Предвестие беды

Вики Комната в Цитадели Время шло к вечеру. Люцифера после нашей прогулки по улицам я больше не видела. То ли он улетел с очередным указом Босвилинга, то ли просто не пересеклись. Тренировка с Серафимами была такой же выматывающей, что и с Люцифером. Однако демон требовал от меня больше физической нагрузки. Ангелы же тренировали и развивали мои способности. Сначала они пытались понять, с чего вдруг у ещё одного бессмертного появились навыки целителя. Я продемонстрировала им это. Правда... Иехоэл неважно выглядел.       Сначала я думала, что это какой-то инцидент так подкосил его. А затем почему-то пришла мысль о том, что ангелы сами покалечили его. Хотя по их лицам такого не скажешь. Возможно, к этому причастен Босвилинг. Я даже не удивлюсь, если это полудемон сделал. Мама после тренировки пригласила меня к себе, а я ей не отказала.       Перед визитом к Ребекке я привела себя в порядок. Рядом с дверью в её покои я остановилась, набираясь воздуха. Я постучалась, но ответа так и не прозвучало. Потом во второй раз и третий. Однако по ту сторону до сих пор была тишина.       Я легко толкнула дверь, и она тут же отворилась. Я заглянула внутрь. Там царил мрак, и слышался какой-то шорох. За один миг я предстала в облике Кьяры и поддалась вперёд, готовя руку для нападения на всякий случай. Я шагнула вперёд, вглядываясь в темноту. Подошла ближе к углу, за которым должен был находится письменный стол и заглянула туда. Я охнула и по неосторожности задела локтём какой-то предмет, стоящий у стены. Это была ваза, которая издала такой громкий звук, что замеченной мне было уже не суждено уйти.       Подняв голову, я всё же надеялась,что меня не заметят. Однако Ребекка удивлённо смотрела на меня, пока Винчесто усмехался ситуации. Мне показалось, что я покраснела от самых пяток до макушки. Рефлекторно я даже выпрямилась по стойке солдата, не зная, что делать. — Я... Э-э-э, простите, пожалуйста, что помешала. Я... Ты меня просто звала, и я...       Адмирон громко рассмеялся, от чего я зарделась ещё сильнее. Сделав небольшой и наверняка не заметный шаг назад, я была остановлена крепкой мужской ладонью мужчины. — Я не буду вам мешать, наверное. Заходите на чай, если что. Или не только. Я пойду.       Высвободившись от руки Винчесто, я буквально выбежала за дверь, захлопывая ту за спиной. Кажется, картину такого страстного поцелуя я не забуду. Я растёрла руками лицо, направляясь вновь в свою комнату. Там меня встретил такой же мрак, от чего мне стало смешно. Сначала из меня выбрался небольшой смешок, а затем я начала истерически смеяться. Я осела на пол рядом с дверью и продолжала хохотать, не понимая, как это остановить.       Дверь с шумом отворилась, но я была не в силах оторваться от своего прекрасного занятия. На Земле говорили, что смех продлевает жизнь. Вот и я свою продлеваю... От противоречивости ситуации я начала смеяться пуще прежнего. Из-за этого мне показалось, что я сошла с ума. Я бы уже и забыла о зашедшем в мою комнату бессмертном, но он предварительно кашлянул, призывая меня к вниманию.       Я приподняла голову, но так и не смогла различить сквозь слезившиеся от смеха глаза своего ночного визитёра. — Вики, ты что-то не то выпила или съела? Что у тебя произошло, пока меня не было?       Я продолжала смеяться беспрепятственно. А когда лицо Люцифера приобрело очертание, оно тут же размылось, а по щекам заскользили капли слёз. Теперь мне от чего-то стало грустно, а я даже не могла объяснить своё состояние.       