Глава 1. Непредсказуемая магия
3 июля 2025 г., 05:40
Первая любовь — это не первая и не последняя.
Это та любовь, в которую мы больше всего вложили самих себя, душу, когда душа у нас ещё была.
1991 год - 1 курс
Гермионе было сложно завести друзей. Не все любят слишком умный девочек. Но одному мальчишке это определённо нравилось. Нравилось их некое соперничество на уроках. Нравилось наблюдать за ней в библиотеке. Но она этого никогда не узнает! После нескольких инцидентов в школе, Гермионе всё же удалось подружиться с несколькими ребятами со своего факультета. И чаще проводила время вместе с ними. Непонятная ревность проснулась в его груди, и после он начал высказывать язвительные колкости в её адрес.***
На уроке профессора Амбридж, Гермиона получила наказание - остаться после уроков. Виноваты были несколько студентов, но ей досталось за всех. Возможно, сама вселенная услышала её мольбу, или всё же не она...?! Профессор Амбридж, как и других преподавателей вызвали к директору. Но увы наказание никто не отменял. Гермиона пришла к назначенному времени. — А мисс Грейнджер, проходите. Вы как раз вовремя. Вот список дел, что вам необходимо сделать за сегодняшний вечер. Сделаете всё до моего прихода, можете быть свободной. Скучно Вам не будет, у Вас будет помощник. На этой фразе профессор оставила Гермиону один на один с её мыслями. В последнее время, её мучили разные неприятные мысли, и что бы она не делала, они отказывались покидать её голову. Стоило ей просто повернуть за угол, как очередная неприятная мысль закрадывалась в её сознание. Гермиона, скрывала от всех свою постоянную тревожность. В попытках переключить своё внимание от дурных мыслей, она перепробовала многое. Её мысли находили умиротворение в её картинах. Гермиона, с детства любила рисовать, её отец писал невероятно красивые картины. И видимо это передалось ей самой. Но это был тот маленький секрет, про который не знал никто, кроме её родителей. Она хотела, чтобы это было семейной тайной. Та нить, которая связывала её семьёй, оставляя её маленьким ребёнком. Когда мыслей было слишком много, она в тайне от всех, брала альбом, несколько карандашей, и уходила на Астрономическую башню. Именно там, её мысли находили своё изложение на бумаге. Она настолько глубоко ушла в себя и свои мысли, что не заметила пришедшего отбывать наказание сокурсника. — Ой извини, не заметила тебя, - сказала Гермиона случайно врезавшись в него, – А это ты Малфой! У меня нет настроения перекидываться с тобой оскорблениями, я хочу все закончить до её возвращения. Драко, несколько секунд всматривался в её глаза, в поисках чего...? Кажется ему самому неизвестного. Как казалось Гермионе, в поисках новой оскорбительной шутки в её адрес. — Хорошо, что нужно сделать, чтобы закончить всё раньше? Грейнджер, немного замешкалась. Перед ней сейчас точно Малфой стоит? Ей хотелось дотронуться и проверить, а точно ли это он. Но вовремя собравшись, она вложила ему в руку лист. — Первые три мои, остальные три твои. — Ты забрала себе самые весёлые, – пробежав глазами по списку, сказал Драко. — Я начала делать уже свои, поэтому довольствуйся тем, что есть. Они оба принялись к работе, не проронив больше не слова, они оба думали о своём. Гермиону поражало то, как он просто стал делать то, что она сказала. Он в принципе в последнее время немного странный, не общается со своими сотрудниками, не то, чтоб она за ним пристально следила, а изредка подмечала. Не отравляет ей жизнь, если так задуматься, он с 4-го курса её не унижает, а изредка делает некие язвительные комментарии в её адрес. Драко, думал о чём-то что точно не находится в этом кабинете. Или всё же находиться, и прям перед ним. Пока он