Сквозь время

На скрытой густой растительностью поляне; среди сонных деревьев, с листьев которых капала утренняя роса; возвышались колоссальные каменные Осколки с хорошо сохранёнными фрагментами истории. Двое динозавров: один медлительный и старый, а второй – неусидчивый и молодой, пришли, чтобы вспомнить слова, прошедшие сквозь время. Молодой велоцираптор провёл лапкой по длинным каменным бороздам. Сквозь них ощущалась древняя история. Длинные с загогулинами надписи чётко располагались друг за другом, будто у существа, создавшее нечто подобное, была набита лапа. Мастер украсил свою историю несколькими витиеватыми рисунками. На некоторых из них были видны стада всех видов, идущие в неизвестность. - Деда, а, деда? А правду говорят, что это древний язык самых первых поселившихся тут динозавров? Похрустывая суставами, старый вело приблизился. Прищурившись, вглядываясь в письмена, он устало вздохнул. Потревоженная пыль взмылась и осыпалась на его нос, как ранний осенний снег. - Помню, как мой дед, - скрипучий, но тихий голос, донёсся из его испещрённой шрамами мордочки. – Рассказывал о том, как путешествовал со стадом. Он подружился с ориктодромеусом по имени Грёз Длинный Хвост. Они вместе преодолевали трудности пустынной земли, преграды каменных джунглей и ужасные стихийные бедствия, но конец пути никого не разочаровал. Найденный путешествующими в поисках пристанища динозаврами клад был самым лучшим. Это был Архипелаг. Наполненный растительностью, озёрами со вкуснейшей водой, множеством пещер – это место, которое наше предки назвали своим Домом. - А письмена? – любопытный вело посмотрел на оставленные каменные шрамы. - Поговаривали, что вместе с ними путешествовал мудрец. Он увековечил память о тяжёлых временах скитания. Память у меня уже не та, то ли это был ихтиовенатор, то ли мозазавр, но я знаю точно, что в этих трёх чёрточках, написано слово «Семья». - скрюченных коготок ткнул в ямки, чтобы ребёнок смог их разглядеть. - Деда, это что получается? – глаза молодого вела заблестели. – Орики, которых я вижу на полянках, могут быть детьми того самого Грёза? - Могут, а какие-то даже есть, - согласно закивал динозавр. Ветер слегка качнул тяжёлыми ветвями деревьев, которые расступились и показали несколько скрытых рисунков. На некоторых из них хищники танцевали с травоядными на одной поляне. - А как стадо, состоящее из разных видов, смогло вместе ужиться? Они же должны были друг друга покусать! – ребёнок указал на этот рисунок и повернулся к своему дедушке. - Между ними существовала невидимая граница обязательств. - Чего? – молодой вело удивлённо захлопал глазками, силясь понять. - Ох, как бы тебе это объяснить, - старик ненадолго призадумался. Ребёнок уже решил, что тот уже заснул, как смахнул облезшим хвостом несколько песчинок и нарисовав длинную прямую линию, старый вело просил, – знаешь, что это? - Нет. - Это наше с тобой, внучок, различие. С одной стороны черты – травоядные, с другой – хищники. Но наступает переломный момент и, - старик нарисовал круг, внутри которого осталась данная линия. – И все объединяются. Будь то цунами, огненный смерч, непогода или даже поиск нового жилья: все мы едины пред настоящей опасностью. Это сплачивает нас в круг, где царит гармония и жизнь. Хищники не едят травоядных, а те в свою очередь их уважают. Всё строится на доверии. - Но ведь есть те, кто недоволен? - Всегда есть тёмные и злые личности, готовые в угоду себе сделать пакость другим. Но обычно их попытки пресекаются совместными усилиями обоих сторон. - Как интересно! – взгляд ребёнка метался между каменными письменами и рисунком дедушки. - В твоём возрасте я тоже любопытствовал, - старый вело взъерошил молодому перья на загривке. – И получил исчерпывающие ответы на свои вопросы. - А потом я расскажу эту историю своим детям? - Конечно, - улыбнулся старик. - И ты же будешь рядом, деда? - Всё возможно. Они оба устремили взгляд на старые надписи. Пройдёт много поколений и, даже если они начнут стираться, придут те, кто напомнят историю.

«Никогда не забывайте последние слова Первых».