Счастье на крыше

      Не знаю, как бы я пережил предательство отца, если бы не Маринетт. Она постоянно отвлекала меня от мрачных мыслей, подбадривала, отпускала шутки на кошачью тему и целовала так сладко, что не хотелось ее отпускать.       После того злополучного дня, когда я увидел истинное лицо своего отца и стащил у него из-под носа два Талисмана, тот постоянно был раздражен. Даже не так. Он был в ярости. В бешенстве! Он рыскал повсюду в поисках вора, а я делал вид, что ничего не понимаю.       Украшения? Какие украшения? Ничего не знаю, я все это время крепко спал.       Но мне было безумно сложно сохранять невозмутимость, когда я сталкивался с ним. Отвлекшись от своих злодейских дел, он, наконец, обратил внимание на сына, вот только сыну это внимание уже нужно не было. Мне приходилось прикладывать массу усилий, чтобы не скрипнуть зубами, когда он вдруг лицемерно поинтересовался здоровьем родителей Маринетт. Не закатить глаза, когда он в который раз удивился убранству моей комнаты. Спасибо хоть заселил ее новой мебелью. Точно такой же, правда, какая и была до этого, ничего нового. Никакой креативности.       В этом был весь отец. Будь он хоть трижды знаменитым дизайнером, он никогда не привносил в то, что делал, частичку себя, своей души, не отдавался своему делу всем сердцем. И оставил меня, своего сына, снова в той же огромной, бездушной комнате, в которой я и провел все свое детство. Наверное, вся его творческая сила уходила на то, чтобы создавать акум.       Он впервые заинтересовался нашими с Маринетт отношениями. А ведь до этого даже за порог ее не пускал. Однако в тот единственный раз, что отец изъявил желание увидеться с моей девушкой, получил от нее за ужином настолько презрительный взгляд, что даже выронил вилку от неожиданности, и та, громко звякнув о пол, заставила всех нас неловко отвести взгляды друг от друга. Больше приглашений на ужин для нее не поступало.       Она, конечно, извинилась за то, что не сдержалась, но я ее понимал и даже одобрял. Если бы я мог признаться отцу в том, что являюсь Котом Нуаром, я бы тоже поговорил с ним по душам. Но я не мог этого сделать. Не мог подставить нас с моей Леди, подвергнуть любимую и ее близких угрозе. Кто знает, что может сделать с ними в ярости мой отец, если узнает, что она – ЛедиБаг?       Вот я и молчал.       Терпеливо отсчитывал оставшееся до долгожданного совершеннолетия время, когда смогу, наконец, уйти из отчего дома и зажить собственной жизнью. Где не будет Бражника, но будет ЛедиБаг.       Я проводил с этой девушкой каждое свободное мгновение своей жизни и ни о чем не жалел. Разве что того, что отказал ей когда-то. И как я мог расстроить такую девушку? Как мог вообще не догадаться что она и есть моя великолепная ЛедиБаг?       Магия, не иначе.       Впрочем, и это тоже в итоге пошло нам на пользу. Все, что с нами произошло за это время, сплотило нас, сделало нашу команду сильнее, находчивее и намного ближе. Наш дуэт вырос.       А отец застрял в своем прошлом, в каких-то мнимых мечтах и неправильных желаниях, которые собирался осуществить с помощью наших Талисманов. Мне даже было интересно, что он хотел загадать? Стать лучшим дизайнером мира? Особняк размером с Париж? Новую жену? Или просто потешить свое самолюбие, победив пару подростков и отобрав у них «игрушки»?       Но даже ради ответа на этот вопрос я не был готов с ним откровенничать. Не тогда, когда он побежден, дезориентирован и пока даже не знает, кто его обчистил. Наверняка догадывается, что это супергерои, но и понятия не имеет, как это произошло и почему система безопасности дала сбой в самый неподходящий момент.       – Как твои успехи в учебе, Адриан? – спросил отец после очередного напряженного ужина, проведенного хоть и вместе, но в полнейшем молчании. Тоска, как сказал бы Нино.       – Как обычно, – пожал плечами я, – делаю все задания и получаю наивысшие оценки.       – Ясно.       Я проводил удалившегося в сторону своей комнаты отца разочарованным взглядом. С потерей своего Камня Чудес он не стал менее холодным по отношению ко мне.       И, кажется, даже ни капельки не раскаивался в содеянном…