Sweater weather

Чу Ваньнин мерзнет. Мо Жань уже в первых числах сентября подмечает: стоит лишь солнечным лучам слегка потускнеть, как его возлюбленный кутается в один шарф за другим. Прячет в теплую ткань нос, недовольно морщит самый кончик — в него так приятно целовать, пока тот не покраснеет — и становится ворчливее обычного (хотя, казалось бы, куда еще?) Такой милый, что губы Мо Жаня сами собой растягиваются в теплой улыбке, которая согревает лучше шарфа. Ваньнин спасается от домашних сквозняков в теплых носках и уютных пледах, в обжигающих глотках чая и не менее обжигающих руках. Отогревается и трогательно сопит, роняя голову на плечо Мо Жаня, а учебник — из ослабевших во сне пальцев. Вэйюй ревниво щурится, загребая учителя от осеннего холода, когда тот наглым чужим псом кусает мочки нежных ушей и хрупкие запястья. Учитель возится в своей теплой дреме; сердце Мо Жаня замирает от нежности, а в глазах вспыхивает решимость. Он проносит их тайком, когда учитель уезжает по работе и не сможет яростно возражать, заявляя о глупости этой затеи и... ...и потому лишь кроссовки, впопыхах забытые Мо Жанем у входной двери, могут видеть, как тот, споткнувшись о них, летит на пол вместе с большим пакетом. Мотки пряжи вываливаются прямо в падении — красный, зеленый, синий, белый. Ваньнин, его Ваньнин любит белый, его гардероб полон белого; интересно, он и впрямь будет... Спицы падают в последнюю очередь. Мо Жань ловит их на лету красивым уверенным жестом. И совсем не красиво путается ими в пряже спустя полчаса, ожесточенно дергая за нити и рыча себе под нос. Схема вязания свитера — якобы самая простая в сети! — издевательски молча наблюдает с экрана смартфона и тем самым раздражает лишь сильнее. Мо Жань не сдается, пробуя снова и снова: то терпеливо и мягко развязывая узлы, то отшвыривая спицы прочь и от души браня свою затею. День за днем, пока Ваньнин выступает с лекциями в университете и клацает зубами от холода, Вэйюй клацает спицами друг о друга. За несколько километров от дома, зябко потирая плечи, учитель не знает: его бывший ученик неуклюже путается в клубке пряжи, словно большой глупый хаски, желающий его плечи согреть. Не знает — и потому как-то раз после возвращения с работы застывает на месте, озадаченно уставившись на спицы. Мо Жань неловко переминается с ноги на ногу. В такт его покачиваниям покачивают рукавами свитера. Взгляд Ваньнина невольно следит за ними. Красный, зеленый, синий. — Ты... сам?.. Вэйюй неожиданно заливается краской по самые уши, точь в точь мальчишка-ученик, что когда-то врал учителю о съеденной псом домашней работе. Кивает. И протягивает еще один свитер. Белый. Даже беглого взгляда достаточно, чтобы поразиться его явному отличию от аккуратных собратьев. Половина свитера — вкривь и вкось, а узор из косичек заплетен в неряшливый лабиринт. Чу Ваньнин берет его в руки и обводит подушечками пальцев, прикасается к каждой ошибке. Мягкость свитера льнет к коже, ласкает приятным после прохладной улицы теплом. Ваньнин едва удерживается от порыва потереться о ткань подмерзшей щекой. Вместо этого внимательнее всматривается в белизну. Он по-прежнему видит каждую ошибку — но вместе с тем видит целый путь к результату, греющему сейчас его ладони. Перед глазами вспыхивает картина: Мо Жань, изо дня в день упрямо бравшийся за спицы, пробовавший снова и снова, учившийся чему-то новому для себя... Ради него. У Чу Ваньнина поперек горла встает ком, и он моргает часто-часто. Будто издалека, до него доносится пристыженное бормотание Вэйюя: — Этот свитер был первым, я на нем только учился! Тебе не нужно так расстраиваться, есть свитера гораздо лучше, а этот я завтра выбро... Учитель вскидывает яростный взгляд, и, хотя глаза феникса застилают слезы, голос звучит четко и уверенно. — Не вздумай! Этот свитер я завтра надену на работу. Мо Жань умолкает на полуслове, а затем улыбается широко-широко, показав очаровательные ямочки на щеках. — Хорошо! Чу Ваньнин опускает глаза на свитер — удивительный белый свитер, будто бы связанный двумя разными Мо Жанями — и краснеет, опуская ресницы и прижимая подарок к себе. И чувствует, как Вэйюй прижимает к себе его.