Против всего мира.

Гермиона в течении недели усердно искала информацию, где в Хогсмиде можно собрать толпу, да так, чтобы Амбридж и ее верные псы не узнали. Периодически, естественно, занималась своими обязанностями старосты(как никак, но бросать дело всей жизни ей не хотелось). Но, если так посудить, то после того как девушка сдружилась на первом курсе с Гарри и Роном — ее главной обязанностью стала защита от зла. Хоть они и дружат уже лет пять, гриффиндорка поняла это только год назад, когда Гарри попал в турнир трех волшебников. С того момента было ясно — куда они, туда и она. И ничто, и никто этого не изменит. — Слушай, — Поттер уже битый час пытался составить список всех заклинаний, которые он только мог знать. Но, оказалось, что часть из них он использовал по чистой случайности. — Гермиона, я не уверен, что нам стоит сейчас думать об этом... К тому же мы не знаем, кто вообще будет там. Может ну его,а? Еще на днях, после последней встречи с Пэнси и мальчиками, Гермиона раздала объявление о предстоящем собрании. А сейчас, помогала составить список всех заклинаний, перечитывая учебники по ЗОТИ в сотый, нет, в тысячный раз. Хоть она и сама мало верила в то, что придет достаточное количество людей, однако она не переставала верить в лучшее. — Да, Гарри прав, Гермиона, — Рон, что сидел в кресле неподалеку от друзей, лениво перелистывал страницы учебников, периодически зевая, что неудивительно, ведь они сидят в давно пустой библиотеке уже третий час, — Мы уже давно здесь сидим и скорее всего зря, — Младший Уизли хотел было зевнуть, но осекся, когда заметил строгий взгляд своей возлюбленной, и словно по команде продолжил, — Я не говорю, что идея плохая и план провалится, но давай лучше пойдем спать? — Не хочу этого говорить, но рыжий прав, — раздался вдруг женский голос из темноты. — Вы давно сидите в поисках заклинаний и явно накопали не мало... — Всего десять заклинаний, — Гермиона закусила нижнюю губу, понимая, что Пэнси права. У нее на коленях красовался список записанных ею заклинаний для изучения, который яростно просил закончить начатое. — Но мы не успеем... — Дай своему организму отдохнуть, тебе завтра вставать рано. Забыла? Третий курс пищит от радости и предвкушения продолжения экскурсии. — Пэнси прошла в глубь комнаты с подносом на руках, — Только что заваренный горячий черный чай, лимонные дольки, овсяное печенье и немного булочек с корицей. Это все, что я смогла пронести сюда. — Признаться честно, ты не такая уж и противная, Паркинсон, — сон в ту же секунду отпустил Рона, который в тот же миг приступил к вечерней трапезе. Гарри же молча присоединился к нему, пока Пэнси удобно устраивалась на соседнем столе. Гермиона слабо вздохнула, опрокинувшись на спинку стула, и от усталости прикрыла веки. Только сейчас ей пришло осознание того, что неделя еще не закончена и ее ждет не мало дел: обязанности старост, ежедневный вечерний обход и экскурсия с Малфоем. Малфой. Опять этот заносчивый слизеринский принц влез в ее голову. Спасибо, что сейчас они стали реже видеться, иначе Гермиона точно бы потеряла контроль над собой. После того разговора с ним девушка часто вспоминала его реакцию на ее слова. И с каждой попыткой вспомнить мельчайшие детали, староста удивлялась все больше и больше. Сначала Гермиона таила надежду, что он просто шутил и морочил ей голову,но после того, как он сам предложил ей разделить обязанности пополам, чтобы реже пересекаться — надежды обрушились в прах. И с тех пор сложно было предсказать, когда они встретятся взглядами или хотя бы пересекутся. Сейчас же, прекрасно понимая всю сложившую ситуацию, гриффиндорка почувствовала, как слабость берет вверх. И насмотревшись на Рона, впервые зевнула за весь вечер. Порой, окунувшись в дела с головой — забывала про отдых. В какие-то моменты Гермиона была бы не против взять отпуск и скрыться от всех проблем, но просто так оставить все и сбежать не получится. Что-что, но такую слабину она точно не даст. Пусть даже, если она пожертвует своим здоровьем. Но во всем этом есть и свои плюсы: с помощью большой занятости, Гермиона забывает про реальность, про все проблемы и неудачи, которые преследуют ее буквально каждую ночь. — Гермиона, ты меня слышишь? Девушка только сейчас поняла, что ушла в себя и не слышала разговор своих друзей. Она резко выпрямилась и для бодрости взяла кружку горячего чая, который ранее принесла слизеринка. — Да-да, я тут. Просто задумалась... — Отлично, тогда ты наверняка услышала новость про Амбридж, — Пэнси игриво повысила тональность своего голоса, раскусив подругу. Конечно, Гермиона ничего не слышала и она это прекрасно знала. Скорчив лицо, словно Паркинсон это сильно задело. — Вот и как после такого рассказывать тебе что-либо? Желание упасть в мир Морфея смелось ярким пламенем в янтарных глазах девушки. И это заметили все, кто находился в тот момент в комнате, особенно Пэнси. — Я вся во внимании, Пэнс. — Амбридж пригласила меня в Инспекционную дружину, — брюнетка опустила голову, обращая свое внимание на левую, и все трои словно по команде посмотрели следом за ней. В нежной, словно лепестки роз, хрупкой руке Паркинсон лежала визитка нежно-розового цвета, на одной стороне были изображены котики, а на другой стороне, по середине надпись:

Dolores Jane Umbridge

Гермиона слегка наклонилась вперед, сложив руки на груди. Что-то похожее она где-то уже видела. Точно. Амбридж. Винда. Визитка!

***

— Наказываю учеников, Мисс Грейнджер, — усмехнулась Амбридж, будто бы только что совершила то, что должны увидеть все. — Вы не имеете право наказывать учеников насилием! — Ох, вы ошибаетесь, Мисс Грейнджер. Согласно реформе образования, — выдохнула Амбридж, словно она этого только и ждала, чтобы похвастаться своим никчемным величием. В ее маленьких, пухлых руках оказался пергамент с надписью, гласившей: «МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА». — Еще как имею.

***

— Подожди. Пэнси, как и мальчики, устремила свой взгляд в сторону старосты, что так яростно искала что-то в своей сумочке, из которой то и дело вылетали разные вещи, начиная от губной помады и заканчивая стопками книг. — Как... и ты все это носишь с собой каждый день? — Рон с нескрываемым возмущением и удивлением уставился на супер-пупер сумочку. По его выражению лица можно было с легкостью предугадать ход своих мыслей: «И она скрывала такое заклинание от нас? Почему? Я же мог с легкостью проносить еду на уроки!». — Гермиона, а как ты... — Не сейчас, Рон, — гриффиндорка сосредоточившись на поисках, будто на автомате ответила своему парню, словно знала о чем он хочет ее спросить. — Что это за..? — Это расширяющее заклинание, — спокойно ответила Пэнси, сделав глоток чая, пока парни пытались понять секрет данной магии. Гарри с немым вопросом уставился на слизеринку, мол, откуда она знает? — Раньше его можно было изучить или хотя-бы прикоснуться к знаниям такой магии на курсе седьмом, но сейчас даже это невозможно. Его посчитали крайне опасным, особенно после Первой Магической Войны. Последние, кто это смог сделать во времена школы — наши родители. — И откуда ты все это знаешь? — Вот, — Гермиона положила на читательский стол визитку точь-в-точь, как у Пэнси. — Эта жаба неделю назад пыталась меня уговорить стать частью этой дружины. Я и забыла совсем об этом.. А ты что ответила на это предложение? — Сказала, что подумаю, но это только чтобы отмазаться от нее. Я хоть ее и недолюбливаю, как и многие из моего факультета, но плохие отношения с ней для меня не выгодны. — Малфой явно прыгает от счастья. По любому, первым побежал вступать в ее ряды, — фыркнув, Рон откусил третью по счету булочку. — Малфой хоть та еще скотина, но он не настолько глуп, чтобы падать до такого уровня, — Пэнси устремила свой взгляд на Уизлетта, на что тот лишь недовольно фыркнул. — Я не понимаю, что ею движет? Зачем Министерству влезать в дела Хогвартса? — Гермиона нервно теребила в руках визитки, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы. — Хотела бы я знать, — Пэнси оставила недоеденную булочку, а пустую кружку оставила на подносе. — Ладно, уже поздно. — Да, надо ложиться спать. Гарри, задумавшись о чем-то своем, на автомате попрощался с девочками и вместе с Роном направился к выходу. Но в отличии от своего друга, скрылся за дверью. Гермиона вздохнула с облегчением, когда увидела, как фигуры друзей отдаляются от них. Порой, она так уставала от них. Может это из-за того, что они общаются каждый день? Но, как бы там ни было, она их все так же любила. — Знаю, что это не прилично спрашивать, но..