100 лье до дома

      

Глава 2

      Маленькую кухню наполнял запах жареных яиц. Посреди комнаты стоял парень, одетый в домашний халат, и слегка пританцовывал в такт музыке, играющей из соседней комнаты. Ловко переворачивая лопаткой яичницу, танцор смеётся своему «мастерству» и, хватая тарелку, выкладывает омлет с сыром на неё и кладет на стол. Он почти уже сел за стол и стал бы есть свой слишком уж поздний обед, как вдруг его взгляд падает на кухонные часы. Опаздывает на вечернюю репетицию! Опять. «Ну кто придумал репетировать по вечерам?» -- Внезапно от стенок кухни отражается громкий выкрик нецензурной брани и парень, вскакивая, выбегает из кухни в свою спальню. Из колонок компьютера всё еще доносится музыка сомнительного качества. Мужской речитатив вперемешку с женским вокалом. Ужас, да и только. Играть в рок группе и слушать такое – преступление. На небрежно заправленной, если собранное в одеяльный кокон постельное белье можно считать заправленной, кровати лежала пара джинсов, которые мигом были схвачены опаздывающим. Распахнув шкаф, недалеко от которого висели постеры различных эпох, фильмов и даже возрастных категорий, парень выбрал первый попавшийся свитер с каким-то узором и стал одеваться, попутно выключая компьютер. Всё. Инструмент уже на студии, компьютер выключен, бумажник с собой, жаль омлет не поел.       -- Пока, омлет! – Шутя, Адам клал тарелку в холодильник. – Я как вернусь, то обязательно с тобой разберусь!       Закрыв входную дверь, он пошёл к лифту и нажал кнопку. - - 4 этаж…5…6…6… К черту.       Плюнув на лифт, он решает рискнуть здоровьем и спуститься по лестнице. Бегом, спотыкаясь, прыгая практически через целые лестничные пролеты он добирается до первого этажа и открывает дверь.       Свежий, холодный вечерний воздух наполняет лёгкие парня, который сложился в пополам, оперевшись рукой на стену. Немного отдышавшись, он продолжает путь, оглядываясь по сторонам. Высокие, многоэтажные дома, Атлантами державшие небо, сияли огнями рекламы, которая окрашивала облака во всевозможный спектр цветов. А здесь, внизу, люди-муравьи, не смотря на вечер, слонялись от одной стороны улицы к другой. Все они: рабочие, кухарки, инженеры, бизнесмены, депутаты, учителя и врачи – безликая, безлюдная толпа. Дойдя до остановки, музыкант садится и начинает высматривать в свете дорог свой автобус, который как на зло, тоже опаздывает. В кармане джинсов начинается вибрация, а позже раздается громкий рингтон. Парень достаёт телефон, на экране которого виднеется входящий звонок: «Продюсер :-(». Весело поднося трубку к уху, он произносит задорное «Здра-а-а-стье», но в ответ слышит лишь ор вперемешку с нецензурной лексикой.       --Мне осточертело твоё неуважительное отношение к работе. – спустя пару минут криков внезапно спокойно заговорил продюсер – Ты ни разу не пришел вовремя. Ты уволен, Адам. Инструмент заберёшь на вахте в субботу. Постарайся хотя бы туда не опоздать.       -- Нет! Подождите! – выкрикивает в трубку музыкант, но уже поздно. Голос продюсера прерывается короткими гудками.       В голове смявшийся комок мыслей перекатывался из стороны в сторону, напоминая сухое, одинокое перекати-поле посреди пустынной степи. Адам встаёт и идёт, как ему кажется в сторону дома. Где его ждёт холодный омлет.