- Неприкасаемый -

      Он неприступный и холодный. Ничего кроме драки с другими он не ждет. А еще… он тот, кто попал во внимание Каваллоне.       Хибари был просто учеником. Несносным, чёрствым, нагло игнорирующим Дино. Но Каваллоне, видимо, тот ещё мазохист — его почему-то цепляла эта отчуждённость. Она казалась ему… милой. И сам не заметил, как начал улыбаться члену Дисциплинарного комитета всякий раз, когда тот уходил от ответа или попросту игнорировал своего «репетитора».       — Конь, — окликнул его Хибари, вооружаясь своим тонфа, — начнем тренировку!       И вместо того чтобы сопротивляться или хотя бы уклониться, Дино смирился не только с атакой, но и с прозвищем. Он понимал, что так Хибари обращается со всеми, но упорно верил, что за этим «Конём» скрывается некая близость. Пусть и вымученная.       — Ты просто боевой маньяк, Кёя, — усмехнулся Дино, переходя в оборонительную стойку.       Иногда Дино задумывался об их отношениях, которые, естественно, никогда не будут правдой в реальности. Это слегка расстраивало, но некоторые моменты давали ложную надежду. Например, то, что Хибари разрешал ему называть себя по имени. Все в семье Вонгола, даже их босс, обращались к нему только по фамилии.       А Дино мог позволить себе:       — Кёя.       И для него это значило больше, чем следовало.       Сначала это звучало обычно — тем же ровным, тёплым тоном, каким он говорил со всеми. Но постепенно в голосе проскальзывали мягкость и забота, а в карих глазах — то, что Дино старался подавить. Потому что знал: если Хибари заметит, его ждёт неминуемая расправа. Быть избитым Кёей было не так страшно, как видеть его холодное равнодушие. Оно било куда больнее. И точнее.       — Перестань называть меня по имени, конь.       В очередной раз предупреждает Хибари, но уже не вооружается тонфа. Он просто прикрывает глаза, облокачивается о стену позади себя, ощущая легкий осенний ветер на крыше школы. Дино стоял в метре от него и тихо наблюдал за дрожащими ресницами ученика, подавляя желание подойти ближе, обнять, согреть его.       Нежность переполняла его, но проявлять её было опасно. Хибари слишком горд, чтобы принять заботу, слишком холоден, чтобы заметить чью-то привязанность, и… слишком юн, чтобы быть с Мустангом. Так что Дино оставалось лишь наблюдать и пытаться быть ближе хотя бы в роли учителя.       На самом деле он просто боялся быть отвергнутым.       — Снова пожираешь меня взглядом, — тишину между ними нарушает чуть сиплый голос Кёи, — Конь.       — Ч-что?! — у Дино сейчас небольшая паника и испуг, неужели он плохо скрывал свои чувства? — Я просто осматривал тебя на наличие новых шрамов, Кёя.       Получилось неубедительно.       Хибари не глуп. Его трудно обмануть, а выставить дураком — и вовсе невозможно. Дино беспокоился, что его раскусили. Страшно было не то, что Кёя заметил его взгляд — страшно, если бы он разглядел то, что скрывалось за ним.       Ведь Хибари умел бить точно в больное. Намеренно или нет.       — Врёшь так же ужасно, как и сражаешься без Ромарио, — холодно бросил Хибари, и взгляд его стал стальным.       Дино не по себе. Он всегда считал Хибари немного наивным и прямолинейным подростком. Он вряд ли понимал какие-то намеки. Все обращались к нему напрямую, даже Цунаеши, когда его помощь была необходима Вонголе.       Каваллоне бы стоило этому поучиться у Кёи. Перестать ходить вокруг да около и начать все делать напрямую. Но… он просто не может.       Потому что у Каваллоне даже слабой надежды не было на то, что будь он рядом с Хибари все свое свободное время, то это убьет его потребность, его нужду в Кёе. Что после всех выходных рядом с ним его отпустит.       