Незваный гость в Чайнике

Уже к обеду Люмин стало лучше, чему Тарталья искренне был рад, когда поставил на стол тарелку с супом. Он смотрел на нее, как строгий родитель на ребенка, мол "Если ты сейчас это не съешь, то останешься без сладкого". Но девушка даже и без этого прикончила суп в считанные секунды, краем глаза заметив его улыбку. Ей приятна его компания, нравиться с ним говорить об разных не типичных для него вещах. Ведь, несколько дней назад она была уверена, что Предвестник может только болтать о поединках, напоминая об Золотой Палате. И он мог, но ему это было не интересно, возможно, он просто подметил, хотя путешественница прямо ему дала понять, ей не нравится эта тема. Сейчас они сидели на мягком ковре у камина, обсуждая Ли Юэ. То каким он предстал пред ними, когда они впервые ступили на его земли. И пока Предвестник мог вспоминать врагов, еду и здания, напоминая немного, что он воин, что жаждет битвы. Люмин цеплялась за природу, людей и руины. Она рассказывала о том, что нашла и узнала просто гуляя по окрестностям, ну и также беседуя с Чжун Ли. Девушка рассказала Чайлду о Пещере недалеко от деревни в горах, где ещё были интересные огражденные камнем участки земли. Там она столкнулась с несколькими Стражами руин и одним Руинным охотник, а у входа ее ждали похитители сокровищ. (Если я перепутала локацию, то ссори) Во время боя с потолка падали каменные изваяние, грозясь упасть не только на ее голову, но и на голову тех, кто сторожил сундук. Что было очень смешно в один момент. Страж руин только начал свой круговорот вокруг своей оси, что девушка так ненавидела, как атаку, а на его голову упал огромные камень. Машина заскрипела, но не сломалась. Металлическая конструкция опустилась на землю, приняв сидячее положение и минут 5 отходила от удара, давая путешественнице фору. Дальше она рассказала об послании, что оставил один из Якс, как испытание, прежде чем исчез. Но самым интересным, что услышал Тарталья и что стало для него неожиданным, это была встреча Люмин с Аждахой и Архонтом Соли. Но его заинтересовал не бой и не угроза, что сулил этот каменный пузатый черт. Так его обозвал мысленно юноша. Его заинтересовало то, что Люмин рассказывала об этих существах со слов Чжун Ли. Они вместе тогда ступили в те земли, вместе прошли тот путь. Гео Архонт Моракс погрузился в воспоминания, что болью могли отдаться в груди, а Люмин узнала больше о стране и почувствовала ту ношу, что нес в себе их общий друг. - Что жалеешь, что не позвали тебя бороться с Аждахой? – спросила девушка, пытаясь понять выражение его лица. Тарталья сидел задумавшись о чем-то, но точно не был зол или раздражён, тем что пропустил схватку. Его губы были сжаты, брови нахмурены, а взгляд направлен в одну точку – в узор на ковре. Можно было посчитать, что он обидевшийся ребенок. - А? – поднял он взгляд, осознав, что девушка не продолжила свой рассказ, а обратилась к нему – нет… я просто… думаю. Аждаха существо наделённое разумом, что был лучшим другом Моракса, но в конечном итоге стало его врагом. Это… немного…. - Грустно, верно? – девушка вновь поникла. - Да, но я не к этому веду – Тарталья откинулся назад, уперевшись в пол руками за своей спиной и подняв голову к потолку – понимаешь, это очень тяжело, когда твоя… наверное, душа поделена на части. Когда ты вроде один, но тебя в тоже время двое. - О чем ты? – не понимала путешественница, нахмурив брови. - Я о том, что один Аждаха хотел уничтожить Ли Юэ, а другой его защитить по контракту. Я понимаю его. Нет, не в том смысле, что я добрый, а где-то ходит злой Тарталья или сидит запертым за семью печатями. А о том, что…. Ты ведь видела, как работает Глаз Порчи - Угу. Девушка немного