Dark matter

— Добро пожаловать, мистер Ким и мистер Пак, — приветствуя новых сотрудников, заглядывает в документы мужчина средних лет. — Вас перевели в Криминально-следственный отдел, по личному приказу директора Чон Чонгука. Оба сотрудника кланяются своему сопровождающему, приветствующему в новом отделе. — Правильно я понимаю, раньше вы оба были преподавателями? — немного надменно спрашивает сопровождающий сотрудник. Тэхён улавливает в голосе нотку пренебрежения в этой фразе и натянуто-приветственная улыбка спадает с его лица. — Мистер Сон, проводите нас в кабинет директора и ваши должностные обязанности в отношении нас на сегодня закончены, — холодно и чётко произносит Тэхён, глядя прямо в глаза уже неугодному сотруднику. Тот же в ответ натянуто улыбается, протягивая руку в пригласительном жесте, начинает движение по тёмному коридору, освещённому лишь тусклыми лампочками встроенных в стенах. Пак и Ким следуют за мужчиной пока не останавливаются около железной двери со специальным пропускным режимом в виде отпечатка пальца. Пожилой мужчина проходит проверку и двое парней двигаются вслед. Пройдя несколько дверей они останавливаются у самой большой и после ввода кодового пароля, дверь открывается и сотрудник, откланявшись, пропускает молодых парней в кабинет. Внутри довольно темно и кто-то другой сказал бы, что кабинет выглядит мрачно, но Тэхён и Чимин описали бы скорее как стильный минимализм. Из-за стола встаёт мужчина в чёрном костюме и приветственно улыбается. Он как-то пристально оценивает парней, которые наконец прибыли в его кабинет в качестве подчинённых. Движением пальца он выпроваживает мужчину, который сопровождал парней. — Наконец я получил вас в своё распоряжение, — с широкой улыбкой приветствует их директор. — Долго я бился с вашим куратором над переводом под моё руководство. — Это и удивляет, зачем вам понадобились преподаватели, которые обучают стажёров? — смотря в сторону, как-то отстранённо спрашивает Тэхён. — Разве? — наигранно удивлённо спрашивает Чонгук. — Вы наши лучшие профайлеры, благодаря вам было раскрыто множество дел. Я знаю, что наши сотрудники не редко обращаются к вам для того, чтобы вы помогли раскрыть им дела. Кто как не вы можете видеть улики, которые не зримы для взгляда наших обычных сотрудников. Вы те, кто их обучает, а значит вы лучшие в своём деле. Чонгук подходит ближе к парням и словно как-то свысока смотрит на обоих. — Должно быть вы думаете, что мы недостаточно хорошо их обучаем, раз они не могут справится без нашего вмешательства? — как-то враждебно, смотря прямо в глаза, исподлобья спрашивает Тэхён, за что получает толчок в бок от Чимина. — Думаю вы неправильно меня поняли, мистер Ким. Вы оба, без сомнений, великолепные преподаватели, но так же у вас обоих есть особый талант, я бы сказал даже страсть к подобной работе, которой к сожалению не одарены большинство моих сотрудников. Поэтому заполучить вас обоих было для меня большим трудом. Я ценю ваши таланты, знания и неординарный подход к своему делу. — Довольно лести, мистер Чон, прошу предоставить материалы по делам из-за которых вы нас привлекли, — отстранённо смотря в сторону отчеканивает Тэхён. Чонгук расплывается казалось бы дружественной улыбке, смотря на своего нового подопечного. Хищных блеск на долю секунды сверкает в черноте его глаз. — Вы, правы не будем терять ни минуты, — пристально смотря на Тэхёна отвечает директор. — Хочу видеть вас в деле. Чимин с непониманием смотрит на своего напарника. Он искренне недоумевает от поведения своего друга. Ведь их перевели в отдел по активным делам; в место, где они смогут не только обучать неучей как делать элементарную работу, но и своими силами наконец раскрывать преступления и сажать за решетку виновных. Пак знает как Тэхён жаждал этого на протяжении долгого времени. Чонгук подходит к своему столу и достает папку по одному из дел, которые они получили пару дней назад. — Тут есть вся необходимая информация на одного из парней, которых повязали на днях. В течении нескольких дней он находится под арестом. Наши ребята уже пытались его допросить, но это было безрезультатно. Он