Затерянные мальчики

— Брат, тебе плохо? — От этого мира? — буркнул Локи. — До смерти. Тор не ответил, не сказав тем самым ничего и одновременно — сказав сразу все. Комната, считанные мгновения назад благословенно темная, теперь была ослепительно освещена, несмотря на то, что единственным источником света был тот, что горел в коридоре, отбрасывая отблеск на его золотистые волосы. Локи вздохнул: — Ужин был так себе, вот и все. — Еда или компания? — беззаботным тоном поинтересовался Тор, но его тревогу выдало то, как осторожно он опустился на край кровати. Как ни старался он быть бережным, это движение все равно встряхнуло Локи, и Тор наморщил лоб, услышав слабый стон боли. — Но ведь я видел тебя в банкетном зале минут десять назад, тогда ты был в порядке? — Ты видел моего двойника. — А, — печально улыбнулся Тор. — И почему меня это не удивляет? Но его улыбка испарилась при виде того, как бледен был Локи. — Ты не очень-то хорошо выглядишь. Тебе нужен целитель? — Это пройдет, — сдавленно отозвался Локи. Ноздри Тора раздулись. — Мне следовало уйти. — Ты был занят. — Валькирия могла бы подменить меня тут. И потом, отец все время переносил заседания совета... — Это не так уж отличается от роли эмиссара Одина, — тихо сказал Локи. — В каком-то смысле куда как проще. Торговые переговоры — всего лишь детская забава. — Тебе стоило послать своего двойника. — Я бы так и сделал, знай я, что посол Финляндии собирается меня отравить. Лицо Тора мгновенно потемнело. Локи вздохнул. — Это не твоя вина, — пробормотал он. — Перестань корить себя за то, чего не делал. — Скажи мне, кто, если не я, Локи. — Финская кровяная колбаса и водка. Это наконец вызвало у Тора усмешку. — Ты никогда не умел пить. — Я прекрасно умею пить, — Локи стиснул зубы разом и от поддевки, и от надвигающейся жуткой боли в желудке. — Это было брусничное варенье, на вкус оно было еще чуднее, чем черный пудинг. — Локи, ты не обязан был это есть... — Если не хотел обидеть и оскорбить пригласивших — нет, обязан. Тор сделал еще одну попытку: — Будь мама здесь... — Она бы сказала мне то же самое, что и ты. «Возьми себя в руки и улыбайся». Тихий стон, который Локи постарался заглушить подушкой, не остался незамеченным. Тор забрался на кровать и оторвал руки Локи от его живота. — Что ты делаешь? — Локи попытался поймать взгляд брата, но Тор решительно его проигнорировал и задрал рубашку Локи, обнажив живот. — Тор, серьезно, не надо... — Протест Локи обернулся воплем, когда тепло руки Тора встретилось с его подрагивающим животом. — У мидгардцев есть такой прибор, я видел, как Бэннер однажды его использовал... Воздух затрещал от статики — Тор сосредоточился; его большая ладонь растянулась почти на всю поверхность живота Локи. — Он посылает небольшие всплески электрических импульсов через кожу и блокирует болевые сигналы до того, как они достигнут мозга или что-то в этом духе... Тор пристально следил за лицом Локи. — Помогает? Локи глубоко вдохнул, когда последние вспышки нутряной боли постепенно притупились, превратившись в булавочные уколы статического электричества. Что бы Тор ни делал, это работало. — В некотором роде. Следующие несколько минут прошли в молчании, скорее отстраненном, чем неуютном, пока они затерялись каждый в своих мыслях. — Что у тебя на уме, Тор? — Я всегда думал, что мои силы призваны служить орудием страдания и разрушения, ограничены причинением боли другим, — мягко произнес Тор. — А что у тебя? Непостижимо, но на глаза Локи навернулись слезы. Он поспешно прикрыл лицо руками. —Я просто хочу убраться с этой планеты. — Мы оба, брат, — вздох и прикосновение чьих-то губ к его лбу, от чего его сердце пропустило удар. Локи медленно опустил руку, недоверчиво распахнув глаза. Грустная улыбка Тора была добродушной, как и всегда, но в то же время — извиняющейся и виноватой. — Я это вслух сказал? — спросил Тор, подмигнув. Он натянул рубашку Локи обратно и похлопал его по колену. — Отдохни немного, брат. Дверь закрылась за Тором с едва слышным щелчком. Локи прижал руку к тому месту, где, как он знал, брат оставил след руки на его животе; он чувствовал боль от него. А еще он до сих пор чувствовал его тепло. Знакомое. Дом. Слезы, которые он с таким трудом сдерживал, вырвались из-под контроля и покатились по вискам. Тор был дома, и Локи этого было достаточно. До времен нынешних, испокон веков и на все грядущие времена. Тора было достаточно.