Демон вздохнул, закрыв за собой дверь, и присел около меня. Он обнял за плечи, притягивая к себе так, что наши кулоны зазвенели, словно колокольчики, при столкновении. — Ну же, прекрати плакать. Излей мне душу, будет легче. Сначала я думал, что ты смеёшься, и хотел узнать причину веселья, но теперь убедился, что это был не смех.       Я всхлипнула, утыкаясь носом в шею мужчины. Упрямое молчание воцарилось в комнате, но Люци и не настаивал на разговоре. Он аккуратно гладил меня по шее, плечам, лопаткам и крыльям. Это и успокоило мой поток эмоций. Протерев глаза тыльной стороны ладони, я отстранилась. — Я не знаю. У меня какие-то проблемы. Я не смогла сейчас контролировать свои эмоции. Сначала я глупо смеялась, а потом почему-то разревелась. Из меня как будто выпустили лишние эмоции. — Не волнуйся, это нормально. После того, как к тебе вернулась часть твоей силы, ты изменилась. Наполнилась мощью ангела и эмоциями демонов.       Демон заправил прядь мне за ухо и уселся рядом со мной, упираясь спиной в стену. — Демоны более эмоциональные, а ангелы рассудительные. Мы способны на какие-то необдуманные поступки, пока ангелы несколько раз подумают прежде, чем сделать. К тому же, ангелы более властолюбивые.       Я согнула ноги в коленях, прислоняя их к груди и кладя на них подбородок. — Я помню какие-то твои слова о том, что твои родители были Предназначенными. Как это было? — Мой отец был Сатаной всю жизнь, что я себя помню. Однако многие демоны не знают, откуда он взялся, поэтому ни где не распространялось его имя. Самаэль. Моя мать была дворянкой. Многие демоны хотели взять её в жёны, да только не было настоящих претендентов, достойных её сердца. Имя её звучало отовсюду. Лилит. Отец занял трон много тысячелетий назад. Ему требовалась достойная претендентка, которая могла поддержать и в горе, и в радости, и в миг падения, и в миг пиршества. Та, кто будет такой же жестокой, как он. Но мама была совсем не жестокой. Она очень любила отца и сыновей. Только для этого Самаэль очень долго пытался завоевать её. Пытался дарить подарки и звать на свидания, как мальчишка.       Люцифер усмехнулся. Воспоминания согревали его. — Лилит была не такой. Ей требовалось совсем другое. Ни подарки, ни пустые слова ей не требовались. Ей нужно было настоящее доказательство чувств. Нужно признаться, думал он долго. И всё же, когда уже не осталось сил на долгую борьбу, он посадил сад. Красивый и цветущий. Полный множества сортов разных растений. Хоть он и не пытался её больше завоевать, так он мог о ней помнить всегда. И надо же, это подействовало. Она снизошла к нему со звонким смехом, приветствуя все его затеи.       Я прикрыла глаза, наслаждаясь рассказом. — На свет родилось несколько сыновей, которые воспитывались в ласке и любви. Однако это не помогло вырасти им справедливыми и милосердными. Один спустился навсегда на Землю. Второй развлекал себя пирами с алкоголем. А третий... поступал совсем неправильно. Он фактически насиловал дьяволиц. Он был лицом разврата да такого, какого ещё за всю жизнь в Аду ни один демон ни видел. Отец убил их всех. Троим своим сыновьям не дал шанса на другую жизнь. С того момента всё изменилось. Больше не было такого хорошего обращения с детьми своими.       