чистил парты, у него была возможность понаблюдать за тем, как Гермиона протирает пыль с полок. Он ловил себя на мысли, ему нравиться наблюдать за ней, когда она поглощена каким-либо процессом. Нравилось спорить и выводить из себя на уроках. В попытках протереть верхние полки, Гермиона максимально встала на носочки, но это тоже не особо помогало. Это отвлекло его от мыслей, он всё равно один пункт из своей части списка уже сделал, и направился в её сторону. — Вот держи, – он достал одну из статуй с полки и протянул ей. — Я бы справилась и сама, помощь мне не нужна, – ответила Гермиона забирая статую. — Даже спорить не буду, но, если работать сообща процесс пойдёт быстрее. Гермиона, озадаченно посмотрела на него, но всё же согласилась. До верхних полок она без его помощи не достала бы. — С чего вдруг ты решил мне помочь? — Не ищи в моих действиях или словах какого-то подтекста. Я посчитал что так мы успеем сделать всё быстрее, и уйти до её прихода. — Возможно ты и прав. — Если в моих руках когда-нибудь окажется маховик времени, я определённо вернусь в этот день на пару минут назад, чтобы услышать, как сама Гермиона Грейнджер согласилась со мной. Ответом на его слава был её громкий смех, разносившейся по всему кабинету. Ему определённо нравился её смех. Он как некое благословение действовало на него, растворяя в нём всё самое плохое. Драко подавал ей вещи с верхних полок, она протирала пыль и возвращала ему обратно. С помощью магии было бы в разы быстрее, но уходя профессор запретила пользоваться магией. Закончив с этим и соседнем стеллажом, они помыли пол, протёрли доску, и расставили все книги в правильном порядке. И они болтали, комментировали свои действия, обсуждали как лучше сделать и чтоб было быстрее. Просто болтали как два старых, но достаточно давно не общавшихся друга. Это казалось нормальным и одновременно странным. — Вот вроде мы всё сделали, – подытожил Драко. — Да, мы быстро всё сделали. Амбридж ещё не успела вернуться. — И я предлагаю побыстрее отсюда выметаться, чтобы не встретиться с ней. Покинув кабинет профессора, они шли по пустому коридору Хогвартса в полной тишине, каждый не хотел нарушать тишину, в надежде продлить этот вечер хоть на одну секунду подольше. — Здесь мне нужно направо, – вынужденно нарушил тишину Драко. — А мне налево. — Я бы с радостью поменялся, и сам пошёл налево. — Боюсь ты будешь сильно выделяться в Грифиндорской башне, – с ухмылкой сказала Гермиона. — Я тебе больше скажу, я везде выделяюсь. Или ты Грейнджер, боишься, что цвета твоего факультета пойдут мне больше, чем тебе? — Ну раз ты хочешь сменить факультет, кто я такая чтоб тебя останавливать! — Ну уж нет, спасибо. Только такого счастья мне только в жизни не хватает. Они оба засмеялись, но вынужденные были разойтись по своим спальням, каждый унося частичку этого дня с собой.***
После той отработки у Амбридж прошёл месяц. Никто из них двоих не решался изменить их привычное общение, и вообще заговорить о том вечере. Каждому казалось, что это был некий сон, который им приснился. Они засыпали в надежде, что он повториться вновь, но нет. Вместо прекрасных сновидений приходили кошмары и дурные мысли. И вот снова Гермиона сидит на Астрономической башне, облокотившись на колонну. Она хотела нарисовать что-то прекрасное, но лучше всего получалось только то, что её мучило во снах. Вырванный лист, комком полетел вниз по лестнице. — А тебя не учили, что мусорить не красиво, Грейнджер? От неожиданности она подпрыгнула. Девушка не знала, радоваться ей или нет, что было, лучше поймав её здесь профессор или Малфой. — Расслабься, я не выдам твой секрет. В противном случае нам с тобой снова придётся отрабатывать, и это уже будет