Стыдно будет потом

      Игорь мог спихнуть это на мимолётное любопытство, но задним умом понимал, что дело далеко не в заинтересованности, и уж тем более «мимолетной». Шагая по Думской, под бледными лучами луны, Гром подсчитал, что посещает то место уже не впервые. Оно было сродни паллиатива. Когда Игорь валился с ног на работе, когда уставал от напутствий о женитьбе, когда, откровенно говоря, просто заебывался — Гром отправлялся на Думскую, где в неприметном тёмном переулке, металическая дверь, скрывала за собой публичный дом.       Как сотрудник полиции он не должен поддерживать подобные заведения, но как человек он понимал, что искоренить эту структуру невозможно. Но возможно договорится с ними, что Игорь нашёл более эффективным. Договор включал в себя немалую скидку для Игоря и так называемые «желтые карточки», на что Бордель был согласен, к счастью для них же.       Помещение встретило его извечным запахом благовоний, где приглушённо звучала музыка из общего зала. У двери как всегда стояли охранники, сурово глядя на гостей. За лакированной стойкой вишнёвого оттенка, по обычаю сидела Кира, диспетчерка, уже знакомая с Игорем ранее, когда он впервые заглянул сюда по рекомендации Игната. Хорошая оказалось рекомендация, чего греха таить. Гром не ведал с чего его товарищ взял, что Игоря могут заинтересовать полуголые парни, но решил не думать об этом. Завидев Грома – Кира приветливо улыбнулась.       — Добрый вечер, Игорь. Тебе как обычно?       — Привет, есть что-то интересное?       — Тут всё интересно, — хмыкнула Кира, опуская взгляд на стол. — Тяжелый день?       — Можно и так сказать, — уклончиво ответил Гром, на работе действительно был напряг — какой-то придурок трижды облапошил ларьки в разных районах Питера, оставляя за собой таинственное: «сосите мусора» на клочках бумаги; не то чтобы Игорю было обидно, он просто хотел выбить пару зубов затейнику. Игорь принялся осматривать интерьер. Тёмные стены, тусклый свет, все как всегда.       — Есть у нас один. Можете пройти в шестую, Вы знаете где, — заявила спустя несколько минут Кира, снова поднимая глаза на ожидающего Грома.       — Знаю, спасибо. — тысячная купюра шаркнула по стойке.       Игорь повернул в сторону приватных комнат, покидая помещение, где Кира провела его ехидным взглядом, спрятав деньги в кассу.       В шестой Игорю раньше не приходилось побывать. Чёрные стены, приглушённый красный свет, тускло освещающий большую кровать, кожаный диван и шест в середине комнаты, коим Игорь не пользовался ни с одним партнером. И снова эти благовонии.       Игорь любил абсолютную тишину в этих комнатах; звукоизоляция была тут воистину хорошей.       Через несколько минут тихо постучали, кажется самими кончиками пальцев. Гром, услышав — в момент подлетел к двери, открывая.       На пороге стоял миловидной внешности парень: взъерошенные волосы соломенного оттенка, глаза искрящиеся зеленью изучающе глядящие снизу вверх и поджатые губы. Чёрный бондажный топ объявший спортивное тело, узкие кожаные штаны. Парниша обворожительно хлопал глазками. Игорь изучал парня взглядом, довольно подмечая, что внешностью он не обделен, но почему именно его предложила Кира?       — Проходи, — Игорь отошёл, давая парню дорогу и оглянувшись, закрыл за ними дверь.       — Как я могу к Вам обращаться? — спросил парень оборачиваясь к Грому. Тот пожал плечами.       Обычно, каждый юноша называл его Господином, что Игорю ужасно не нравилось; но озвучивать своё настоящее имя ему не улыбалось вовсе, поэтому парни обращались к нему на Вы, без упоминания каких-либо прозвищ.       — Можно без этого?       — Как Вам будет угодно. С чего начнём?       — А что умеешь… лучше всего? — этот вопрос был безоговорочным шансом положить первый кирпич для дальнейшего продвижения дела.       Парень хитро улыбнулся, зелёные глаза заинтересованно сияли в блеклом свете настольной лампы.       — Тогда попрошу Вас сесть. — парень указал на кровать перед собой.       Гром кивнул, шагая. Пружина беззвучно прогнулась под ним, стоило ему сесть на кровать. Парень подошёл к комоду возле дивана и открыл верхнюю тумбочку, Гром провожал каждый его шаг взглядом. Насколько Игорь помнил, там хранились лубриканты, контрацептивы, аксессуары и прочие игрушки на любой вкус. Парень обернулся к нему, цепко изучая все тело и закусив губу — повернулся обратно.       — Гладкие, контурные или текстурные?       — …контурные?       Достав коробочку презервативов, парень закрыл тумбочку, оборачиваясь под чутким взглядом Грома; положив контрацептивы на кровать, юноша присел перед Громом, поднимая голову, встречаясь взглядами. Ресницы парня трепетали, а глаза становились темными под кроваво-красным освещением. Снова даря улыбку, он положил руки на колени Игоря, раздвигая ноги в стороны; их зрительный контакт не прерывался, парень продолжал изучать Игоря из-под опущенных ресниц.       Майор и не заметил, как его штаны приспустили. Всё так же смотря в глаза, рука парня потянулась к резинке боксёров и неспешным движением потянул их. Наконец обрывая зрительный контакт, парниша опускает взгляд на успевший среагировать член и на секунду его глаза расширяются. Игорь ощущал тепло его рук на бёдрах, которые парень не спеша оглаживал. Найдя свою позу не самой удобной, Игорь оперся́ руками на матрац, расположив их позади спины.       Юноша потянулся к коробке, которую давеча положил на кровать и выудил оттуда одну упаковку, освободив из неё презерватив. Ловкостью рук он в мгновенье надел его на член и поразмыслив буквально секунду, лизнул головку. Гром непроизвольно выдохнул, тут же встречая взгляд зелёных глаз, внимательно следящих. Парень поднял одну бровь, улыбаясь и в следующую секунду взял член в рот практически до основания, умудряясь смотреть все это время на Грома. Глаза в глаза. Игорь ухватился за простынь, как за мать родную, еле заставляя себя не закинуть голову, вместо того, чтобы продолжать удерживать зрительный контакт. Парень играет с ним; Гром позволит ему сделать это.       Язык парня медленно прошёлся вокруг члена, особенно прижимаясь в местах набухших вен и пусть перед глазами Игоря все плыло превращаясь в картину Барлоу, но он не отрывал взгляд от юноши, который, дразнил его своим поведением. Обхватив одной рукой член, продолжая сосать, парниша начал ускорять темп, все так же пялившись на Игоря, как хищник на добычу.       Гром понимая, что так его надолго не хватит, оторвал правую руку от кровати, положив её на голову парню, бережно гладя непослушные светлые волосы. Парень прильнул к руке, немного сбрасывая темп. Игорь одобрительно улыбнулся. Но пусть скорость парниша убавил, упорность его только умножилось, он начал сжимать и отсасывать так, словно сама мысль оторваться или уменьшить обороты — убьёт его. Его темп становится максимально медленным, при этом процесс был глубже и сильнее; Игорь напрочь потерял голову от этих сводящих с ума движений, сомкнутых влажных губ и призывного взгляда из-под пышных ресниц. Самоконтролю Грома можно было только позавидовать. Когда парень дернул рукой особенно сильно и втянул член порядочно глубоко — Игорь со стоном кончил, откинувши голову, закатывая глаза до боли. Все тело будто пронзила стрела, а перед глазами взорвался фейерверк. Игорь откинулся на кровать, резко вдыхая и выдыхая.       