Черный голубь

Барон уже что-то хотел ответить, но задохнулся словами, когда увидел, как я медленно провожу языком вдоль украшенной рукоятки, оставляя на ней влагу и согревая дыханием. Медленно обведя ее, словно это было самое большое лакомство, протягиваю ее Биллу, который неуверенно, еще не до конца, понимая мои намерения, впустил рукоять в рот, прикрывая глаза. Когда он их открыл вновь, я уже был без одежды. Никогда так быстро не раздевался. Штаны были из крепкой доброкачественной ткани, но я так спешил, что разорвал их по швам. - Ты был уже с кем-то? - Нет, - ответ бы мне понравился, если Билл бы покраснел. Но он сказал это слишком быстро и уверенно. Хоть я и не хотел сейчас думать, что кто-то прикасался к моему сокровищу, но было как-то… Мое ревнивое сердце заныло, неприятно корча мордочку. Но я пообещал себе, что возьму любимого так, чтобы это был первый его раз, когда он занимается любовью. Рукоять стала возле розовой дырочки мальчика, нагретая губами и смоченная ласками, легко, как по маслу входя в расслабленное возбужденное тело. Я следил за реакцией Билла, желая приносить только наслаждение, учить принимать его от меня. Но прекрасно видел, что Билл и без моей науки уже умеет получать удовольствие от проникновения. Драгоценная вещичка медленно начала прокручиваться в моей руке, потирая внутри комок сладких стонов, криков, невнятного бормотания и томных движений моего мальчика. Моего, черт подери!!! Никогда не мог назвать себя ревнивцем, никогда… Но сейчас маяк сносило словно под обстрелом пушек. Видя, как дрожит тело Билла, как он закусывает губу, сдерживая откровенные крики, закипал желаниям взять. Но, где-то совсем рядом, внутри, там, где сердце билось так быстро, что хотелось сдавить его, остановить, кричала моя задетая за живое любовь. Такой еще юный, тонкий и уже оскверненный? Я отдал ему всего себя, надеясь на ответное чувство. И сейчас надеялся, что добился его, ведь Билл стонет для меня, принимает меня. Только ведь не факт, что любит. Я медленно вытянул рукоятку, которая достойно подготовила вход Билла, улыбаясь протестующим стонам, лег на бок рядом с мальчиком. Нож полетел в противоположную стену, втыкаясь на пол-лезвия. - Билл, я люблю тебя, ты же это понимаешь? – парень моргнул, смотря мне в глаза, значит, помутненный страстью рассудок что-то еще соображает. - А знаешь, почему я не взял тебя силой на корабле? – Билл вновь моргнул, это или хорошо, или он просто вообще не понимает меня. Но Билл повернулся на бок, копируя мою позу, и тихо-тихо шепнул на ушко так, чтобы даже боги не услышали его признания. - Я видел тебя тогда на приеме у королевы. Я хотел подойти, но нужно было уходить, халиф меня тогда почти уловил. – Билл закинул на меня одну ногу, притягивая ближе. – Собственник? Не хочешь меня? Думаешь, что я соврал насчет невинности? - Дело не в этом… - сразу начал я, мысленно проклиная себя последними словами. Дурак, идиот, да какая уже разница, кто его имел до тебя. Главное, что сейчас он с тобой и любит. И даже если бы я узнал, что он не девственник в момент, когда увидел, это бы не сыграло на мои чувства никаким образом. - Я не врал, Том. Просто… Меня столько раз пытались затащить в постель, столько раз домогались, пытались похитить… Пойми, я не раз бился в истерике, заливаясь слезами и стыдом, вырываясь. Сейчас, когда я все же сумел себя сохранить, я чувствую, что твой, и стыдиться мне нечего. Мы же оба мужчины и оба любим друг друга. И… - Билл нежно улыбнулся, прикрывая глаза. – Меня все так домогались, что мне уже невтерпеж было узнать эту усладу, которой так все желают, и я хочу ее принять сполна. - Любимый… - еле сдерживая писк маленькой девочки, пропел я. Словно тонна с души. Я готов был целовать этого чертенка до самого утра, пока он вполне не насытится моими ласками. Признание Билла пробудило в моем теле небесную легкость и счастье… много счастья. Я понятия не имел, что творю, не отдавая себе отчет. Просто подчинялся своим