Mon cher

[Меня всегда удивляло, как неожиданное стечение обстоятельств порой в корне меняет нашу жизнь.] Подходя к условленному месту, я держала пальцы скрещенными. “Только бы его там не было”. Я нашла свой дневник на той скамейке, где сидела в тот день. Он был бережно укутан в целлофан, что меня тронуло до глубины души. “Он сделал это на случай дождя...” – Не помешаю? – я дернулась от неожиданности. – Э, да. То есть нет, не помешаете. Спасибо большое, Вы даже представить не можете какая это ценная вещь. И за "упаковку" тоже спасибо. Теперь я Вам что-то должна? – Вы должны мне свидание, — абсолютно спокойно произнес Арсений.— У Вас есть планы на сегодня? – По правде говоря, нет. Только прежде ответьте на вопрос: Вы читали его? – Вы думаете я на такое способен? – вид его оставался спокойным и возвышенным, однако была в нем какая-то мелочь, которая указывала, что он искренне не понимал моего вопроса. – Но Вы не ответили... – Нет, я не читал. Ваши личные границы не тронуты, можете быть спокойны. – Спасибо, – если бы был прибор для измерения робости, то в этот самый момент он бы показывал максимум. Я была смущена. Смущена от факта, что я так долго считала его слишком надменным и неспособным на поступки вроде этого. И уж тем более от того, что не то, чтобы не скрывала этого, а, наоборот, демонстрировала как только могла. А сегодня это мнение стало перпендикулярным тому и я поверила. Очень странно, как его слова даже не подвергались сомнению в моей голове и оставались константой даже без особых на то причин. Мы остались в парке, в том же месте, где и встретились. Он теперь знает, как меня зовут, сколько мне лет и где я остановилась в Москве. Я отпустила все предрассудки и старалась участвовать в разговоре, который вели со мной. Мне было легко и просто с ним. Я даже будто захотела излить душу, но делать это едва знакомому человеку было бы безрассудством. Мы разговаривали о многих вещах, абсолютно отдаленных от места, где мы сидим. – Почему Вы просто не оставили мой дневник тут? Почему решили прийти лично? Я ведь такого Вам наговорила. И если честно, сейчас очень жалею. Вы очень приятный, простите мне мою грубость. – Я не могу Вам ответить на этот вопрос. Да, Вы мне сказали, что не заинтересованы. Я думал, что просто, будучи в тени, убежусь, что его забрали именно Вы. –Ты. –Что? –Вы можете обращаться ко мне на ты. – Да, ты. Я думал наблюдать издалека, но не удержался. Впрочем, теперь это совсем неважно. Ты тоже очень приятный человек, и я рад знакомству с тобой. Давай зайдем за кофе, и я провожу тебя домой. Уже темнеет и постепенно начнет становится холодно, а ты легко одета. “Друг мой, я что правда проваливаюсь в любовь? Я знаю его всего пару часов, но это ощущение, которое вызывают во мне все его жесты и действия, уже стало частью моего существования. Он невероятно умный и интеллигентный. Проводив меня домой, он не пытался меня даже обнять. Видимо, держит дистанцию. Я так благодарна ему за это, ведь мне именно этого и нужно. Договорились встретиться послезавтра на том же месте. Кажется, теперь мы будем встречаться там всегда”. Вторая встреча была менее тревожной для меня, однако все еще слегка волнительной. Я продолжала чувствовать неловкость, которую плохо скрывала, и отчетливо видела желание второй стороны ее перебороть. Мы встретились в условленном месте и решили пойти в галерею. (Удивительно, что мы оба любим выставки картин.) Мы шли пешком и обсуждали сущность вампиров. —Мне кажется, я в прошлой жизни была вампиром. — Правда? — он засмеялся. — Почему же? — Ну во-первых, я очень люблю истории про вампиров и очень много про это читала. Я люблю атмосферу связанную с ними. Когда все мрачное, в красно-черных тонах, нет солнца, все бледные и до ужаса аристократичные. — Но ведь это просто взято из фильмов, ты же знаешь? Вампиром мог стать только покойник и то при определенном условии смерти. — Ты откуда это знаешь?.. — у меня появилось ощущение, что он знает абсолютно все. "Я что иду рядом с хуманизацией Википедии?" — Читал немного об этом. Так что там про твою прошлую жизнь? — Ну, я не люблю солнце как минимум. Я люблю дождь и мрак. А еще! Говорят, что родинки это места, которые были местом убийства тебя в прошлой жизни. Возможно, это остается на уровне конспирологии, но это забавная конспирология. А у меня 2 пары родинок, которые выглядят как укус. Не спрашивай зачем, но я даже мерила расстояние между ними и между своими клыками. И они.. На этих словах я ощутила, что он взял мою руку в свою. Какие бабочки в животе, у меня по ощущениям печень лопнула. Я не поняла даже как я должна на это отреагировать. — Они что? — он сказал это, будто ничего не произошло. — Я.. Забыла, о чем говорила, — мой голос дрожал, несмотря на все мои усилия. Он остановился и посмотрел в мои глаза: — Почему ты переживаешь? Ответить я не смогла. То ли от волнения, то ли мне просто было нечего сказать, но я просто опустила глаза в надежде, что он сам все поймет. И он понял. Он обнял меня так нежно и так крепко, насколько могло позволить такое сочетание. И я почувствовала себя маленькой девочкой, возможно впервые в жизни защищенной на сто процентов: — Не бойся, я теперь рядом. Я не желаю тебе ничего плохого. Все хорошо. Не бойся меня, пожалуйста. —Извини. Извини. Я просто чересчур эмоциональна в последнее время, — мой голос продолжал дрожать, но я уже могла мыслить трезво, не под влиянием эмоций. — Как однажды написал Толстой: "натура, склонная действовать под влиянием первого порыва". —Ты читала Анну Каренину? — он был удивлен. — А ты думаешь, я не способна на это?:) Постепенно мое сердце оставило попытки разорваться, разговор перешел в новую степь и все нормализовалось. "Я счастлива, мой друг. Мы были в галерее, обсуждали ренессанс и любимых художников. Он сказал, что завтра уезжает в Питер, и пригласил вместе посетить Эрмитаж и Петергоф. Я мечтала побывать в этих местах буквально с детства. Он уедет завтра, а я найду отель и приеду через пару дней. Неужели всё и дальше будет хорошо?"