Я осторожно коснулась плеча демона, гладя кожу сквозь ткань. — Лилит пыталась переубедить его, но он не слышал её. Он продолжал воспитывать в своей обычной манере. Ещё трое неудачных сыновей, которые повторили историю предыдущих... Самаэль совсем отчаялся. Он стал слишком жестоким правителем. Относился к ангелам, словно к отбросам. Однажды, когда Лилит завела себе знакомство с один из ангелов, он совсем вышел из себя. Грозился перерезать всех и вся. Вот тогда они и узнали о Предназначении. При всей своей не любви к ангелам, он вдруг стал относится к ним иначе. Терпеливее выслушивал их и следовал хорошим советам. Когда появился ещё один сын, Самаэль был вне себя от счастья. Он стал подходить к воспитанию совсем иначе. Раньше он разделял жестокость и ласку на частички. Но тут он нашёл компромисс с собой. На тренировках был жёсток и пытался выработать в мальчике трудолюбие, а в свободное время относился к нему с лаской и заботой. Правда его ожидания этот сын всё равно не оправдал.       Люцифер положил свою ладонь поверх моей и продолжил: — Его зовут Мефистофель. Он до сих пор жив, но отречён от трона. Брат мог бы стать сыном мечты. Я уверен, он был бы гениальным правителем, которого не видели никогда в жизни. С детства он любил загадки, головоломки и другие вещи, которые тренировали его мозг. Дни и ночи напролёт он сидел за книгами в библиотеке. Как бы хорошо он не тренировался, не смог стать успешным в боях и силе. Родился последний сын. Я. По словам Мефистофеля, отец снова надломился и был готов оставить трон для другого бессмертного. Но всё же продолжал заниматься моим воспитанием. В первые девять лет моего детства он был прекрасным отцом. Я часто видел его ласковым и милым. Мама с папой могли долго сидеть вместе в тишине. А на балах в честь праздников, они были шикарной парой с безграничной любовью, которой позавидовал бы любой.       Демон громко вздохнул, набираясь сил. — После её смерти отец помрачнел. Метал гром и молнии в любого. А мальчиком для битья был я. За любую проделку в школе меня ожидало серьёзное наказание в виде побоев или чего хуже. Мефистофель больше не появлялся по дворце и где-либо рядом с отцом. На тот момент мне пришлось находиться наедине с собой постоянно. Иногда меня спасал Винчесто. Он укрывал от злого отца и не давал ему лишний раз потешиться над моим детским телом. А при твоём появлении в школе стало легче всё это переживать. Я, конечно, боялся лишний раз показать тебе свои эмоции. Но ты меня убедила делится хотя бы иногда своими переживаниями. Наверное, я влюбился уже тогда... Только отказывался от этого около восьми лёт. Я так много потерял... И одновременно с этим обрёл. Ты была первая и последняя, кого я привёл в сад, посвящённый матери. Ты об этом не знала, но мне нравилось, как загорались твои глаза при взгляде на ту красоту.       Я вздохнула, приобнимая Люцифера за плечи. Я осторожно коснулась губами щеки демона, пытаясь таким образом показать свою поддержку. И на удивление, долго мужчина грустить не стал. Он приподнялся, вставая с пола, а я последовала его примеру. Однако, когда я попыталась заглянуть в глаза демону, он всячески отворачивался, а затем не хотя произнёс: — Тебя хочет видеть Босвилинг. — Это по поводу сорванной казни? — Возможно, хотя за это уже отхватил Эрагон.       Я медленно кивнула, погружаясь в свои мысли. Люцифер вышел за дверь, чтобы не мешать мне привести себя в порядок, но я и так была собрана, поэтому последовала за ним. По дороге к полудемону мужчина пытался вывести меня из состояния ходячего мертвеца, который уже готовится к смерти. Но у него так ничего и не получилось.       Перед самыми воротам в помещение, где сидел великий и ужасный Босвилинг, я вздохнула, сосредотачиваясь на облике Кьяры. Демон шагнул вперёд, в немой просьбе прося следовать за его спиной. Мы вошли внутрь, и я сразу увидела демона, который сделал нашу битву с ангелом ещё сложнее да к тому же нечестной.       