Нежность

В это утро Азирафаэль не спешил вылезать из кровати. Он проснулся по привычке рано, краем глаза взглянул на ручной работы настенные часы, но вспомнив, что сегодня выходной, облегченно вздохнул. Потом невольно улыбнулся своим мыслям и, не отрываясь от подушки, повернул голову налево. Рядом спал Кроули. Кроули cпал с открытым ртом, как птенец, и запутавшись в одеяле так, что больше походил на Святого Себастьяна, чем на посланника ада. Его персональные буря и натиск дремали, надежно заточенные сном в худом и сильном теле. И невозможно было удержаться и не воспользоваться утренним затишьем. Азирафаэль повернулся на бок и, протянув руку, осторожно провел по виску с татуировкой, обводя подушечкой пальца черную змейку. Чувство нежности нахлынуло, почти болезненно сжалось сердце, переполненное теплотой и мягкостью безграничного счастья, которое ангел так долго боялся себе позволить. И захотелось его прочувствовать, захотелось поверить в реальность этого счастья и его причины - своей любви. Он закрыл глаза, невольно возвращаясь в прошлое. На небесах принято было осуждать и презирать падших. Те платили в ответ злыми насмешками и искренней ненавистью. Но с Кроули все сразу пошло не так. С самой первой их встречи. Рядом с ним было удивительно хорошо и просто. А главное - с ним было интересно. Он умел помочь задуматься и мог заставить улыбнуться. И было совсем не важно, что в этот момент привлекло его внимание – проблема с переоцененной разницей между добром и злом или явный косяк, допущенный при создании сороконожки. Иногда ангелу даже казалось, что без Кроули и его болтовни он не смог бы так полюбить земную жизнь. Он снова открыл глаза. Демон все так же крепко спал, не подозревая, что рядом с ним начала растекаться романтическая лужа, до этого имевшая вполне конкретную форму ангельского тела. Это невероятно раздражало демона – сентиментальности, эмоции, переживания. Он избегал их всеми силами, ведь они заставляли его испытывать слишком болезненные душевные волнения и вызывали ненавистную ему неловкость. Но прямо сейчас он не успеет этому помешать. Азирафаэль слегка пригладил рыжие взлохмаченные волосы, обвел густые брови и тонкий хищный нос с едва заметной недовольной складкой на переносице. Он вздохнул и в очередной раз мысленно поблагодарил судьбу, что Кроули оказался достаточно терпелив, и дал ему время разобраться в своих чувствах. Потому что странное ощущение нарастающего с каждым днем счастья и восторга от неожиданной и противоречащей всем небесным принципам… связи с демоном игнорировать становилось все труднее. Но думать об этом всём ангел позволял себе только когда оставался один, с тревогой понимая, что симпатия к демону незаметно разрослась до размеров привязанности, а через какое-то время и вовсе переродилась в очевидное влечение. И ночами все мысли и переживания превращались в томные и волнующие сны, в которые он, закрывая глаза, пытался вернуться снова и снова, до тех пор, пока память не сдавалась, теряя сначала мелкие детали и остроту чувства, а потом угасая совсем, заставляя ждать следующего случая. От нахлынувших воспоминаний ангел снова ощутил ту сладкую дрожь в теле, как когда-то давно, когда других шансов, как он думал, у него не было. Он снова улыбнулся и продолжил свое неспешное изучение демонского тела. Нежно провел тыльной стороной ладони по щеке. Лицо Кроули было усыпано маленькими пятнышками веснушек, которые казались Азирафаэлю бесконечно милыми. Ему так хотелось их пересчитать. И никогда не рассказывать демону о подобном желании. И стараться не гадать, были ли это следы обжигающего солнца или адского пламени, потому что тогда его сердце сжималось от болезненного переживания за демона и несправедливости всего произошедшего с ним. Азирафаэль дотронулся до тонких губ, и Кроули внезапно заворочался, смешно причмокивая. Ангел отдернул руку и замер, на секунды задерживая дыхание, почему-то волнуясь, что его застанут за таким трепетным занятием. Но демон не проснулся, а только потянулся левой рукой к своей груди, и стал медленно водить по коже одними кончиками пальцев, как будто дразня сам себя, а потом вдруг резко потер это место ладонью, снимая наваждение. После чего, что-то пробормотав, он снова затих, провалившись в крепкий сон. В этот миг ангелу показалось, что он присутствовал при каком-то ранее