the kiss that you don't need

Сухо поспешил пройти мимо даже не взглянув на него. Знакомое раздражение тут же подняло голову и Соджун почувствовал, как ногти впиваются в ладони. С чего это Сухо себя ведет так, что остальные уже возвысили его в ранг героя. Только вот Соджуна не провести, ведь он отлично знает, что за этим равнодушным поведением ничего нет, сколько бы пиджаков на девушек Сухо не накидывал. Он что решил забыть через что он его заставил пройти, свои непростительные ошибки и просто стать слащавой мечтой всей школы? Ну уж нет, не выйдет. Соджун помнит. И оттого «Ты из-за меня в школу вернулся?» произнесенное с пренебрежением срывает с него крышу. Кем он себя возомнил? Прекратить совать в нос в его дела? Да это Сухо постоянно! Соджун вдруг с ужасом осознал, что нет, это не Сухо постоянно крутится рядом. Это он, Соджун, постоянно к нему цепляется и не дает ему покоя. Просто каким-то чертовым образом, взгляд Соджуна постоянно цепляется именно за него. Сухо будто бы никогда с толпой не сливается, посмотришь куда-то и в первую очередь он распознает его раздражающе идеально выправленную спину. Соджун помешался на ненависти к Сухо и похоже этой ненависти стало слишком много в его жизни. Этот хаотичный всплеск гнева, перемешанного со стыдом, в чем он себе не хочет признаваться, просто разрывает его изнутри и Соджун резко развернувшись умчался прочь. Эмоции в нем клокотали так что кажись останься он на секунду, тут же воспламенится под неожиданно внимательным взглядом Сухо. Ему понадобилось почти весь урок проторчать во дворе школы чтобы успокоить хаотичные мысли. После тысячного обещания попросту забыть о существовании Сухо и наконец зажить спокойной относительно счастливой жизнью, он наконец цепляет уверенную ухмылку и присоединяется к своим приятелям. Те похлопывают его по плечу и втягивают в привычную теплую атмосферу из дурацких подколок и тычков. Соджун было расслабляется, позволяя шуму и хаосу приятелей заглушить его мысли как тут видит бегущую к нему похитительницу шлемов и настроение скачет вверх. Наконец-то он вернет свой любимый шлем! Но его надежды рухнули, как только новенькая вместо шлема вручила ему письмо с виноватой улыбкой. Соджун сразу заподозрил неладное, и картинка его счастливого воссоединения со шлемом лопнула как мыльный пузырь. Прочитав письмо, он хмыкнул от досады. Он все же был прав, шлема не предвиделось. Когда она уже вернет шлем? Он пока носил прошлогодний, который давил на висках, так что привычная радость от езды на мотоцикле как-то блекла. Читая письмо, он даже не знал смеяться ему или плакать. Наглая новенькая стырила его шлем и вместо извинений впихнула «терпение» в каждое предложение в письме, что это самое терпение иссякало с каждым «терпение-добродетель» в письме. Ну и ну. Приятели перекрикивали друг друга в попытке узнать какое признание она написала, а Соджун запрятал его куда поглубже. Засмеют еще. Ха, терпение- добродетель. Ну и наглая эта новенькая. Вчера наступила на него, а сегодня еще и пишет такое. Но, к его удивлению, письмо ничуть его не разгневало, а наоборот позабавило. Все же было в этой Им Джуген что-то интересное. Она была забавная, неуклюжая и феноменально храбрая. Тут раздался странный щелчок и все вокруг как будто закружилось, а он попал в водоворот из странных звуков и тысячи оттенков. Не прошло и секунды как все закончилось. Он обнаружил себя в больнице пропитанным химическим запахом медикаментов, к которому пришлось привыкнуть, как только заболела мама. Соджун стоял прямо напротив регистрационной стойки и не находил в себе силы пошевелится. Он как будто расщепился на миллион частиц и снова собрался в больнице. С чего бы это? У него случались провалы в памяти, как несколько месяцев спустя смерти Сеона, когда он