Драконий замысел: Часть 2. В поисках гармонии

Королевский причал Эраклиона

      Перед самым прибытием все собрались на палубе. Валтор вновь заключил Трикс в волшебный купол, в котором они могли лишь перемещаться, но покинуть его даже при всём желании бы не смогли. Скай и Брендон на носилках подняли короля Эрендора наверх. На берегу их уже ждала королева Самара со своими фрейлинами, советник Колин, начальник охраны Виктор и несколько слуг и воинов. Никто из них ещё не знал, что король мёртв. Перед прибытием Скай послал матери волшебное письмо о том, что они возвращаются, но не рассказал, что отец погиб. Он хотел сказать ей это лично, чтобы быть в этот момент рядом.       Получив письмо, Самара обрадовалась, что её сын цел и невредим и возвращается домой, и даже приказала слугам готовиться к празднеству, но, как только слуги удалились, королева вновь прочла письмо, и что-то в нём насторожило её. Скай ничего не сказал о своём отце, её муже. Его письмо не содержало никаких эмоций, лишь факты о том, что они одолели Древних Ведьм и возвращаются в Королевство. И потому, уже стоя у причала, в ожидании, когда же галеон покажется из-за облаков, Самара сжимала подол своего платья и мысленно молилась Дракону о том, чтобы её тревоги оказались напрасны...       Галеон пристал к причалу, и первым с него сошёл Скай. Поприветствовав собравшихся, он приказал страже подняться на борт. Как только воины Эраклиона оказались наверху, они сами поняли, что им нужно сделать. Подняв носилки вместе с королём, два стражника начали спускаться. За ними последовали и все остальные. Когда стражники спустились и поднесли тело короля к Самаре, Скай взял мать за руку, а затем опустился перед ней на одно колено. То же самое сделали Брендон, Колин, Виктор и все слуги Эраклиона, кроме двух стражников, что несли короля.       – Нам тоже стоит опуститься на колени? – не оборачиваясь, шёпотом спросила Блум стоящую позади неё Стеллу.       – Не-ет. Ведь мы не являемся подданными королевы Самары. Свои соболезнования мы сможем выразить позже, – чуть наклонившись, так же шёпотом ответила Стелла.       – Ваше Величество, – произнёс Скай, обращаясь к своей матери. – Храбрый король Эрендор пал в бою за спасение нашего мира. Он пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти принцессу Блум от смертельного заклятья ведьмы. Его раны оказались слишком серьёзными, и мне... Нам не удалось его спасти. Вы доверили мне жизнь нашего короля, а я подвёл вас, мама... – проговорил он, не поднимая головы, но продолжая сжимать руку Самары.       – Сын мой... – прервала его повинную королева, стараясь сдерживать свои эмоции и чувства, что разрывали её сердце, но она должна была оставаться сильной в глазах своего народа. – Встань, – приказала Самара.       Скай подчинился и поднялся на ноги, всё ещё не решаясь заглянуть матери в глаза.       – Я приказываю всем подняться, – продолжила она, обводя взглядом своих слуг. Они тут же подчинились. – Король Эрендор погиб с честью, и его подвиг не будет забыт. Подготовьте тело моего мужа к погребению, – сказала она, подойдя к королю и дотронувшись ладонью до его сложенных на груди рук.       Двое стражников понесли тело короля во дворец, а советник Колин подошёл к Самаре и достал пергамент, приготовившись записывать её указы.       – Колин, я хочу, чтобы к завтрашнему дню всё было готово. Прикажи оповестить все дружественные королевства о том, что король Эрендор погиб. Пригласи всех королевских особ и важных людей на его похороны, и... Прошу тебя, постарайся держать Одеона в неведении настолько долго, как сможешь. Я должна переговорить с коллегией министров о коронации Ская до того, как Одеон предложит им свою кандидатуру, – проговорила Самара, повернувшись к Колину, который записывал за ней каждое слово.       – Я сделаю всё возможное, чтобы принц Одеон, его сын или кто-либо из его приближённых узнали обо всём в последнюю очередь, – пообещал советник, поклонившись.       – Ты можешь идти, – отпустила его королева Эраклиона.       Ещё раз поклонившись, Колин и несколько его слуг поспешили выполнять приказы Самары.       – Принцесса Блум, – всё таким же властным тоном обратилась она к фее.       Блум замерла, испуганно сжав челюсти и не понимая, что именно она должна сделать.       – Не забудь поклониться... – прошептала принцесса Солярии, наклонившись к Блум, а затем легонько толкнула её в спину.       Блум вышла вперёд и подошла к королеве, тут же сгибаясь перед ней в поклоне. Из-за неуверенности, её движение выглядело несколько дёрганным, а не элегантным, и потому нервничать начали уже все Винкс.       – Ваше... Величество. Я приношу вам свои глубокие соболезнования... – смотря в траву, проговорила Блум и поджала губы, не зная, должна ли она сказать что-то ещё.       Уже несколько раз она хотела попросить Стеллу научить её вести себя при дворе, разговаривать с королевскими особами, держать осанку и всё такое, ведь даже уроки мадам Дю Фор не могли дать ей всё то, что она упустила, живя на Земле, а не годами обучаясь этикету в замке, но что-то постоянно мешало ей обратиться к подруге за помощью. И теперь она была совершенно растеряна, не зная, что должна сказать матери Ская, чтобы не обидеть её или не опозориться.       – Благодарю, принцесса Блум, – неожиданно мягко сказала Самара, прервав размышления принцессы.       Так же резко Блум выпрямилась и посмотрела на королеву.       – Я надеюсь, что вы и ваши друзья останетесь в Королевстве, чтобы почтить память короля Эрендора и достойно проводить его, – сказала Самара.       – Конечно же... Ваше Величество, – неуверенно ответила принцесса Домино.       – Ваше Величество, ещё в пути принц Скай любезно предложил нам остаться в Королевстве на несколько дней. И мы приняли это приглашение, ведь, как друзья Его Высочества, хотим поддержать Ская в это нелёгкое для всего Эраклиона время. Конечно же, только с вашего позволения... – проговорила Стелла, выйдя вперёд и грациозно поклонившись королеве. Выпрямившись, она встретилась с благодарным взглядом Блум, после чего обратила взор на королеву.       – Друзьям моего сына всегда рады на Эраклионе. К тому же, как будущий король и действующий наместник, принц Скай сам в праве принимать такие решения. И, если он считает, что ваше присутствие в Королевстве ему необходимо... – ответила Самара.       – Да, мама... И есть ещё кое-что, что я должен сделать, как наместник, – начал Скай, посмотрев сначала на мать, а затем на Блум.       – В чём дело, Скай? Я ещё не закончила разговор с принцессой Блум, – проговорила Самара.       