не один вечер. — Ты знаешь, что я сюда прихожу не впервые? И не выдал меня? — Представь себе такую картину. Я в поисках уединения, прихожу в своё любимое место, и оно уже занято. И да я тебя не выдал, зачем мне это?! — У нас бы отняли баллы, мне бы приписали отработки, и появилось ещё несколько проблем, – с грустью в голосе ответила Гермиона. — Одно могу точно сказать, у меня было бы тоже самое, – ответил он, присаживаясь напротив неё, – Я ведь тоже не в своей постели был. Всё это время в его руке был сжатый комок бумаги, он аккуратно его разгладил, и показал ей. — Что это? — Это то, что меня мучает последнее время. Гермиона и сама не поняла, как ответила ему. Вдруг он расскажет, или в принципе что-то плохое сделает, кричал её здравый смысл. Но душа уже ныла от вечных страхов, пустоты, и искала поддержку, кто ж знал, что этим человеком окажется никто иной как Драко Малфой. Хотя многие спрашивали, интересовались всё ли у неё в порядке, и она отвечала всегда одно и тоже – «всё нормально, просто немного устала». Она не хотела никого тревожить, у них и своих проблем хватает, а тут ещё и она. Для всех она должна быть сильной и смелой. Но кем она должна быть для себя?! — Вот смотри, - Гермиона зачем-то придвинулась к нему и начала объяснять, что изображено на рисунке, – Это небольшой остров в океане, на который надвигается огромная волна, а вот тут это водоворот. — А это что? – он указал на некое пятно в самом водовороте. — Не что, а кто. Это я... Гермионе, хотелось встать и убежать, но какая-то частичка её разума заставляла быть её прикованной к этому месту. Ей хотелось, чтобы эта тишина закончилась, но нарушить её она боялась. Сильная Гермиона Грейнджер в миг стала слабой. Или ей хотелось быть хоть на долю секунды слабой. Чтобы хоть кто-то был рядом, сказал, что всё хорошо, и страх он не на всегда. Пусть этот кто-то и Драко Малфой. — Ты очень красиво рисуешь. Драко, первый решился нарушить тишину. Ведь это не та тишина, которая мирная, спокойная, уютная. Эта давящая тишина, и ты не мечтаешь, чтобы она длилась подольше, а побыстрее прекратилась. — Это нельзя определить по одному рисунку. — Ты часто здесь сидишь, и рисуешь. Иногда забываешь свои рисунки, иногда выкидываешь их. — Откуда ты знаешь, что я часто прихожу сюда? — Это не только твоё уединённое место. Представь такую картину, я прихожу поразмыслить, а тут уже ты. — Мог бы меня прогнать. — Зачем? Ты явно сюда приходишь побыть одна. Но я тоже не ухожу, а просто сижу и наслаждаюсь тишиной. — Так я не сумасшедшая, – он явно не понимал о чём она сейчас говорит, – Я думала мне просто кажется, что здесь ещё кто-то есть. — Я сохраню твой секрет, как и ты мой. — Это будет наш маленький секрет. От этих слов, непонятное тепло растекалось по его телу. «Наш секрет», их маленький секрет. Только между ними. Это будет ещё один момент, в который он обязательно захочет вернуться. — Только раз нам двоим так не обходима тишина, давай ею наслаждаться вдвоём. Тут места хватит точно для нас двоих. — Договорились, – ответил он. Какое-то время они сидели, всматриваясь вдаль, каждый думал о своём. Это была их тишина... Их место... Только для них двоих. Место, где не нужно притворяться. Просидев неизвестное количество времени, Гермиона, поднялась, собрала свои вещи, и хотела уже вернуться в свою спальню. — Я тебя провожу, – сказал Драко, поднимаясь со своего места. В полной тишине, они дошли до её гостиной, также молча они расстались, и он пошёл дальше. Стоило только, её голове коснуться подушки, как она провалилась в сон. О том что сам Малфой проводил её до гостиной она подумает завтра.***