съежилась, даже сжалась в маленький комочек, поерзав на месте. Если бы Чайлд умел читать мысли или бы чувствовал чужую боль, он бы осознал, что девушка невольно ощутила старую боль от шрамов и заживших ранений, что нанес Предвестник в тот день. И именно парочка из них красовалась до сих пор на ее теле. Но ему это неведомо. - Для кого-то его использование безвредно, не считая того, что он выкачивает из тебя жизненную и эмоциональную энергию, а для кого-то оно сопровождается дополнительными проблемами. К примеру… безумием, наличием ещё кого-то в твоей голове. Но это не кто-то другой, а ты сам, просто порча вытащила все самое плохое на свет. И… это иногда здоровское ощущение, впервые разы пугающие от осознания, что в твоей голове ещё кто-то и он твой «друг», он тебе поможет преодолеть трудности…. Но когда, ты осознаешь, что этот кто-то это ты сам, если потеряешь контроль, то… тело бросает в дрожь. Так что… то темное наследие, с которым ты столкнулось, может стать ещё более сильным и ужасным. - Я не понимаю… - Люмин помотал головой, обнимая себя руками, кажется она вновь вспоминает утро. - Возможно, если мы с тобой столкнемся снова в битве, и я использую Глаз Порчи по максимуму, поединок будет не между мной и тобой. А между тобой и монстром, что я смог сдержать в Золотой Палате – сухо ответил Чайлд – Аждаха частично смог это сделать, но его душа поделена на две части, моя же нет. - Почему ты не откажешься от….? - Не могу, я - Предвестник, а у каждого Предвестника должен быть Глаз Порчи. Я - воин, у которого должен быть козырь в рукаве, и я должен быть самым устрашающим и сильным из них. Я, как и остальные 10-ть Предвестников, не многий кто может это выдержать, не умерев или обезумев от первого использования и последующих. Это свидетельство моей силы и страха, того, что защищает мою семью от напасти. Но я монстр, которого они также могут бояться. - Тевкр тебя не боится. - Потому что он не видел этого монстра ни его внешние, ни его характерные черты. Его видела ты и все те, кто застал мой азарт битвы на своей шкуре или просто находился поблизости. И да, не все мои попытки вызвать кого-то на бой или поединок, это прихоти Глаза Порчи. Я сам по себе драчун. - Я заметила. Рекруты Фатуи тебя долго вспоминали…. Я наткнулась на них во время одной из прогулок, где-то через неделю, после отъезда Тевкра. - Я думал, что не сильно их покалечил – честно ответил юноша, почесав затылок и улыбнувшись, заметил, что девушка вновь стала мрачнее тучи. - Значит… там в подземелье… он выкачивал твою жизненную силу…. - Да, я рисковал, защищая не только собственного брата, но и твою шкуру. Ты первая кто одолела меня и в Форме Духа, и в не ее. Ну и… не хотелось, чтобы на моих плечах лежала смерть невиновной. Было бы жаль, если бы мой новый знакомый умер бы в тот день. - Ты так спокойно об этом говоришь. - Ну, ты же здесь, живая и невредимая – Тарталья улыбнулся, усмехнувшись в нос – Тевкр давно уже дома, я оправился от Формы Духа. Так, что… не вижу причину для печали. Да и с тобой нельзя о таком разговаривать! - Тогда почему ты…? – Люмин нахмурила брови, не понимая его веселья. - Ты поделилась со мной своими тайнами, я сейчас делюсь своими, хоть и поздновато. - Я не… - Милая, ты не должна была ничего рассказывать, не должна была доверять и прочее, поэтому ответить тебе чем-то таким я просто обязан. Но если ты не понимаешь, почему я тогда рисковал собой за твою жизнь тоже, то… Ты просто интересная фигура на доске, за передвижением и ходом которой интересно и захватывающе наблюдать. И… скажу по секрету, после нашего знакомства, я задумывался о том, что если бы я смог отказаться от Фатуи или не был их частью, я бы.... Путешествовал вместе с тобой. А