Босвилинг по своему обыкновению сидел на шикарном троне. Заметив корону на его голове, я сразу сообразила, что на прогулках он её снимает. Наверняка боится запачкать свою реликвию, обозначающую его власть. Я прикрыла глаза, готовясь к медленной и сложной смерти. Люци стоял рядом, готовый в любой момент закрыть меня собой. Я взглянула в глаза полудемона, но там не было злости или ярости. Были лишь похоть и восхищение. Он даже поддался вперёд, вставая с трона. — Люцифер, можешь быть свободен.       Демон лениво обернулся через плечо ко мне. Судя по сжатым челюстям и губам, образующим тонкую полоску, он совсем не хотел уходить. Делая шаг вперёд, я провела кончиками пальцами по его коже, пытаясь уговорить, чтобы уходил. Мужчина снова обернулся к Босвилингу. Можно сказать, что он поклонился, но это было сложно назвать таковым.       Как только дверь закрылась, я почувствовала себя пленницей в лапах тигра, который медленно приближался ко мне. Оказавшись совсем рядом, Босвилинг наклонился вперёд, почти касаясь своими губами моих. Я сдержалась от того, чтобы отшатнуться, и осталась стоять ровно. — Ты поразила меня, Кьяра, в самое сердце. Справится с напором сильного ангела... Это вызывает уважение. Люблю сильных девушек.       Босвилинг наклонил голову набок, наблюдая за мной расширенными зрачками. — Я давно искал ту, что сможет быть рядом со мной. Я думаю, ты достаточно натренированна для посвящения в ангела или демона. А может ты станешь и первой Несущей Равновесие. Я готов дать тебе в руки власть и довериться. Я готов ублажать тебя хоть двадцать четыре часа в сутки, но ты должна будешь прекратить всякую связь с Люцифером. Это будет моим условием для безграничной власти. Ты согласна?       Я на секунду растерялась, а потом вздохнула. — Мне нужно подумать.       Босвилинг отшатнулся, не ожидая того, что я заговорю. — Понимаешь, мне не просто принять такое решение. Я совсем недавно на Небесах, а тут такое происходит... — Постой, ты всё время могла говорить?       Я покачала головой, пытаясь надеть на лицо счастливую улыбку. — Как ты можешь заметить, моё тело всё меньше изуродовано с каждым днём. С каждым разом уменьшается количество шрамов. Всё это появилось у меня под воздействием бессмертия. Регенерация, хоть и через длительный срок, помогает мне восстановится после стольких мучений на Земле.       Я снисходительно улыбнулась, внутренне дрожа от каждого движения Босвилинга. Полудемон совсем изменился в лице. Я заметила, как сверкают его глаза. Он закивал головой, говоря: — Я дам тебе месяц на раздумья. Эрагон доложил мне, что после этого срока ты будешь готова к посвящению. На балу женится Люцифер, а ты примешь моё предложение. Согласна?       Я вздрогнула при упоминании женитьбы Люцифера, но кивнула, собираясь с силами, чтобы выйти за пределы владений Босвилинга. Я сделала неглубокий реверанс и устремилась к высоким дверям.       Выходя из помещения, я даже вздохнула свежий воздух, будто выбралась из месячного плена. Ни Люцифер, ни кого из бессмертных не было видно ни с какой стороны, поэтому я поплелась, куда глаза глядят.       Я, неожиданно для самой себя, остановилась посреди коридора. Мне вдруг захотелось выйти из Цитадели и прогуляться по красивым садам вокруг. Смерть мне, вроде как, не грозит, можно и расслабиться на некоторое время. Проходя вдоль множества дверей, я оказалась на улице. Повертев головой, сразу определила, куда мне нужно. Прогулочным шагом я направилась к полуразрушенной арке. Заходя под неё, я собиралась с мыслями.       У меня есть месяц на то, чтобы подготовится к мероприятию, которое решит, что произойдёт с моей судьбой. За стенами Цитадели я услышала детский лепет и их весёлые крики. Несмотря на вечернее время, множество бессмертных до сих пор гуляли. Это были как детишки, так и взрослые.       