Принцесса Домино вновь напряглась, даже не представляя, о чём именно хотела поговорить с ней королева Эраклиона. Но ещё больше её волновал странный голос Ская, каким прозвучали его слова. Он тоже был напряжён и взволнован.       – Простите, Ваше Величество, но это больше не терпит отлагательств. Дело в том, что мы схватили виновных в гибели короля Эрендора, – озвучил Скай.       – Что? Вы пленили Древних Ведьм? – переспросил Виктор, сжав рукоять меча, покоившегося в ножнах.       – Нет. Это были не Древние Ведьмы. В смерти моего отца виновна одна из Трикс. Ведьма по имени Айси, – ответил Скай. – Стража, приведите их. Они остались на борту, – приказал он, обратившись к трём стражникам позади Виктора.       – Что ты намерен с ними сделать, Скай? – спросила Самара, догадавшись, что её сын не сможет просто передать ведьм Совету Магикса.       Стражники привели Трикс, держа их за руки за их спинами. На ведьм были надеты волшебные наручники, которые не давали им применять силы. Дарси и Сторми чувствовали себя уже намного лучше, а потому вместе с Айси пытались вырваться из рук охраны, но те крепко держали их.       – Королевским указом за все преступления, совершённые вами на территории Эраклиона, а именно за сговор, нападение, похищение и применение заклятий, подавляющих волю, за угрозу всему Волшебному измерению, за покушение на жизнь единственной наследницы королевского трона Домино и за жестокое убийство действующего короля Эраклиона я, наследный принц Эраклиона и назначенный наместник Его Величества, принц Скай Эраклионский, приговариваю вас троих к пожизненному заключению во льдах измерения Омега без права на освобождение или помилование, – вынес свой приговор Скай, проговорив эти слова твёрдым и поистине королевским голосом.       Все, кроме Брендона, пришли в изумление от слов принца. Но слова Ская звучали так бескомпромиссно и решительно, что в тот момент никто не смог бы высказать ему свои сомнения, если у кого-то они и были. Королева Самара одобрительно кивнула сыну, после чего обратилась к Виктору.       – Вы слышали приказ принца Ская, Виктор. Немедленно подготовьте транспорт, который доставит преступниц на Омегу. Где им и место, – всё же не сдержав эмоций, приказала Самара, заглядывая в ледяные глаза Айси.       – Будет исполнено, королева Самара, принц Скай, – поклонившись, ответил начальник охраны, а затем направился ко дворцу, приказав стражникам увести Трикс и запереть их в темнице.       – Ты совершил ужасную ошибку, Скай. И ты за это заплатишь. Мы вернёмся и обрушим нашу месть на весь Эраклион... – высказала Айси напоследок, пока стража не увела её прочь.       – Из Омеги ещё никто не сбегал. Эта ведьма будет страшно разочарована, когда окажется там... – проговорил Валтор, вспомнив, что когда-то и его хотели заключить в этой тюрьме и он даже пытался разработать план по спасению, вот только ничего так и не нашёл.       – Но, разве Омега — это не гигантский шар изо льда и снега? – неожиданно спросил Ривен, обратив внимание всех на себя. – Айси может подчинить его себе и... – продолжил свою мысль он.       – Ривен прав. Прости, Скай, но разумно ли отправлять Айси в эту тюрьму? – спросил Тимми.       – Она оттуда не сбежит. Там уже находится не одно волшебное существо, обладающее магией холода, и ни одному из них ещё не удалось сбежать, – заверил его Скай.       – Омегу охраняют Ледяные Змеи — очень древние и могущественные существа. Лишь кто-то, обладающий столь же древней силой, смог бы противостоять им. Три ведьмы, не окончившие школу, не смогут даже выбраться из его волшебных льдов, не говоря уже о том, чтобы покинуть планету, – успокоил всех Валтор.       – Значит, мы больше никогда не увидим нашу троицу? Какое облегчение, – выдохнула Стелла.       – Я точно не буду по ним скучать, – высказалась Муза.       – Я знаю их всего несколько месяцев, но они уже мне надоели, – призналась Лейла.       – Да, Трикс заслуживают наказания, но я хочу услышать это от тебя, Скай... Ты уверен, что твоё решение было верным? – повернувшись к принцу, спросила Блум и внимательно посмотрела в его глаза, пытаясь увидеть в них то, что он чувствует.       – Да, Блум. Я принял его не из мести, а из любви к тем, кто ещё остался со мной. Я хочу защитить свой дом и своих близких. Мне было непросто принять это решение, но я уверен, что оно было верным, – искренне ответил Скай.       – Хорошо, – сказала в ответ Блум, поверив словам друга.       – Что ж... А теперь я всё же хотела бы продолжить наш разговор, Блум... – напомнила ей Самара.       Фея вновь напряглась и едва изобразила на своём лице спокойствие, повернувшись к королеве.       – Да, Ваше Величество? – спросила Блум, с трудом выдавив из себя эту фразу.       – Мой муж погиб, спасая твою жизнь, а потому я бы хотела попросить тебя сказать пару слов о нём на похоронах, – озвучила свою просьбу Самара. – Надеюсь, моя просьба не будет слишком неуместной, в свете того, что раскрылось... – добавила она, оставляя Блум шанс на отказ.       – Я-а... – произнесла фея Огня Дракона, неуверенно обводя друзей взглядом. – Если вы того желаете, Ваше Величество, – проговорила она, встретившись взглядом со Скаем. – Для меня будет честью публично почтить память короля Эрендора, – добавила она, вновь посмотрев на королеву.       – Спасибо, Блум, – поблагодарила её Самара. – А теперь я вынуждена оставить вас. Я должна немедленно созвать коллегию министров и обсудить с ними случившееся. Скай, я хочу, чтобы ты тоже присутствовал на совещании. Я буду ждать тебя, – сказала королева, после чего она, её фрейлины и пара оставшихся стражников направились ко дворцу.       – Хорошо, мама, – ответил ей Скай, провожая мать взглядом.       – Мы можем чем-то помочь тебе? – спросила Флора, когда королева удалилась.       – Нет. С министрами вы никак мне не поможете. Я прикажу выделить вам комнаты во дворце, и вы сможете отдохнуть. Скоро стемнеет, так что увидимся только завтра. Не волнуйтесь за меня. До завтра я буду в порядке, – ответил Скай, обводя своих друзей взглядом.       – Если тебе что-то понадобится, можешь вызвать меня в любое время, – сказал Брендон. Пусть он больше не был сквайром Ская, он всё ещё оставался его лучшим другом и был готов прийти на помощь в любой момент.       – Спасибо, Брендон, – поблагодарил Скай друга. – Сейчас мне пора готовиться ко встрече с коллегией министров Эраклиона. Ступайте во дворец. Я пришлю к вам слуг, и они проводят вас в ваши комнаты, – сказал он, прощаясь с остальными.       – Удачи, Скай, – пожелала ему Блум, крепко обняв парня.       То же самое сделали остальные Винкс по очереди, а специалисты лишь пожали Скаю руки, после чего он покинул их.