после твоего рассказа, так тем более этого хочу! Я даже хочу взять в руки перо и бумагу, чтобы пересказать младшим о твоих приключениях, жалея, что делаю не то, что мне нравиться. - А что тебе нравиться? – она поставила локти на колени и подперла голову. - Помимо боя и тренировок… мне нравиться… хм… Даже не знаю. Но твои истории мне точно нравятся, как и рассказы Чжун Ли, нравится готовить и помогать с готовкой. Скажу спасибо маме, ну и твоему саду, кажется я полюбил садоводство. Но в этом я ещё не уверен. Люблю возиться с младшими, кажется это мне никогда не надоест. Ну и… подлёдная рыбалка. - Подлёдная? – переспросила девушка. - Да, это когда ты во льду делаешь ножом или чем-то острым отверстие, куда и отпускаешь удочку, чтобы выловить рыбу – кивает он головой. - Ого! То есть... эта та же рыбалка, просто у тебя в доступе не все озеро? - Ага, или ты думала, что мы Сняжане ныряем в воду, чтобы зубами ловить рыбу? Я как бы слышал много баек про мою Родину, но чтобы нас настолько делали морозостойкими и дикими… слышу впервые. Это гораздо хуже, чем рассказы о том, что от нашей горячей воды хилличурлы пускаются в пляс и превращаются в собак. Люмин рассмеялась очень громко, хоть сама того не хотела. Но в голове она представила эту картинку иначе, чем Тарталья. В ее воображение он сидел с удочкой, а рядом за его спиной хилличурлы уже вступали в пляс, образуя вокруг него хоровод, виляя хвостами из стороны в сторону. Она пыталась сдержать смех и его заглушить, прикрыв рот ладонью, но ей это не удавалось. Смех продолжал заполнять пространство, вызывая на лице Предвестника улыбку. Он можно сказать светился от счастья, что девушка под конец дня веселиться во все горло, хоть несколько часов назад на ее лице не было и намека хоть на какую-то радость. - Ну, все хватит! – продолжая улыбаться попросил юноша – сейчас голосовые связки надорвешь. Но девушка продолжала хихикать, вынудив Тарталью приподняться со своего места. Его ладони сжали ее запястья, пытаясь разорвать преграду из ее рук, что скрывали губы. - Прекращай! – уже сам засмеялся он, видя как она мотает головой из стороны в сторону – я же и обидеться могу! - Что в собаку превратишься?! – спросила Люмин сквозь смех, пытаясь его оттолкнуть. - Нет, но могу и покусать! - Ты не посмеешь! - Хочешь поспорить?! Ему удалось оторвать ее руки от лица, хотя она сама их убрала. Но он тут же схватил ее кисти одной рукой, а другой стал пощипывать ее бока, срывая с губ новый поток смеха. Люмин начала ёрзать на месте, пытаться прижать локти к бокам, но это не помогало. Юноша с лёгкостью находил новую слабую точку, заставляя ее смеяться и чуть ли не кричать. - Так значит Великая путешественница боится щекотки! - Перестань! – заверещал девушка, дернувшись так, что Чайлд случайно освободил ее руки Люмин завалилась назад, утянув его за собой, когда схватилась ладонями за его грудь, вынудив нависнуть на ней грозной тучей. Парень упирался руками в пол, округлив глаза, пытаясь понять что произошло. А девушка продолжает смеяться, чуть тише, но также достаточно приятно, что он чувствует, как уголок его губ дёргается, создавая кривую улыбку. - Тебе до сих пор смешно? – наигранно зарычал юноша. - Ага – кивает путешественница, приоткрыв глаза, вновь пытаясь скрыть улыбку рукой. - Прекращай смеяться – Чайлд вновь начинает ее щекотать, так что у уголков карих глаз появляются слезы. - Так не щекати! – ее ладони упёрлись в его грудь, пытаясь его оттолкнуть. Но тот не сдвинулся ни на сантиметр, продолжая ее щекотать, вынуждая прижать руки к бокам и ёрзать по ковру. Ее волосы рассыпались по красному ворсу в неизвестном, но завораживающем узоре, янтарные глаза сияли предстать звёздам, а смех напоминал