Идя по саду, я заметила, как некоторые из растений завяли и поникли, говоря своим положением, что за ними никто не следит. Я осторожно провела по сухим лепесткам, но растение всё равно сбросила весь свой цвет на землю. Расстроенно вздохнув, я пошла дальше, заходя за угол. Уже издалека я увидела двоих бессмертных. Один из них лежал в траве, а второй сидел на его бёдрах.       Сначала мне показалось, что они целуются. Я хотела развернуться и уйти, но вдруг заметила, как сидящий сверху заносит кулак и бьёт лежащего. Я поджала губы, спрашивая себя, не стоит ли вмешаться? Но пока я обдумывала это в голове, не заметила, как, подобрав полы платья, я следую прямо к ним. Уже с более близкого расстояния я узнала бессмертных. На спине лежал Люцифер, принимающий каждый удар кулака Джека.       Я взвизгнула, вытягивая руку. Из ладони вырвался сгусток энергии, который откинул Джека к стене. Он, похоже, сильно ударился головой, но всё равно встал навстречу мне. Судя по всему, бессмертный был уже не такой пьяный, но алкоголем разило неимоверно. Люцифер поднялся с земли, оттесняя своим плечом меня за спину. Я громко фыркнула, вызывая грозный взгляд демона.       Ангел снова набросился на мужчину, стоящего рядом со мной. Но демон был не готов к такой атаке, потому что смотрел на меня. Джек продолжал избивать Люцифера, а тот в свою очередь ни чего не предпринимал. Я снова оттолкнула Земного друга. Сжав кулаки, я направилась прямо на ангела. Он замер, смотря мне прямо в лицо. А я, кажется, пылала от ярости. Что он вообще вытворяет?       Когда я готова была высказать всё, что думаю об этой ситуации, Люцифер схватил меня за плечо. — Спокойнее, Вики. Твоему мелкому дружку нужно было вывалить свой гнев на что-нибудь или кого-нибудь. — А ты ему так и позволил это, — огрызнулась я, оборачиваясь через плечо к Люциферу.       Демон моргнул несколько раз, пялясь на меня, а затем привлёк к груди. — Тише, Непризнанная. Твоя ярость может кого-нибудь убить.       Я смотрела, как лицо демона быстро заживает от побоев. Джек тем временем зря времени не терял. Он встал с земли, перепачканный грязью с песком. Волосы были в беспорядке. Таким я его не привыкла видеть. — Джек, только посмотри на себя. Я не узнаю тебя. Я не вижу того Земного мальчика, готового на всё ради друзей. Что с тобой происходит? К чему вся эта беспрерывная агрессия?       Вот теперь ангел точно стоял с открытым ртом. Он удивлённо пялился на меня. — Ты не можешь такого говорить. — Ещё как могу, потому что я знала тебя целых пятнадцать лет. И могу сказать, что бессмертие тебя испортило. Не знаю, что тебе так нужно, но попробую уже жить по-своему.       Я развернулась, чтобы уйти, и Люцифер отпустил меня из своих рук, отпуская. А в догонку я услышала лишь тихие слова Джека: — Вики?       Я упрямо шла вперёд, пиная камни, попадающиеся каждый раз под ногу. Около входа в Цитадель я вздохнула поглубже, пытаясь загнать обиду и недовольство как можно глубже. Сзади послышались шорохи, от чего я обернулась. На меня смотрел морской драков, в котором я узнала Фыра. Он радостно запрыгал от того, что смог обратить моё внимание на себя.       Я осторожно приблизилась к нему, протягивая руку, чтобы погладить. Он поддался ко мне и подставил морду под руку. Я погладила чешуйки на его мордочке и поцеловала в нос. Сзади послышалась тяжёлая поступь по гравию, и я обернулась.       Люцифер плёлся медленным шагом, заправив руки в карманы и опустив голову вниз. Фыр снова взревел, когда я перестала его поглаживать, и демон поднял голову, смотря на меня. Он тяжко вздохнул и подошёл ближе. Обеспокоенный взгляд сложно было не заметить. — Что хотел Босвилинг или что он сделал?       