Что, где-то там внутри, где всё давным-давно в Кёе, переболит.       Так не бывает. Ведь ты со своим источником заражения. Ведь ты постоянно ищешь встречи с ним.       — Долго ещё будешь это делать? — голос Хибари звучал резко, как удар стали.       В груди у Дино сжалось так сильно, что он едва мог дышать.       — О чём ты, Кё…       — Не притворяйся безмозглым травоядным, — обрывает его со злостью глава Дисциплинарного Комитета.       Дино думал, что Хибари лишь наивный подросток. Дино надеялся, что его тайная влюбленность останется его несбывшейся фантазией.       — Ты очень красивый, Кёя.       Хибари на секунду дрогнул. Всего на мгновение — но Дино заметил.       Хибари наконец встает и поднимает голову.       Хибари смотрит прямо на Дино. Смотрит теперь без этого всегда рвущегося наружу духа подраться.       У Хибари там в глазах недоумение скрывается за его стальными стенами. И, к сожалению для Хибари, это недоумение Дино и выхватил.       Дино страшно было признать, насколько он зависим от Кёи. Если бы тот сейчас сказал «ко мне, травоядное», он бы без колебаний бросился к нему.       Охранять, защищать — лишь бы быть рядом.       — Ты не ответил, Конь, — подходит ближе, смотрит сверху вниз.       Дино и забыл, как Хибари не любит оставленные без ответов вопросы.       — Ты ведь не замечаешь, да? — Дино понимал, что уже нечего терять. Даже если его отвергнут, он не сможет просто так уйти, — Ты холодный, Кёя, ужасно упрямый и гордый. Для тебя все вокруг — слабые травоядные. И я… удивлён, что ты вообще позволил мне приблизиться к тебе, — Дино горько усмехнулся, стараясь сохранить лёгкость, — Ты красивый, Кёя. Очень. Твоя отчуждённость кажется мне милой. И с тобой… проще быть наедине. Поэтому… Ты мне нра…       — Хватит! — чужая ладонь закрывает рот Каваллоне.       Дино поднял взгляд и увидел, как Кёя, стараясь скрыть смущение, избегает его глаз. Но кончики его ушей выдавали его. Видеть Хибари смущённым — это было выше сил Дино.       Неловкая пауза затянулась. Хибари всё ещё держал ладонь у его рта, а Дино, пользуясь моментом, аккуратно коснулся его руки. Длинные фаланги пальцев, бледная кожа… Дино мягко сжал его запястье, проводя большим пальцем по округлой косточке. Хибари сморщился и отвёл взгляд. Дино медленно прикоснулся губами к его ладони, и Хибари замер в нерешительности.       И Босс мафии этим пользуется. Тянется руками к шее Хибари, поднимаясь на ноги.       — Камикоро… — Хибари не успевает договорить, даже тонфа не удается достать, как наглый Конь уже давно обнимает его.        Что бы было еще ближе.        Совсем чуть-чуть.       Хибари чувствовал дыхание Дино на своей коже. Каваллоне наклонился так близко, что их лбы почти соприкоснулись. Для него это было в новинку — быть так близко к Хибари и не быть отброшенным. Вместо удара тонфой он ощутил руки Кёи на своём поясе.       Они молча смотрели друг на друга, и, казалось, слова были уже не нужны. Всё, чего хотелось, — это прижаться к его шее, закрыть глаза и просто быть рядом.       — Как давно ты… узнал? — разрывает тишину Дино, пока руки в это время до дрожи нежно и бережно поглаживают Хибари по спине.       В груди у него что-то сжалось — готовое разбиться в любой момент, если Хибари оттолкнёт его.       — Давно, — холодно отрезает Хибари, утыкаясь Дино куда-то в основание Шеи, — заткнись.        Выдох получается громче, а руки сильнее обвиваются вокруг Кёи.       Он неприступный и холодный. Ничего кроме драки с другими он не ждет. А еще… он тот, кто дал Каваллоне шанс.