звон колокольчиков, приятное и убаюкивавшее море. - А ты не смейся! – сам засмеялся Чайлд, вернув ладонь на место, просто нависая над ней, смотря на нее с улыбкой. - Не могу – продолжала она смеяться, вновь прикрыв ладонями губы. - У тебя очень приятный смех и улыбка, нечего ее скрывать – ухмыляется Предвестник. - Тебе не она не нравиться. - Я этого не говорил! - Тогда не зачем меня заставлять перестать смеяться – девушка ударила его легонько в грудную клетку. - Это смех без причины – фыркнул он. - И? Ты тоже иногда смеёшься без причины… я же тебя не щекочу! – возмутилась она, вновь его легонько ударила. - Но ты меня сейчас бьешь! – рассмеялся он. - Я мстю, и местя моя страшна. - Да, ну? Оставишь на неделю без сладкого? Девушка вновь рассмеялась, но на этот раз прижала свои ладони к груди, позволяя Чайлду рассматривать ее лицо и подрагивающие плечи, в которые она выжимала шею. - Люмин – обратился он к девушке, вынуждая ее распахнуть янтарные глаза. - Да? – девушка была красная от смеха, но его обращение к ней по имени застало ее врасплох, сегодня утром сидя у края обрыва, она не придала этому должного внимания. - Любой ценой сдержи обещание - попросил юноша. - Я поклялась на мизинчиках, так что, я его сдержу. - Ловлю на слове Тарталья выпрямился, сел на колени, а затем поднялся на ноги, протягивая девушке руку. Она улыбнулась, задорно сверкнув глазами, сжав теплую и немного мозолистую ладонь. Его ладонь была больше ее, так что неудивительно, что он одной рукой смог сжать два ее запястья. Одним рывком он помог ей встать на ноги, внимательно следя за ее мимикой, мол она сейчас сможет рассыпаться на несколько осколков от одного напоминания об утре. Но девушка даже не думала об этом, она просто хотела забыть о произошедшем, чтобы это не так сильно отдавалось в груди от боли. - Чайлд, я дала слово, а значит... я его сдержу - кивнула она головой, мягко улыбнувшись. - Я знаю, поэтому и ловлю.... Он не хотел отпускать ее ладошку, что была нежной, как лепестки лазурных лилий. Он едва улавливал аромат ее кожи. Люмин пахла росой, закаткниками и чем-то цветочным. Но чем он не мог понять, никогда раньше не видел этого цветка. Может так и пахнет ветряная астра, что он видел только на картинках в детских книжках и путеводителях по Тейвату? Но ответить на этот вопрос он сможет только через пару дней, когда цветы на грядках в саду распустят свои бутоны. Девушка продолжала мягко улыбаться, не сводя взгляда с его лица. Особенно с сине-голубых глаз, напоминающих океан, в котором страшно утонуть. Но в тоже время хочется нырнуть в него с головой, изучить дно. Понять его тайны и раскрыть не один секрет. Она так увлечена синей гладью, что не замечает выбившихся прядей, что немного мешают ее взору, что юноше так и хочется убрать за ухо, но.... - ЛЮМИН! - девушка вздрагивает, одернув руку, когда на весь Чайник раздается голос вернувшейся из ниоткуда Паймон. После утренней беседы феечка скрылась в свете множества вспышек и не объявлялась до этого момента, вынудив Тарталью цокнуть языком и закатить глаза. Паймон не было с самого утра, так что никто не мог раздражать девушку насчет завтрака и напоминать причину ее ужасного состояния. Но вот она здесь и ее личико красное, как яблоко, от злости. Ручки сжаты в кулачки и направлены ей за спину, губы поджаты, а брови грозно вздернуты. Для Тартальи это новая эмоция у феечки на лице, что напоминает детскую обиду из-за лишения сладкого. Хоть он и видел, как она обижалась и злилась на различные прозвища. Но Люмин видела это личико почти каждый день, ведь феечка-обжора теперь могла злиться на все что движется и нет. Та злоба, что была при их первой встрече после Золотой Палаты, еще цветочки, как