Раствориться в тебе

      Я практически спинным мозгом ощущала тяжёлое дыхание Доминика от столь стремительной пробежки. И нет, это не было запланированным утренним кроссом по парку города — это был, если так можно назвать, результат моего везения. Что лишний раз подтверждало — любому, кто захочет мне помочь или просто быть рядом, угрожает опасность.

***

      Узнав, что Бейкер собирается на встречу с Оушеном, я не могла находиться в стороне. Ведь причиной всей заварушки была только я, потому оставалась сущая мелочь — узнать место встречи.       Увидев возле бара расслабленного Доминика, лениво потягивающего коктейль, я стремительным шагом направилась к нему, призывая на помощь всё моё женское обаяние.       — Доминик, — старательно растягиваю губы в приветливой улыбке. Хотя если говорить откровенно, то я не сильно и притворяюсь в своём интересе к этому блондинчику. Несмотря на грубый подкат, граничащий с хамством, он сумел меня зацепить. — Не поделишься со мной секретом? — медленно, но верно вторгаюсь в его личное пространство, что не остаётся незамеченным мужчиной.       — Кэтрин, — уголки губ слегка дёрнулись в кривой ухмылке, хотя взгляд всё так же выражает холод, — едва ли после нашего столь яркого знакомства ты можешь рассчитывать на мою благосклонность, — послав мне ещё одну холодную улыбку, парень поставил бокал на стойку и направился в сторону служебного выхода, который вёл во внутренний двор.       Пусть весь его внешний вид выражал незаинтересованность не только в нашем разговоре, но и во мне в целом — я прекрасно знала, что вся эта напускная холодность была не более чем театром одного актёра. Не проходило и часа, чтобы Дом случайно не показался мне на глаза и не отпустил очередную шутку. Правда его знание о том, что меня и Ходжа связывают отношения, отдалённо напоминающие дружеские, всё-таки не даёт ему возможность вновь повторить попытку проникнуть ко мне под юбку. Но кто сказал, что я против этого?       Но поскольку времени становится всё меньше, то стоит напомнить блондинчику о долге, ведь если бы Бейкер узнал о фривольном и наглом поведении своего подчинённого, то я сильно сомневаюсь, что блондин отделался бы одним лишь строгим взглядом. И как бы Доминик не храбрился перед другими, но я прекрасно видела как сильно он уважает и боится своего начальника. И думаю, что эти чувства были совершенно не беспочвенны.       Мотнув головой, отгоняя не к месту разбушевавшиеся мысли, я двинулась за мужчиной, который явно намеревался покурить в одиночестве. Быстро преодолев путь до двери, я неслышно открыла её. Доминик сидел на скамейке под раскидистым деревом. Казалось, что моё присутствие его совсем не удивило и я практически ощущала его оценивающий взгляд на своей фигуре. Не прекращая меня разглядывать, он поднёс сигарету к губам и сделал глубокий вдох.       От подобной картины у меня перехватило дыхание — высокий, широкоплечий мужчина, не растратив ни капли своей серьёзности, лениво выдыхал дым. Правильные черты лица слегка затуманились и лишь блеск синих глаз выдавал его интерес. На его губах вновь заиграла ехидная ухмылка, но он не произнёс ни слова, предоставляя мне возможность первой начать разговор.       Сглотнув образовавшийся ком в горле, я решительной походкой направилась к мужчине, при этом стараясь сделать как можно более непринуждённый вид. Опустившись рядом с ним на скамейку и практически соприкасаясь ногами, я жадно и глубоко вдохнула его запах. Аромат дорогого парфюма и сигарет, которыми веяло от Дома, опьяняли не хуже виски. До боли в груди, хотелось сейчас запустить руку в его светлую шевелюру и с силой оттянуть, а затем впиться в губы, ощущая привкус табака и алкоголя.       — Кэтрин, — хриплый мужской голос вывел меня из раздумий, — выкладывай уже, чего ты хочешь?       — Скажи мне, куда сейчас уехал мистер Бейкер? — почему-то совершенно не хотелось напоминать ему о ситуации в кабинете Ходжа. Казалось, что этот момент мог разрушить наш хрупкий мир.       — Ты же понимаешь, что я не могу тебе это сказать? — он впервые за последние дни был серьёзен. — И это не потому, что я такой вредный, это приказ мистера Бейкера. Он ясно дал понять, чтобы ты не покидала территорию клуба.       — Дом, это вопрос жизни и смерти, мне правда очень нужно знать, куда он направился.       — Чёрт, Кэт, — мужчина с раздражением затушил сигарету и швырнул бычок в мусорник, — ты же понимаешь, что поездка туда сулит нам большие проблемы?       — Нам? — поверить в то, что этот неприступный засранец всё-таки пошёл на уступки действительно трудно.       — Ну конечно, — он решительно поднялся со скамейки, — ты же не думаешь, что ты поедешь туда в гордом одиночестве? В конце концов твой симпатичный зад должен кто-то прикрыть, а затем доставить в клуб в целости и сохранности, — он игриво подмигнул, протягивая раскрытую ладонь.       Я смело вложила руку и крепко её сжала, отмечая про себя, что этому человеку я действительно могу доверить свою жизнь. И уже через несколько минут мы сели в машину и мчались к месту встречи Оушена и Ходжа. Но я забыла об одной немаловажной вещи — все, кто тем или иным образом связывается со мной, оказывается в большой опасности. И в этом я убедилась спустя несколько часов, когда мы убегали от преследования.