Я на секунду задумалась, а потом выдала: — Он похвалил за то, что я смогла сразить бессмертного и предложил уже отвязаться от тебя. Ости будет твоей женой, и мне стоило бы задуматься о её и твоём счастье.       Брови демона взлетели вверх. — И что ты собираешься делать? — У меня есть несколько идей, но они ни капли мне не помогут, поэтому буду смотреть по обстоятельствам. У меня есть ещё месяц.       Не выждав больше ни секунды, он притянул меня к груди, ловя губами мои. По сильному потоку воздуха я поняла, что Фыр улетел. Люцифер своим поцелуем будто вдохнул в меня спокойствие. Я бы, наверное, не заметила, что мои крылья слегка подрагивают от ласк, если бы я не почувствовала то же самое со стороны демона. Он ловил мягкими касаниями все мои эмоции и зажигал их ещё ярче. Где-то рядом зашуршали шаги, от чего Люцифер шагнул за угол здания, утягивая меня за собой.       Оказавшись прижатой к стене, я еле слышно простонала. Воздуха катастрофически не хватало, поэтому мы отстранились всего на секунду, чтобы продолжить изучение тел друг друга. Казалось бы, всё пространство, находящееся вокруг нас, начало вибрировать и холоднить кожу. Слабый ветерок запустил свои потоки в мои волосы и в складки платья, раздувая его, заползая под него, заставляя дрожать от прохлады.       Заметив мои колебания, Люцифер закрыл меня крыльями и сильнее вжался в меня. Его пальцы игрались с ремешком на лёгком платье, в то время как мои зарылись в аккуратно уложенные волосы демона. Я ласково гладила макушку и затылок демона, натягивая иногда волосы. Происходило это в основном тогда, когда я слишком забывалась от удовольствия. Он в те моменты либо рычал, недовольный моими махинациями, либо глухо стонал.       Когда мужчина отстранился от меня, я так и осталась стоять с закрытыми глазами. Хотя на счёт стоять я бы поспорила. Сейчас всё что меня удерживало от падения, это сильные руки Люцифера. Я чувствовала его дыхание на своих губах. И прежде чем мы закончили все наши ласки на вечер, он в последний раз коснулся меня поцелуем. Я смотрела в поглощённые страстью зрачки Люцифера и не могла насмотреться. Красная радужка глаз почти скрылась за тёмными зрачками.       Мужчина провёл носом по моей щеке и замурлыкал, словно кот: — Я восхищаюсь тобой, Вики Уокер, больше всех на этом свете. Такая идеальная и утончённая...       От его слов побежали мурашки по телу. Я ловила каждое его чувство и слово. В данный момент это было проще простого. Я читала демона, как книгу.       Не требуя от меня ответа, Люцифер отстранился, поддерживая меня, чтобы не упала. Убедившись, что я крепко стою, мужчина отпустил меня, пройдясь на последок пальцами по коже. — Если тебе это поможет, то я бы хотел сказать...       Я была готова услышать всё что угодно. Но сверху зашелестели, предупреждая о прибытии бессмертного. Передо мной стоял полуголый Астарот. Он не обращал на свою оголённость ни капли внимания. Вид его говорил о прекрасном вечере вместе с компаньонкой. Несколько следов бордовой помады красовались на шее и груди. Я даже увидела внизу живота, поэтому пристыженно закрыла глаза. Люцифер выглядел не хуже. Будто услышав мои мысли, красноглазый пригладил волосы, но это почти не помогло. Они всё равно вылезали из причёски, как колтуны. — Мефистофель готов встретиться с тобой. Он запрашивает место и время для встречи.       Люцифер улыбнулся, бросая взгляд на меня. — Через пять дней встретимся около ворот Цитадели. В полдень.       