Тепло родных объятий

      Объятия дорогого человека — единственное ради чего стоит жить. Они укутывают тебя, защищают от внешнего мира, заботятся и дарят ласку. Руки, такие родные, нежно гладят тебя по спине, забирают все твои проблемы, хотя бы на несколько минут. Хочется просто уткнуться в плечо любимого и зарыдать. Любому человеку, даже самому отстраненному от общества, нужны теплые объятия близкого человека. Мир под ногами рассыпается, пропадают окружающие и только ты и его нежные руки, крепко держащие тебя, не дающие упасть в пропасть между отчаянием и надеждой. Где-то там, за окном, полумесяц тускло освещает улицу, звёзды падают, люди загадывают желания, надеясь на их исполнение. В квартире освещения нет, лишь свет от луны, попадающий в окно, очерчивает силуеты. Чай давно остыл, пряники одиноко лежат на тарелке. Тихие всхлипы и слова поддержки отражаются эхом в комнате. Кенма утыкается в плечо Куроо, мочит его футболку, но на это не обращают внимания. Сейчас только крепкие объятия Тецуро важны для него. Он отчаянно хватается за тонкую ткань на спине, как за спасательный круг. Проблемы пробираются комом к горлу, дышать становится всё тяжелее, хочется кричать, но не получается. Только тихие слова Куроо помогают справиться с этим омерзительным чувством. Руки Куроо, сильные, но нежные, обвиваются вокруг талии Кенмы, оберегают от всех несуществующих монстров. — Всё будет хорошо, слышишь? — голос Куроо такой же тихий, но уверенный. Кенма невольно начинает верить ему. Всхлипы заканчиваются, но Козуме не поднимает голову, продолжает утыкаться лицом в плечо. Слова Куроо как обезболивающее, помогают снять ноющую боль в сердце, но не лечат рану, которая поражает клетки организма и человеческих чувств. Зачем пользуются обезболивающим, если он снимает боль лишь на какое-то время? Зачем Куроо продолжает говорить эти слова, а Кенма отчаянно им верить, если от этого никакого толку? Ответ прост. Люди так крепко хватаются хоть за малейшую частичку спасения, даже если после него идёт необратимый процесс гниения человеческих органов, лишившихся нормального лечения. Кенма тоже пытается удержаться за своё временное спасение в виде Куроо. — Кенма, подними голову, — Тецуро убирает руки с талии Кенмы, берет его за плечи и поднимает со своего плеча. Глаза Козуме, красные и заплаканные. Он смотрит в янтарные глаза напротив, в которых отражается его лицо и успокоение. Кенма ощущает большие ладони Куроо на своих щеках. Теплые. Он забывает обо всём, утопая в этих глазах напротив, чувствует ровное сердцебиение Тецуро и свое бешеное. Рядом с Куроо хочется чувствовать себя живым, нужным, важным. Рядом с Куроо хочется забыть обо всём, что было до. Но кровоточащая рана на сердце не даёт покоя, напоминает о себе и о том, что так истошно хочется никогда не вспоминать, — Я обещаю, всё будет хорошо. Опять ложные надежды, которые заседают в голове голосом Куроо. Кенма не хочет им верить, но продолжает, зная, что это всё чушь. Ничего не будет хорошо, остаётся лишь смириться с этим. Но Козуме всё равно верит, потому что это сказал Куроо. Он убирает свои руки с лица Кенмы и там, где они должны лежать, становится холодно, опусташенно, будто чего-то не хватает. Козуме хочет сказать «Не убирай, оставь их там, мне без них плохо», но молчит и просто смотрит. Спину прошибает электрическим разрядом, но приятным, таким делают электротерапию. Руки Куроо снова обнимают Кенму, прижимают к себе. На голове Козуме покоится подбородок Тецуро. Он что-то тихо говорит, скорее поёт. Да, это тихая колыбельная, которую Кенме пела мама, когда ему снился кошмар. Он закрывает глаза и вслушивается в ноты, доносящиеся из уст Тецуро. В его объятиях он снова распадается на атомы и, кажется, его больше не собрать. Как же хочется, чтоб это был кошмар, но это неминуемая реальность, от которой даже пение Куроо вряд-ли спасёт. Когда-то, такие же родные и теплые руки, предали Кенму, оставив одного со своими проблемами, добавив ко всему этому ещё одну, одиночество. Он так сильно пытался найти замену, но каждый день угасал вместе со светлыми воспоминаниями о любимых объятиях. Куроо как спасательный круг среди океана, как парашют, спасающий во время крушения самолёта, как кот, который ложиться на места, где болит. Он лёг на сердце и больше не встает. Лениво мурчит под ребрами, помогая расслабиться после тяжёлого дня в мучениях о прошлом. На кухне по прежнему темно и прохладно. Отопление отключили, луна зашла за облака, а яркие звёзды перестали падать, не оправдав ожиданий людей, которые загадали счастливую жизнь. Глупые, без труда счастья не построишь, без слёз покой не получишь, без огорчений на ноги не встанешь, а без Куроо упадешь в бездну между отчаянием и отчаянием. На надежду сил и не осталось, вечный источник питания иссяк, сломался. Но на его смену пришла солнечная батарея, которая и солнцем служит. Теперь она зарядит Кенму надеждой и верой. Без объятий близкого тебе человека, никогда не поднимешься наверх. Кенма понял, что хвататься нужно не за того, кто дарит улыбки днём, а кто вытирает твои слёзы ночью. Однажды, улыбки перестанут появляться на лице и на их место придет нескончаемый поток слёз, которые будет вытирать тот самый человек. Возможно, слова Куроо когда-то действительно станут правдивыми и всё будет хорошо. Но а пока, Кенма продолжает слушать тихий голос Куроо, который успокаивает, вводит в транс и заставляет забыть о таком жалком прошлом, где нет его.