Sweet Flavor

Джин сегодня торчит на работе, у него ночная смена. Пока что он позволяет себе получасовой перерыв в кабинете Чондэ. — Мхф... Фшин, офшень фкуфно, — говорит Чен, поедая с удовольствием печенье. — Не болтай с набитым ртом, — смеется Сехун, который тоже решает отдохнуть в компании друзей. У всех сегодня ночная смена. Поэтому им некуда торопиться. — Да ладно, не ругайся, — улыбается Джин. Но после улыбка сменяется на удивление, омеге звонит Юнги. — Алло, Джин. Срочно готовь операционную на троих человек. Мы скоро приедем, — Мин говорит быстро, но четко. — И сделай так, чтобы нас встречали Чондэ и Сехун. Джин, объясню всё, как только приеду, но будь готов, трое раненных, в сознании только Чонгук. В нас стреляли и... — тут на заднем плане слышно, как завывает Тэхён. — Джун истекает кровью, — тут сердце омеги пропускает удар. — Джин, прошу, соберись, ты нужен. Ты должен спасти их всех. — Я... я тебя понял, — дрожащим голосом, говорит Ким и сбрасывает звонок. — Что случилось? — спрашивает Сехун, который сразу понимает, что что-то не так. — Ждите возле входа, — говорит Джин, выбегая из кабинета. Беты, ничего не понимая, направляются в сторону выхода. Через пару минут снова появляется Джин. — Я не точно понял, что произошло, но к нам везут раненных. Это Чонгук и Джун, и с Тэ тоже что-то, я слышал, как он рыдал, — объясняет Ким, не давая волю своим эмоциям. Уже хватило ошибок. В этот раз он настроен решительно. — В них стреляли. — Джин, — произносит Сехун, замечая состояние омеги. Он бледный как смерть. Хотя как ему ещё выглядеть? В его брата, мужа брата, друга и возлюбленного стреляли. Спустя пару минут в больницу ввозят три носилки, на которых раненые Чимин, Намджун и Чонгук, а рядом идёт заплаканный Тэхён и серьезный Юнги. У Джина чуть ли ноги не подкашиваются. Снова его возлюбленный весь в крови и на грани жизни и смерти. И снова он должен спасти свою любовь. Он не позволит Джуну погибнуть также, как когда-то погиб Минхо. — Ким Сокджин! — кричит Юнги, подбегая к омеге и давая пощечину. Юнги просто увидел ступор в глаза Кима. — Не смей расклеиваться!!! Ты хотел знак от Минхо? Вот он, ты должен спасти его!!!! Всех спасти должен!!! Слышишь!? Живо в операционную!!! — странно, но Джину это действительно помогает. Он приходит в себя и командует своим работникам вести всех троих в операционные. Он также сообщает их группы крови, если вдруг понадобиться переливание. Судя по всему зона поражения у каждого довольно большая. Юнги тем временем возвращается к Тэхёну, который сидит на скамье и компании Сехуна. — Я потом все объясню, — говорит Мин, аккуратно подходя и наступая в какую-то жидкость на полу. Тут же подходит Чондэ с стаканом воды, замечая также лужу на полу. — Тэ ты как? — Я... я... — Тэхён пытается что-то сказать, но резко хватается за живот и стонет. — Что с тобой? — спрашивает обеспокоено Юнги, который вообще не понимает, что с Чоном. Вишневый начинает тяжело дышать и сильнее сжимает пальцы на второй руке. — У меня воды отошли, — шепчет омега, смотря на лужу под ногами. — Юнги, кажется, я рожаю. Теперь Юнги окончательно не знает, что делать. Он просто застывает, смотря как Тэ тяжело дышит. Мало того что альфы сейчас в операционной, так ещё и Тэ рожает. У Мина шок от всего, что происходит. Повезло рядом есть Чондэ, который сразу командует работникам нести ещё одни носилки и срочно готовить родильный зал. Чен спокойно говорит, что позаботится о нем и уходит. Юнги же берут под руку и уводят в сторону. Омега вот сейчас в шоке смотрит на Сехуна. — Пройдем в мой кабинет, — говорит парень, уводя омегу за собой и поражаясь его стойкости. Он хоть в ступоре, но до этого он действовал по ситуации, не давая волю своим эмоциям. Джин же сейчас готов заплакать, альфа приходит в сознание прямо по середине операции. Это словно наказание от судьбы. Его возвращают в тот день и дают вспомнить весь тот ужас. Но в этот раз Джин готов, он не останавливается и говорит коллегам вколоть ещё наркоза, пока сам смотрит на пациента. — Джун, ничего не говори, у тебя в горле стоит трубка, — объясняет строго Джин, ожидая, когда работники и выполнят то, что должны. Сейчас нельзя продолжать извлекать пули. — Сейчас тебе снова введут наркоз, — альфа опускает взгляд, в надежде увидеть Кима. — Не смей сдаваться, ты молодой сильный