая постель сделали свое дело — он уже проваливался в сладкий тягучий сон, и незаданный вопрос растворился вместе с явью.