Парень вытер нижнюю губу большим пальцем, наслаждаясь состоянием Игоря.       — Неужели всё?       — Не спеши расслабляться, — на выдохе сказал Игорь. — Это ещё не конец. Теперь ты ложись на кровать.       Парень кивнул, но на кровать ложиться не спешил, возвращаясь обратно к комоду. Открыв все ту же тумбочку, он глазами прошёлся по содержимому.       — Особые пожелание на счёт лубриканта будут? Есть ароматизированные, с пролонгирующим эффектом, с разогревающим эффектом…       — А тебе какие нравятся?       Парень хмыкнул.       — Мне? Ароматизированные прикольные.       — Ну их и бери.       Парень достал тюбик и закрыл тумбочку снова оборачиваясь к Грому. Тот поднялся на локтях смотря в руки парню. Сложно было что-то рассмотреть в подобном освещении, но Игорь пытался. Бросив попытки он снова откинулся на кровать глядя в потолок, пока не почувствовал тяжесть на своих бёдрах. Подняв голову он снова встретился глазами с юношей.       — Чего желает достопочтенный господин? — то ли насмешливо, то ласково спросил парень низким голосом, от которого мурашки пробежались по телу.       — Перестань называть меня Господином, Бога ради.       — Не в той остановке Вы Бога упоминаете, — в этот раз парниша точно улыбался. Кажется Игорь начинал понимать его особенность.       — Вернёмся к тому, чего же я хочу, — напомнил Гром и парень оживленно закивал. — Сними штаны, дорогуша.       И парень просунув большой палец за пояс, неспешно, будто дразня, снял с себя кожаные облегающие штаны. Игорь затаил дыхание наблюдая за этим, неосознанно приоткрывая рот. В одно мгновение лишняя одежда оказалась на полу, и теперь промежность парня украшали скромные сетчатые стринги. Гром уставился на это проглотив язык. Парень, заметив ошалевший взгляд на себе, начал елозить по бёдрам Грома, прогибаясь в спине, открывая вид на шею, кадык, ключицы. Глубокие вздохи парня поднимали грудь, все ещё украшенную бандажом. У Игоря опять поплыло перед глазами. Положив руки на бёдра парня, нежно скользя по ним пальцами, парниша внезапно дал заднюю.       — В чем дело? — не понял Гром.       — Вам стоит сменить презерватив, — спокойно сказал парень, сползая с его колен, подхватывая неприметно лежащую сбоку пачку контрацепции, подбрасывая Грому. Тот словил её в полёте, сразу же распаковывая.       — Доволен? — спросил Игорь после несложных махинаций. Парень, закусывая губу, кивнул, возвращаясь на колени. Гром улыбнулся, ощущая юношу на себе.       Возобновляя методичные движения тазом, парниша положил обе руки на грудь Грома, перемещая его в горизонтальное положение, придавливая этим самым в матрац. Соломенные волосы парня взлохматились ещё больше, он закусывал губу, прикрыв глаза и Гром готов был поспорить, что лицо его обворожительно зарумянилось, но он, увы, не может это узреть. Игорь положил руку ему на пах, и парень открыл глаза, затуманенным взглядом уставившись на Грома.       — Сними это, пожалуйста.       — Спешу напомнить, что Вы все ещё в футболке, — ехидно сказал парень, освобождая себя от белья. Гром кивнул. Справедливое замечание.       Освободив себя от лишних тканей, парни оказались полностью обнаженными, и только бандаж все ещё украшал грудь парня; Гром посчитал это весьма уместным. И чертовски сексуальным, чего уж таить. Гром мог бы похвастаться немалым количеством половых партнёров, но этого парня он точно запомнит надолго. Все качества, которыми он обладал, просто не могли не запомниться: миловидная внешность, отличное телосложение, ехидность и в то же время распущенность. Парень лукаво улыбнулся, все ещё располагаясь на коленях Грома. Гром терял рассудок, с ним и терпение. Юноша наклонился.       — У Вас красивое тело, — от сердца сказал парень на ухо, его дыхание обжигало, голос щекотал внутренности. Гром натужно выдохнул, отчего парень хмыкнул. — Так и хочется облизывать.       Блять, этот парень его в могилу сведёт.       Зарычав, Игорь одним резким движением расположил свои руки на ягодицах парня, сжимая их достаточно сильно чтобы услышать писк. Разминая в руках зад парниши, он чувствовал как твердеет его член. Что ж, Игорь тоже дразниться умеет. И получается у него не хуже. Парень положил голову на плечо Игоря, начиная тереться тазом об его пах. Их тела были такими обжигающе горячими, что при желании можно пожарить на них яичницу. Гром зажмурился, встречая блики перед глазами.       — Где там твоя смазка? — на выдохе сказал он.       Парень только лениво указал в сторону. Немного поодаль одиноко лежал тюбик, за которым Гром потянулся, вороша парня, всё ещё лежащего на его плече. Юноша решил подняться и теперь Гром мог увидеть насколько потемнели его глаза, сколько желания скрывал за собой этот ничем не выдающийся парниша с миловидной мордашкой, но острым языком.       — Я готов, — сказал он. — В смысле. Полностью готов.       Гром уставился на него. В момент близости он забыл где он, кто он и с кем он сейчас делит кровать. Конечно, он у парня не единственный, и этот парень у него тоже, но чувство все же не из приятных. Будто что-то темное взвыло у него внутри рвясь наружу, чтобы сжечь всё дотла. Гром закусил губу, открывая тюбик смазки. Через секунды комнату заполнил аромат.       — Персик? — спросил Гром, пытаясь определить запах.       — Верно, — улыбнулся парень, наклонив голову.       — Интересно, — ухмыльнулся Игорь и выдавил немного смазки на пальцы, тут же покрывая ею член. Парень смотрел на это заворожённо уставившись, не замечая как приоткрылся его рот.       Облизнув губы, юноша снова поднял взгляд на Игоря.       — Вы хотите чтобы я был сверху?       — Да, — решительно ответил Гром, следя за реакцией юноши.       Приподнявшись парень взял в одну руку член Грома, второй опираясь на его колено, прогнувшись в спине. Игорь просто наблюдал. Зажмурившись, прикусив губу юноша медленно начал насаживаться, и у Грома потемнело в глазах когда он наблюдал как его член исчезает в парне. И когда он вошёл полностью, ощущая тяжесть парня на паху, Игорь выдохнул, откинувши голову. И только спустя несколько секунд смог ощутить как руки оглаживают его грудь, массируя соски.       Блять.       Гром двинул тазом, вбиваясь в тело, на что парниша резко выдохнул, сжимая грудь крепче. Правильно поняв призыв Игоря, он начал двигаться сам, снова смотря в упор только на серые глаза Грома, которые также сильно пылали желанием, искрились удовольствием, хотели увидеть больше. Смотря как двигается парень, как прогибается, как стонет не стесняясь, Гром подмечал мелкие детали его тела, не уловив момент когда начал закусывать свои губы до боли. Парень был… он был прекрасен. Только его натужные выдохи, губы блестевшие и искусанные — вызывали необъяснимо сильное желание обладать им. Обладать всегда и полностью. Игорь снова потерял рассудок, он уже не был Майором Громом — всегда собранным, рассудительным и твёрдым как кремень. Теперь он просто тело так сильно желающее близости. Желающее владеть.       Гром, взявши парня за плечи, убирая руки с полюбившейся задницы, прижимает парня к себе губами касаясь шеи, где в следствии оставляет бордовый, налитый кровью след, кончая, на задворках сознания слыша протяжный стон на ухо.