делал вещи на автомате, а потом не помнил ничего из сделанного. Неужели снова начинается? Он вроде только пошёл на поправку, а кошмары стали не такими удушающими. Проходящие мимо медсестры смотрели на него обеспокоенно. Черт, Соджун не хотел обратно в темную яму, из которой еле вылез. Хватит с него забытья. Он встряхнул головой, сейчас не время для этого, ведь мама будет волноваться, что он ввязался в драку где-то в подворотне если он не придет вовремя. Он просто не мог разочаровать ее снова. Соджун сжал кулаки покрепче, натянул на лицо привычную самодовольную ухмылку и направился к маминой палате. Она выглядела такой измученной и похудевшей, что на плечи навалилась еще и тяжесть от того, что он такой безобразный сын. Он попытался сгладить атмосферу привычными шутками о самолюбии, его неотразимости и мама наконец засмеялась. Ее ладонь была совсем тонкой, холодной, но такой же мягкой как в детстве. Как же он хотел, чтобы она больше не видела больниц, а была такой же здоровой и счастливой как он ее помнил в детстве. Услышав о том, что он пошел сегодня в школу мама забавно округлила глаза, а потом с гордостью погладила его по волосам. Она выглядела так, будто сбросила груз с плеч и Соджун ненавидел себя за то, что нечто такое тривиальное как его посещение школы делает ее такой счастливой. Она заслуживала сына получше. Он сильно ее обнял, шутливо наказал не пропускать приемы пищи и вышел из палаты. Закрыв за собой дверь, он помрачнел. Улыбка задрожала и опала прямо как восковая фигурка на солнце. Надо же, ее просто порадовал его вид в школьной форме. Была бы она больше счастлива если бы был лучшим в классе? Прямо как… Черт! Даже посещая мать, этот ублюдок Сухо крутится в мыслях. Соджун усмехается. Но в чем-то он прав, Соджуну следовало бы заняться своими делами. Только вот что бы он ни делал, все нитки вели к Сухо, и контролировать это было невозможно. Он пойма ускользающую мысль за хвост. А с чего он плохо учился? Соджун никогда об этом не задумывался. Он даже не помнил учился ли когда-либо хорошо. Он никогда не открывал учебники, а были ли они у него вообще? Кажись так было всегда. Сухо лучший ученик, а Соджун хулиган и дурак. Пытался ли он когда-то это изменить? Соджун застывает в удивлении. Почему он никогда об этом не думал? Ведь это так просто! Он даже и малейших усилий никогда не прикладывал, но всегда ненавидел Сухо за его показную идеальность. Что если попробовать, ведь он никогда и не пытался учиться, отсыпаясь на задних партах после ночных кошмаров. Возможно это и есть выход из его навязчивых мыслей о Сухо? Что если, как Сухо и сказал, заняться собственной жизнью? В его жизни будто бы появился какой-то проблеск после этой мысли. Кажись он наконец-то нашел решение. Соджун поторопился домой. Он спокойно и медленно рассекал вечерний Сеул как в одной из беседок мелькнула знакомая фигура Сухо. Тихо себя проклиная, Соджун заглушил мотор и припарковал байк. Обещал же заняться своей жизнью! Ну а что если Сухо ввязался во что-то незаконное? Что он вообще здесь делает, ведь живет в совсем другом районе? В конце концов Соджун махнул рукой и решил проследить за ним. Это будет последний раз, пообещал он себе. Деревья тихо шелестели в промозглом осеннем ветру. Соджун смотрел на то, как белый силуэт Сухо удалялся все дальше и дальше, скрываясь в беседке меж фонарей. Тихий, закрытый Сухо всегда казался ему чем-то до невозможности интересным. У него никогда не получалось устоять. Соджун валил это на дружбу, ненависть и даже зависть, но ни одно предположение не вызывало у него отклика. Так что он забросил эту мысль туда же куда забрасывал все неудобные: куда подальше. Тем временем Сухо нашелся в беседке. Он обрабатывал раны девушке, и присмотревшись, Соджун понял, что это Им Джугён, та