В следующий вечер, Драко вновь пришёл на Астрономическую башню, в надежде снова посидеть рядом с ней. Но она не пришла. Как и на следующий день не пришла. И на протяжении всей следующей недели не приходила. Он хотел подойти к ней, узнать, но это будет выглядеть странно. Да и никто не должен знать про это. Единственное чем он мог довольствоваться, это незаметно посматривать за ней на уроках. Украдкой наблюдать в столовой. Тот вечер явно пошёл ей на пользу. Она стала улыбаться, её смех был настоящим, а не наигранным. Он не понимал почему она не приходила больше. Чем он мог её обидеть? «– С чего вдруг она начнёт тебе доверять?» – твердил его разум, – «Ты столько времени её гнобил. И она что должна ни с чего тебе поверить и довериться?! Тебе самому-то не смешно с этого.» А правда, он обижал её на первый курсах. Он сам долгое время не понимал почему это делает. Осознание пришло только на четвёртом курсе, когда он замечал её за общением с Виктором Крамом. Он был его кумиром. Но стоило увидеть, как тепло он с ней общается, как из кумира он превратился в соперника. «В соперника? Она тебя ненавидит. А ты ещё на что-то рассчитываешь?!» – снова твердило его подсознание. Он повторял как мантру – Она меня ненавидит! Драко уже не видел никакого смысла её оскорблять, портить ей жизнь. Все эти годы его одолевала ревность. И понял он это слишком поздно. Тогда, когда уже изрядно подпортил ей существование в Хогвартсе. Он боялся даже помыслить, что он и есть причина, по которой она не может нормально спать. Причина её тревоги, и страхов. Ему становилось противно от самого себя после этих мыслей. Хотелось просто взять и выйти из своего тела. Он искренне не желает ей вреда. Он искренне хочет загладить свою вину. Все её рисунки он собирал, и хранил. Как хорошо, что он владеет магией, и в миг может собрать в едино разорванный рисунок, или скомканный разгладить. Он их сохранит. Сохранит для своих самых тёмных дней. Надежда, что она вновь присоединиться к нему на Астрономической башне, с каждым вечером умирала в его душе.***
После их встречи, тем вечером, ей было легче. Она каждый вечер рвалась в башню, но здравый смысл её настигал в гостиной её факультета. И вечно твердил одно и тоже: «– Всё не так как ты себе представляешь. Это всё фарс. Обман. Это неправильно!». Но ей казалось, что это была правда. Он ведь может быть не только гнусным хорьком, но и хорошим человеком. Или нет. Её разрывало от желания побежать вечером в башню, и желанием никогда его не видеть. Она частенько садилась в столовой так, чтобы у неё была возможность, хоть краешком глаза посмотреть на него. Возможно, ей просто казалось, и пару раз, всего на долю секунды, они пересекались глазами. Это просто игра её дурной головы. Она не может и не должна испытывать каких-либо чувств к нему. Это неправильно. Но это именно то, что она хотела нарушить. Но снова страх окутал её разум, а ещё эти кошмары Гарри только всё больше подпитывали её страх. И вот она снова сидит на Астрономической башне, молясь чтобы именно сегодня он не пришёл. Или всё же желала, чтоб он пришёл.***
Сегодня слизеренцы решили собраться в гостиной и немного выпить, поболтать. Всем было весело, кроме Малфоя. Ему была приятна компания его друзей, но внутри его пожирала какая-то пустота. После того как все разошлись по своим спальням, Тео, Забини, Пенси и Дафна решили поиграть в какую-то карточную игру. Они и ему предлагали, но Драко отказался, ему жутко хотелось спать, и выбора не оставалось, он поплёлся в одно единственное место, которое знал. Он понимал, что сегодня, как и вчера, и позавчера, она не придёт. Поднявшись, он почувствовал знакомый аромат, он как магнит его тянул к ней. Драко думал, нарушить тишину, или просто присесть рядом... Но тут она повернулась в его сторону. Они смотрели друг другу в глаза, время вокруг них замедлилось. Гермиона, немного подвинулась. Драко не упустил этого шанса, и сел напротив. — Тебя давно не было, – он всё же решился нарушить тишину. — Много думала, и посчитала, что ты захочешь побыть здесь один. Ответила она, смотря куда-то вдаль, боясь посмотреть на него. Иначе она снова утонет в этих глазах. — Без тебя тут пусто. Приходи почаще.***