альфа. Держись. Джун, я спасу тебя, главное не сдавайся, — омега готов взвыть, он не может смотреть в глаза Наму, так как боится увидеть тот же взгляд, что был у Минхо. Голос Джина сейчас не выражает переживаний, но работники понимают, что кажется потом придется отчитываться перед главврачом. Нельзя допускать хирурга до операции на близких ему людях. Теряется концентрация и есть риск допущения больших ошибок. — Не оставляй меня, я не переживу твою смерть. Я слишком сильно люблю тебя, — на этих словах Намджун закрывает глаза, так как ему вновь вводят наркоз. Джин готов бороться за его жизнь, что он и делает. Джун должен выжить, Ким не позволит ему покинуть этот мир. Спустя два часа, ни от кого нет вестей. Юнги и Сехун сидят опять в коридоре у операционной. Чондэ занят принятием родов, хотя они оба надеяться, что бета сообщит о состоянии Тэхёна, после того как тот родит. — Юн, расскажи, что произошло, — просит снова Сехун, выжидая объяснения ситуации. Юнги сидит так молча, но сейчас он вздыхает и прикрывает глаза, думая, как правильно объяснить. С полицией он уже поговорил и дал показания. Но это в любом случае не дает полного спокойствия — Мы с Чимином были на встрече в клубе Намджуна, потом нашли его самого. Решили отдохнуть, оказалось, что Тэ с Чоном тоже были там, — начинает Мин, опираясь лбом в свои пальцы. Рукой опираясь на подлокотник лавочки. — Мы были в випкомнате. Все было хорошо, но у меня и, видимо, у Гука было плохое предчувствие. Чон хотел поговорить об этом, но наедине, без Тэ. Поэтому его он запер его в комнате. Пока мы говорили какая-то компания альф направилась к нам, по словам Тэхёна. Он видел их в окно. Пока мы стояли обсуждали это, альфы поднялись и начали стрелять в нас. Чонгуку досталось первому, Джун потом закрыл его собой, а Чимин прикрывал меня. Альфы скрылись, а я остался с тремя раненными альфами и Тэхёном, который рыдал за дверью. Повезло скорую мы заранее вызвали. И вот мы тут. — Ясно. Юнги, я думаю, Джин сделает все, чтобы спасти их, — говорит Сехун, прекрасно видя, как переживает Юн. — Надеюсь, — вздыхает омега, выпрямляясь и смотря на Сехуна. Черёз некоторое время из операционной вывозят Чонгука. Мин не может сидеть на месте, поэтому поднимается и подходит к врачу и медсестре. Самое странное, что Чонгук в сознании. Только не двигается. Он говорит какой-то бред. Его речь сложно разобрать. — В порядке ваш альфа, — говорит медик, который его оперировал. — Одна пуля задела немного печень, но вы вовремя его привезли. Жить будет. — Спасибо, Чунмен, — говорит Сехун, осторожно приобнимая Юнги за плечи. — В какой палате он будет? — В 468, — говорит бета и везет парня дальше. — Юнги? — обращается к омеге, который опускает голову вниз. Сехун примерно понимает, что сейчас происходит в голове Юна. — Прошу выживи, — шепчет Юнги, мысленно не желая слышать, что Чимин погиб. Проходит ещё пол часа, Юнги молчит и просто смотрит куда-то в пол. На вопросы отвечает максимально коротко. Мин словно в себя ушёл. Но они оба реагируют на следующего пациента, которого вывозят из операционной. И по идущему рядом врачу, можно понять, кого везут. По лицу Джина максимально понятно, что тот сделал все, чтобы вытащить Джуна. — Как он? — спрашивают хором парни. Джин спокойно говорит, чтобы пациента отвезли в нужную палату, пока сам идёт к Мину и спокойно садится рядом. — Живой, — улыбается омега и начинает плакать. Оба парня осторожно обнимают Джина и стараются поддержать. Все-таки тяжело спасать того, кого любишь. — А Чимин? — через некоторое время тихо спрашивает Юнги. Джин поднимает глаза и видит огромное волнение. Джин только сейчас понимает, что Чимин единственный, кто остался. — Его оперирует Тао, — говорит Джин, вытирая глаза и принимая стакан воды, за которым ходил Сехун. — Нужно ждать. Юнги коротко кивает и тихо сообщает старшему новость, которая его ещё больше из колеи выбивает. — Тэ сейчас рожает. — Что!? — резко вскакивает Джин. — Ему ведь через месяц! — Из-за стресса роды начались раньше, — объясняет Сехун. Джин ничего не говоря, убегает в родильный корпус, чтобы там помочь. Похоже все близкие решили разом проверить нервы омеги. А эти двое сидят и ждут. Уже не понятно, сколько они вот так сидят. Час, два или 6. Юнги успевает задремать на плече Сехуна. Мин категорически отказывается от перспективы