забавная новенькая. Сухо стоял на коленях, а ведь Соджун ни разу не видел местного короля в такой беззащитной позе. Почему-то осознание исключительности ситуации его неприятно кольнуло. Его движения были нежными, длинные белые пальцы прикасались к коленке новенькой словно она была драгоценностью. Соджун не мог видеть выражения лица Сухо, но он уверен и оно было необычным как и его поза. Джуген видит его таким каким никто и не видел. Всем остальным приходится довольствоваться пустым равнодушным выражением лица, которым Сухо щедро одаривает всех подряд. Что же в ней такого, что он так раскрылся перед ней? Но тут перед его глазами вспыхивает далекое воспоминание. Однажды Ли Сухо все же улыбнулся. Соджун не помнит, когда это было, но эта улыбка до сих пор так ясна в его памяти, что разбуди его кто-то посреди ночи и потребуй вспомнить, Соджун не замялся бы ни на миг. Большие глаза Сухо сложились в щелоки, вокруг губ появились маленькие складки, а его лицо словно засветилось изнутри. Продолжалось это недолго, и Соджуну стало плохо после этого. Такое ощущение что он хотел выпить много воды, но ему дали всего чуток. Он старался об этом не думать, но эта улыбка, словно навязчивая реклама в интернете, возникала в его мыслях в самые неожиданные моменты. Он не мог это контролировать. Вот и сейчас он думал, улыбается ли Сухо Им Джуген. Если да, то ему почему-то очень хотелось увидеть. Сравнить с той единственной что у него была. Будет ли она тоже часто думать о ней? Почувствовав, что мысли становятся все невыносимее, он развернулся и как можно тише ушел с беседки. Хотелось убежать оттуда как можно подальше. Забыть о заботливых движениях Сухо, заплаканном лице Джуген и больше всего о воспоминаниях о той улыбке. Но было уже поздно. Стоило ему подумать о злополучной улыбке, так она опять возникла так четко будто он видел ее только вчера. Он пнул камешек на дороге, который громко стукнулся о мусорный бак. Господи, как же Сухо его достал. Оттого было противнее увидеть неожиданно довольного Сухо утром. В груди стало тесно и злость затуманила разум. Этот придурок нашел себе девушку и думает зажить счастливо и дальше? Забыть все что было? Их всех? Стереть самого Соджуна как будто и не было тех лет дружбы? Перешагнуть через то, что он сделал с Сеёном? Ну уж нет. — Эй Ли Сухо! —его имя ложилось на язык правильно. — Видимо ты счастлив? Думаешь я забуду все что было? Не дождешься. Соджун не раздумывая резко опрокинул поднос Сухо на пол. Злость резво мчалась по его венам. Все в голове кричало вмазать по этому холодному выражению лица, взять его за грудки, впечатать в стену чтобы он стер это мерзкое довольство со своего лица. Вдруг послышался знакомый щелчок, все тело напряглось как пружина и Соджун с ужасом осознал, что теряет контроль. Он отвернулся и вальяжно прошагал в сторону хотя и не подумал бы такого сделать. Под ложечкой засосало, а по спине прошелся мерзкий холодок. Это был не он. Он не хотел это делать! Это не он шел в сторону ошарашенной новенькой. Не он садился за стульчик и говорил всю эту чушь. Да, интонация, жесты все это было его. Но разум внутри бился в панике. Соджун не хотел этого делать. Но он как будто бы говорил по давно написанному сценарию и не мог остановиться. Ему вообще не хотелось подходить к новенькой, он бы остался с Сухо или бы вообще ушел восвояси. Соджун попытался встать, но тело его не слушалось. Оно продолжило говорить и сидеть. Тут его сильно встряхнули и подняли вверх. Тело до сих пор его не слушалось, и он чувствовал себя безвольной марионеткой. Это был Сухо. Кажись и его неиссякаемое терпение подошло к концу. Как же не вовремя. Соджун тут как бы немножко с ума сходит. Сухо глядел с непривычной ему почти что ненавистью от чего вдруг стало странно больно. Но Соджун