ты серьезно так мало ешь или у вас, аристократов, такие правила? — не со злостью, скорее с жалостью обратился Рон к Пэнси. — Можешь не отвечать, просто я... Гермиона почувствовала всем телом, как слизеринка напряглась. Зрачки заметно расширились, перекрывая зеленый цвет глаз. Гриффиндорка хотела начать читать лекции Рону о том, как некрасиво спрашивать такое, но не успела она сказать и слово, как Пэнси ее опередила. — Нет, мы едим ровно столько же, сколько и обычные люди. Не забывай, что ты тоже часть аристократов. Как-никак, но ваша фамилия в списке, — Пэнси слабо улыбнулась ему. — Я просто сегодня съела достаточно. Думаю, булочка была бы лишней. Рон, к удивлению Гермионы, просто кивнул и ушел следом за Гарри, а не как обычно начал втирать про еду и как ее может быть достаточно. — Иногда мне кажется, что он не так уж и плох, — Пэнси слегка улыбнулась, смотря в пустоту. Гермиона лишь слабо улыбнулась и пожала плечами. Хоть она и была рада, что вражда стала чуточку меньше, однако состояние новоиспеченной подруги ее волновало не меньше. Да, Пэнси начала реабилитацию, но мало что изменилось за три месяца. И скорее всего в этом замешан Забини. Возможно, если бы Гермиона их чуточку сблизила, что-то бы изменилось. Но как это сделать? — Ты сама как себя чувствуешь? — Да, более менее. Мадам Помфри тщательно следит за мной и моим питанием. Правда, ее не устраивает, что процесс так затянулся. Благо об этом никто не знает, иначе представляю какие сплетни пошли бы по Хогвартсу. Но, если мои походы в больничное крыло будут продолжаться, то большая вероятность возникновению множества вопросов. — Даже если и узнают, плевать. Главное, чтобы все получилось. Мадам Помфри старается сделать все возможное, — Гермиона обеспокоенно посмотрела на брюнетку, закусив нижнюю губу. — Спасибо ей за это и тебе, что никому не рассказала. Если бы не вся эта ситуация, мы бы до сих пор враждовали, — Пэнси тепло улыбнулась, отчего уголок губ так непривычно поднялся чуть вверх. Гермиона видит эту улыбку во второй раз, но все никак не может ее запомнить. Впрочем, неудивительно. Пэнси настолько хорошо проработала свою маску, что, порой, сама путается: где она настоящая, а где неповторимая подделка. Образ ледяной ведьмы так подчеркивает слизеринскую натуру, что представить сложно, какой она бы была, если попала бы на Гриффиндор. — Как же это было глупо. Враги по школе сейчас сидят в библиотеке и болтают. Кто бы мог подумать, что такое случится, — Гермиона улыбнулась в ответ.