идти в кабинет Сехуна. Бета сейчас тихо вздыхает и аккуратно будит омегу, Понимая, что Чимина уже увезли в палату. — Что? — сонно спрашивает Юнги, хмурясь . — Они все в одной палате, — говорит Сехун, спокойно поднимаясь на ноги и помогая Мину ровно сесть. — Все живые, — омега резко просыпается и подскакивает. Он только через несколько секунд осознал. — К ним пока нельзя. — А Тэ? — спрашивает обеспокоенно Юнги, смотря на бету. — У него родился альфа с запахом вишни, — отвечает Сехун, слабо улыбаясь. Он хочет поддержать Мина. — К нему тоже пока что нельзя. Джин сейчас пытается сделать так, чтобы Тэхён был в соседней палате с альфами. — Зачем? — удивляется брюнет, хмурясь и вставая на ноги. — Потому что так им будет легче. Тэхену надо восстанавливаться, как и Чонгуку. Истинность в этом плане облегчает боль и ускоряет регенерацию, — отвечает бета. Юнги просит отвести его к палате, где находятся альфы, и они идут туда. Конечно же, Юна никто не пустит в неё, но рядом сидеть опять же можно. Спустя ещё 5 часов ада ожидания, Юнги успевает осознать всю ситуацию. Понять, что ему важно и пронаблюдать, как Джин исполняет свои намерения. Тэхен лежит теперь в соседней палате. Ребенка пока Чону не дают, так как проверяют его состояние. Сам же Тэ не смог родить, по середине родов он начал терять сознание. Омегу и ребенка спасли. Они оба в стабильном состоянии. Сейчас перед этими двумя палатами сидят Юнги, Чондэ и Сехун, пока Джин возвращается с операции. Ким тоже усаживается рядом и ждет — Юнги, — протягивает стаканчик с кофе Джин и заглядывая аккуратно в палату брата. — Им нужен отдых, они живы. Можешь расслабиться. — Я не могу, — говорит Юнги. Он хочет продолжить свою фразу, как Джин быстро заходит в палату. — ЧОН ТЭХЁН, ОПУСТИЛ СВОЙ ПОПЕЦ ОБРАТНО НА КРОВАТЬ!!! — кричит Джин, возвращая парня в изначальное положение. Тэхен попытался сесть, хотя ему нельзя пока напрягаться. — Чонгук, Ёнджун... я нужен им, — говорит омега, смотря максимально грустно на брата. Тэхен переживает, что они оба уже мертвы. — Успокойся, — Сехун помогает Джину уложить обратно Тэ, после чего садится рядом и смотрит в глаза. — Чонгука прооперировали, скоро он придет в сознание. А Ёнджуна тебе принесут чуть позже, с ним всё в порядке. Он конечно не достаточно весит, но за ним смотрят. — Но... —говорит омега, но его тут же перебивают. — Прошу прощения, — говорит зашедшая медсестра, смотря на Джина. — Но в соседней палате буянит пациент, зовет какого-то Тэхёна. Нам надо его успокоить. — Тэ, спокойно, — говорит Чондэ, который уже видит в глазах омеги панику. — Мы тебя сейчас отведем. Чондэ и Джин вздыхают и просят помочь персонал. На кровати Чона привозят в нужную палату и дают увидеться паре. Джин получил разрешение на это у главврача, поэтому никто вопросов не задает. — Гуки! — Тэхен приподнимается и аккуратно ложится на бок, протягивая руку в руке мужа. — Гуки, милый... — омега начинает плакать. — Тэхёни, прости меня, — улыбается Гук, почти не двигаясь. Единственное, он поворачивает голову в сторону и смотрит на мужа. — Я напугал тебя. — У нас... сын... альфочка... его зовут Ёнджун... как ты и хотел,—Тэхён еле-еле выговаривает слова. Он всхлипывает почти после каждого слова. — Он очень слабый... его не дают мне. — Ш-ш, Тэхёни, всё хорошо, — Чонгук аккуратно сжимает руку мужа в своей и мягко улыбается ему. — Не переживай, мы оба быстро пойдем на поправку. —Я так люблю...тебя, — Тэхен улыбается в ответ, но слезы сдерживать уже не может. он максимально сильно испугался за сына и мужа. — Я тебя тоже, — говорит Чон, поднося руку мужа к губам и осторожно целуя. — Ну чего ты, всё же хорошо. Я, ты и Ёнджун быстро поправимся и поедем домой. Слышишь? Омега начинает смеяться и осторожно поглаживать большим пальцем костяшки Гука. Гук же ложиться ровно и прикрывает глаза, слегка хмурясь. — Как только я увижу нашего малютку, — говорит Тэхён, наблюдая за мужем. — Приду к тебе и покажу. У него твоя родинка под губой. — Хорошо, — улыбается Чонгук, открывая глаза и смотря в потолок. Ему больно. И Джин это видит, поэтому спокойно и осторожно ставит ему капельницу. — Всё не плачь, не хочу, чтобы ты плакал. — Гуки, — тянет Тэхен и хочет на самом деле обнять мужа, но нельзя. Ким не тот, кто будет вредить ему. — Спасибо, тебе за всё. Я так люблю тебя. — И я тебя, тигрёнок.