молчит, не проявляя совершенно никаких эмоций. Он ещё не попросил адвоката, поэтому мы можем попробовать ещё. Ощущение, словно он ждёт подходящего агента, чтобы начать говорить, уверен у вас, ребята, это получится. Тут два экземпляра для изучения дела, у вас есть примерно два часа на изучение материала. Успеете подготовится? — Нам достаточно часа, — так же отстранённо говорит Тэхён. Директор подходит ближе, вручая папки с делом, не отводя заинтересованного взгляда от Тэхёна. Чимин берет материалы быстро, Тэхён же не торопится брать папку. — В чем его подозревают, мистер Чон? — раскрывая бумажный конверт, спрашивает Чимин. — Мы подозреваем его в похищениях, изнасилованиях и убийствах молодых парней, которых он находил в разных городах, — всё так же не спуская заинтересованного взгляда с Тэхёна отвечает Чонгук. — Так значит он жил или путешествовал по городам? — сразу же углубляясь в дело спрашивает Чимин. — Остальные случаи пока не доказаны, слишком мало улик и никаких признаний подозреваемого, именно поэтому нам нужна ваша помощь. — Все предполагаемые жертвы действительно выглядят как модели. Как же он их мог заинтересовать? — словно куда-то в пустоту спрашивает Пак. Тэхён, наконец, берёт папку и чувствует, как пальцы директора словно оглаживают его собственные. Он тут же переводит взгляд на своего нового начальника и видит как тот прожигает его взглядом с какой-то надменной улыбкой. От этого Тэхён чувствует себя неуютно, словно он уменьшился в размерах и снова отводит взгляд. — Как и говорил Тэхён, нам хватит часа на изучение материала, а остальное мы просмотрим по дороге в участок, — не отрываясь от дела говорит Чимин. — Правильно я понимаю: вы хотите, чтобы мы провели допрос? — Всё верно, наши лучшие психологи не смогли выйти на контакт с этим парнем. Но пока он не запросил адвоката, мы всё ещё можем попытаться выудить из него хоть какую-то информацию. Улики есть, но их всё ещё можно вывернуть на изнанку и без признания дело в суде может провалиться. Чонгук возвращается к своему столу и нажав на кнопку в столе, вызывает кого-то из сотрудников. — Вас проводят в кабинет где вы сможете сосредоточиться, обсудить имеющиеся данные и выстроить стратегию для беседы. Через несколько секунд входит молодой парень и сразу же проходит к столу своего начальника. — Мин Юнги — моя правая рука, прошу, относитесь к нему как другу, он всегда на вашей стороне и поможет с любым вопросом. Чимин так же дружелюбно улыбается, стараясь быть приветливым, на что заместитель директора закатывает глаза, Тэхён же никак не реагирует на будущего коллегу. Покинув кабинет в сопровождении заместителя, новоиспечённые сотрудники сразу начинают просматривать документы из папки. Проследовав за Юнги и зайдя в ближайший свободный кабинет, очевидно предназначавшийся для переговоров, оба парня раскладывают все материалы дела на большом столе. Мин покидает их, не сказав ни слова. — Не могу понять, они же взяли этого парня буквально с поличным, какое-то бессмысленное дело, почему оно вообще перешло в нашу юрисдикцию, — перелистывая бумаги, спрашивает Тэхён. — При обыске дома они нашли молодого парня, прикованного ошейником в огромном железном контейнере на заднем дворе. Как дело может развалиться, когда главный свидетель был найден в крови буквально у него дома? — Ну, судя по данным на пятой странице, он работал дальнобойщиком, ездил из города в город, тем самым находя себе новых жертв, — указывая на нужную строчку, уточняет Чимин. — Видимо поэтому это дело и передали нам. — Интересно, на него, кажется, хотят повесить ещё несколько нераскрытых дел с похожими сценариями. — Похожие они или нет, мы пока не знаем. В них значатся как и возможно просто сбежавшие подростки, так и заявления очевидцев о предполагаемых похищениях. — Странно, но при задержании он был довольно разговорчив, что же с ним случилось в участке? — Не понравились офицеры, — Ухмыляется Чимин. — На заднем дворе были так же обнаружены тела ещё пятерых. На опознание уйдет немало времени. — Судя по состоянию разложения, придётся проводить стоматологическую проверку и сопоставлять с картами пропавших.

