Счастье на крыше

      Сказать, что отец не обрадовался моему преображению значит не сказать ничего. Сперва он категорично заявил, что не потерпит в своем доме столь неподобающего одетого сына, на что я впервые, шалея от собственной смелости, дерзко ему ответил:       – В таком случае, я пошел.       И сделал несколько шагов в сторону двери. Тогда он несколько заторможено воскликнул:       – Подожди! Но ты ведь не можешь так просто уйти! Где ты будешь жить?       – У своей девушки, – буркнул я. Конечно, я слукавил, ведь я собирался пожить в нашем домике, когда он освободится, но все свободное время действительно планировал проводить именно с Маринетт.       – Адриан! – громом прокатился рык отца по холлу, отчего я невольно вздрогнул и несколько струхнул, но, взглянув на свои черные ботинки, вновь воспрянул духом. Ну уж нет, я так просто не сдамся!       Развернувшись, я уставился ему в глаза. Для этого мне пришлось задрать голову, потому что он не только превосходил меня в росте, но и стоял на высокой лестнице.       – Что «Адриан»? Ты когда-нибудь интересовался, хочу ли я носить все эти вещи? Участвовать в фотосессиях? Жить, есть и учиться в одиночестве? Хочу ли я посещать все те дополнительные занятия в ущерб времени, которое мог бы провести с друзьями? Я всегда старался ради тебя, отец, – с болью проговорил я, вновь опуская взгляд и отворачиваясь в сторону выхода. – Но ты никогда этого не замечал. Ты вообще меня не видел. Я был твоим сыном только тогда, когда у меня была мама, а после перестал им быть. Стал каким-то роботом.       – Ты не прав! – отец стремительно спустился и, развернув меня за плечи, крепко их сжал, когда я попытался вырваться из цепкой хватки. – Я старался ее вернуть, понимаешь? Я делал все для того, чтобы достать нужное средство и воскресить ее! Чтобы все снова стало как раньше!       Я окаменел. Так вот что он хотел загадать, получив наши Камни Чудес?! Вернуть маму? Но… какой ценой? Кто из нас с моей Леди должен был умереть вместо нее? Я?.. Или Маринетт?       Когда мы разговаривали обо всем этом с Хранителем, который, кстати, забрав у нас лишние Камни Чудес, все-таки разрешил нам оставить свои, то он сказал, что цена за желание всегда соответствующая, а иногда даже намного превышает его по серьезности последствий.       Если ты попросишь богатства, кто-то обеднеет и превратится в нищего, если попросишь взаимную любовь, то лишишься долголетия или возможных детей, а если захочешь кого-то воскресить, то кто-то обязательно умрет. Возможно, даже не один. Возможно, выиграй Бражник, ради спасения моей мамы мы погибли бы оба, кто знает...       Так что, несмотря на то, что я и сам жалел, что ее с нами нет, сам мог долго по ночам вспоминать ее родной и такой светлый образ, все же не мог одобрить действий отца.       – Хочешь, я покажу тебе ее?       – Что? – я ошеломленно моргнул. Он собирается проводить меня к могиле? Но я ведь и так знаю, где она, к чему этот вопрос?       – Я законсервировал ее тело, – тихо пояснил отец, – могила всегда была пуста.       В еще большей растерянности я уставился на отца и, заметив, насколько уставшим и даже изможденным он выглядел, неожиданно согласился. Мы двинулись вглубь дома, и он показал мне тайный ход, который вел куда-то далеко вниз. Я был здесь впервые и с любопытством оглядывался по сторонам. Вокруг было темно. Только где-то далеко впереди и внизу что-то виднелось. Это был узкий мост, ведущий к… я даже не знаю, как это назвать. Второй могиле? Консервационной капсуле?       Когда он открыл крышку, предоставив обзор на мамино тело, я судорожно вдохнул.       Она была именно такой, какой я ее запомнил. Светловолосая, добрая, спокойная. Я словно услышал ее веселое «Адриан!» и увидел на ее лице ласковую улыбку, но нет, она была неподвижна.       – Это неправильно, – прошептал я. Я не знаю, как убивался бы, если бы вдруг потерял мою Леди, но точно знал, что это… – совершенно неправильно. Это ужасно. Дико. Так нельзя, отец!       – Ты не понимаешь…       – В этом ты прав. Я тебя совсем не понимаю. И, боюсь, уже никогда не пойму.