Проблема

Лексус сидит на своем привычном месте, где ему видно все что происходит на первом этаже гильдии. Он видит постоянные драки между Нацу и Греем, которые затеваются ради забавы, видит Кану, которая не знает меры вину; видит Миру, натирающую стаканы до дырок, и еще много-много согильдийцев с которыми у него были не самые теплые отношения. В гильдии еще помнят его поступки, в гильдии помнят его высокомерие и эгоизм, помнят неуважение к мастеру — собственному деду. Никто не забыл прошлое. Люди долго помнят плохое отношение, но так часто забывают о хорошем. Минус всегда перекрывает плюсы. И Лексус не жаловался. Он знал, что заслуживает это отношение и эти подозрительные взгляды, домыслы, сплетни. Лексус никогда не был один. С ним были громовержцы. Его команда, его друзья. Да, не всегда они сходились во мнениях, ссоры были привычной рутиной их команды, но на то мы и люди. Кажется он слышит знакомый смех. Опускает снова глаза на первый этаж. Действительно, ему не послышалось. Лексус ни с чьим смехом не спутает ее заразительные хихиканья. У него проблема. Серьезная. Ему нравится девушка, которая никогда не посмотрит на него, как на мужчину. Не забудет же она тех гадостей, которые он наговорил ей во время их с громовержцами заговора. Конечно нет. Люси Хартфилия ничего не забывает. Лексус злится, потому что может только наблюдать за ней со второго этажа и ничего большего. — Когда на задание? — тишину за столом нарушает Бикслоу, который уже два дня рвется на задание, несмотря на то, что неделю назад их здорово потрепали. — Дай оклематься. Куда спешишь? Эвергрин не скрывает раздражения в голосе. Это не в ее характере, промолчать, когда она недовольна. По правде, Лексус и сам думал о задании. Лишь бы не видеть Хартфилию и не слышать ее смех. Его влюбленность — чистое раздражение. Раздражение, которое становиться злостью, потом гневом и перерастает в ненависть. Конечно, ему не за что ее ненавидеть. Люси не заслужила. Но Дреяр ничего не может с собой поделать. У него не хватит сил быть равнодушным, не хватит сил победить свое помешательство на ней. Лексус сам не знает, когда это началось. Может быть даже в их первую встречу. Она залетает в гильдию окрыленная и счастливая, заполняет своим смехом все пространство, ненарочно собирает людей вокруг себя. Прыгает, как ребенок. Вся красная и до сумасшествия взволнованная. Сначала Лексуса раздражает этот шум. Он только что вернулся с задания S-ранга, хочет отчитаться мастеру и убраться побыстрее в свою берлогу, чтобы поспать. Ему хочется тишины и покоя. Но эта сумасшедшая почти пищит от счастья. Лексус рассматривает девушку получше и понимает, что где-то ее видел. Вспоминает, что она в команде Нацу. Заклинательница духов. Ничего выдающегося. Лексус поднимается на второй этаж все еще слыша суету позади себя, сжимает кулаки, чтобы не ударить кого-нибудь. Да, нездоровая история. Открывает дверь в кабинет Макарова и почему-то оборачивается, чтобы отыскать ее глазами. Нашел. Блондинка что-то пытается доказать Драгнилу, шутя, прихлопывает его по голове. Поднимает глаза на второй этажи их взгляды пересекаются. Ее лицо приняло спокойное выражение лица, и Лексус поспешно входит в кабинет, хлопая дверью. Тогда он запомнил не ее, а смех, раскатывающийся волнами по всей гильдии, вот как сейчас. Люси никогда не скрывала своих эмоций. Если она была счастлива, то это было видно невооружённым глазом, а когда расстроена, то даже в самой шумной гильдии Фиора было как-то тихо. Лексус возвращается домой. Опять тяжелое задание. Ему нужен перерыв. Хочется куда-то уехать. Так, чтобы не возвращаться в гильдию месяца три и не общаться с дедом. Набережная потихоньку начинает загораться ночными фонарями. Магнолия окунается в особую атмосферу летней ночи. В нос ударяет знакомый запах. И действительно на одной из скамеек он видит заклинательницу духов из гильдии. Та самая девушка с громким раздражительным смехом. Только она не смеется, а плачет. Лексус останавливается, смотрит на узкую спину, подрагивающие плечи и растрепанную светлую голову. Это не похоже на ту смешливую сокомандницу Драгнила. Почему-то не может сдвинуться с места, ноги не идут. Ночь, хоть и летняя, но морозная. От ее голых плеч дрожь берет от внезапного холода. Лексус подходит. Блондинка его сразу замечает, но слезы утереть не старается. Выглядит уставшей и потрепанной. Он без слов подходит и накидывает на голые плечи свою олимпийку. Кажется, будто она утопает в ней. Смотрится, конечно, бесформенно по сравнению с ее всегда прилегающей одеждой, но Дреяру почему-то нравится. Она смотрит удивленно. Лексус разворачивается на пятках и стремительно уходит, хоть его дом и в другой стороне. Просто подальше от ее глаз. Чтобы не видеть эти слезы. С удивление слышит женский голос. — Я Люси. Люси. Лексус останавливается, смотрят прямо перед собой, моргает, чтобы прийти в себя от странного чувства, пришедшего неизвестно откуда. Не получается. И снова слышит: — Спасибо. Оборачивается и утыкается взглядом в уходящую спину в его синей олимпийке. «Люси, значит…» Лексус окунается в воспоминания, прикрывает глаза и пытается понять когда же это случилось. Когда появилась эта проблема в его голове… Или в его сердце, кто знает. Эвергрин косится на друга и снова подмечает для себя, что происходит с Дреяром что-то неладное. Как будто он