***

— Ну что, как тебе наши новые сотрудники? — не отрываясь от документов, принесенных на подпись, спрашивает директор. — У меня к тебе только один вопрос, Чонгук, ты нахера их притащил сюда? У нас что, такая сильная нехватка сотрудников? На кой нам нужны юные преподаватели? У них обоих нет даже достаточной физической подготовки, оба щуплые такие, их ветром не сдует как из здания выйдут? Они хоть стрелять-то умеют? — Юнги, тебе всего тридцать два, а ворчишь на все семьдесят, — оскаливается Чонгук. — Не люблю когда мои решения подвергаются сомнениям. Да, они моложе нас, но уже преподают и обучают наших сотрудников. Да, у них нет достаточной физической подготовки, но не всем же кулаками тут махать, да пушки в рот пихать, как ты любишь, мозги в нашей работе куда важнее. — Ладно, ты хотел Тэхёна получить в своё распоряжение, но этот губастый-то тебе зачем в придачу? — облизав губы, спрашивает Юнги. Чонгук, наблюдающий за тирадой своего заместителя, ухмыляется, как-то остро смотря на него. Юнги не очень хорош в контроле собственных эмоций и порой читать его мысли можно прямиком с его лица. — Так значит, из всего этого, тебя больше всего заинтересовали его губы? — не скрывая своего любопытства, интересуется директор. — Да просто два пельменя, за которыми лица не видно. — Завидуешь или хочешь заполучить? — пробегая глазами по документам и ставя подпись, в очередной раз ухмыляется Чонгук. — Ой, да иди ты, — словно выплёвывает Мин и уже разворачивается, чтобы уйти. — Как они будут готовы, поедешь со мной следом за ними, я покажу тебе их профессионализм, будь готов через час. — Да на кой нам-то тащиться в участок на какой-то допрос? — ещё более возмущённо стонет Юнги. — Просто хочу доказать тебе, что они оба достойнее всех наших сотрудников. Уверен, они это продемонстрируют. — Есть, Сэр, — Мин специально переходит на официальный тон, чтобы дать понять, что он всеми силами против, но начальник тут не он, а потому ему приходится подчиниться. За парнями действительно приходят через час и сообщают, что машина ждёт их на стоянке. Тэхён и Чимин складывают все документы обратно в папку и направляются на выход. За отведённое им время они успели обсудить все имеющиеся улики и предполагаемую стратегию допроса. Пак настоял на игре в хорошего и плохого полицейского. Не в том привычном понимании, что люди видят в фильмах. Исходя из той информации, что у них была о прошлом подозреваемого, они предположили, что мужчина нарцисс. А значит, если он пойдет на контакт с ними, он захочет, чтобы его восхваляли. Правда для этого им нужно будет попытаться вывести его на разговор. Как только агенты садятся в машину, водитель сразу заводит с ними разговор, сообщая о том, что он в их распоряжении временно и в дальнейшем им будут предоставлены служебные автомобили. Сразу после отъезда Тэхён смотрит в зеркало заднего вида и замечает, что ещё одна машина отъехала за ними со стоянки. Он легонько толкает Чимина в бок и глазами указывает зеркало заднего вида. Тот понимает, что от него хочет друг и переведя взгляд в зеркало, так же подмечает машину, направляющуюся за ними. Не говоря ни слова, они оба понимают, что за ними едет их личная проверка. Так как это их первое дело и они оба находятся, так сказать, на испытательном сроке. Поэтому было логично предположить, что кто-то захочет следить за ходом их допроса. — Походу нас ждёт бессонная ночка сегодня, Чимин, — стараясь как-то разбавить эту неловкость в машине с водителем. — Точно, если он пойдет на контакт мы можем там застрять на несколько суток. — Он с нами поговорит, я уверен, — улыбается другу Тэхён. По прибытии их сразу встречает начальник отдела участка и вводит в курс дела. Пройдя несколько коридоров они спускаются на этаж, находящийся под землёй. Им сообщают, что подозреваемый в наручниках, но не пристегнут к столу, за дверью всегда есть охрана, так что в случае чего они подстрахованы. Перед входом в кабинет для допросов, оба парня обмениваются взглядами, словно спрашивая друг друга готовы ли они. И после одобрительной