Я знаю, что я виноват

Юнги снова сидит в своей студии, работает над каким-то треком, но по большому счету просто ждет Чимина. Тот должен был прийти уже полчаса назад, но его до сих пор нет и он не отвечает на сообщения. Шуга решает отвлечься, поэтому берет в руки телефон и откидывается на спинку кресла. Посидев немного в телефоне и полистав ленту соцсетей, он все же решается позвонить Паку. — Алло, — явно запыхавшимся голосом говорит Чимин. — Ты где? — Я уже почти у тебя, буду через две минуты, подожди. — Хорошо, давай быстрее, — вздыхая отвечает старший. — Ок, — смеется Чимин и кладет трубку. Тонсен действительно приходит через пару минут, стремительно залетая в студию, бросая на диван свои вещи и сразу подлетая к парню, плюхаясь ему на колени, наваливаясь сверху и душа в крепких объятиях. — Прости, хен, что я так долго. Никак не мог избавится от Тэхена. — Да ничего, просто я очень соскучился. — Я тоже, хен! Они не были наедине уже почти две недели, так как время, которое они могли бы посвятить друг другу, было беспощадно отдано на посещение парочки телевизионных шоу, наличие которых никак не отменяло обычное расписание группы. — Представляешь, — усмехаясь, говорит старший, — сегодня, когда ты ушел во время обеда, оставив меня с Джином и Хосоком, они начали спрашивать когда мы наконец с тобой помиримся. — Оу, серьезно? — смеется в ответ Чимин, вставая с кресла и с хена одновременно и присаживаясь на край рабочего стола. — Почему они решили, что мы в ссоре? — Наверное, мы слишком сильно избегаем друг друга. Ты же ушел почти сразу как я подошел, — предполагает Юнги. — Думаю, нам можно немного расслабится. Парни, действительно, стали держаться на людях максимально отстраненно друг с другом, чтобы ни у кого и в мыслях не возникло, что между ними что-то есть. Об этом они специально не договаривались, просто так совпало, что теперь приоритетом для них обоих стало сохранение их «небольшой» тайны. Кто знает, что могло бы случится, узнай кто-нибудь об их отношениях. И ладно, если это будет кто-то из компании, тогда, конечно, они окажутся под строгим надзором, ни о каких отношениях и речи не будет идти, но это будут цветочки. А вот если слушок пойдет откуда-то со стороны, то под удар попадут все: их двоих точно выставят из группы, их карьерам придет конец, сама группа будет под вопросом расформирования, ну и компания, ведь они их самые крупные артисты. А такой скандал будут обсуждать очень подробно и требовать самых строгих мер, ведь в Корее не любят, когда их артисты состоят в отношениях, пусть и BTS не являются очень популярной группой. Единственным местом, где парни могли побыть наедине, не боясь, что вот-вот кто-то может зайти, была студия Юнги. Именно поэтому, Чимин стал часто приходить туда, иногда просто наблюдая за работой старшего и занимаясь своими делами, а иногда, наоборот, отвлекая того, ведь ему не хватало внимания. Но и часто бывать вдвоем в студии они тоже не могли, ведь раньше они так практически не делали, а это наводит на подозрения. Поэтому Чимин частенько привирал о том, куда именно он идет. Возможно именно из-за редких встреч наедине их отношения продвигались очень медленно, если учитывать, что они оба парня и давно уже все знают друг о друге. Прошло уже больше пары месяцев, а дальше взаимной дрочки дело так и не доходило. — Ты сильно занят? — спрашивает младший. — В принципе, нет. На тебя время найду, — Шуга встает со своего места, снова обнимая тонсена и жадно целуя в губы. — Чимин, я хочу тебя! — Я тоже, хен, — игриво говорит Чимин и забирается руками под футболку Юнги, продолжая страстно целовать его. Затем оборачивается, пробегаясь взглядом по поверхности стола, что стоит за ним. Увидев все-таки пачку салфеток, что теперь всегда находится здесь, как раз для таких интимных случаев, он тянется за ней и, схватив, ставит поближе, к краю стола. Пак с силой разворачивает хена спиной к столу и надвигается на него, заставив его облокотиться и присесть на край. Сам же нависает сверху, снова утягивая в поцелуй, параллельно снимая мешающую футболку старшего и кидая на диван. Они тяжело и шумно дышат, их руки хаотично пробегаются по телам друг друга, то и дело сжимая и слегка царапая кожу. Чимин спускает свои руки к ширинке Шуги, суетливо расстегивает ее, затем смочив свою правую руку слюной, забирается в узкие джинсы и обхватывает вставший член хена. Из Юнги вырывается несдержанный стон удовольствия и Чимин глушит его новым поцелуем и продолжает двигать рукой. Старший, немного отстранившись, начинает стягивать футболку с тонсена, но затем понимает, что полностью избавиться от нее в данный момент кое-что мешает. Футболка осталась висеть на одной руке Чимина, которую он держал в штанах Юнги. Посмеиваясь над этой ситуацией, они все-таки избавляются от ненужного в данный момент предмета гардероба, после чего Пак возвращает руку обратно в джинсы хена и переходит к задуманному. — Нихренааа себе, — неожиданно откуда-то раздается чей-то голос. Парни мгновенно останавливаются и оборачиваются на дверь в студию, в которой видят как стоит, ошеломленный увиденным, Чонгук и рядом Намджун, который пытается вытянуть обратно в коридор макне. Чимин и Юнги отскакивают друг от друга, как-будто им это может еще помочь, а тем временем Намджуну все же удается вытолкать Чонгука и закрыть дверь. — Твою мать, Чимин, ты что не закрыл дверь? — на повышенных тонах ругается Юнги. — Я-я… прости, хен, — мямлит младший. — Я, наверное, просто забыл? — Потрясающе, и что нам теперь делать? — Юнги натягивает до конца джинсы, слегка спавшие вниз в процессе их интима, застегивает ширинку и идет за своей футболкой, чуть ли не матерясь по пути. — Я не знаю… прости, — снова растерянно извиняется. — Вот какой смысл сейчас извиняться? — Он кидает в тонсена его футболку. — Я не знаю, а что еще делать? — спрашивает он, надевая. — Вот и расслабились, блин, — спустя время сам себе говорит Юнги. Оба парня замолкают, Чимин садится на рабочее кресло хена, выжидающе смотря на Шугу. Второй стоит посреди комнаты, кусая ногти и рассматривая пол студии. — Куда ты собрался? — спрашивает Чимин у уже выходящего из студии Юнги. — Пойдем, нужно найти их и уговорить не рассказывать никому. — А ты думаешь они могут? — удивляется тонсен. — Я не знаю, надеюсь, что нет, — устало отвечает Юнги.