***

      Винкс и специалисты разошлись. Кто-то сразу же отправился по своим покоям, а кто-то не спешил входить во дворец. Попрощавшись с друзьями до завтра, Текна с Тимми первыми отправились в свои комнаты. Стелла ушла вслед за ними, оставив Брендона, который захотел дождаться окончания совещания министров и поговорить с отцом и Скаем о том, как всё прошло. Флора, Гелия, Муза и Лейла отправились прогуляться в пригород, а Ривен решил составить компанию Брендону. Бродить по улицам Эраклиона у него не было никакого желания, но и спать как-то тоже не хотелось, поэтому они с бывшим сквайром разместились в небольшом дворике, откуда были видны двери зала совещаний. Блум и Валтор же направились в сад.       Всю дорогу вглубь зелёного лабиринта маг молчал, словно раздумывая над каким-то решением, которое ему будет трудно принять. Блум шла следом и не беспокоила возлюбленного, ожидая, что он сам заговорит на волнующую его тему или же о чём-то совершенно другом. Так, в тишине, они дошли до небольшой беседки. Блум остановилась около неё, а затем поднялась по ступенькам и встала спиной к колонне, выжидающе глядя на Валтора.       – Я должен вернуться в Аврам, – неожиданно для феи сообщил маг. Блум сложила руки на груди и немного нахмурилась.       – Если это ненадолго, то мы можем отправиться туда после похорон, – сказала она.       – Я должен пойти туда один, Блум. Это важно. Сейчас я не могу тебе всего объяснить, но, как только я вернусь назад, ты всё узнаешь. Я обещаю, – ответил маг.       – Зачем тебе возвращаться туда? – спросила она, опираясь спиной о колонну.       – Я и сам до конца не знаю... Но я чувствую, что должен вновь увидеть Древо. В нём что-то изменилось. И дело не в том, что это мы, а не Дракон, опалили его пламенем. Случилось что-то ещё, и я должен это проверить, – постарался объяснить Валтор, входя в беседку.       – Значит, мы не увидимся до завтра? – с тоской в голосе спросила Блум, заглядывая мужчине в глаза.       – Завтра сюда прилетит куча правителей разных планет и глава Совета... – произнёс Валтор, смотря на дворец, который был виден из-за зелёных стен. – Пусть я и помилован, мне лучше не попадаться им на глаза. Никто не хочет видеть тёмного мага и бывшего союзника Древних Ведьм на похоронах короля Эраклиона. Мне всё равно на их осуждающие и ненавидящие взгляды, но я не хочу, чтобы это касалось тебя, Блум, – проговорил он, сжав плечи своей принцессы и встретившись с ней взглядом. – Я не хочу, чтобы все эти важные люди говорили о тебе лживые и ужасные вещи только за то, что ты стоишь рядом со мной.       – Но мне на это наплевать. Я люблю тебя, и я готова прокричать это хоть на весь мир! Пусть осуждают. Я не стану их бояться. Я буду бороться с их ненавистью и докажу, что ты изменился. Когда-нибудь они поймут, что ошибались, – уверенно заявила Блум.       – Возможно. Но не сейчас, Блум. Сейчас мне правда лучше держаться в тени. Это не вечеринка, которую нужно испортить. Будет не лучшим решением спорить обо мне, когда твой друг прощается с отцом, – объяснил Валтор. – Сейчас ты нужна Скаю гораздо больше, чем я нужен тебе.       – Но ты нужен мне... Хотя бы чтобы помочь мне написать речь, о которой меня попросила королева Самара, – проговорила Блум, чуть склонив голову набок.       – Ты справишься с этим сама. Тебе не нужно выдумывать целую речь. Просто скажи то, о чём думаешь и что хотел бы услышать Скай, – дал свой совет ей Валтор.       – И когда же мы теперь увидимся? – с надеждой в голосе спросила фея.       – Как только вы с подругами вернётесь в Алфею. Я буду ждать тебя там, – ответил маг.       – Ты оставишь меня со Скаем на целую неделю? И ты совсем не ревнуешь? – улыбнувшись, переспросила Блум и прищурилась, смотря на Валтора.       – Я тебе доверяю. К тому же... Я обещал, что не буду следить за каждым твоим шагом, как бы мне этого не хотелось. Я сумею себя сдержать и не проследить за тобой через магический шар, – ответил он и тоже улыбнулся, обнимая Блум.       – Ты следил за мной через магический шар? – тут же спросила фея, чуть отстранившись.       – Всего пару раз... – ответил Валтор, вновь крепко обнимая Блум. – Когда ты была на первом курсе, а я ещё не мог покидать Приму и следить за тобой из Алфеи.       – На Земле для этого есть специальное слово. Сталкерство. И оно карается законом... – усмехнувшись, проговорила принцесса Домино, обнимая демона в ответ.       – В Магиксе тоже. Но только если кто-то докажет, что ты это делал, – ответил Валтор, улыбнувшись шире. – Но ты ведь не выдашь меня? – спросил он, стараясь звучать серьёзнее.       – Только если ты научишь этому меня. Чтобы я тоже смогла за тобой следить, – ответила Блум, а затем отстранилась и потянулась за поцелуем.       – Боюсь, это дорого мне обойдётся... Ты ведь узнаешь все мои тёмные секреты, – наклонившись к фее, ответил Валтор.       – А у тебя они есть? – смотря на него из-под полуопущенных век, спросила принцесса.       – Только те, что я ещё не успел тебе рассказать... – ответил маг, после чего наклонился ещё ниже и поцеловал фею.       Заключив её в крепкие объятия, Валтор прижал Блум к колонне и углубил поцелуй, проникая языком в её рот. Шумно вздохнув, Блум прикрыла глаза и ответила на этот поцелуй, обнимая мужчину за шею. Фея почувствовала, как в её груди разгорается пламя. Все её нервные окончания пронзила приятная волна, а затем она почувствовала, как Тёмный Огонь Валтора вновь проникает в её тело. Маг ощутил то же самое и в ту же секунду разорвал поцелуй, отстраняясь от девушки.       Блум открыла глаза. Её радужки светились оранжевым светом, сердце бешено стучало, а дыхание было учащено. Валтор нахмурился и дотронулся до груди феи, забирая свой Огонь назад.       – Гармоникс сделал тебя слишком сильной, когда ты ещё не полностью научилась контролировать свои старые силы. Наша конвергенция только всё усугубила. Нам придётся поработать над этим, когда ты вернёшься в Алфею, – заключил Валтор, поняв, что произошло.       – Я пыталась забрать твою силу? – спросила Блум, уже придя в себя и виновато глядя на мага.       – И да, и нет. Твой Огонь снова тянулся ко мне, как в нашу первую ночь. Из-за конвергенции наша связь стала сильнее, и мне недостаточно сдерживать лишь себя. Тебе придётся самой научиться управлять этим процессом, – объяснил он. – Или же при каждом поцелуе мне придётся надевать на тебя те самые браслеты, подавляющие твою магию, – добавил он, чуть улыбнувшись.       – Мы разберёмся с этим. А теперь тебе пора, – сказала Блум, улыбаясь, после чего почти неощутимо поцеловала мага в щёку. – Я буду скучать. И звонить. Очень часто. Прямо в твой кабинет, ведь у тебя нет мобильника. Когда я вернусь, то заставлю тебя его купить. И научу им пользоваться, – проговорила она вслед удаляющемуся магу.       – Я подумаю над этим, – неопределённо отозвался Валтор и, отойдя на пару метров от беседки, открыл портал в Аврам. Шагнув в него, маг исчез, оставив принцессу Домино одну в саду под заходящим солнцем.