Они оба приходили на Астрономическую башню с некой последовательностью, и просто сидели, наслаждаясь тишиной. Гермиона рисовала, а Драко наблюдал за ней, подмечая реалистичность её рисунков. Это было их время, их место. Здесь они могли быть собой, без притворств, без фальши. Частенько они разговаривали, бывало, о учёбе, вспоминая забавные ситуации, или о чём-то личном, обнажая частичку своей души. Но в обыденное время, они не решались изменить своё общение. Пока это была их тайна. — Вот держи, - девушка протягивает ему лист, и садиться рядом, – Только не суди строго. На листе бумаги был нарисован Драко во время урока у профессора Макгонагалл. Девушка досконально передала его точёный профиль. Рисунок вызывал ощущения, что настоящий он на листе бумаги, а перед ней сейчас сидит жалкая копия. Этот рисунок он явно не собирался возвращать ей. Он слишком долго молчал, всматриваясь в лист бумаги, у девушки возникло неприятное ощущение в груди. «Ему не понравилось.» «Это было неуместно.» Она была готова взорваться от непонимания. Пусть он уже накричит на неё, нашлёт на неё проклятий, разорвёт лист и уйдёт. Сколько можно её мучить этим молчанием. — Гермиона, это потрясающе! Гермиона, теперь озадачена больше. Ему понравился рисунок! Он назвал её по имени! Это точно Малфой сейчас перед ней сидит?! Хотя в последнее время, она уже ни в чём не уверена. — Это невероятно красиво. Как тебя Макгонагалл не спалила за этим? — Я не рисовала на уроке. Я постаралась детально запомнить тот момент, и потом свои воспоминания изложила на бумаге. — Это сто процентов твоё призвание. Спасибо. Я обязательно его сохраню. И он обнял её в знак благодарности. Так просто взял и обнял, стараясь вложить всю благодарность и нежность, что сейчас растекались по его душе. Он и не понимал зачем это сделал, но ему этого хотелось. Она не сопротивлялась, но была удивлена не меньше его. Для них двоих время замедлилось, им казалось, что прошли часы, но на деле все-то пару секунд. Никто не хотел останавливать этот момент. Это казалось так неправильно, но и так необходимо. Два совершенно разных человека, которые вначале друг друга ненавидели и портили друг другу жизнь. Их жизни никогда не должны были переплестись. Они совершенно разные, их судьбы и жизни совершенно разные. Но по всей видимости у вселенной были другие планы. Хотела ли она поиздеваться над ними или свести две души, так необходимым внутренне тепло?! Это мы узнаем только под конец…***
Наступили Рождественские праздники, большинство студентов разъехались. Гарри уехал к родителям Рона, они и ей предлагали, но у неё были другие планы. Драко и Гермиона старались проводить больше времени вместе, они тайно вечерами встречались на Астрономической башне, днём болтали в библиотеке, спрятавшись от посторонних глаз. Они обсуждали книги, делились какими-то знаниями, иногда сплетничали. Им было максимально комфортно от общения с друг другом. — Это тебе, он вложил в ей руки небольшую коробочку. Открыв коробочку, Гермиона ахнула от невероятной красоты. Там лежал небольшой, необычный камень на золотой, плетённой цепочке. Камень переливался от темных тонов к светлым и наоборот. Посмотрев, можно было подумать, что внутри камня спрятана самое звёздное небо, но присмотревшись можно разглядеть очертания вселенной и несколькими