улыбки друг другу, Тэхён открывает дверь и входит первым. Мужчина, сидящий перед ними, как-то моментально оживляется видя парней, посетивших его. На вид подозреваемому лет тридцать пять и выглядит он довольно неплохо, даже для своего положения. Зализанные назад волосы, заострённые черты лица, делают из него вполне симпатичного мужчину. Тэхён думает о том, что таким надо не в тюрьме сидеть, а строить себе прекрасную жизнь. Словно если ты красив, то достоин лучшей жизни. Может поэтому предполагается, что на его счету пара десятков жертв. Красивые люди к себе располагают намного проще. — Мистер Кан, как же так получилось, что в контейнере на заднем дворе нашли молодого парня, прикованного ошейником к полу на подстилке для собак? — Как-то небрежно начинает Чимин, бросая папку с делом на стол и расстёгивая пиджак, присаживается напротив допрашиваемого. — Нам передали, что вы не хотите поделиться своими охотничьими трофеями с вашими предыдущими собеседниками, — так же расстёгивая пуговицу на пиджаке, присаживаясь на стул с улыбкой, спрашивает Тэхён. — Я бы, вот, с удовольствием послушал как же вы так ловко скрывались, находясь у всех на виду. Тут бывает одного-то убьешь, а на следующий день уже сидишь, а тут аж пятерых нашли только на заднем дворе. Но почему-то я уверен, что такой охотник как вы успели бы поохотиться поудачнее, не ограничиваясь всего пятью. Не так ли? Так как Тэхён выбрал стратегию хорошего полицейского и исходя из предположений, что подозреваемый нарцисс, он решает сразу зайти с похвалы за проделанную работу. Мужчина напротив улыбается, как-то жадно осматривая Тэхёна и Чимина, но всё ещё продолжает молчать. — Видите ли, дело в том, что то, что нашли в вашем доме и в саду, хватит чтобы посадить вас минимум на пожизненное, поэтому мне правда интересно, какой смысл молчать, — с наглой ухмылкой, смотря прямо в глаза, задаёт вопрос Чимин. — К сожалению это правда, но видите ли, мистер Кан, тогда у этой сказки будет какой-то скучный финал. Мы ничего не узнаем про вас, а вы просто канете в пустоту, даже не отпечатавшись в умах людей. Ваше имя не будет будоражить умы любителей криминалистики, о вас не напишут ни строчки в газетах, не сообщат в новостях. Как-то всё это скучно, не находите? Мужчина ещё какое-то время оценивающе смотрит на парней со звериным оскалом. — Почему же мне сразу не предоставили для разговоров такие смазливые личики? Неужели я заслужил тех жирных, засаленных мужиков, чтобы поведать мою историю? — расплывается в наглой ухмылке преступник. Тэхён борется с желанием повернуть голову к напарнику с победной улыбкой. Но он не хочет, чтобы убийца сорвался с крючка и не понял, что это была лишь небольшая манипуляция его гордыней. Чонгук с Юнги наблюдают за происходящим из соседнего помещения. Никто в комнате допросов не догадывается, что за ними следят прямо за стенкой. В комнате нет большого зеркала, но есть фальшивая доска для записей маркером. Каждый знает про большое зеркало в допросной, но никто не подозревает, что даже за обычной доской для записей, может быть наблюдательный пункт. После того, как подозреваемый выдает свои первые слова, Чонгук довольно смотрит на Юнги. Он хотел доказать, что не просто так выдернул этих парней и доказал это с первым же порученным делом. Мин лишь фыркает на это в ответ и выходит из маленькой комнатки, бросив напоследок, что ждёт в машине. — Тогда, мистер Кан, расскажите нам, как тот мальчишка оказался прикованным у вас на заднем дворе? — Ну что я могу сказать, я люблю красивых мальчиков, таких же как вы, агенты. Правда, настолько красивых у меня ещё не было. Был бы у меня шанс встретить вас обоих вне этих стен, клянусь, мы бы развлекались долго. Таких как вы я бы даже убивать не стал, — заливается смехом преступник. — Любите в каком смысле? — уточняет Чимин. — Люблю их во всех смыслах, мистер… — Пак Чимин. — Пак Чимин, я люблю получать в личное распоряжение таких смазливых педиков как вы. Детективы переглянулись в недоумении. — Я знакомился с такими как вы в гей-клубах, приводил