***

      Спустя час Флора, Гелия, Муза и Лейла вернулись из города. Фея Природы и фея Морфикса сразу по прибытии простились с друзьями и отправились спать. Гелия же предложил Музе разыскать Ривена и Брендона, и фея Музыки с радостью согласилась. Пара друзей подошла к скучающим специалистам как раз в тот момент, когда советник Колин вышел из зала совещаний. Увидев отца, Брендон покинул ребят и направился к нему, чтобы узнать, что происходит внутри. Гелия, Муза и Ривен остались наедине. Ривен первым заметил, что лидер его команды был в несколько приподнятом настроении, и его это насторожило. Опасения специалиста только сильнее подтвердились, когда Гелия вынул из кармана небольшую коробочку и протянул её ему.       – Ты, конечно, ничего, но мы лишь недавно познакомились, так что прости, чувак, я не могу выйти за тебя. К тому же, у меня уже есть девушка... – сам не зная зачем, пошутил Ривен, пытаясь отказаться от подарка.       – Если бы внутри было кольцо, я бы вручал его Флоре, – спокойно ответил Гелия, но затем посмотрел на Музу, поняв, что сказал эти слова при подруге своей возлюбленной. – Просто возьми это. Это подарок. На твой день рождения, – продолжил он, вновь посмотрев на Ривена.       – Как ты узнал? – едва выдавил из себя эти слова специалист, чувствуя, как нарастает его гнев.       – Я прочёл личные дела каждого в команде, прежде чем стать вашим капитаном, – не подозревая ни о чём, ответил Гелия.       – И это всё, что ты там прочёл? – тут же спросил Ривен, перебив его.       – О чём ты? – переспросил Гелия, заметив, что специалист выглядит странным. Муза тоже это заметила, но не могла понять, в чём причина такого поведения Ривена.       – Я не могу принять его. Сейчас... Не самое подходящее время для такого, – стараясь себя сдержать, спокойнее ответил он.       – Смерть короля Эрендора — это ужасная трагедия. Но я рос на Линфее, где люди умели находить что-то прекрасное в самых ужасных вещах и никогда не забывали о таких важных днях, как день рождения. Это прекрасный праздник, и ты не должен совсем забывать о нём несмотря на то, что случилось. На Линфее для этого есть поговорка: «Дерево без лучика света никогда не вырастет и не станет большим и сильным», – проговорил Гелия, вновь протягивая другу подарок.       – Я уже достаточно взрослый, чтобы не верить в эту ерунду, – нахмурившись, ответил Ривен.       – Но сейчас ты ведёшь себя, как ребёнок, – не выдержав, ответил Гелия.       – Я не просил тебя покупать мне подарки и поздравлять с днём рождения! Мы не на Линфее. В моей семье не принято отмечать дни рождения! И эта пометка должна была стоять в моём досье. Иди и перечитай их заново. Ты не так хорошо нас знаешь, как думаешь. И забери себе свой дурацкий подарок! – взорвался Ривен, гневно глядя на Гелию.       – Ривен... – попыталась успокоить его фея Музыки, встав между ним и Гелией.       – Прости, Муза. Я... Я должен уйти, – виновато проговорил Ривен, смотря на испуганную и взволнованную девушку, после чего развернулся и быстро зашагал прочь.       – Что произошло? – спросил всех вернувшийся Брендон, глядя вслед удаляющемуся другу.       – Я лишь хотел подарить ему подарок на день рождения, а он не отвесил кучу подколов, как обычно, а разозлился... – ответил Гелия, пребывая в шоке от того, что случилось.       – Твою мать... – выругался Брендон и посмотрел на Гелию так, словно что-то знал.       – В чём дело, Брендон? Ты знаешь, что происходит с Ривеном? – тут же спросила Муза, заметив этот взгляд.       – Не совсем... Я точно знаю, что Ривен не празднует дни рождения. Никогда. На подготовительном курсе он чуть не подрался со Скаем, когда мы закатили для него вечеринку-сюрприз и позвали всех знакомых... Он ничего нам не объяснил, но на следующий день Скай попросил меня сделать отметку в его личном деле об этом, чтобы такая ошибка больше не повторилась. И я забыл... – виновато проговорил Брендон.       – Я не хотел его обидеть... – произнёс Гелия, убирая подарок в карман.       – Это я виноват. Я должен был предупредить тебя. Но Ривен остынет. В тот раз он дулся всего пару дней, а затем снова продолжил подкалывать нас, – сказал Брендон, пытаясь успокоить Гелию.       – Я найду его и поговорю с ним, – вызвалась Муза.       – Он сейчас на взводе. Мне кажется, это не лучшая идея. Просто дай ему побыть одному, – попробовал отговорить её Брендон.       – Со мной он становится спокойнее. Я не стану его провоцировать, а просто поговорю, – ответила фея Музыки, решительно настроенная не оставлять своего парня наедине со своей злобой.       Брендон и Гелия кивнули девушке в знак одобрения, и Муза направилась в ту же сторону, куда ушёл Ривен. В этот момент из зала совещаний начали выходить министры. Брендон и Гелия пошли туда, чтобы разыскать Ская.

***

      Долго Ривена искать не пришлось. Он не покинул двор, а оказался буквально за углом. Парень стоял напротив небольшого фонтана, прислонившись спиной к дереву и скрестив руки на груди. Его взгляд был обращён вниз, а мысли заняты последним разговором. Ривен винил себя за то, что снова сорвался по тому же поводу, но не мог перестать злиться на Гелию. Он не хотел кричать на него и до последнего старался сохранять спокойствие, но настойчивость капитана и последние события навеяли ужасные воспоминания из детства, когда глупые школьные задиры сочли забавным поздравить его с годовщиной убийства...       – Гелия не хотел тебя обидеть, – произнесла подошедшая к нему Муза, вырывая специалиста из воспоминаний.       – Я знаю. Я не злюсь на него... Это всё я. Мне сейчас лучше остаться одному. Не хочу сказать и тебе какую-нибудь гадость, – ответил Ривен, взглянув на девушку.       – А мне здесь нравится. Так что тебе придётся терпеть моё присутствие или же попробовать уйти ещё куда-то, но не факт, что я не решу отправиться туда же, – чуть наклонив голову, проговорила фея Музыки.       – Хорошо. Мне тоже здесь нравится... – вздохнув, согласился Ривен.       – Я знаю, что что-то случилось, но, если ты не хочешь говорить об этом, то мы можем просто помолчать. Я не стану заставлять тебя, – сказала Муза, вставая рядом с Ривеном, и облокотилась о то же дерево.       – В Авраме я рассказал тебе, что моя мать умерла юной. Сегодня пятнадцатое октября. День Элементаля. Она умерла в этот день... Ровно девятнадцать лет назад. И я ненавижу этот блядский день, – помолчав несколько минут, всё же заговорил Ривен и опустил взгляд на какой-то камешек в траве.       Муза замерла, вслушиваясь в его слова, складывая все числа и понимая, что произошло. Услышанное повергло её в ужас. Ей хотелось тут же обнять Ривена, но она не была уверена, что ему это нужно и не разозлит ли это его ещё сильнее, поэтому она просто продолжала стоять рядом и смотреть на него.       – Девятнадцать..? Ривен... Это... – Муза попыталась выдавить из себя хоть слово, но подходящих у неё не было.       – Внезапное кровотечение. На моей планете водится не так много магов-целителей... В тот день в больнице не оказалось ни одного. Так сказал мне отец. Никто не смог спасти её. Поэтому мы никогда не отмечали мой день рождения. В этот день я убил свою мать, Муза. В этот день погиб король Эрендор. Это проклятый день... – словно под каким-то гипнозом повторил Ривен слова, которые неоднократно слышал от задир в младшей школе и однажды услышал от отца...       – Постой, Ривен... Ты не убивал свою мать. О чём ты говоришь? Это ужасная случайность, – испугавшись его слов, тут же проговорила Муза, подходя к парню и дотрагиваясь ладонями до его рук.       – Но если бы погиб я, она была бы жива. Врачи решили спасать меня, а не её... Я... Я не должен был выжить... Я... – посмотрев в глаза фее Музыки, прошептал Ривен, и из его глаз полились слёзы.       Воспоминания вновь нахлынули на него, и специалист не смог сдержать эмоций. Понимающий и тёплый взгляд Музы не злил его, как это бы случилось с кем-то другим. Нет. Её глаза успокаивали его. Только с ней он мог позволить истинным эмоциям и чувствам выйти наружу, а не скрываться за маской злобы и сарказма. Поэтому он так легко открылся ей, рассказав о самой страшной тайне, раскрыв ей то, что было глубоко в его сердце, и не боялся, что Муза осудит его или причинит боль.       – Прости, Муза. Я не должен был взваливать это на тебя... Я не должен был срываться на Гелию... Я просто... Просто оставь меня, и я... – стараясь не смотреть на девушку, прошептал Ривен.       – Нет. Ривен... Посмотри на меня, – твёрдо сказала Муза, беря в ладони лицо парня и заставляя того поднять голову. – Я не знаю, почему ты говоришь так... Но всё это НЕ правда. Если кто-то и виновен в смерти твоей матери, то точно не ты. Поверь мне, – сама едва сдерживая слёзы, проговорила она, продолжая смотреть Ривену в глаза. – Я знаю, что даже мне не понять всех твоих чувств, но я точно знаю, что ты не должен себя в этом винить. И я не оставлю тебя. Я люблю тебя, и я не бросаю дорогих мне людей. Я останусь здесь. С тобой. Пока тебе не станет лучше, – продолжила она, не давая парню вставить и слова, чтобы он услышал её и понял.       Сделав шаг вперёд, Муза заставила Ривена опустить скрещенные на груди руки, а затем крепко обняла его, прижимаясь щекой к его груди и прикрывая глаза. Она слышала, как бьётся его сердце, как от слёз сбилось его дыхание. Фея медленно проводила ладонями по спине парня, слегка поглаживая его и помогая расслабиться. Спустя пару минут она ощутила, как он обнимает её в ответ, а его тело перестаёт быть напряжённым.       – Ты можешь рассказать мне всё. В любое время. Всё, что ты чувствуешь. Я буду рядом и помогу тебе. Если тебе больно и одиноко... Просто помни, что ты больше не один. И тебе не нужно справляться с этим одному и притворяться, что всё хорошо. Только не со мной, – проговорила Муза, почувствовав, что Ривену стало лучше.       – Я не хочу говорить. Не сейчас. Но я не хочу, чтобы ты уходила... – произнёс специалист, прикрывая глаза и наслаждаясь теплом и прикосновениями девушки, которые успокаивали его и заставляли его гнев и ужасные воспоминания о прошлом отступать.       – Я никуда не уйду, – ответила Муза, крепче обняв парня.       Они простояли так очень долго, но не ощутили, как пролетело время. Солнце уже почти зашло. Им совсем не хотелось отрываться друг от друга, но раздавшийся шум со стороны входа в зелёный лабиринт заставил Музу и Ривена буквально отскочить друг от друга, словно их застали за чем-то интимным. Ривен быстро стёр уже засохшие слёзы со своих глаз, а Муза по привычке поправила свои волосы, хотя её причёска была в полном порядке. Ребята огляделись и увидели, как из лабиринта выходит Блум, смотря себе под ноги и чертыхаясь.       – Блум! Что с тобой случилось? – спросила Муза, заметив, что лосины и топ феи были в пыли, хотя они почистили и заштопали свои костюмы, как только поднялись на борт галеона и сбросили превращение.       – Я не заметила глупый камень на дороге. И упала, – ответила Блум, поднимая голову, чтобы увидеть друзей. – Кто вообще разбрасывает камни по дороге? – нахмурившись, задала она риторический вопрос.       – Хи-хи-хи... – закрыв рот рукой, тихо рассмеялась Муза. Блум тоже улыбнулась, поняв, что сказала глупость.       – Сильно ушиблась? – неожиданно заботливо спросил Ривен, по всей видимости, ещё не перестроившись от эмоций на волну сарказма и насмешек.       – Э-э... Да нет. Пламя Жизни быстро лечит даже ушибы. Так что всё хорошо, – немного опешив от вопроса специалиста, ответила Блум, после чего произнесла нужное заклинание и очистила свою одежду.       – Думаю, нам всем пора идти во дворец. Уже темнеет, и мы можем не найти свои комнаты, – предложила фея Музыки.       – Ты права. Остальные наверняка уже устроились в мягких кроватках... – проговорила принцесса Домино, мечтая принять душ и упасть в тёплую постель.       Феи и специалист направились к ближайшему входу в дворец, но остановились, увидев Ская, который бродил туда-сюда по террасе, сжимая в руках какое-то письмо. Он выглядел взвинченным и обеспокоенным, кажется, размышляя над каким-то сложным решением. Им показалось странным, что рядом не было больше никого, даже Брендона, и ребята направились прямо к другу, чтобы узнать, в чём дело.

На следующий день

      Как и говорил Валтор, на похороны короля Эрендора слетались правители и знатные люди с разных уголков Вселенной: кто-то, потому что уважал Эрендора или имел с Эраклионом торговые связи, кто-то, потому что хотел эти связи создать, когда принц Скай взойдёт на престол, а кто-то затем, чтобы оценить боевую и политическую мощь Эраклиона и по возможности воспользоваться его слабостями. Правители враждующих планет, конечно же, не были приглашены, но их подосланные шпионы так или иначе смогли бы пробраться на похороны.       Весь день королевская семья Эраклиона в составе королевы Самары, принца Ская, принца Одеона и принца Торена встречали гостей, принимали соболезнования и провожали их в бальный зал, где были накрыты столы, а на стене висел огромный портрет короля Эрендора. Погребение должно было начаться намного позже, вечером. На них могли присутствовать уже не только почётные гости, но и любой житель Эраклиона, желающий попрощаться со своим королём не перед экраном трансляции.       Первыми на Эраклион прибыли королевские семьи Айсиса, Долоны, Андроса и Солярии, а также новый глава Совета Магикса — Файерс с бывшей королевой — Мирандой. Стелла была безумно рада видеть отца вместе с матерью, но не только потому, что они вышли в свет вместе и она соскучилась по ним, но и потому что слуги привезли ей и её подругам вечерние платья и теперь они могли присоединиться к прощальному вечеру. Фея Солнца и Луны помнила каждый свой наряд и даже те, что никогда не носила. Она назвала Луне платья, и королева любезно доставила их дочери вместе с аксессуарами и туфлями.       – Мама, ты же знаешь, как я тебя люблю? – улыбаясь, спросила Стелла, достав длинное голубое платье и прижав его к себе.       – Конечно же знаю, дорогая. Но я должна идти. Мы с Радиусом ожидаем тебя внизу. Мы все вместе должны подняться по главной лестнице и выразить наши соболезнования королевской семье. Так что поспеши, – предупредила её королева Луна, а затем покинула комнату.       Стелла тут же развернулась к подругам, стоящим позади неё, и широко улыбнулась.       – Это тебе, Блум. Я думаю, оно идеально тебе подойдёт. Примерь, а я посмотрю, как его можно улучшить... Они здесь все на мою фигуру, но моя магия решит все наши проблемы. Не зря же я прочла целую книгу о том, как менять элементы одежды и... – проговорила Стелла, протягивая сонной подруге платье.       – Ты прочла целую книгу? Ничего себе, – Муза тоже выглядела уставшей, но силы пошутить над Стеллой у неё всегда были.       – Стелла, а разве они не должны быть... темнее? – спросила Блум, задумчиво осматривая наряд.       – О чём ты, Блум? – удивлённо спросила в ответ принцесса Солярии. Остальные Винкс тоже уставились на подругу.       – Ну... Там, где я выросла, вроде как принято одеваться во всё чёрное, когда кто-то умирает... – неуверенно ответила Блум.       – Какие странные традиции. Даже ведьмы так не делают... – удивилась Текна.       – В Волшебном измерении всё не так, как на Земле. Ты можешь надеть любое платье или костюм. Главное, чтобы оно было не слишком помпезным, а скромным и элегантным. Обязательно нужны перчатки и... – начала объяснять Стелла, беря в руки какие-то туфли. – Не слишком громоздкая обувь. А ещё никаких высоких и слишком пышных причёсок! – добавила она.       – Если, конечно, ты не Сторми, – рассмеявшись, сказала Муза.       – Точно. Ей не поможет даже литр лака... – засмеявшись, согласилась Стелла.       – Не хочу вас прерывать, но ты можешь дать мне моё платье, Стелла? Мои родители одними из первых хотят встретиться с семьёй Ская. Они уже ждут меня, – поторопила её Лейла.       – Да, конечно, хм... – произнесла принцесса Солярии, разбирая кучу платьев в поисках подходящего. Наконец, отыскав зелёное платье, она протянула его фее Морфикса, а затем продолжила подбирать платья остальным.       На самой Стелле в итоге оказалось бледно-жёлтое платье длиной до середины икр. Верхняя юбка платья была сделана из сетки и оказалась ниже второй и первой плотных юбок почти до самых щиколоток. Верх платья имел два небольших присборенных рукава, спущенных с плеч. На ноги Стелла надела золотые босоножки на каблуке. Распустив волосы, она надела золотые серёжки и кулон в форме солнца, а также жёлтые перчатки до локтей.       На Лейле было платье цвета морских водорослей. Его первая юбка состояла из тёмно-зелёной плотной ткани, едва достающей до колен, а вторая представляла собой менее плотный светло-зелёный ассиметричный подол, лёгкой волной спускающийся до начала коротких тёмно-зелёных босоножек на небольшом каблуке. Тёмно-зелёный верх платья имел сердцевидный вырез, а дополняли его светло-зелёные перчатки до середины плеч. Из аксессуаров на фее была лишь небольшая подвеска с ракушкой. Волосы Лейлы остались привычно уложены. Она лишь заменила заколки с розовых на белые. Надев платье, принцесса Андроса осмотрела себя и осталась довольна образом. Так как менять в её наряде ничего не пришлось, Лейла оставила подруг и поспешила к родителям.       Но вот остальным повезло меньше. Фея Природы смогла натянуть платье подруги лишь до талии. Её бюст просто не помещался в платье Стеллы. Фея Солнца и Луны моментально произнесла пару заклинаний, и скромное розовые платье в пол с округлым вырезом и рукавами-фонариками идеально натянулось на фигуру Флоры. Также Стелле пришлось укоротить низ, чтобы жительница Линфеи смогла надеть свои розовые босоножки на танкетке с цветами, которые вполне подходили к платью и были незаметны под подолом. В отличие от Стеллы и Лейлы, Флора не оставила прежнюю причёску, а собрала верхнюю часть в небольшой пучок, напоминающий её причёску в Гармониксе. Надев бледно-розовые короткие перчатки и свои серьги-кольца, Флора подошла к зеркалу и оценивающе взглянула на себя.       – Это потрясающе, Стелла! – восхитилась фея Природы. – Скромно и соответствует дресс-коду.       – Мне тоже нравится твоё платье, Стелла, но у меня такая же проблема, как у Флоры... – проговорила Блум, пытаясь застегнуть платье на спине, но в районе груди оно просто не хотело сходиться, хотя её грудь была меньше, чем у феи Природы.       Принцесса Солярии подошла к Блум и немножко поколдовала над верхом и длиной, которая оказалась чуть велика для феи Огня Дракона. Как только Блум всё же застегнула платье, она подошла к зеркалу и оглядела себя. На ней было надето тёмно-голубое платье в пол с боковым разрезом чуть выше колена. Платье состояло из одной плотной юбки, а его верх имел округлый вырез с немного свисающей и присборенной тканью на груди и тонкими лямками. На фее также были перчатки чуть выше локтей в тон платья и синие босоножки Стеллы, размер которых фее Солнца и Луны тоже пришлось подправить. Блум не стала сильно заморачиваться с причёской, а потому просто собрала верхнюю часть и закрепила её какой-то синей заколкой в форме сердца, которую нашла в сундуке Стеллы с аксессуарами. Но кое-что было всё же не совсем привычно — Блум выпустила не всю чёлку, а лишь её часть, как бы сделав её чуть реже, но сохранив форму. Из других аксессуаров на фее остались её серёжки-гвоздики с сапфирами, которые подарил ей её приёмный отец Майк на пятнадцатилетие, и больше ничего.       С размером Текны не сильно пришлось повозиться. Стелла лишь слегка уменьшила его бюст и бёдра. Сам наряд представлял из себя костюм, состоящий из облегающих фиолетовых штанов, кончающихся туфлями-лодочками, и фиолетового топа с ассиметричным вырезом и широкой лямкой лишь на правом плече. С боков и спины к топу была пришита присборенная ткань, ассиметрично свисающая вниз до самых колен. Оставив прежнюю причёску, фея Технологий надела короткие до середины предплечья фиолетовые перчатки и небольшие серебряные серёжки-гвоздики. Осмотрев свой наряд, она осталась в полном восторге.       А вот у Музы возникли проблемы чуть сложнее. Хотя Стелла и уменьшила обувь и весь размер платья, само платье, которое раньше едва прикрывало колени принцессы Солярии, на фее Музыки свисало ниже середины икр, но Стелла не стала укорачивать его. В конце концов Муза смогла примерить своё красное вечернее платье, состоящее из расклешённой юбки и топа без рукавов и вырезом-лодочкой. Её образ дополнили красные перчатки до середины плеч и жёлтые туфли на небольшом каблуке с ремешком. Из аксессуаров в шкатулке Стеллы фея Музыки выбрала только красивые золотые серёжки с цепочками, на концах которых висели рубиновые нотки. Так как её привычные хвостики не совсем подходили для вечера, Муза вновь заплела два высоких пучка и повязала их золотыми ленточками в тон к серёжкам и туфлям.       Подруги Стеллы были полностью готовы, и принцесса Солярии поспешила к своим родителям, оставив Музу, Блум, Флору и Текну. К счастью, за девушками вскоре пришли специалисты, одетые, как и положено, в форму Красного Фонтана. Ребята сопроводили фей в бальный зал, где уже было полно людей. Там находились все знатные лица Эраклиона, министры, отец Брендона со своей супругой и несколько гостей. Вскоре к ним присоединились и Стелла с Лейлой. Девушки не сразу смогли вырваться от своих родителей и поздороваться с парнями, но, как только закончились все светские приветствия, они сбежали от родных к друзьям.

