вру

И это абсолютная правда – всё, до последней капли, – Чонгук никогда не думал, что Тэхён уйдёт. Соберёт все свои вещи и скроется в неизвестном направлении, даже не оставив написанное на скомканной бумажке "прости". Уж лучше бы так, чем бросать на произвол – вертится в мыслях. Мы ведь должны быть в ответе за тех, кого приручили. Но Тэхён ушёл также неожиданно, как и пришёл. Подарил надежду на лучшее и это же "лучшее" вместе с собой навсегда забрал. Ты не мог со мной так поступить… Только не ты. Поступил. Купался в любви, дарил в ответ тепло и сгорал вместе с ним в том урагане чувств и эмоций. До последней капли. А после – оставил Чонгука одного, без права на спасение. Потому что после такой любви не спасаются. После таких чувств снова "как раньше" не живут. Нет... Не надо... Не бросай… Чонгук ночами не спит, у него его образ под веками. Его отсутствие в их больше-не-общей квартире физически ощущается. И каждая ночь как очередной кошмар, потому что просыпаться ото сна и возвращаться в реальность не хочется от слова совсем. Чон Чонгук больше не может жить без Ким Тэхёна. Это аксиома. От тех, кто внутривенно с тобой существует так просто не спасаются. – Просыпайся, вставай, соберись… – цедит сквозь плотно сжатые зубы парень и делает глубокий вдох. Чон волочить себя в новый день за шкирку больше не способен. Он пытается. Честно-честно. Но взять себя в руки и больше не вспоминать – выше его сил. Потому что воспоминания перед глазами ярким калейдоскопом проносятся, они, как его эта-но-прошлая жизнь ощущаются. И от подобного голова кругом. Чонгук работает. Много. Засиживается до пяти утра, всё сидит у холста и рисует до тёмных кругов, перед глазами пляшущих. Он берёт заказ за заказом, без права на отдых. Потому что в перерывах он снова его видит. Потому что каждая модель, на холсте юным художником изображенная, его черты в себе прячет. Или это просто Чонгук всегда Тэхёна в других ищет. Я не могу без тебя. – Идиот… какой же я идиот… Чонгуку плохо. Неимоверно. И эта душевная боль ощущается почти физически. Как и его отсутствие. Попытки найти замену Чон сразу же прекращает. Я не так низко пал, чтобы наплевать на наши чувства, – говорит. Взгляд от парня: худого, со впалыми щеками и кругами под глазами темнее тёмного, – не отводит и вновь в себе веру в лучшее взращивает. Хоть ты и сломал меня, я исцелю себя сам. По частям. По кусочкам. Чонгук старается. И у него потихоньку выходит. Потому что полгода пролетают быстро-быстро. Парень переезжает в новую студию, арендная плата за которую кажется слишком высокой. А имя Чон Чонгук уже становится узнаваемым среди ценителей искусства. Он пашет двадцать четыре на семь и это приносит свои плоды. Студия кажется холодной и пустой без него, но Чонгук обещает себе, что привыкнет. Уж лучше так, чем навеки оставаться в месте, где Ким Тэхён во всех деталях, где он уже навеки чонгуковым мозгом прописан. Вон. У него получается. Спустя год и три месяца Чон Чонгук признаёт себя победителем. Потому что он больше не вспоминает его. Больше в чертах незнакомцев не ищет. Больше его не рисует, драгоценное время растрачивая. Но всё рушится, стоит им встретиться на выставке в честь Чона. Ты всегда был победителем, Тэхён. Ты ломал меня раз за разом. Рука дрогнула. Холсты горят огнём объятые. И всполохи пламени отображаются в чоновых глазах. Теперь он понимал Гоголя. Чонгук сжёг свои «Мёртвые души».