Доктор Сталкер

Чернобыль. Неосталось в этой местости земли, где могли бы жить простые люди. Теперь здесь обитают, только исследователи, учёные, и аномалии. Здесь более нет места обычной " нормальной " жизни. Теперь, Чернобыль, сам по себе, атомная аномалия, место исследований и изучений, а тагже дом, для пораждёных радиацией. В этом месте происходит так много чудного и странного, что уже много лет всю информацию держат в тайне, строго ограничевая въезд и выезд с территории через возведённую стену, границу, между миром Черноболевской АЭС, и прочим миром. И верно это правильно, не нужно народу знать о том, что здесь на самом деле творится. А дело зачица, вот как значит было. Поначалу, после знаменитой на весь мир радиациионной оварии, здесь ещё жили люди, но спустя много лет, ситуация усугубилась, были замечаны первые аномалии, и люди сливающие в сети пугающую человечество правду, и тогда собсвенно и была возведена стена граница, и было ограничено передвижение, территория и границы стали тщательно охраняться, и было приказано жерезно недопускать никого. Никого, кроме людей науки, учёных, с необходимой подготовкой, доющей разрешение на въезд в этот город. На постоянку, ибо выехать из города, просто так было нельзя. Чтоб зараза всякая не распространялась. Один лишь месяц в году, был выделен для тех, кто хотел в мир людской. Для чего проводилась целая операция. Средства брали из международного фонда, "Дорога в дом родной" посвящённому всему этому дельцу, а дальше только человек учёный поймёт, что там творилось. Крайне не причиный курс зачистки, здача анализов и многое другое. Нет всё эти проверки здоровья и присутствия радиации в организме проводились ежемесячно и в обычное рабоче-житейское время. Процедуры, "профилактика", но тут было всего по многу раза так в 2 если не больше. Да и что там такого было, в том мирке? Много было тех, кто хотел поведать его, но не мало было и тех, кто на совсем решил остаться в этом омуте сверхбезумного. Чем все они рукаводствовались мало кто знал и понимал. У каждого были свои причины. А некоторые, и над этим даже особо долго то и не раздумывались. Просто шли туда, куда их жизнь вела. Такими например, были - Адам Уильям Б'орсле, Жанет Фарф'орро, Феофонов Арсений Павлович, Дарковски Ибрагим Агзамович, и Пустынская Зорина Рахимова. У одних отцы или матеря, или и те и друге работали на зоне, другим просто хотелось приключений, иные были одержимы этим радиационным миром, хотели изучать, или охотиться за ископаемыми, за определённые награды, многие же из остальных, хотели сбежать от своей прошлой жизни, по тем или иным причинам. Кстати, иметь детей, здесь парам было запрещено, в противном случае детей сразу после рождения, если мать в беременности не была помещена в специальный изолятор, забирали, и отдавали либо родственникам, либо в сиротские дома после того, как убедяться, что ребёнок не носит в себе заразу, и не передаст её другим существам когда окажется там, куда его определят в чистом мире, иначе, ребёнка оставят в зоне с родителями, или одним родителем, которые готовы взять на себя за него ответственность, либо его переопределят в зонный лагерь, и по возможности будут готовить к самостоятельной жизни на територии города, до конца своих дней. Так как чаще всего, последствия соприкосновения неокрепшего плода с радиацией не обратимы, хотя и все сотрудники, на воздухе обезательно носят защитные костюмы и маски, либо же есть ещё вариант, самое неприятное, хотя кто его знает. Если уж дела совсем плохи..... то учёные безболезненно умертвлят младенца дозой усыпляющего на век препарата, и скорее всего отдадут на исследование в научный центр зоны. Думаю теперь понятно, почему сексуальная жизнь сотрудников без предохранения была не желательна. Ведь все действия, стоили не только много денег, но и много сил и много времени. В этом месте, такие дела не приветствовались. Зато можно было переключиться на многое другое. Образ жизни, здесь у всех был похож, но и некоторым разнообразием всё же мог похвастаться. Большенсво жили в научных центрах, посуте главных зданий, находившихся преимущественно в Припяти, где там распологались в основном учёные работающие в лаборатории. (Припять - это самый густо населённый, безопасностный и приспособленный пункт.) Тагже было самое главное, административное здание, но оно по проживанию, было рассчитано только на генералов и офицеров по зоне, главных шишек, которые жили, и работали там, курируя почти все