закинул эту мысль подальше. Он ведь до сих пор ничего не мог сделать. Каким-то иррациональным образом ему стало спокойнее в этом неустойчивом положении впритык к Сухо. Кажись, отпусти он сейчас Соджун свалится прямо к его ногам. Сухо был привычной константой его мира и в этом непонятно страшном положении он дарил ему спокойствие. Захват Сухо был так крепок, что его пальцы побледнели. Да и сам Сухо весь побледнел, его лицо отражало нестерпимую боль. Он впервые показал Соджуну все свои эмоции. Сейчас Ли Сухо снял все барьеры и пронзительно глядел в его глаза будучи в чистом гневе. Соджуну захотелось чтобы Сухо подержал его так подольше. Чтобы этот момент никогда не заканчивался и Сухо не разжимал рук. Какой абсурд! В голове промелькнула надежда. Сухо ведь так долго его знает, может заметит, что что-то не так? Пусть он хоть ударит, накричит или порвет наконец ткань пиджака, который так сильно сжимает, но не оставит один на один с этим беспомощным состоянием неуправляемости. Соджун признался себе в том, что сейчас ему очень страшно. Но все идет не так и Соджун с ужасом наблюдает, как его кулак врезается белоснежное лицо и Сухо падает навзничь. Это был не он, но он не уверен в том, что не хотел этого сделать. После всех ужасов, врезать Сухо хотелось, но он никогда не смог бы. Его что-то останавливало, все внутри болело и кричало, когда он представлял, как поднимает руку на него. Но странная неуправляемость все порушила и теперь с губ Сухо течет тонкая струйка крови. Соджун не может отвести глаз от контраста алой крови на белой идеальной коже. Тут Сухо поднимается и смотрит на Соджуна в ответ. О, он знает этот взгляд. Сухо не просто зол, нет. Он в бешенстве. Он снова хватает его за грудки и заносит кулак для удара. Соджун говорит: «Ударь меня». Уверенно, глядя ему в глаза. Чувство контроля не пропало, но такое ощущение что Соджун сам хотел это сказать. Он и вправду хотел чтобы Сухо ударил его, чтобы его всегдашний холодный образ треснул, и каким то странным образом он чувствует предвкушение удара. Все заканчивается, как только их прерывает учитель. Соджун чувствует глухую злость и разочарование, он не хотел, чтобы посторонние вмешивались в его с Сухо ненависть. Тут раздается странный щелчок и Соджун наконец чувствует, что может управлять своим телом. Вот только Сухо все еще держит его. Он по-прежнему смотря ему в глаза, притягивает его еще больше, хотя куда уж ближе ведь он уже чувствует его дыхание на губах. Затем Сухо резко отталкивает его рукой и наконец отпускает. Соджун отводит взгляд первым. Все разбредаются по своим делам и освещение будто бы тускнеет на малость. Он прочищает горло и говорит: - У Магистра с синим посохом был странный помощник. После чего поочередно двигает всеми конечностями. Странно, фраза из его любимой детской сказки произносится без проблем, а минуту назад он и обыкновенное «нет» не смог бы сказать. В тишине после драки совершенно неуместная месту фраза раздаётся слишком громко. Все в столовой странно на него косятся, не исключая Сухо в котором даже чувствуется доля обеспокоенности. — Я тебя даже и не успел ударить чтобы ты так головой приложился, — нахмурился он. Соджун взвешивает все за и против, и со вздохом произносит: - Слушай, у тебя не было такого ощущения будто бы ты не можешь сделать что-то, а за тебя это делает кто-то другой? Возможно, это не только Соджун слетел с катушек? Да, быть идиотом перед Сухо очень не хотелось, но странное ощущение беспомощности пугало его еще больше. После его слов Сухо помрачнел. — Если ты пытаешься оправдать этим все это, то не получится. Да и не нужно, я не стану тебя винить перед учителем, —произнес холодным тоном Сухо. Затем он прижал платок к губам и вышел из столовой. Соджун не нашел в себе сил его догнать.