сообразил чуть позже Чайлд, заметив, что девушка немного напряглась. Она готовилась к словесной перепалке и новому конфликту. Нахмурила брови, опустила уголки губ, пытаясь не показывать свой страх или напряжение. - Что ТЫ делаешь?! - кричала она. - А что я делаю? - спросила девушка с холодностью, немного прячась за юношей. - Почему он здесь? Ты должна была его выгнать! - верещала Паймон, указывая на Предвестника, как на часть мебели или противного слайма. - Да? - Люмин округлила глаза, скрестив руки на уровне груди, принимая оборонную позицию - только никто не говорил, что он уйдет отсюда сразу же. - Но ОН! ТЫ не можешь позволять ему разгуливать здесь, как у себя дома! - Паймон, я в курсе, что вторгся в вашу Обитель, но... - Я НЕ С ТОБОЙ ГОВОРЮ ДЕНЕЖНЫЙ МЕШОК! (Я хочу конфликт, и конфликт не идет. Поэтому... Паймон когда голодная бешенный и злобный суслик) Тарталья аж вздрогнул от этого писклявого голоса. Но ему точно не было страшно. Все прекрасно в этой комнате знают, что феечка ему не ровня. Только ее голосок способен оглушить человека на несколько часов. - Пай, хочешь ты или нет, но тебе придется смириться с тем, что Чайлд еще какое-то время поживет здесь - как можно спокойнее попыталась донести до нее Люмин. - С чего это вдруг он должен жить здесь?! Если ты хочешь с ним мира, дружбы и шоколадки, то этого Я не хочу! - кричала она, тыкая то на девушку, то на юношу, то на себя. - Пропуск не сработал, и пока мы не узнаем "Почему?" или не найдем другой способ, он живет здесь. - Тогда, я здесь не живу! - О правда? И куда ты пойдешь?! - Эй-эй, хватит - Чайлд перегородил девушкам зрительный контакт своим телом - успокойтесь! - Я не обязана тебя слушать! - феечка начала топать ножкой в воздухе, махая кулачки. - Паймон, Люмин не в том состоянии, чтобы сейчас с ней конфликтовать - пояснил он сквозь зубы, грозно сверкнув глазами. - Я ВИЖУ! ЕЙ ВЕДЬ ИНТЕРЕСНЕЕ БОЛТАТЬ И СЛУШАТЬ НАГЛОГО И ВОНУЧЕГО ПРЕДВЕСТНИКА, ЧЕМ ПОДРУГУ! - Я... Чайлд услышала, как голос Люмин дрогнул. Она что-то хотела сказать, но передумала, отпустив глаза в пол. Девушка точно рассматривала свои ступни, боясь посмотреть на подругу или Чайлда. Возможно, так она уже пыталась сдержать обещание. - Паймон, прекрати - попросил тот более спокойным голосом, но грозно сверкая глазами, словно отчитывал ребенка - сейчас ты ничего криками не добьешься, а сделаешь только хуже. Феечка сверлила Предвестника грозным взглядом, хмуря бровки и дуя губки. Вероятно, она думала, что сказать, но нависшая напряженная тишина, позволила ей обратить внимание на путешественницу, что невольно сжала свой локоток, отступив назад. - Я не намереваюсь жить с тобой под одной крышей! - прорычала Паймон. - Я тоже - кивнул головой юноша - но сейчас нам нужно идти на компромисс. С Люмин мы его нашли. Это временное перемирие и игра в незнакомцев. Хочешь, мы и тебя возьмем.... - Я не ребенок, чтобы играть в игры! - заверещала феечка. - Мы тоже не дети. Но это неплохой способ. Обещаю вести себя паинькой, могу готовить тебе завтрак вместо Люмин! - Не нужны мне твои подачки! - Но прошлые ты приняла. Тарталья пытался ее подкупить, лишь бы феечка прекратила этот цирк, и он смог бы спокойно оценить состояние Люмин. Что словно погрузилась мыслями в какой-то неизвестный ему мир. - Обещаю, что оплачу все растраты на еду и оплачу свое проживание. - Все до копейки? - прорычала Паймон. - вВсе до копейки - кивнул он, заставив феечку скрыться в поле искр, оставив его без ответа. Он смягчил черты лица, обернувшись на девушку. Люмин продолжала изучать свои ступни, пока теплая ладонь не коснулась ее обнаженного плеча, выведя из транса. Она вздрогнула, похлопав своими янтарными глазами, возможно