Астарот кивнул и взмахнул крыльями, поднимаясь в воздух. Даже с земли я увидела, как двигаются его мышцы около крыльев. Я повела плечом, думая об этом и обратила свой взгляд на Люцифера. — Почему через пять дней, а не завтра,например? — Потому что будут выходные, и я очень хочу тебя с ним познакомить.       Я улыбнулась, теребя рукава платья. Люцифер, дотронувшись до моих лопаток, подтолкнул меня вперёд, в Цитадель. Заходя внутрь, я ощутила тепло, исходящее от стен, и только сейчас поняла насколько я замёрзла, стоя на улице. — Ты хотел что-то сказать мне, но Астарот немного помешал, — напомнила я. — Я хотел предупредить, что сочетанием браком с Ости для меня ничего не значит. Я по-прежнему буду всегда рядом с тобой. Это просто вынужденная мера. — Почему ты согласился на это? — Босвилинг пригрозил мне, что при появлении тебя на Небесах, он убьёт немедленно. А если я заключу брак, то он избежит такого наказания. — Не понимаю, как можно быть таким бессердечным...       Люцифер усмехнулся, идя рядом со мной. — Сам не понимаю, но думаю, что мы можем зайти ко мне и подкрепиться клубникой, которую купили в пекарне. — Продавать фрукты в пекарне всё равно странная идея.       Звонкий смех демона рассёк тишину коридоров. Мои волосы тут же растрепала мужская рука, и я недовольно надулась. — Ты снова запутаешь мне волосы. — А ты вот не думала о том, что я чувствую,пока ты портишь мне причёску.       Я сразу заткнулась, делая вид, что смерилась с неудачным спором. — Ты обычно замолкаешь, когда обижаешься. Поэтому давай кое-что выясним. — Я не обиделась. — Да, конечно, — ехидничал демон.       Когда мы подходили к комнатам, мужчина продолжал смеяться надо мной. Я хотела ударить его в плечо в тот момент, пока он отвлёкся. Но и тут у меня ничего не вышло. Люцифер успел увернуться. Я разочарованно вздохнула и прошла вперёд, оглядывая привычную комнату. Демон зажёг несколько свечей, так как становилось всё темнее и темнее. Я приблизилась к барной стойке, где уже сидел мужчина. Он протянул мне стакан с какой-то жидкостью напоминающей сок. Однако пробовать я не стала. — Можешь рассказать что-то про Предназначенных? — Могу дать книгу. Там есть всё что знают бессмертные.       Люцифер пригубил напиток, и я последовала его примеру. Всё же это оказался сок, и даже очень вкусный. Клубничный. — Я надеюсь, у тебя в рационе есть что-то кроме клубники. Иначе ты бы, наверное, давно умер.       Демон хрипло рассмеялся и почти растрепал мои волосы снова. Но от одного моего угрюмого взгляда всё же передумал. — Ты мне что-то напоминаешь. — Что именно? — Точно, — бессмертный щёлкнул пальцами, словно вспомнив. — Знаешь, есть такие маленькие собачки, чихуахуа называются. Вот ты на неё очень похожа. Просто невероятно.       Я зло выдохнула, ударяя мужчину по рёбрам. Он тут же поник, показывая как сильно он на меня обижен за такой жест. — Я со всей душой отношусь к тебе, а ты...       Я положила на язык ягоду клубники и простонала от удовольствия, не обращая внимания на показную обиду демона. — Всё же ты стерва. — А ты в таком случае козёл. Только вот... где твои рожки? Очень интересно, почему у многих демонов есть рога, а у тебя, Ади, Мими и других, которых я повстречала, их нет. — Это значит, что я не козёл. — Возможно, тогда лев? — Ты мне льстишь. — Такой же милый. Ты иногда даже мурлыкаешь.       Брови Люцифера взлетели, и я даже подумала, что они покинут его лоб. — Я не мурлыкаю. Я такой же бесстрашный и упёртый. И мной все восхищаются.       