уже не он и его забрали у команды. Телом он здесь, а мыслями где-то далеко. Девушка наблюдает, как он переводит взгляд на первый этаж, распахивает глаза так, как будто кого-то потерял, его ладони сжимаются в кулаки, вены на лбу пульсируют. Но через секунду тут же успокаивается. Его взгляд становится умиротворённым и задерживается на барной стойке. Эвергрин переводит взгляд. «Куда он смотрит?» Люси Хартфилия. Эвергрин снова смотрит на лидера их команды, потом на блондинку и снова на лидера. Понимание ее окатывает. Обреченный вздох вырывается из груди. «Кажется он пропал…» *** Люси смотрит на доску с заданиями и напряженно думает о том, как бы незаметно пойти одной. Выбрать что-то несильно сложное и поехать отвлечься от неприятных мыслей. Ее безответные чувства, которые она уже давно приняла и осознала, не дают ей спокойно жить. Смотреть на Нацу больно. Точнее больно понимать, что никакой романтики он с ней не представляет. Но ничего не поделать. «Может быть это пройдет само собой…» — О чем думаешь? — спрашивает только что подошедшая Эрза. — О проблеме. Эрза приобнимает подругу за плечи и понимающе мычит, потому что знает что это за проблема. Зовут ее Нацу Драгнил. — Тебе нужно отвлечься. — Знаю, поэтому и стою здесь. Эрза решает взять плохое настроение подруги в свои руки. Выбирает задание и тащит Люси за шкирку собирать вещи и та не сопротивляется. В компании Эльзы даже лучше. На самом деле Люси не собиралась посвящать Скарлет в ее секрет. Но так получилось, что она оказалась просто в нужное время, в нужном месте. В тот момент, когда Люси была наиболее уязвимей. И с того времени Хартфилия не разу не пожалела о том, что так вышло. Эрза хорошо умеет хранить секреты, она прекрасный собеседник, верная подруга, и хоть это и печально прозвучит, она знала как это — безответно любить. Мира фиксирует взятое Эрзой задание и удивляется, почему девочки идут без Нацу и Грея. Парни не замечают, что сокомандницы уходят, так как заняты очередным бессмысленным спором и так было даже лучше. Не придется что-то придумывать или, еще того хуже, врать. — Тогда я беру билеты, да? — предлагает блондинка, зная, что Эрзе понадобится больше чем час на сборы. — Ты лучшая! Тогда встретимся уже на вокзале. Они вместе выходят из гильдии и Люси чувствует спиной, как чьи-то глаза впиваются в нее, будто сканирует кости. Оборачивается. Не может обнаружить внимания к себе. Но это только на первом этаже. Поднимает глаза на второй и сталкивается взглядом с Лексусом Дреяром. Да, такое явление далеко не впервые, но как это ее напрягало. «Неужели так сильно меня призирает?» Люси старается не думать об странном взгляде Дреяра и выходит из здания гильдии. У них никогда не было теплых отношений. Сначала Люси казалось, что Лексус даже хороший человек, но просто не хочет этого никому показывать. Думала, что это все просто его образ «плохого парня», ведь он дал ей его олимпийку, когда было холодно и не стал спрашивать, почему она ревела как дурочка. Ревела она конечно же из-за Нацу. Как всегда, ничего нового в принципе… Но как же сильно Люси ошибалась на счет Лексуса. С того происшествия на набережной она никогда бы не подумала, что этот человек — убийца драконов, маг S-ранга, возможно самый близкий человек Макарова, его же внук, способен на заговор и переворот в гильдии ради кресла мастера. Конечно, пару лет в изгнании привели его в чувства, да и Люси понимала, что не знает всей сути. Но она помнила, какие ужасные слова он говорил в тот день, мечтая сделать гильдию сильней. Возможно он и вправду думал, что поступал на благо Хвоста Феи, но это уже неважно. Главное, что в гильдии все мирно. Олимпийку Люси так и не отдала. Она пылилась в ее шкафу. Девушка храбрилась, чтобы подойти и отдать его вещь, но как то не получалось. Не получалось, потому что в голове громом звенели его слова. — Думаешь ты достойна быть членом Хвоста Феи? Неужели достаточно сильна? Люси не знает что ему ответить. Слова комом застряли в горле. Она боится Лексуса. Нет, не так. Он пугает Люси. Его действия пугают ее. Так не хочется верить, что он действительно хочет занять кресло мастера. — Нет, ты недостойна. Одним красивым личиком нельзя обойтись, болельщица. — Меня принимали в гильдию не за мое лицо! — А за что? И тут Люси задумывается. А действительно за что ее приняли в Хвост Феи? Она не самый сильный маг, особого магического потенциала у нее тоже нет. Все что есть это ее ключи от звездных духов. Она ведь ничего не делает, просто открывает врата, чтобы духи сражались за нее… — Нацу. — Что ты там бормочешь себе под нос? Говори громче, раз в Хвосте Феи! Люси хочет зарыдать. Ей больно и обидно от правды, которая ее настигла. Что она может без своей команды? Без Нацу, Эрзы, Грея и своих ключей? — Я здесь, потому что пришла с Нацу! ПОНЯТНО ТЕБЕ? — она срывается на крик и все-таки не сдерживает слез. Лексус ничего не говорит, разворачивается и уходит. Это воспоминание она долго хотела стереть из своей памяти, но именно оно помогло Люси стать сильней. И за это она была благодарна Лексусу Дреяру. Если бы не он, Люси бы и не решилась освоить рукопашный бой, если бы не он, не додумалась расширять свой внутренний резерв. Она бы не поборола свои страхи. Правда, осталось только два. Первый — открыться Нацу, а там будь что будет. Второй — перестать дрожать перед Лексусом Дреяром.