желаниям любить тельце, которое так доверчиво льнуло ко мне. Казалось, что даже моя рука получала удовольствия, проводя по гладкой коже ножек мальчика, поднимая ее выше, так чтобы пах Билла был на уровне моего живота, а дырочка - полностью доступна для моего члена. Я упрямо игнорировал свои порывы уже несколько месяцев, обходясь самоудовлетворением, плюс-минус несколько минут в обществе желанного объекта, и возбуждение граничило с болью. Прижимая одной рукой Билла за плечи, другой приставил головку к входу Билла, размазывая излишки смазки по всей длине ствола, ее должно хватить. Когда головка встала в нужное место, я хотел помедлить, настроить Билла на нужную волну, завлечь страстным поцелуем. Но парень без какого-либо предупреждения резко опустился бедрами вниз, принимая мой член до половины. Сказать, что было больно, ничего не сказать. Любимый был узкий, торопливый, и его действия не остались безнаказанные. Мальчик тихо проскулил, опускаясь до конца, настойчиво игнорируя боль. - Зачем ты?.. – воздух от такого экстрима сперло в груди. Я ласково погладил спину мальчика, заглядывая в заслезившиеся от боли глаза. - Чтобы ты не сомневался в том, что я только твой, – улыбнулся этот дикий ангел, закрывая глаза и ближе прижимаясь ко мне, прислушиваясь к моей груди, успокаиваясь быстрым биением моего сердца. Давление тугих стенок немного спадало, и я мог с облегчением вздохнуть, аккуратно укладывая Билла на спину, размещаясь на нем, при этом совсем не тревожа нашу внутреннюю связь. - Я и так тебе поверил, глупыш. Твоя порванная попка никому бы ничего не доказала. Все еще больно? – беспокоясь, спросил, вглядываясь в закрытые глаза парня. Я хотел его не меньше, и желание никуда не делось, ведь получал удовольствия лишь от тугих тисков. - Нет, просто неприятно. - Мы это сейчас исправим, – прошептал в самые губы, целуя их, чувствуя, что не до конца слизал нектар. Билл тут же ответил, на этот раз, принимая правила моей игры. Я углублял поцелуй, щекоча то небо, то десны мальчика, специально не отвечая на язык любимого, давая ему право завоевывать меня, и у него это вышло. Он быстро перебрался в мой рот, засасывая в плен непокорный язычок и чуть прикусывая в наказание. Билл словно начал игнорировать инородное тело внутри себя, вновь упираясь возбужденным членом в наши животы. Он прижимал меня ближе, и думая, что я не вижу, подтягивал ноги выше, принимая меня на максимальную глубину, а затем резко зажал, вырывая восторженный крик. Это было слишком для моего самообладания. А потому я больше не мог сдерживаться. Чтобы расслабить парня, я с напором покрутил бедрами, ввинчиваясь во вновь расслабленную тугую глубину, и тут же резко вышел до половины, нависая над трепещущим телом, которое под пронзительным толчком внутрь выгнулось, пытаясь улучшить контакт. - Ах, То-м-м, - промычал мальчишка, хватаясь за свои бедра, разводя в стороны дольки, помогая себе, когда я вновь медленно начал подаваться назад. Как только головка оставалась внутри, Билл сам резко насадился на мой толстый член, позволяя рассекать себя внутри. Я боялся, что ему больно, но, судя по улыбке, мой барон получал море удовольствия, и это разрубало цепь обладания, срывая с оков мое безудержное желание окончательно. Притянув к себе ближе горячее тело, я заставил закинуть его ножки себе на грудь, снимая сапоги и целуя его маленькие стопы, не прекращая двигать бедрами и не сбиваясь с ритма, иногда останавливаясь и делая то, что заставляет любимого громко стонать и хвататься за свою попку, пытаясь продлить контакт - крутил бедрами растягивая больше тугое тело, потирая простату. - Хорошо, мне так хорошо… - шептал он в перерывах между стонами, стремясь принять меня и отдать в ответ еще больше. Мне казалось, он специально сжимался, пытаясь угодить мне, но я и так готов был кричать от того наслаждения, которое наливалось во мне, затекая в каждую часть тела. От кончиков пальцев на ногах, до самой макушки разливался