***

      Я слышала позади тяжёлое дыхание и это было не проявлением страсти. Абсолютно нет — так в спину дышат те, кто намеревается, в лучшем случае, свернуть тебе шею голыми руками, а в худшем — воплотить в жизнь все самые известные виды пыток, заставляя умолять о смерти.       В случае же Доминика, то лучше получить праздничную пулю в затылок, чем оказаться на аудиенции у босса, который ясно отдал приказ не спускать с девушки глаз и не дать ей покинуть территорию клуба. Остаётся уповать на всех богов, что у нас получится не просто оторваться от преследователей, которые уже начали стрелять в спину, но и то, что они не запомнили их лиц и не сумели доложить об этом Оушену.       Выбежав на узкую тропинку, где в тени деревьев была машина, Доминик щёлкнул брелком сигнализации, пробормотав хвалебную оду в свой адрес — ведь припаркованный вблизи завода транспорт и ключи, которые всё время были в руке, не просто сэкономили время, но и спасли наши задницы. Ну что ж, работа на мистера Бейкера оказывает на его подготовку положительное влияние, чего нельзя сказать о его дальновидности — ведь блондин явно подозревал, что я не из тех, кто будет покорно исполнять приказы, но впредь он будет готов к такому женскому коварству, а точнее глупости.       Последний рывок и вот уже мы мчимся по трассе, оставляя позади незадачливых преследователей. Страх липкими лапами начинает захватывать мой разум — становится трудно дышать и лишь единственное, на что у меня хватает сил, это несвязные вскрики:       — Обратно… Доминик, нам… Обратно…       Его руки так сильно сжимают руль, что видны побелевшие костяшки, но всё-таки блондину удаётся взять под контроль свой гнев. Не отрывая взгляда от дороги, он сжимает мою ладонь и шепчет:       — Кэт, дыши со мной. Давай, милая, глубокий вдох и выдох, — его, на удивление, спокойный голос помогает страху отступить и я, будто ребёнок, послушно повторяю за ним.       Спустя несколько минут разум был вновь ясен и чист. Но волнение за Бейкера не отступало.       — Дом, нам нужно за ними вернуться, мы не знаем, что с ними сделает Оушен, неужели ты этого не понимаешь? — в моём голосе вновь начали звучать истерические нотки.       Парень ничего не успел ответить на мой выпад, как в кармане брюк зазвенел смартфон. Выпустив мои ладони из своего плена, он ловко достал телефон и судя по тому, что он расслабленно откинулся на спинку сидения, новости были хорошими. Бегло осмотрев меня, Дом проговорил в трубку:       — Да, Чарли, она со мной. Хорошо, я тебя понял, до завтра.       Отключив телефон и бросив аппарат в подстаканник, он уже обратился ко мне:       — Две новости. Хорошая — с ними всё хорошо. Плохая — перемирию конец. Теперь мы с тобой будем проводить гораздо больше времени — потому что целостность твоей фигурки — теперь моя первостепенная задача.       Слова о том, что с Бейкером всё хорошо — были подобно сброшенному грузу, я наконец смогла выдохнуть и откинуться на сидение, прикрыв глаза, пытаясь привести дыхание в порядок после столь насыщенной ночной прогулки.       — Эй, Кэтрин, ты как? — сквозь полуопущенные ресницы я жадно впитывала его, впервые столь оголённые, эмоции. Лицо Дома выражало обеспокоенность, заботу и ещё что-то такое, чего я пока не могу понять.       Аккуратная мужская ладонь крепко сжимала мою руку, даря едва ощутимую ласку. Через какой-то миг он заметил, что я за ним подглядываю и обезоруживающе улыбнулся, будто застал маленькую девочку за поеданием конфет вместо положенного супа.       Припарковавшись возле здания клуба, он заглушил двигатель, но не спешил покидать машину. Тишина, в которую мы погрузились, была уютной и совершенно не хотелось терять это чувство уединения и покоя. В какой-то момент Доминик отстегнул наши ремни безопасности и помог мне перебраться к нему на колени. Крепкая собственническая хватка заставила бабочек в моём животе трепетать ещё сильнее. Не желая разрушать столь интимный момент откровенными поцелуями, я потёрлась кончиком носа о его, с наслаждением вдыхая аромат мужчины. Взгляд парня опустился на мои губы, а рука едва ощутимо поглаживала поясницу, пуская по телу мириады мурашек.       — Ты мучаешь меня, — блондин едва соприкасался своими губами с моими. — Ты проникла в мои мысли, — пальцы мягко очертили мою шею, плавно спускаясь к ключицам, а я словно кошка, нуждающаяся в ласке лишь выгибалась навстречу руке, — ты проникла в мои сны, — голос мужчины вибрировал от волнения, — столь трогательные слова совершенно не вязались с его действиями. Грубо прижимая меня к своему паху, Дом потянулся к бардачку. Достав оттуда складной нож, он обнажил лезвие.       Оружие опасно сверкнуло в свете фонарей, заставив меня судорожно вздохнуть. Внизу живота затянулся тугой узел возбуждения, а кожа под слоями одежды горела от желания соприкоснуться с кожей Доминика. Он, словно услышав моё желание, медленно и дразня начал срезать пуговицы на моей блузке.       — Дом, — я практически прохныкала его имя, но он будто змей-искуситель только продолжал лениво терзать мою одежду. И только судорожно дёрнувшийся кадык от моего очередного стона выдал его трепет, а впечатляющий бугор, упирающийся мне в промежность лишь подтвердил, что не только я схожу с ума от желания. — Пожалуйста… Доминик… — и в следующее мгновение холодная сталь соприкоснулась с кожей, вызывая новый стон наслаждения.       — Мне так нравится тебя слышать, — губы блондина растянулись в лукавой улыбке, в том время как рука поднесла нож к бьющейся жилке на шее. Кончик лезвия, упирался в чувствительное местечко, придавая нашей близости новый оттенок опасности.       Поддавшись неведомому чувству, я откинула голову назад, открывая доступ к шее, что вызвало довольную ухмылку у мужчины. Он зачарованно наблюдал за мной, пока мои бёдра пришли в движение и принялись слегка потираться о его каменный член. Кончик ножа принялся лениво спускаться к груди, которая к тому моменту уже была избавлена от бюстгальтера. С обманчивой нежностью он поцеловал каждый сосок, напоследок укусив и оттянув его с силой, чем вызвал мой вскрик.       Свободная рука быстро проникла под юбку и с шумом опустилась на попку. Лезвие медленно очертило ареолу, а затем ощутимо укололо затвердевший сосок, вызывая новую вспышку удовольствия граничащего с болью. В этот момент я прохныкала настолько громко, что Доминик не выдержал и откинул нож в сторону.       На миг приподняв меня, он дрожащими руками расстёгивал ремень, в то время как я расправлялась с рубашкой. Раз. Молния расстёгнута, а брюки вместе с бельём спущены. Два. Широкий крой юбки позволил проникнуть под неё без особых проблем и сдвинуть промокшую ткань трусиков в сторону. Три. Одним мощным толчком он проник в меня, отчего мы застонали в унисон.       — Кэт… — не дав ему договорить, я впилась грубым голодным поцелуем, пока его руки тут же принялись задавать бешеный ритм.       В воздухе витал аромат секса, заставляющий нас не просто отдаться эмоциям, а раствориться друг в друге.       — Дом, я так близко, — я тихо прохныкала ему в ухо, а затем с силой укусила за мочку.       Несколько громких и мощных шлепков по моей попке лишь подстегнули меня ускориться.       — Давай, милая, я так хочу почувствовать, как ты будешь сжимать меня своими тугими влажными стеночками, — его пальцы сжимали мою шею и крепко прижимали к своей груди, пока он продолжал нашёптывать откровения, подталкивающие меня к взрыву. — Быть внутри тебя сравнимо с раем, а почувствовать как ты кончаешь на моём члене — это высшая форма удовольствия. Позволь мне раствориться в тебе?       Последняя фраза будто спусковой крючок перед выстрелом и в следующий миг я с криком кончила, чувствуя как Доминик финиширует следом. Какое-то время мы так и сидели не двигаясь, пытаясь привести дыхание в норму.       — Что ты ответишь? — его низкий, слегка вибрирующий, голос нарушил тишину.       А я не могла позволить пострадать этому человеку из-за моих проблем, но моя Тьма, которая стала верным другом за последние годы, лишь напомнила, что за своё нужно бороться. Решение пришло быстро — лёгкий поцелуй в искусанные губы означал новый этап для нас обоих.       — Это и есть мой ответ, — подмигнув парню, я громко засмеялась, когда с силой сжал меня в своих объятиях.       — Чертовка, — в его шёпоте была слышна улыбка.       А я наконец смогла позволить себе на миг быть счастливой.