Потёртые кеды шлепали по мокрому асфальту в то время как мимо пробегали пешеходы. Где-то вдали раздавался рёв сирен, а здесь, совсем неподалеку, уличный зазывала выкрикивает рекламу очередной пиццерии. Вечером он пойдет домой, а когда очередная забегаловка закроется, он будет в потугах тщетности рвать на себе волосы в поисках копейки на себя и свою жизнь. И так снова и снова, снова и… Тук. Глухой удар. Адам поднимает усталые глаза и потирая лоб, видит, что помешало ему идти дальше. Рекламный стенд. Казалось бы, ничего странного, обойди да иди дальше, но песчаный пляж с лазурной водой слишком сильно выбивался из городского пейзажа. Слишком сочно и ярко. Музыкант даже не обратил внимание на надпись с каким-то незамысловатым туристическим слоганом а-ля «приезжайте к нам на море, никогда не знайте горя». Все произошло как удар молнии, и через несколько секунд раскат грома. «Море! Как я давно не был на море!» - подумал парень и его тут же осенило. Миг, и он уже бежал на железнодорожную станцию за билетом загород. Подальше отсюда.       Несмотря на будний день и плохую погоду станция была полна людей. Старики, подростки, рабочие и женщины. Все эти люди слились в единый муравейник,заполнивший внутреннее пространство вокзала и перрон. Со всех сторон, подобно разворошенному пчелиному улью, давили на уши жужжание и гвалт. Адам, не думая не секунды достал наушники и не включая музыки, вставил их в уши. Это помогало. Резиновый амбушюр в ухе работал как беруши и блокировал часть звука. Музыкант подошел к кассе. За толстым и, наверное, даже бронированным стеклом, закрытым решётками, сидела хрупкая старушка. «Приятно, наверное, ей, что о её безопасности так заботятся. Хотя, казалось бы, зачем такие штуки на обычной кассе. Может кто-то хочет ограбить кассу? Забрать пару монет, что лежат в кассовом аппарате?»— Молодой человек. -- Негромкий, но уверенный старческий голос отвлек героя от мыслей.— Ой, извините. Мне до конца без обратного. Он протянул старушке пластиковую карточку и спустя некоторое время получил ее обратно вместе с билетом. Осталось только ждать. Только сейчас, когда он купил билет, к нему пришел в голову вопрос. «А куда я собрался вообще?» - Адам немного осел от такого вопроса, однако ответ пришёл сам: «Домой. Пускай там уж давно никого нет».       Стемнело. На плитке перрона, в лужах, отражались зелёный свет фонаря и окна поезда. Адам заскочил в вагон, и занял место у стекла. Поезд должен скоро трогаться, поэтому осталось совсем немного подождать. Он начал оглядывать своих попутчиков. Стандартный ночной набор. Развалившись на двух местах сразу, держащий в руках бутылку, содержимое которой было на полу и на нём, мужчина, спал без задних ног. С другой стороны вагона сидел человек в форме и активно беседовал с кем-то по телефону, а чуть поодаль сидела женщина, торгующая платками и считала прибыль. Вот у кого проблем нет, мира за пределами вагона нет. Тем временем старый, местами исписанный разными словами и символами, поезд двинулся с места. Увидеть эту машину и можно подумать, что она сошла с обложки альбома пост-панк-андеграунд-хард-рока и таких поездов по сути в городе то быть не должно, но до конечной, да ещё и вечерними рейсами видимо едут только такие поезда. Да и какая разница, если всё равно внутри они отличаются разве что пресловутым кондиционером, точкой раздачи интернет-сети и цветом кресел. Адам, натыкав кнопок в своем телефоне, быстро включил музыку в свои наушники и облокотил голову на стекло. Из-за темноты он видит своё отражение. Глаза цвета закатного солнца уже полностью закрываются. В ушах играет приятная мелодия, которую обычно выпускают в массы под клеймом «для обучения и релаксации», а за окном проносится заснувший город, укрытый одеялом грозовых туч. Совсем скоро пейзаж сменится на поля, потом на леса, деревушки и совсем скоро далёкий городок встретит путешественника. А сейчас… Размеренное покачивание вагона из стороны в сторону в купе с музыкой имеет разрушительный для бодрствования эффект. Адам медленно закрывает глаза и погружается в сон. Этот день должен когда-то кончиться.