смахивая слезинки, возможно от шока. Но она точно не плакала, чему в данную минуту Чайлд не знал радоваться или нет. - Ты как? - Мне не привыкать к таким конфликтам - сухо ответила девушка, сильнее сжав ткань - просто не ожидала, что... - Что она накричит? - попытался Чайлд закончить ее речь. Путешественница кивнула головой, попытавшись соврать. Но вышло это не очень убедительно. Так что Тарталья тяжело вздохнул, предлагая ей сесть у камина. Вновь ему возвращать улыбку и чистый девичий смех. - Уверен, она поворчит и перестанет после парочки порций шашлыка - улыбнулся Предвестник, подкидывая поленья в огонь. - Угу - кивнула головой девушка. - Эй, она не со зла закатила этот скандал. Паймон просто ревнует, что ты больше проводишь времени с таким красавчиком, как я, пытаясь выведать все его секреты, а не с ней. - И с каких пор ты красавчик? Она спросила сухо, но ненамеренно злобно. Видимо сама пыталась поменять тему. - Не ты ли говорила, что у меня есть поклонники? - Может и я? - пожала она плечами, обняв себя за ноги. - Эй, выше нос, через неделю вы даже об этом не вспомните, а если и вспомните, то дружно посмеетесь - Чайлд взъерошил ее волосы, когда запустил пальцы между светлых пшеничных прядей, задорно улыбнувшись - уверен, что все скоро наладиться. - Мне бы твою уверенность. - Ну, поворчит и перестанет после парочки блюд. Будто раньше такого не было, что она злилась или ревновала к кому-то из-за частого контакта. - До такого конфликта мы не доходили. - Обещаю, скоро она об этом не вспомнит, по крайней мере с агрессией. Так, что… расслабься! Хочешь что-нибудь ещё расскажу или приготовлю? - Это было бы очень мило – кивнула она головой, не изменившись в лице. - Ну же, перестань хмуриться – Тарталья взъерошил ее волосы – ссора с Паймон это точно не конец света! Еду она тебе точно не отравит. - Угу, конечно. - Эй, не задался у тебя первый выходной, бывает, задастся другой! Первый блин всегда комом! - Угу - Я же сейчас снова щекотать начну! - Расскажи мне что-нибудь – попросила Люмин, смотря на пламя с опущенными уголками губ – необязательно про Снежную. - Хм… дай подумать – прикусил он нижнюю губу, посмотрев в потолок – когда я бы маленьким мой отец начал брать меня на подледную рыбалку. Мне тогда было… лет 5, наверное. Помню, как мама всучила мне толстую меховую куртку, гораздо больше, чем у Тевкра, сапоги по колено с завязочками и вязанные перчатки с изображением лисят. Они также были на шапке. Тогда обещали лютые морозы, поэтому она ругалась на отца и вооружала меня по полной. Я напоминал ходячего снеговика, если бы отец, когда мы почти вышли за пределы города не зашёл в таверну, чтобы снять с меня лишнюю кофту под курткой. Мы двинулись в путь до одного из мелких озёр Снежной. Там в основной сновали травоядные, так что ничего нам не могло угрожать. Отец сделал во льду дыру, примерно с Паймон размером, взял несколько веток крупных, не тонких, и леску, чтобы сделать мне удочку. Его оказались для меня слишком тяжёлыми. Ну, вот мы сидим, рыбачим, он рассказывает мне всякие байки. В честь одной он даже меня и Тевкра назвал, но остальным имена выбирала мама. Рассказывал про свои приключения, в которые он мог встревать сам. Как его на рыбалку сводил дедушка, каких рыб он выловил. Сидим, смотрим на уходящее солнце, как у меня начинает клевать. Мы даже сразу этого не поняли. Слышим бульканье, а понять не можем что булькает! Я помню, как он в вскочил, начал махать руками, мол «У тебя клюет!». Я хватаю эту удочку, пытаюсь тянуть, а рыба вредничает, тянет вниз. Он хватает меня за плечи и дёргает, так что рыба просто вылетает из этого пруда и падает на лёд. И ты ожидаешь такую огромную рыбу, колюшку или иглобрюха, а там на