***

      Винкс и специалисты собрались недалеко от выхода, пытаясь услышать, как Скай приветствует гостей, стоя на лестнице снаружи, и ожидали, когда же он сам войдёт внутрь со своей семьёй.       Гости продолжали прибывать. На Эраклион прилетели королевские семьи Зенита, Мелодии, Линфеи, множества других планет, а также директора школ Магикса. Увидев правительницу Линфеи — королеву Рейчел, Гелия взял Флору за руку и повёл её за собой.       – Ваше Величество, я рад видеть вас. Жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах, – поклонившись, поздоровался Гелия.       – Гелия! Несмотря на трагедию, я тоже очень рада вновь увидеть тебя, – улыбнувшись, ответила королева.       – Это моя подруга Флора. Она фея Природы и тоже с Линфеи, – представил он Флору.       – Ваше Величество, для меня большая честь... – поприветствовала королеву Флора, кланяясь ей.       – Флора? Не твой ли дядя работает в королевском саду? – вдруг спросила Рейчел.       – Да, мой троюродный дядя Бен и тётя Роза работают в вашем саду, Ваше Величество, – ответила Флора.       – О, Бен Харви — мой лучший садовник! Ты знала, что он назвал в честь тебя самую большую вечноцветущую розу в королевском саду? – дружелюбно спросила королева Линфеи.       – К сожалению, я об этом не знала, Ваше Величество. Дядя Бен редко приезжает к нам в гости со своей семьёй, – честно ответила фея Природы.       – Бен всегда в работе. Но я буду рада, если вы с Гелией посетите мой дворец. Я с радостью провожу вас в сад и покажу эту розу. Она восхитительна! И так же прекрасна, как и ты, фея Природы, – сделала комплимент Рейчел.       – О, благодарю вас, Ваше Величество... Но ни один цветок на всей Линфее не сравнится с вашей красотой, – смущённо ответила Флора.       – Ты преувеличиваешь, моя дорогая... – улыбнувшись, ответила королева.       – Ваше Величество, ваша дочь не смогла прилететь сегодня с вами? – наконец, задал интересующий его вопрос Гелия.       – У Кристалл начались выпускные экзамены в Королевской Академии Линфеи. Она полностью поглощена учёбой. Я не стала мешать её подготовке. Но если бы я знала, что ты будешь здесь, то непременно бы привезла её. Она очень по тебе скучает, – сказала королева, но Гелия не успел ей ответить, ведь к Рейчел подошла королева Долоны. – Прощу прощения, но вынуждена вас оставить, – попрощалась с ними Рейчел, а затем ушла вместе с другой королевой.       – Семья Харви — твои родственники? Я знаю их и не удивлён, ведь они такие добрые и милые люди... – проговорил Гелия, повернувшись к Флоре.       – Я встречалась с ними всего пару раз. Дядя Бен показался мне очень умным, но слегка помешанным на своей работе, а Терра очень болтлива... В отличие от меня, – проговорила фея Природы.       Гелия улыбнулся и подумал о том, что на каникулах им стоит принять приглашение Рейчел. Тогда Флора сможет не только навестить свою занятую семью, но и познакомиться с его лучшей подругой — принцессой Кристалл.       Вернувшись к остальным, Флора и Гелия рассказали им о беседе с королевой Линфеи, после чего Блум прочитала свою речь, чтобы друзья оценили, насколько она ужасна. Стелла и Лейла всё же дали подруге пару советов о том, где стоит заменить несколько фраз, но в целом речь оказалась очень чувственной и красивой. Гелия так и не смог прорваться к дяде, ведь его и двух директрис буквально окружили министр Файерс с бывшей королевой и какие-то другие люди.       Прошло ещё пару часов хождений к столу и разговоров, чтобы занять себя в ожидании начала похорон. В конце концов Скай с семьёй вошли в главный зал. Все присутствующие поклонились им. Королева Самара поприветствовала гостей и встала около своего трона. Скай же встал напротив трона отца, а Одеон и Торен остались стоять где-то сбоку от королевы Самары. Королева Эраклиона произнесла небольшую речь, вновь благодаря всех собравшихся, после чего несколько слуг вынесли открытый гроб с телом короля Эрендора. Винкс и специалисты перебрались ближе к этому месту, чтобы Скай мог видеть их.       Королева Самара вновь продолжила говорить о том, каким хорошим королём был её муж, как он жил, правил, растил сына и как он погиб. О том, как она любила его и будет любить вечно. А также о том, что его память сохранится в сердцах всех жителей Эраклиона. Затем она передала слово принцу Одеону, который начал рассказывать о детстве Эрендора и о том, как они соперничали друг с другом, явно опуская какие-то факты.       – Когда мой дорогой брат взошёл на престол, он был очень юным и дерзким. Ещё моложе моего племянника, принца Ская. Эраклион был на грани краха. Отец тяжело болел и умер задолго до совершеннолетия Эрендора, поэтому планетой правила коллегия министров. Они разорили всю казну и приобрели тысячи врагов, желающих захватить наши земли. Единственным спасением тогда казалось подписание декларации с королём Магикса о присоединении Эраклиона к подчинённым ему планетам. Но первым же указом мой брат разорвал этот пергамент в клочья! Я тогда счёл его сумасшедшим, думал, что власть ударила ему в голову, и он совершил чудовищную ошибку. Министры во главе со старым советником хотели сместить Эрендора с трона и посадить на его место меня, четырнадцатилетнего парня, чтобы вновь самим принимать все решения. И я был готов предать брата. Я считал, что буду править умнее, но за день до объявления свержения Эрендора я пришёл к брату и застал его, изучающего старые карты и какие-то бумаги. Я был поражён тем, как он напоминал мне отца. Он был таким же решительным и оказался таким же мудрым. Он сказал мне, что знает, как вернуть Эраклиону былое могущество. Я поверил ему и расторг сделку с министрами. И я не прогадал. Все предатели отправились в тюрьму, а Эрендор нашёл союзников с других планет, наполнил нашу казну, укрепил нашу армию и превратил город Аврам в настоящий рай для туристов! Эрендор был великим королём. И хорошим братом. Лучшим, чем был я... Он ошибся лишь однажды. И эта ошибка стоила ему Аврама. Тогда наша планета вновь стала угасать, но всё же он нашёл способ исправить эту ошибку и вернуть нам Аврам. Он пожертвовал ради этого жизнью. Ради нашего будущего. И я надеюсь, что принц Скай продолжит его путь к процветанию этой планеты. Мне горестно прощаться со своим братом, но я верю, что впереди Эраклион ждёт лучшее будущее, – закончив свою душевную речь, Одеон вернулся к сыну и сжал губы, когда Скай вышел вперёд.       – Благодарю тебя, дядя, за эти слова, – сказал Скай, а затем повернулся к людям. – Благодарю всех вас за то, что вы прилетели издалека проститься с моим отцом, королём Эрендором. В последнее время Эраклион переживал не лучшие времена. Мой отец был болен, а я был вынужден занять его место. И хотя это дало мне шанс подготовиться к тому, что когда-нибудь я взойду на этот престол, рядом со мной всегда был отец, к которому я мог обратиться за советом, и он всегда помогал мне и подсказывал, если мои решения были не совсем верными. Теперь его не стало, и никто больше не сможет сказать мне, что делать. Но я сохранил в своей памяти его наставления, и буду изо всех сил стараться не подвести ни его, ни всех жителей Эраклиона. С самого детства мой отец учил меня, как быть хорошим воином и хорошим королём. Его уроки я запомнил на всю жизнь, и я буду править так, как он учил меня. Его смерть — чудовищная потеря для всего Эраклиона, но его убийца уже наказан. Эту коварную ведьму отправят туда, откуда она уже не вернётся. Я счастлив лишь от того, что знаю — душа моего отца в мире Света. Там он обрёл покой и больше не страдает от своей ужасной болезни. Его память не будет забыта, а его подвиг будет увековечен в истории. Он не только помог нам вернуть Аврам, вернуть всё доброе волшебство в этот мир. Король Эрендор пожертвовал своей жизнью ради спасения последнего жителя Домино, единственной наследницы престола и Хранительницы Огня Дракона. Блум, я прошу тебя подняться сюда и сказать пару слов, чтобы почтить память короля Эрендора, – сказал Скай и спустился на несколько ступеней ниже, протягивая Блум руку.       