планетами. Оттенки в кулоне хаотично менялись, что было обусловлено как игрой света, так и внутренними свойствами материала. — Это зачарованный кулон. Все твои переживания и страхи он спрячет далеко во вселенной, чтобы тебя они не беспокоили. Раз я не могу тебе помочь с этим, пусть поможет он. Гермиона, была заворожена красотой кулона, переведя взгляд на Драко она всматривалась в давно полюбившиеся бездонно серые глаза. С ним она чувствовала себя уютно и спокойно. Она приблизилась к нему и, переполненная глубокой признательностью, выразила свою любовь самым ласковым поцелуем в щеку, на который была способна только по отношению к нему. Драко, стоял неподвижно, не веря в происходящее. Когда её тёплые губи коснулись его щеки, он прикрыл глаза, проваливаясь с головой в этот опьяняющий омут. В надежде вновь проникнуться этим моментом, он был готов продать кому угодно своё тело, так как его душа пожизненно принадлежит только ей одной.***
За окном снег практически растаял, на пороге уже стучалась весна. С того самого дня их отношения изменились, они начали больше доверять друг другу, и относиться с некой нежностью в душе. Они оба боялись совершить ошибку и разрушить их хрустальный мир. Гермиона реже появлялась, так как очень много сил и времени отнимал их дополнительный кружок. Драко был один из тех, кого послали на поиски места проведения внеучебного кружка. Как причудливо играет судьба, держа в своих ладонях жизни двух людей. С каким усердием она сплетала их отдельные вселенные в одну, а теперь с не меньшей мощью собирается столкнуть их. Опасаюсь, выдержит ли этот хрупкий мир такое испытание… Ведь это она, судьба, решает, как сложится их дальнейший путь. Именно ей было угодно соединить эти два мира, и теперь она намерена их развести. Не даст ли это непоправимую брешь в их отношениях, вот что меня тревожит.***
Драко был в бешенстве, он бежал со всех ног на Астрономическую башню, в надежде её застать там. Он был готов запереть её где угодно лишь бы она не высовывалась и не ввязывалась во всякие непонятные авантюры своих дружков. — Ты тоже входишь в этот кружок?! – процедил сквозь зубы он, стараясь успокоить свой гнев. — А тебя Амбридж послала на наши поиски? — Ты не отрицаешь своего участия? — Нет, зачем я буду отрицать то, что ты и так знаешь, и нагло тебе врать в глаза. — Амбридж, приказала нам застать вас с поличным и привезти к ней. Что ты мне теперь прикажешь делать?! — Я не знаю. Вот я перед тобой стою, можешь сдать ей меня. — Ты совсем с головой не дружишь, почему тебе не сидится в библиотеке, а обязательно тянет на какие-то авантюры! — Во-первых, тебе тоже спокойно не живётся, раз ты записался в её добровольцы. Во-вторых, я не буду сидеть в стороне и кидаться книжками, когда начнётся война. Мы оба с тобой прекрасно понимает, что этот день настанет. И я не собираюсь быть послушной ученицей для этой жабы. — Ты… ты… Он не мог найти подходящих слов, ему хотелось накричать на неё за её необдуманные действия, и одновременно уберечь от всего. Не найдя подходящих слов, он ушёл.***
На следующий день он так и не вернулся, как и в последующие дни. В библиотеке он, либо, не появлялся, либо, приходил в компании друзей, и так же быстро уходил. У Гермионы пропала любая возможность с ним поговорить, он отстранился от неё на максимальную дистанцию. Единственное напоминание о нём был кулон на её шее, который она никогда не снимала. Однажды Джинни спросила, что это и кто подарил. Она ответила просто – родители. Но её удивило нечто другое, для Джинни это был обычный, красиво переливающийся кулон. Вся красота и уникальность кулона была предназначена только для неё самой. Гермиона, часто рисовала пейзажи, представляя