льде плещется какая-нибудь оризия, притом не сама крупная! Отец смеется, а я расстроен, наслушался историй про крупных рыб и кита. Чуть ли не плачу, а он хлопает меня по плечу, говоря, что его первый улов был… Юноша повернул голову, чтобы увидеть реакцию девушки. Но замер на полуслове. Возбуждённая улыбка от рассказа и воспоминаний сменилась на нежную и мягкую, хоть девушка и не могла ее лицезреть. Она подпирала голову рукой, давя пальцами на щеку. Ее губы были приоткрыты, а в танце огня подрагивали ресницы. Теплый свет придавал ей ангельские черты, освещал ее тело теплом и уютом. Люмин задремала во время рассказа, наслаждаясь его голосом, что подрагивал, заполняя собой тишину дома. Но он был таким теплым и успокаивающим, так что глаза слиплись быстро, а пульс замедлился после. Тарталья осторожно коснулся ее плеча, не зная хочет ее разбудить или нет. Скользнул пальцами к кисти, другой рукой приобняв ее за талию, потянул на себя, укладывая ее голову на свое крепкое плечо. Девушка замычала, на секунду поморщив лоб, а затем расслабилась, улыбнувшись от окутавшего ее тепла. Его пальцы нежно и осторожно пробежались по ее спине и руке, сквозь ткань пытаясь ощупать ее шрамы. Мягко скользнули по лицу, убирая неряшливые пряди. Уже после его рука скользнула ей под колени, усаживая себе на ноги, крепче прижимая к груди. Пальцы вновь коснулись ее головы, чтобы убедиться в мягкости светлых локонов, а не в его собственной фантазии. - Обещаю, завтрашний день пройдет лучше – шепнул ей юноша, поднимаясь на ноги. Она была лёгкой, как пушинка, хрупкой, как фарфор. Так что нести ее на второй этаж было ещё тем испытанием. Возможно, один неверный шаг и девушка проснется, возмутиться происходящим и закатит ему скандал. А может сама прильнет ближе и попросит его… Чайлд тут же быстро замотал головой, спиной открывая дверь в ее покои. Сейчас у него было больше пространства и времени, чтобы оценить обстановку. Почувствовать мягкость и тепло одеяла, укладывая девушку на перину, приятную на ощупь ткань укладывая на ее плечи. Он чувствовал на своих щеках тепло, как и мягкую, но грустную улыбку, когда пальцы вновь смахнули с ее лба выбившиеся пряди. Люмин мягко улыбнулась, немного сжав ладошки в кулачки, наслаждаясь этим теплом и нежностью, так что не хочется от нее уходить. Хочется сесть рядышком на матрас и любоваться ее ликом, чтобы даже ни один кошмар ее не смел потревожить или какая-то грусть. И он не понимал, почему не хочет уходить, почему он хочет сейчас быть здесь. Сжать ее ладошку, обнять и прогнать все невзгоды. Стать для нее близким и родным человек, заставляя Предвестника задуматься, почему он хочет этой близости. Почему он беспокоиться о ней и ее самочувствие, как о Тевкре и всей его семье. Они враги, он не должен к ней приближаться ни на шаг, если только не для того, чтобы перерезать горло. Но он хочет этой близости! Хочет слышать ее голос, смех. Видеть ее улыбку и безмятежность. Не хочет причинять ей вреда. Но он должен, при условии, если Царица не издаст приказ не трогать ее и пальцем, а этого не произойдет. Люмин испортила не так много планов, но она привлекает к себе слишком много внимания. Тарталья не хочет вызывать ее на бой до потери пульса, хочет просто устроить дружеский спарринг, не более. После которого, смахнув капли пота и усталость, переплетая пальцы, можно направиться в какой-нибудь ресторан или на тот же пляж. Также посидеть и пообщаться. Но этому мало вероятно дано сбыться. Так что разгладив складки одеяла на ее плече, нежно и осторожно сжав его на пару секунд, он поднимается со своего места, направляясь в свои апартаменты. - Спокойной ночи, Люмин – шепчет он, покидая комнату, плотно закрыв за собой дверь.