Сердце Блум забилось от волнения. Все присутствующие теперь смотрели на неё, а она должна была произнести свою речь перед ними.       – Ты справишься, дорогая. Мы в тебя верим, – вдохновляюще проговорила Стелла, сжав плечо подруги. Остальные феи кивнули и улыбнулись в знак согласия.       Глубоко вздохнув, Блум всё же начала подниматься по лестнице. Подав руку Скаю, она прошла с ним до кафедры и встала за ней, оглядывая всех гостей.       – Король Эрендор действительно спас мне жизнь, – начала она, чувствуя на себе глаза сотен людей и Ская, стоящего позади неё. – И я буду вечно благодарна ему. Я знала его не так хорошо, чтобы сказать, каким он был королём или человеком. Но я отлично знаю человека, которого он воспитал — его сына, принца Ская. И я верю, что он станет великим королём. Я также знаю, что мой отец, король Орител, чтил и уважал короля Эрендора. И пусть моё королевство разрушено, а моя семья исчезла, от всего Домино я приношу глубочайшие соболезнования королевской семье Эраклиона и благодарность погибшему королю Эрендору за его жертву. Я также могу поклясться, что сделаю всё, чтобы она была не напрасна. Я разыщу Древних Ведьм, которые положили начало всем страданиям моей семьи и семьи принца Ская. Я разыщу их, и Огонь Дракона положит конец тому ужасу, который они навеяли на Волшебное измерение, – закончила Блум уверенным голосом, и по всему залу раздались аплодисменты. – Благодарю за то, что дали мне слово, Ваше Величество, – сказала принцесса Домино, обратившись к Самаре, когда аплодисменты стихли, после чего она тут же поспешила спуститься вниз к друзьям.       Как только Блум оказалась внизу, Винкс облепили её и заключили в свои объятия, помогая унять дрожь от волнения. Королева Самара вновь заговорила, после чего дала слово советнику и нескольким министрам. Прозвучал бой барабанов, а затем заиграла громкая тревожная музыка. Скай подошёл к телу отца и, поклонившись ему, сжал его руку, а после отошёл в сторону. То же самое сделала Самара и Одеон с Тореном. Все остальные могли лишь подойти к гробу и поклониться королю, а также что-то сказать.       После прощания с королём, Скай вновь подошёл к отцу и закрыл крышку гроба. Положив ладонь на крышку, он замер. Замерли и все присутствующие, отдавая молчаливую дань королю. Убрав руку, Скай кивнул страже, и те подняли гроб, направляясь вместе с ним на королевское кладбище. Пойти вместе с ними мог уже любой желающий. Многие люди остались в зале, но некоторые, в том числе и Винкс со специалистами, пошли за Скаем.       На королевском кладбище собралось немало людей, а за его забором было ещё больше. На площади и холме собрались тысячи жителей Эраклиона, чтобы проститься со своим королём.       Несколько человек начали копать могилу, королева Самара стала говорить с народом, а Скай отошёл в сторону, чтобы увидеться хоть с кем-нибудь из друзей, пока не начали погружать гроб. Но отойдя всего на пару метров, он столкнулся с Тореном.       – Мне жаль, что я не смог навестить дядю до того, как это случилось... Попрощаться с ним.       – Твой отец навещал его, – холодно ответил Скай.       – Я сочувствую твоей потере. Сейчас мы все должны быть сильными. Я слышал, на Эраклион хотели напасть, но ты отлично справился с Йошинойа. Ты будешь хорошим королём, – искренне сказал Торен.       – Уж точно лучше, чем был бы ты, если бы твоему отцу удалось отговорить коллегию министров от решения в пользу меня, – грубо ответил Скай, взглянув брату в глаза.       – Что? Я об этом ничего не знал, клянусь, – удивился Торен и поднял руки.       – Ну, конечно... – усмехнулся Скай. – Ты ничего не знаешь о том, что происходит на Эраклионе. Тогда зачем ты вообще вернулся, если тебе наплевать?       – Мне не наплевать. Ты ничего обо мне не знаешь, Скай. Ты судишь обо мне по делам ребёнка и тому, что говорит мой отец, но я давно уже не тот, кем был раньше. Я покинул Эраклион, чтобы отделиться от отца. Разве ты не сделал то же самое, поступив в Красный Фонтан? На Эраклионе есть академия воинов, но ты всё равно улетел, – не выдержав, высказал ему Торен то, о чём он думал.       – Ты ничего не знаешь обо мне! – нахмурившись, чуть громче сказал Скай, но так, чтобы их всё равно никто не услышал.       – Скай... А я искала тебя, – прервала их разговор внезапно появившаяся Диаспоро.       – Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть с семьёй? – тут же спросил Скай, но когда он вновь обернулся к Торену, его уже не было.       – Я пришла убедиться, что ты хорошо себя чувствуешь. Мои родители где-то в толпе, но меня волнуешь только ты. Я благодарна тебе за то, что ты сделал для меня вчера ночью. Я понимаю, как тебе было больно из-за смерти отца, но ты всё равно отправился за мной на эту ужасную планету... – сочувственно проговорила Диаспоро и положила ладонь на грудь Ская.       – МЫ отправились за тобой, – поправил её парень. – Я не мог тебя бросить. Несмотря на всё, ты... Ты была моим единственным другом в те ужасные месяцы, когда болел мой отец, и поддерживала меня, как и когда-то в детстве, – ответил Скай, мягко убрав ладонь феи со своей груди и сжав её руку.       – Я всегда буду готова поддержать тебя. Благодаря тебе я всё ещё жива и не стала женой этого старого толстого короля, – поморщившись от отвращения, проговорила принцесса Айсиса.       – Эта миссия помогла мне отвлечься от мыслей об отце и о том, что меня ждёт дальше, – признался Скай.       – Ты будешь замечательным королём, Скай. А теперь тебе нужно похоронить отца, – напомнила ему Диаспоро, заметив, что стража уже начала опускать гроб.       Оставив Диаспоро, Скай вернулся к матери. Как только гроб опустили в землю, все присутствующие вновь поклонились, провожая короля. Первой встала королева Самара, а за ней все остальные. Кивнув страже, она дала им понять, что время пришло, и слуги начали закапывать гроб.       Взяв цветы, Скай подошёл к могиле своего отца и опустился на одно колено, кладя их у огромного надгробия.       – Прощай, отец... Я люблю тебя, – прошептал он, оставляя цветы.       Все желающие начали класть цветы на могилу короля, а Скай незаметно покинул толпу и направился к друзьям.       – Как ты? – первой спросила Блум, когда Скай подошёл к ним.       – Я хочу запереться в своих покоях и напиться, – честно ответил принц.       – Мне эта идея очень даже нравится, – согласился с ним Ривен. – Если только ты позовёшь нас с собой.       – Да, мы должны это сделать, – чуть улыбнувшись, сказал Скай.       Никто не стал с ним спорить, и ребята направились за Скаем во дворец.