их домой, а дальше унижал за их ориентацию. Но я их не убивал. Всех, кого вы нашли у меня во дворе, знаете, я их не убивал. Это были просто несчастные случаи. — Во избежание дальнейшего недопонимания с вами, мистер Кан, хотели бы уточнить заранее, что мы оба не по мужчинам, — смотря прямо в глаза чётко проговаривает Тэхён. — Ну да, конечно, оба ещё отрицаете, что ли? Слишком уж вы оба смазливые и ухоженные, такие девчонкам не достаются. У меня на таких глаз намётан, я вам подобным издалека вижу, за километр чую. — Полагаю, вы испытываете определённую неприязнь к людям подобной ориентации, я вас правильно понимаю? — уточняет Чимин. — Конечно, такие как вы должны умереть. И так уж получилось, что я, видимо, этому способствовал. — Вы же говорили это несчастные случаи, — перебивает его Тэхен. — Так и есть, — одёргивает себя преступник. — Хорошо, мы вас поняли. Скажите, вы имели половые акты с кем-то из тех, кого полицейские нашли у вас на участке? — Конечно, с каждым из них. — Но вы же говорили, что люди подобной ориентации вам противны, — с недоумением спрашивает Тэхён. — А вы думаете, что я трахал их для удовольствия? Нет, я хотел их унизить той же мерзостью, которой они занимались. «Это как есть мясо, чтобы доказать мясоедам, что они не правы» проносится в голове у Тэхёна. Оба детектива уже поняли, что он старается скрыть свою ориентацию, прикрываясь ненавистью, но решают не высказывать эту мысль вслух. Ведь их главная задача расположить подозреваемого к себе. — Вообще-то я вас полностью понимаю, знаете, мог бы я вас за подобное не судить, прямо сейчас открыл наручники и отпустил бы от сюда, — Тэхён решает подыграть мужчине, садясь в такую же расслабленную позу как и подозреваемый. — Ну так что, как это было? — О, вам понравится, детектив, — преступник явно слишком глуп, чтобы понять куда ведёт разговор. — Тогда давайте с того мальчишки в фургоне, — Чимин делает вид, что записывает уточняющие данные на листе. Подобные личности слишком глупы, чтобы понять, что их записывают на камеру и подобный трюк внушает им, что всё сказанное останется лишь на листах бумаги. И если что-то не будет там записано, то об этом никто не узнает. — А, этот? Так он ведь жив, так? Не вижу смысла на нём заострять внимание. — Ну это смахивает на похищение и удержание, возможное изнасилование и побои. — Нет, нет, этот извращенец сам попросил его держать на поводке, не кормить его и иногда трахать. У него такой фетиш, понимаете? Я пытался его прогнать, говорил, что это всё мне не интересно. Но он буквально одолевал меня своими просьбами, знали бы вы, сколько он меня уговаривал поиграть с ним в это. Он меня так доставал, что мне приходилось иногда его бить, чтобы он отстал от меня со своими играми. Я хотел быть хорошим для него, поэтому, например, когда я слишком уставал, я позволял ему только отсосать у меня. Согласитесь, неплохая награда за его назойливость. Хотя он и доставал меня своими просьбами по несколько раз на дню. Представляете, иногда просил меня трахнуть его по пять раз на дню. Я думал, что в один день он осознает всю мерзость, которую просит меня делать с ним и остановится. Я хотел, чтобы он понял, что делать это с мужчинами не правильно и что он повернётся к Богу и попросит искупление за свои грехи. Но кажется я был к нему слишком мягок. Понимаете, детективы, я ведь слишком мягкосердечный. Пока преступник выдумывал эту ерунду на ходу, Тэхён ещё раз заглядывает в бумаги, где этот парнишка давал совершенно противоположные показания о том, что этот монстр вытащил из дома, при этом застрелив его парня у него на глазах и удерживал его там четыре месяца. Он насиловал его каждый день, по нескольку раз, не кормил, из-за чего у потерпевшего даже не было сил сопротивляться. Избивал его почти каждый день, воплощая все свои грязные фантазии в реальность. Удовлетворившись уже полученным результатом, директор выходит из комнаты следом за своим заместителем. Чон уверен, что дальше допрос пойдет в нужном русле и его новые агенты не оплошают и доведут дело до конца.