их двоих. Она тосковала по их встречам, по их разговорам. Она не понимала в какой момент он стал одним из самых дорогих её сердцу людей. Как давно она полюбила Драко Малфоя? — Кого на этот раз рисуешь? Из мыслей её неожиданно выдернул вопрос её лучшей подруги Джинни. Спохватившись, она попыталась спрятать рисунок, и того, кто был там. — Я… Я в одной из книги прочла, что рисование помогает отвлечь мысли. Но я только начала, и я просто ужасно это делаю, думаю прекратить. — Ты можешь кому угодно врать, но только не своей соседке. Ты думаешь я не замечала, что ты по ночам куда-то уходишь, в последнее время ходишь счастливая. Я было подумала, что ты что-то принимаешь, и перевернула все твои вещи в поисках чего-то запрещённого. Представь моё удивление, когда я нашла кучу рисунков, и ещё кое кого на них. Не переживай секрет лучшей подружки я конечно же сохраню — Ты и вправду думала, что я что-то принимаю? — А что ты мне предлагаешь думать, я испугалась. Придумала запасной план, как выбить из тебя привычку к этой гадости, перевернула все твои вещи. И тут опа неожиданность. Тайное увлечение Гермионы Грейнджер. Или скорее влечение. Расскажи мне, пожалуйста, я хочу знать, что происходит. Когда мне нужна помощь или поддержка ты всегда рядом. Вот и я хочу быть рядом, когда это необходимо тебе. Гермиона, более не в силах хранить эту ношу в одиночестве, открылась Джинни полностью. Она поведала ей обо всех своих встречах с Драко, об их беседах, о терзаниях, мучивших её душу, и, конечно же, о собственных чувствах к нему. — Я понимаю, что это неправильно… — Подожди, - перебила её Джинни, – Неправильно по чьим понятиям? — Он ведь должен быть злодеем в моей истории. И у нас всё равно ничего не выйдет, мы совершенно из разных миров. И скорее всего я ему не интересна, и тем более уж не нравлюсь. — Да он был мудаком на первых курсах, но ты сама сказала, что он несколько лет тебе и слова плохого не сказал, а даже пару раз защитил. И извинился за всё то, что делал. Во-вторых, иногда миры и сталкиваются, и нигде не запрещено общаться с кем-то и тем более любить. И в заключении, с чего вдруг ты знаешь, что несимпатична ему? Он тебе об этом лично сказал? Нет. С твоих слов, он испытывает к тебе нежные чувства. Только вот ты не хочешь это признавать. Вот здесь и сейчас признайся сама себе, и конечно же мне, что ты испытываешь к нему? — Я влюбилась в Драко Малфоя, и уже достаточно давно. Не сдержав эмоции, Джинни подпрыгнула на краю её кровати, и со всей силы обняла. — Да, да, осталось узнать его чувства к тебе. А потом, – Джинни ехидно потёрла руки, – Да прибудут фанфики! — Что такое фанфики? — Ох, вырастешь узнаешь, – засмеялась Джинни и похлопала её по плечу.***
От неожиданного взрыва, и поднявшейся пыли Гермиона не могла понять, где она и как найти выход. Кто-то грубо схватил её за руку, и выволок оттуда. Один из студентов Слизерина вёл её по коридору, и она понимала куда, в направлении кабинета Амбридж. — Вот ещё одна, – он грубо её затолкал вовнутрь кабинета. Пробежав глазами по всем присутствующим, она увидела его. Он держал Рона. Некогда друзья, или даже родные души, теперь на разных сторонах. От этого осознания было противно от самой себя. Что конкретно происходило в кабинете она не помнит, ну или не слушала. Она чувствовала, как он прожигает её своими глазами. Но боялась посмотреть на него. Посмотрит и сразу утонет в его глазах, а ей нужно думать трезвой головой. Когда им нужно было вырваться из хватки слизеренцев, Драко взмахом палочки усыпил пару своих сокурсников, что немало удивило её. Но спасибо она скажет потом.***
