Сказ о визире и принцессе

— Нет! — Берк вскочил на кровати, очнувшись в холодном поту и тяжело дыша. — Нет… Осознав, что видел очередной кошмар, схватился за голову. — Будь проклято, — зло прошептал, пытаясь отдышаться и смахивая одинокую слезу, нерешительно застывшую в углу глаза. — Будь проклято! Подушка полетела в стену, брошенная с такой силой, будто это она предала его. Это она ушла, бросила… Он упал обратно на кровать, не желая больше думать об этом, не желая больше видеть это. Он так ненавидел эти сны! А они приходили почти каждую ночь. Почти каждую ночь она уходила от него, почти не обернувшись. Не сказав ничего, кроме пустого и бесполезного: «Мне жаль». Не сказав даже «сынок». Неужели это слово было настолько в тягость ей? Неужели это он был виноват в том, что его отец так просто изменил ей и не смог скрыть? Что в итоге они развелись, что он почти обобрал ее до копейки, не оставив ничего из того, что заработал? Неужели маленький пятелиетний ребенок был виновен?! Он каждый раз, повзрослев, убеждал себя, что нет. Но не выходило. Сны возвращались, а вместе с ними — и чувство вины, когда она закрывала за собой дверь, объясняя, что не может взять его с собой, что с отцом ему будет лучше. И, закрыв ее, больше никогда не возвращалась. Словно он тоже был собственностью отца, которую тот отыграл в суде. А может, вообще ей было плевать… Берк зарычал, ударяя кулаком по стене. Хватит! Берк Озкая не может быть маленьким слабым мальчиком, которого бросила мама. Он не имеет на это права. Особенно теперь, когда у него есть та, которую он должен беречь и защищать, чтобы… Чтобы не потерять также. *** — Берк? — Айбике подошла к нему, обеспокоенно оглядывая. — Что случилось? Она неришительно протянула руку, желая коснуться его щеки, но затему смутилась. — Что? — он весело улыбнулся, делая вид, что не понимает, о чем она. — Ты не важно выглядишь, — выпалила Айбике в своейственной ей прямой манере. — Я бы даже сказала ужасно. — Ну, надо же! — он артистически развел руки в стороны, широко улыбаясь. — Не ты ли на днях говорила, что я парень твоей мечты, сладкая? Я очень разочарован, как быстро ты снова меня обижаешь. Трюк не сработал. Айбике внимательно смотрела на него из-под бровей. — Слушай… Я знаю, что, возможно, это лишнее и мы… Наверное, еще не настолько близки… — она в волнении играла пальцами. — Ты можешь мне рассказать. Последнее прозвучало неуверенно, будто за этими словами кроется страх, что он оттолкнет ее, но так искренне. Она переживала за него. Правда, переживала. Сердце Берка дало трещину. — Все правда хорошо, сладкая, — он украдкой коснулся ее ладони, проводя большим пальцем по внутренней стороне так, что на щеках Айбике заиграл румянец. — Я просто не выспался. Знаешь, — он понизил голос до заговорщического, — у меня очень строгий учитель по химии, я не могу подвести его. Она засмеялась, легко толкая его. — Да ну тебя! Хотя… Знаешь, он будет очень разочарован, если из-за плохого сна ты сегодня будешь невнимателен. — Никогда! — выпалил Берк, хитро улыбаясь. — Это очень важный предмет для меня, как я могу! Еще несколько мгновений они улыбались друг другу, а затем он предложил, протягивая руку: — Ну, теперь, когда Огулждан знает правду, я думаю, нам не нужно скрываться, не так ли, сладкая?