***

Агенты общаются с преступником уже три часа и за это время он успел рассказать многое. О том, как некоторые из его жертв умерли по неосторожности от асфиксии во время их сексуальных игр. Конечно же он не хотел этого делать, те парни сами его просили о подобном, хотя он, конечно же, был против. Одного из них он застрелил во время самообороны, когда, мол, пятнадцатилетний парень оказался шлюхой и пытался его обокрасть. Истории слишком банальные, каждый второй прикрывается самообороной или неосторожностью во время секса. Забавным было только то, что он старался вывернуть все свои убийства, будто он не делал ничего плохого и на самом деле он вообще святой человек. Всё это время Тэхёна сильно раздражало, что этот преступник слишком очевидно флиртовал с ним. В какой-то момент он даже хотел приостановить допрос и передать его следователям данного участка. Но понимал, что этого делать не стоит и нужно выудить из него как можно больше признаний, так как при других он может опять замолчать и не сказать ни слова. По прошествии шести часов допроса, подозреваемый уже словно ощущал себя лучшими друзьями с детективами и рассказывал всё больше подробностей. Агенты даже заказали ему еду, чтобы расположить того на ещё более дружескую беседу. Он хвалился своими достижениями, словно за это ему должны вручить какой-то приз в конце. Оба детектива жадно ловили его слова, радуясь всё большим и большим подробностям. Кан рассказал о некоторых делах, в которых его подозревали и подтвердил, что был к ним причастен. Всё это время Тэхён словно подбадривал его и как будто даже восхищался его успехами. Он знает, что так он побуждает хвастаться своими делами ещё больше, чтобы сильнее впечатлить. Чимин же наоборот, иногда обрывал его на полуслове и будто пропускал мимо ушей то, чем так гордился преступник. Тем самым вынуждая мужчину рассказывать что-то ещё более впечатляющее. Их тактика работала великолепно. По прошествии семи часов, Кан попросил, чтобы Чимин принёс ему кофе, так как тот уже устал и в горле пересохло. Тэхён вызвался сделать это за своего коллегу, так как хотел взять небольшой перерыв от нескончаемых ужасающих подробностей, в которых признавался мужчина. А ещё ему смертельно надоели приставания и намёки. Но мужчина настоял, чтобы это сделал именно Чимин. — Вам обычный чёрный, или будет какой-то особый заказ? — всё так же миловидно улыбается Чимин. — Чёрный, покрепче. Как только Чимин выходит за дверь, в глазах преступника мелькает блеск и он встаёт, под предлогом размять ноги. В это время Тэхён решает, что у них наметился небольшой перерыв, пока Пак ходит за кофе. Агент проверяет записи на бумаге, которые он сделал, создавая вид хоть какой-то деятельности. Как только преступник заходит за спину агента, Тэхён чувствует как его хватают сзади за воротник и рывком выдёргивают из-за стола, в ту же секунду его лицо прижимают к доске для записей. Он не успевает понять, что происходит, как одна рука Кана зажимает ему рот, а вторая держит за затылок, сильнее вжимая в стену. Мужчина прижимается сзади и облизывает щеку Тэхёна. Агент чувствует стояк, вжимающийся в него сзади. — Как жаль, что я не встретил вас, мистер полицейский, вне этих стен, развлекался бы с вашим телом, пока не потеряете сознание, — сально шепчет мужчина сзади. Тэхён старается кричать, чтобы привлечь внимание полицейских за дверью, но Кан зажимает ему рот сильнее и выходит лишь мычание. Тэхён в панике, он понимает, что мужчина слишком близко и ударить его не получится, чтобы нанести хоть какой-то реальный урон. Поэтому он заводит руки за голову и найдя глаза преступника начинает сильно давить на них, пытаясь высвободиться. Но мужчина вытягивает голову, отстраняясь от Тэхёна, продолжая его удерживать на месте. Преступник смещает руки и цепь от наручников стягивает его горло, он начинает задыхаться, не успев даже закричать. Агент уже прощается с жизнью, так как все его попытки ослабить давление на горло и вырваться не приносят желаемого успеха. Почти потеряв сознание от нехватки воздуха, детектив внезапно чувствует свободу и слышит крики за спиной. Обернувшись он видит, что Кана оттаскивает Чимин, а следом вбежавшие охранники ударяют дубинкой напавшего под дых. Мужчина падает на пол в разлитый кофе, который видимо успел принести его друг. Кто-то командует, чтобы запись допроса отключили. Вбегает ещё один охранник, а следом в панике забегает начальник. — Приносим свои извинения, мистер Ким, — запыхавшись произносит начальник участка полиции ошарашенному Тэхёну. — Мы должны были пристегнуть его к столу. — Допрос окончен, дальше думаю вы сами справитесь, — потерев горло, выходит из допросной Тэхён и как бы невзначай запинается о лицо удерживаемого на полу преступника. — Да, конечно, от имени нашего отдела приносим извинения и благодарим за помощь, — очень виновато произносит начальник, потупив глаза в пол. — Нужно сделать копии записей допроса, — словно отдаёт приказ Ким. — И скажите где у вас уборная? Нужно отмыться.