оргазм. Билл явно не чувствовал, как глубоко в нем теперь течет частица меня, как пульсирует моя плоть, продолжая доставлять удовольствие. У мальчика член был едва твердым, когда он стонал, продолжая сам двигаться, и так счастливо, удовлетворенно улыбаясь. - Чш-ш-ш… Билли, - позвал я, выскальзывая из парня, видя несколько капелек крови, которые смешались с моей густой спермой. Не порвал, но внутренние ушибы есть, это пройдет. – Тебе было неприятно? – разочарованно прошептал я, ведь Билл не то что не кончил, он еле возбужден. Я не мог увидеть раньше, ведь следил только за эмоциями. Конечно, Билл был не первым моим мужчиной, но я никогда не смотрел, кончила шлюха или нет, просто ставил раком и драл. - Я получил огромное удовольствие, мой пират. Это ни с чем несравнимое блаженство, когда ты заполняешь меня, словно до самого краешка своей любовью, и я чувствую, насколько я полноценный, любимый, нужный, желанный, твой, – мечтательно говорил мальчик, все так же не открывая глаз, находясь в полной эйфории. Но все же я не собирался мириться с тем, что Билл так и не получил того, что я обещал дать. - Том? – не веря своим ощущениям, шепнул Билл, когда я лизнул его шею, спускаясь к ямкам ключиц, выцеловывая соленую, такую приятную кожу на вкус. Мой дикий ангел тут же вцепился в мои волосы, пытаясь оттянуть от своего изнеженного тела. – Что ты делаешь? Не надо. Я не хочу, – неуверенно хрипло шептал он, думая, что я вновь войду в него. - Доверься мне. - Тихо мурлыкнул я, лизнув поочередно то один сосок, то второй, затягивая их до ярко-красных засосов. Билл хоть и не мог уже стонать, но все же тело само за себя говорило, он льнул ко мне, желая, чтобы ни одна ласка не заканчивалась. Когда мои губы остановились на горячей плоти, Билл, превозмогая усталость, поднялся на локтях, затуманенным взглядом следя за моими действиями. Мои губы порхали вдоль его твердой плоти, охваченной влажным кольцом моей правой руки, чуть прилипая к слизкой влаге. Я поднял взгляд, и о чудо, этот бесстыжий дьяволенок залился румянцем, даже уши трогательно покраснели. Улыбнувшись краешком губ, я начал быстро водить язычком по головке, затем спустился к уздечке, присасываясь к самому чувствительному местечку, восторгаясь хриплыми стонами, чуть отстранившись, отвел язык, от которого к красной головке члена тянулась ниточка смазки. Билл заворожено смотрел, пока я заглатывал головку целиком, нежно посасывал, и проталкивал увлажненный член глубже, помогая себе рукой. Билл не выдержал, худое тельце бухнулось вновь на смятые простыни, выгибаясь в хриплом крике, когда моя рука спустилась на яички, поглаживая, а член скользнул в самую глотку. Я сглотнул, сжимая головку гортанью, и тут же чуть отстранился, чтобы вдохнуть воздуха, принять выстрелившее острое семя мальчика, который скорчился, напрягаясь, даже лицо болезненно перекосилось. Если бы я не знал, что он сейчас получает свой первый достойный оргазм, подумал бы, что его только что кастрировали. Последние силы были истраченные в пользу, когда я устало приземлялся возле еле дышащего мальчишки. - Осуществил я твое желание? – спросил я, ожидая ответа на мои старания. - Нет, – тихо, еле шевеля красными, распухшими от несдержанных поцелуев, губами ответил мой барон. - Что? – во мне аккумулировались силы. Я быстро приподнялся, уже думая, как буду мучить это тело в ближайшие несколько часов, пока Билл не потеряет сознание от наслаждения. - Мое желание – чтобы ты был всегда рядом, всегда со мной, был моим, – Билл повернул ко мне голову, открыв черные глаза, в которых еще плескались отголоски недавнего оргазма. - Тогда я начинаю его исполнять с этой же секунды, барон. Отныне сердце Черного голубя навсегда принадлежит вам. Я заключил счастливого мальчишку в объятья, давая себе заметку, что с завтрашнего дня обязательно возьмусь за воспитание этого вымогателя. Он всегда получает то, что хочет. Хотя я еще понятия не имею, как буду ему отказывать, ведь это невозможно.