***

      Дима надевал на себя штаны, дыша резко и сбивчиво, искоса наблюдая за мужчиной, которого сегодня обслужил. Тот будто в бреду искал свои вещи, моргая и бегая глазами. Дубин отвернулся, застегивая ширинку. Ему не хотелось думать насколько ему понравилось. Не хотелось вспоминать все изгибы тела мужчины. Не хотелось отображать в памяти как сверкали его глаза, как желанны были его касания. Не хотелось, и точка.       Напоследок обернувшись, он обнаружил мужчину почти одетым. Это все лишь мгновение. Эндорфины; это нормально, что его разум затмился. Но впервые он не хотел покидать клиента. Как щеночек нашедший опеку.       Да нахуй это. Господи, тебя просто трахнули и заплатили. Функции выполнены, пора валить.       И как только Дима открыл дверь, мужчина тут же дёрнул его за руку. Дубин обернулся встречая разочарованный взгляд.       — Не помню, чтобы с кем-то мне было так комфортно. — ох, блять, эти сердечные признания после секса, когда мозг ещё не собрался в кучу обратно. — Ты действительно особенный. Ты невероятный.       Дубин застыл. Но не нашёл чего ответить, поэтому просто прильнул к мужчине оставляя легкий как перышко поцелуй. И стремительно покинул комнату, громко хлопнув дверью.       Ты тупой, Димка. Живи с этим.       Подойдя к стойке, где смотрела, как обычно, Кира наполненные драмой сериалы, Дубин, кусал губы, которые, как он надеялся, успели сохранить прикосновение с ним.       К лучшему, если это их последняя встреча.       — О, Димка, уже закончили? — спросила Кира, поставив сериал на паузу. Дубин кивнул. — Ух ты какие подарочки. — её взгляд явно был устремлён на засос оставлен клиентом.       — Можно сегодня пораньше? — решил сменить тему Дубин.       — Случилось чего? — тут же её тон стал обеспокоенным.       — Нет, все хорошо, просто нужно выспаться перед работой.       — Ох, Димка, Димка, загнёшься же, — выдохнула она, открывая кассу, — Это за всю неделю. Одежду оставь в шкафчике, выходи через чёрный, будь здоров и не кашляй.       Дубин взял наличку и поспешил ретироваться, оставляя за собой аромат персиков. Кира ухмыльнулась своим мыслям, возобновляя просмотр. Такое с Димой впервые после интима с клиентом.       При этом Дима никогда не принимал таблетки, отчего и был особенным.       Он необычный, потому что настоящий.

***

      Смотря на небо Дима предвкушал хороший день. Над Питером ярко светило солнце — весьма необычное явление. Перед ним было огромное построение, возле которого в ряд стояли полицейские машины. Переведя дух, Дима вошёл в наполненное людьми здание.       Дима мечтал об этом много долгих лет и вот он здесь. Посреди участка, смотрит как носятся полицейские в синих рубашках с суровыми лицами. Дима видел такое в фильмах, ещё будучи мальцом он твёрдо решил, что будет работать на благо народа. Но столкнувшись с финансовыми проблемами, его дорога привела к эскорту. Не сказать, чтобы он гордился этим, но переезд в новую квартиру, в новом городе стоит немало, к тому же кушать хочется всегда. Будучи только стажером, он не может позволить себе много, но будучи привлекательным парнем в нужном месте — ресурсы сами тебя находят. Хочешь жить — умей вертеться. Кто-кто, а Дубин прекрасно это осознал.       Дима был настолько поглощён, что не сразу услышал голос, и уж тем более не заметил появления неизвестного слева от себя.       — Добро пожаловать в Главное Управление Полиции Санкт-Петербурга, Дубина, — сказал парень ухмыляясь.       — Дубин, — исправил его Дима.       — Без чувства юмора тяжело будет, пойдём, — парень зашагал вперёд, оставляя Диму позади, продолжая напутствия. — Значит скоро к тебе приставят одного из сотрудников и выдадут стандартный набор стажера: форму, тазер и фонарик; чтобы ты не потерялся…       Дима был преисполнен энтузиазмом, продолжая слушать парня, да оглядываясь по сторонам, в поисках новых деталей, которые интересно будет узреть, чтобы потом перенести это в скетчбук. Цветков провёл ему поверхностный инструктаж по всей местности, пуская шутки то тут, то там. Дубин не переставал улыбаться, вертя головой, но когда на его глаза попался знакомый силуэт, улыбка начала меркнуть.       Не может такого быть. Это не он.       Кожаная куртка, кепка, синие протертые джинсы, напряженные плечи и дерзкая ухмылка. Это лицо, эти глаза, эти изгибы, блять, тела. Дубин застыл как вкопанный, потянув руку к шее, где скрывался багрового оттенка след чужих губ.       — На что уставился, Стажёр? — окликнул Цветков.       — Да так, ни на что, — Дима решительно ушёл в сторону. Наверняка он скоро уйдёт, в таких одеждах его… знакомый — явно не смахивает на офицера полиции. Может его вообще арестовали. Кто знает. Главное не попадаться на глаза, чтобы тот не выдал его грязный секрет. Что угодно, но не это.       — Как я уже говорил — скоро тебя к кому-то приставят. Прокопеныч тебя пожалеет и пристроит куда-то хвостиком, чтобы сильно под ногами не мешался.       — Но я способен на большее, — запротестовал Дима, как ребёнок, которому отказывают в любимой игрушке.       Офицер хмыкнул, повернул голову к отделу.       — Даже и не знаю… О, Гром, — воскликнул Цветков. Дима повернул голову встречая взгляд серых глаз. Оба застыли. Дима замельтешил не зная куда себя деть. «Гром», нахмурился, но потом его глаза расширились. — Знакомься, Дубина, это Майор Игорь Гром. Гром, это Дима Дубин — стажёр. Рвётся спасать мир.       — Майор?! — вырвалось из Димы достаточно громко.       — Приятно познакомиться, Дима. Милые очки. — бархатный голос прострелил все тело, Дима затаил дыхание; вчера на нем были линзы, сейчас его зелёные, как летняя трава глаза скрывались за обычными очками. Майор протянул руку, ехидно улыбаясь. Вся его скованность испарилась.       — Взаимно, Игорь. Забавная кепочка. — Дима протянул руку, собравшись воедино так же быстро. Гром хмыкнул, поправляя головной убор.       — Стажёр говоришь, — сказал Гром, продолжая смотреть на Диму, опуская взгляд на губы. Дубин сглотнул, закусив губу. — Я возьму его на себя. Пошли, — он потянул за руку Дубина, не давая ему вставить и слова, ведя куда-то вглубь отдела. Цветков остался растеряно смотреть им вслед.       Когда они оказались в самом безлюдном углу помещения, где лампочка еле мигала и пыль оседала на шкафчиках, Гром прижал Диму к стенке, поставив обе руки возле его головы, не давая возможности убежать. Дима гордо поднял взгляд. Интересная получается ситуация: у обоих есть компромат друг на друга и насыщенная ночь за спиной.       — Значит в полицию наметился? — низко спросил Гром, смотря прямо в зелёные глаза.       — Майор, значит? — не давая себя задеть, ответил Дубин. Гром ухмыльнулся и взгляд его перекочевал на шею. Рука потянулась к горлу.       — Напялил водолазку, чтобы спрятать засос, — ухмыльнулся Игорь, явно узнавая свой почерк, когда оттянул ткань кончиками пальцев. — В следующий раз оставлю повыше.       — Следующий ра… — не успел Дубин возразить как его губы накрыли чужие, настырно и жадно целуя. Дима закрыл глаза, отвечая на поцелуй также пылко. Устроив свои ладони на чужих плечах, он прижимал майора к себе.       Стыдно будет потом. Потом Дима будет краснеть, потом он будет себя винить за ответ. Ну, это уж потом.       Чужие руки пробрались под ткань водолазки, гладя кончиками пальцев горячую кожу. Дима оторвался, переводя дыхание.       — Больше ты не вернёшься туда, — сказал ему Гром. Дима понял, что Игорь имеет ввиду.       — Присвоил меня себе?       — Может и так.       — Мы всего лишь напарники. Не тебе тут решать, дорогой Игорь Гром.       — Ага, — согласился Гром, снова прильнув к губам Димы, затыкая все его протесты поцелуями.