Я улыбнулась, но поспешно скрыла улыбку за стаканом сока. Люцифер же приподнял одну бровь. Иногда его мимика меня поражает до глубины души. Он слишком обаятельный, чтобы не свести с ума любую или любого. — Что же ты меня так рассматриваешь, Непризнанная? — Любуюсь твоей идеальной мордочкой. Пошевели-ка носиком.       Демон поддался вперёд, заставляя меня немного отпрянуть. Видимо, подумав, что такого напора ему не хватает, он встал на пол, разворачивая мой стул к себе лицом. Я упёрлась спиной в стол, который не позволил слишком сильно отстранится от мужчины. Обе его руки перегородили мне путь к отступлению. Дьявольская улыбка прямо-таки цвела на губах. Я сглотнула комок в горле, смотря прямо в глаза демона. Иногда я спускалась взглядом к его губам, пытаясь контролировать своё положение. Негромкий скрип двери привлёк наше внимание, но у меня не было возможности обернуться. Тем более Люцифер прижал меня слишком сильно к столу.       Мужчина не спешил отстраниться, наоборот, поддался вперёд, касаясь лёгким поцелуем моих губ. Мы совсем недавно стояли за углом здания и распаляли друг друга касаниями, а сейчас, кажется, мы потеряем связь с внешним миром совершенно. Сзади послышался громкий визг девушки, и тут же за ним последовал крик: — Да как ты можешь?       Я прикрыла глаза, пытаясь оттолкнуть наступающую тупую боль в голове от крика. — Ости, я тебя предупреждал. Выйди из моей комнаты. Ты не должна здесь появляться ни под каким предлогом. Фиктивное замужество нужно только тебе и Босвилингу. Это не моё желание, и я тебе повторял это уже несколько раз.       Демон расслаблено продолжал стоять напротив меня, удерживая взгляд лишь на моём лице. — Тем не менее ты согласился. Ты не можешь нарушить условия. — Я могу нарушить условия, если приму потом за это наказание. Я готов к этому. Целовать Непризнанную так же приятно, как и есть клубнику. В нашем любовном треугольнике между клубникой, мной и Кьярой ты становишься лишней. Поэтому я спокойно прошу тебя покинуть комнату.       Девушка за моей спиной фыркнула и явно не собиралась ни куда уходить. Кажется, она села на кровать, так как та противно скрипнула. Это происходило иногда. Но всё равно было противно от этого звука. — Ты мне мешаешь, Ости. И не только мне.       Я приняла облик Кьяры, на что Люцифер одобрительно кивнул. — Целоваться я вам ни капли не мешаю. — Нам очень нужна кровать. Но сейчас на ней сидишь ты. Прошу на выход.       Слова демона звучали уже угрожающе. Вот-вот он зарычит и отстранится. Кажется, Ости только этого и добивается. — Ты всё равно должен будешь провести брачную ночь со мной. Ты не сможешь избежать этого в любом случае. — Ты так в этом уверена?       Мужчина начал отстранятся, и я поняла, что сейчас Ости добьётся своего. Поэтому, схватив бессмертного за воротник, я притянула к себе, осторожно целуя. Люцифер ухмыльнулся сквозь поцелуй, и тогда я поняла, что и он пришёл к своей цели. Демон переиграл нас двоих.       Я представила, как девушка сзади зеленеет от зависти или краснеет от злости и как из ушей у неё идёт дым, а затем она вылетает из комнаты. Видимо, случилось что-то похожее. Дверь хлопнула, что означало уход оскорблённой девушки.       Поцелуй не продлился слишком долго. Когда мужчина отстранился, я взглянула в его самодовольное лицо. Я усмехнулась, поправляя волосы. — Ты добился своего. Но не избежишь наказания. — Двадцать плетей не так уж много. Тем более благодаря тебе у меня есть регенерация.       Я задумчиво покачала головой и сползла со стула. — Я пойду к себе. Завтра занятия с Серафимами. Нужно выспаться. — Хороших снов со мной, Вики.       Я с улыбкой покинула комнату и сделала несколько шагов, попадая в свою. Я быстро переоделась, заползая, словно гусеница, в свой кокон в виде одеяла.