не доступном для него тайном моменте, и ему остро захотелось узнать, какие же еще ласки нравятся демону. Ну, да ничего. У него будет достаточно времени для этого. Он погладил руку Кроули, тонкую и жилистую, как и он сам. Потом дотронулся до груди, неспешно водя ладонью, и темные волоски приятно щекотали кожу. Провел по твердому животу, перебирая пальцами более жесткие волосы, интригующе скрывающиеся под одеялом. Сполз ниже, прижался щекой к демонскому бедру и погладил длинные ноги, дотянувшись почти до самых кончиков смешных костлявых пальцев. И тут он заметил, что одеяло, скомканное у живота демона, уже явно плохо скрывало тот факт, что Себастьян, спавший с ним в одной постели, далеко как не святой. Азирафаэля отдельно удивляла эта готовность к занятиям любовью в любое время и без передышки. Тут в голову сразу почему-то приходила странная человеческая шутка про гормональный взрыв, хотя скорее стоило заподозрить что-то более коварное и свойственное дьявольской природе. Ангел потянул одеяло и внутри все замерло просто от одного вида того, до какой степени Кроули уже был возбужден. И это тоже была любовь, Азирафаэль был уверен. Собственно, дальше им руководила именно эта уверенность. Сначала он просто дотронулся рукой и провел несколько раз вверх-вниз по еще сухой чувствительной коже, погладив подушечками пальцев каждую набухшую венку. Потом поднялся и пристроился на коленях между ног демона. Прижался нежно губами ко всем чувственным местечкам этой самой интимной части обожаемого худого тела, оставив по всей длине несколько легких поцелуев, не торопясь и не надавливая, только лаская. Чтобы просто проявить любовь. Участившееся дыхание демона явно намекало на то, что тот начал просыпаться, и ангел стал решительнее и настойчивее в своих ласках, помогая себе ртом и языком. Он начал двигать головой, опускаясь все ниже и добавляя рукой вращательное движение, останавливая его у основания уже с заметным нажимом. Легкий стон демона был лучшей наградой, и нежность охотно уступила место страсти. Азирафаэль ускорился, и Кроули не выдержал: - Иди сюда, - прошептал он и настойчиво потянул его вверх. Быстро и жадно поцеловав, демон крепко обнял его, прижимая к себе так сильно, что Азирафаэлю казалось, он кожей ощущает стук демонского сердца. Он закинул ногу на бедро Кроули и положил свободную руку ему на грудь, поглаживая и тесно прижимаясь в ответ, как будто пытаясь слиться с демоном в одно целое. Чувствуя как напряглись мыщцы Кроули, как нервно дернулась рука, которой демон обнимал его плечи, ангел понял, что тот уже очень близко и замер, стараясь не мешать моменту. Дыхание Кроули сбилось, переходя в легкий хрип, и ангел почти тут же почувствовал, как несколько горячих капель полученного удовольствия попали ему на кожу. Демон, закончив, медленно размазал их по его телу влажной ладонью. Прошло несколько не требующих разговоров мгновений. Кроули открыл глаза, и ангел, снова залюбовавшись спокойствием на демонском лице, мягко спросил: - Тебе понравилось? - Еще бы! - на его лице появилась довольная улыбка. - Не думал, что просыпаться рядом с кем-то так удобно - еще вроде бы спишь, хотя в подсознании уже полно эротических мыслей, и стоит просто открыть глаза, а процесс уже идет! Причем с минимумом твоих усилий. - Я спросил серьезно, – упрямо повторил Азирафаэль. - А я так и ответил, – уперся демон, но тут же продолжил. - Скажи мне, только честно, ангел. Тебя все устраивает? - Ну, да. А почему ты так часто об этом спрашиваешь? - Ничего не часто. Но давай на всякий случай - если тебя что-то начнет раздражать всерьез, скажи мне об этом сразу. Не через шесть тысяч лет. - Хорошо. Не думаю, конечно, что такое… Договорить ему не дали. - Ангел, я говорю серьезно. Как и ты. Стало понятно, что в дальнейшем споре нет никакого смысла. - Ладно, прости. Я обязательно скажу. - Отлично, - сказал демон. - И да, - буркнул он, отводя взгляд, - мне очень понравилось. Люблю, когда ты проявляешь инициативу. Ангел незаметно улыбнулся и промолчал. Он понимал, что скрывалось за этими вопросами. Понимал, какую так и не сказанную фразу прячет за ними Кроули. И того, что есть, ему было вполне достаточно. Любовь не обязательно озвучивать. Иногда достаточно взглядов, движений и волнения в голосе. И немного нежности. Только рассказывать об этом демону лишний раз не стоило.