Драко, не находил себе места, он знал куда она отправилась, и куда отправились те, кого он презирал. Надо было её тоже усыпить, или отправиться с ней. Ну хоть что-то сделать, но никак не отпускать её одну. А что, если с ней что-то произойдёт. — Ты можешь перестать ходить из стороны в сторону. У меня в глазах тебя уже трое. Что тебя так беспокоит? — Тео, ни что, а кто. Предвижу твой вопрос, я знаю кто. — Ничего ты не знаешь, Блейз, – огрызнулся Драко. — Ты думаешь, о твоих ночных похождениях, никто не знает? Ха ха, мальчик мой кому надо уже всё знают. У меня есть ну очень хороший друг, которого эта тема тоже интересует. А вот кто, я тебе не скажу. От бессилия и беспомощности, Драко сел в кресло, тяжело дыша он сказал: — Я волнуюсь за неё. Я не знаю, что там может произойти, а вдруг с ней что-то случиться и я вот так неожиданно её потеряю? Я ведь даже не успел ей сказать… кое-что. — Друг, не волнуйся, именно с ней всё будет в порядке, – пытался его успокоить Блейз. За это время он морально истощался духом, утомлённый необходимостью изображать несокрушимую, безэмоциональную статую, лишённую всяких проявлений чувств. Ему надоело быть этаким незыблемым монументом. — Раз вы знаете о ней, прошу пусть это останется, между нами, я не хочу, чтобы ей навредили. — Конечно, – Тео подсел ближе, – Нашёл в кого влюбиться, и когда. Но твой секрет я сохраню от всех. Мы сохраним. — Я долго копался в самом себе. Она давно мне не безразлична. Я боюсь её потерять. Боюсь, что, если кто-то ещё узнает о ней…, – на этой фразе его голос дрогнул, – Я не знаю, что делать. Я пытался игнорировать её и похоронить свои чувства к ней. Но становилось только хуже. Мир не такой, он снова тусклый и мрачный. А рядом с ней у меня как будто отрастают крылья. — Она тебе настолько не безразлична? — Тео, я влюбился в неё беспамятства. Она мой луч света в этом мрачном мире.***
После событий, произошедших в Министерстве Магии пару дней назад, Гермиону, одолевали вновь пришедшие страхи. Страх потери близких ей людей. Страх приближающейся войны, а она точно будет. Страх потерять его. Все экзамены были позади, все были в преддверии летних каникул. После своего возвращения она не видела его. Он как будто просто исчез. Перед своим отъездом, она пошла на Астрономическую башню, в надежде, что, когда он вернётся за своими вещами, он обязательно придёт сюда. А тут будет для него маленькое напоминание о ней. Дойдя до последней лестницы, она замерла как вкопанная. Парень стоял оперевшись на перила, и смотрел куда-то вдаль. — Тебя долго не было. — У меня были дела, - ответил он, повернувшись к ней. — Я ждала тебя, и кое-что хотела оставить тут, - она передала ему небольшой свёрнутый лист, - Маленькое напоминание обо мне. На рисунке запечатлены их фигуры, расположившиеся на вершине Астрономической башни. Драко хранил воспоминания об этом дне. Именно в этот момент она открыла ему свои переживания и страхи, положив голову на его плечо. Он с предельным вниманием впитывал каждое её слово, стремясь удержать в памяти все детали. А сейчас у него в руках живое подтверждение того дня. Доказательство того, что она существует в реальности, а не плод его больного воображения. Эти божественные янтарные глаза не могли быть вымышленными. Его рассудок не способен был сотворить подобное. — Гермиона, я давно пытался тебе сказать, но боялся. Боялся, что ты перестанешь меня замечать после. Я... — Я люблю тебя, Драко, – перебив его протараторила девушка. Осознание её слов молнией пронзило его. Он глубоко вздохнул и, убрав все сомнения, подался вперёд и впился в её губы поцелуем. Она лишь удивлённо вздохнула, но тут же ещё более страстно ответила на его поцелуй и обвила руками шею парня. Сколько времени они целовались, застыв в такой позе, не знал никто. — Я тоже тебя люблю, Гермиона.