действия своих подчинённых. А во круг этого здания, были оборудованы казармы, где жили приблежённые к этим самым генералам и офицерам. Ещё многие жили группами, маленькими и большими, в лагерях бункерах, которые были рассчитаны на несколько человек. Меньшее количества, из всего числа сотрудников жили по одиночке, тагже в домах бункерах, только по меньше, чем те же лагерьные. Об одном таком одиночке, и пойду я вести речи. Пустынская Зорина Рахимова. Учёный, медик, изобретатель, который специализируется, в достаточно специфической даже для зоны деятельности, которая состоит в том, чтобы не просто смотреть за аномалиями, а буквально следить за их состоянием, и в случае помогать им в роли врача и спасателя. Так сказать куратор по эко системе. Своего рода лесничий. И это она выбрала сама. Изначально, её робота состояла только в отслежке, но со временем, она уже живя на зоне, решила изучать необычных соседей на как можно ближнем расстоянии. От чего только не было никому ясно до конца, возможно, что и ей самой толком и не было. Но мало того, так как она разбирались во всём, как пологалось на её кафедре, с углублённым изучением, Зорина зонималась собирательсвом разных трав и ингредиентов, и изготовоением из них же кстати целебных мазей и микстур, ремонтом, а тагже доработкой изолирующих костюмов, походами на особо закакрытые части зоны, где искала разные радиационные исторические артефакты, которые сама же потом и изучала по возможности, новые аномалии, и просто чистыми разведками. Многим из перечисленного, она подробатывала на лучшую жизнь, для более комфортных условий, хотя за трофеи, и научные исследования платили больше. Но ей было не нужно больше средств, так как многое она добывала сама, и свои исследования долго хранила при себе, так как обычно досконально разбиралась во всём самостоятельно. Даже в яжемесячном отчёте, она писала только то, что точно должна была по договору, не больше, не меньше. Ей было интереснее не получить лишнюю награду, или прибавку к зарплате, или просвятить общество, а самой во всём разобраться, и если уж будет что-то действительно важное для других, только тогда она упамянет об этом в отчёте. Сидеть днями в лаборатории ей было не по душе ровно тагже, как и исключено охотиться на заказаные аномалии, уоторые включают в себя трофеи живых существ, и неодушевлённые трофеи, бегая за ними как одержимая. Вопщем и жила она так долго. В 18 поступила в Сатус-Зонам. Где прошла основную подготовку, а за одно и высшую. На что ушло 8 лет. Ей было 26, когда она выпустилась, и её определили на пробную практику, на станцию под номером 58. Прошло 6 лет. И сейчас ей 32 с небольшим. Она давно жила самостоятельно, почти отдельно от станции. И ни разу, за все года, она не выезжала за пределы зоны. Она почти зобыла, каково это, жить там. Хотя и живя там, она и не особо понимала простой человеческой жизни, в самом прямом её смысле. Но об этом потом. Зорина, которую изначально звали, Афанасьевна Катрина Якуцина. Имя которое она обмалютно не любит упоминать, вспоминать, и всё прочее в этом духе. Мало кто её жаловал, за отстранённость от общего дела. И впринципе недружилюбное поведение. Она хорошо общалась, только с перечисленными выше людьми, которым посчастливилось узнать её немного по лучше. Не считая конечно же её Куратора по группе в студеньческие годы, Пустынской Марины Рахимовой. Которая и дала девушке новое отчество и фамилию, почти что приняв в семью, где посуте была она одна. Марина Рахимова, была строгим и требовательным надзерателем, при чём особой степени вспыльчивости. Но не смотря на это, одиноким женьщинам удалось сойтись, и уже Зорина Рахимова, стала быть названной сестрой и дочерью Марины Рахимовой. Забавно вышло. Хотя увы теперь, они видяться всего пару раз в году, когда Марина привозит новеньких на пробную практику, и увозит тех, кто решил, что такая жизнь не для них. Ну и в некоторых исключениях по праздникам, и то не по всем. С хорошими знакомыми на зоне, несколько другая история. Из академии Зорина ни с кем не общалась, все её не столь близкие, но всё же можно сказать, что друзья, были её частыми клиентами, и информаторами. Им просто удавалось разболтать её, в отличие от прочих коллег, которые либо старались её не замечать, либо сводили общение с ней к минимуму, так как общаться с Зориной было несколько трудно, или же за спиной или в наглую в лицо, потешались над ней. Но и об этом позже. Как и многом другом. Ооооооооочень многом. *****