***

Гостиная Старост находилась в восточном крыле, что не могло не радовать Грейнджер. Спокойное место, где мало кого можно встретить. Хотя, периодически встречаются парочки, которые решили уединиться во время занятий или ночных обходов. Сначала Гермиона прощала, так как сама порой мечтала о таком свидании, но потом ей это попросту надоело и она начала снимать за это балы. — Живоглотик, вот ты где. На диване, напротив камина, расположился любимый и единственный, кто согревает ее в самые тяжелые времена. Хоть Гермиона достаточно мало проводит с ним время, маленький пушистик всегда возвращается к ней. И именно в такие моменты девушка чувствует себя нужной. Живоглот, словно, почувствовав свою хозяйку сразу же подскочил и весело начал мяукать, при этом виляя хвостом. И если бы она была бы столь глупа, то подумала, что он чертовски соскучился, но не тут то было. Гермиона сразу поняла в чем дело: у него закончился корм. — Что? Кушать хочешь? — девушка наклонилась к пушистику и прошлась рукой по шерсти, а в ответ громкое: «МЯ-ЯЯУ!» — Ну пойдем за вкусняшками. Слабо улыбнувшись, Гермиона направилась в сторону кухни(незаменимая привилегия старост мальчиков и девочек: личная кухня с ванной). Решив поймать двух зайцев, девушка сделала себе горячий шоколад, добавив щепотку корицы сверху. Но только она зашла за порог кухни и основной комнаты, смачно врезалась во что-то на пути, тем самым разлив напиток. — Чертов Мерлин! Грейнджер, блять! — выругался Малфой, отходя на безопасное расстояние от Гермионы, пока та пыталась понять, что произошло. — Ты смотреть разучилась? — А нечего было стоять посередине комнаты! Если бы я была с ножом?! — Не смеши меня, ты и держать его не умеешь, — фыркнул Малфой, рассматривая свою обоженную руку, но когда поднял взгляд на гриффиндорку с ножом, решил промолчать. — Что это было, черт возьми? — Горячий шоколад, — сухо ответила девушка, взмахнув волшебной палочкой, и грязь тут же исчезла с ковра. — Омерзительный запах. Грейнджер лишь закатила глаза на данное высказывание, направляясь сделать вторую порцию. В надежде, что слизеринец не пойдет следом. — Это какой-то маггловский напиток? Как тебя еще не тошнит от него? — А как тебя еще не тошнит от собственного голоса? — Гермиона только сейчас заметила, что парень напротив нее стоит в одном полотенце оголяя свой торс. Закусив нижнюю губу, она поспешила отвернуться. — Что ты? Мой голос очарователен,как и мое тело. Думаю, ты это и так уже заметила, — он показушно поворачивается к зеркалу и начинает рассматривать себя. — Девочкам явно нравятся такие. — Скорее дементорам, — Гермиона подавила в себе желание проследить за его движениями, но как бы она не старалась, все тщетно. — Ха, так и знал! — на лице парня появилась самодовольная улыбка, когда тот поймал краем глаза действия гриффиндорки. — Не понимаю о чем ты, — резко развернулась к плите, на автомате нагревая печь. Не смотри, не смотри! Чёртов Малфой! Ненавижу! Так, думай, думай о чем-нибудь!!! Молоко. Точно. Нужно молоко и... — На твоём месте я бы тоже не удержался. Особенно, когда тебя окружают одни рыжие болваны. — Что? — это было последней каплей. Гермиона повернулась к Малфою, держа в руках палочку. Нет. Она не собиралась его убивать или что-то ещё делать с ним. Скорее, так она пыталась защитить себя. Но заметив ухмылку на лице слизеринца, поняла, как это глупо. — Да они в сто раз лучше тебя, самовлюбленный идиот... Девушка осеклась на половине слова. Парень, что стоял напротив, уже был так близко, что по хрупкому телу пробежались мурашки; разум затуманился, а глаза забегали в поисках защиты. — Уверена? — Малфой с игривым интересом наблюдал за девушкой, а его голос становился все тише, переходя в шепот. — Тогда почему все твоё тело горит от любого моего слова? Ком в горле. Он становился все ближе, но отступать уже было некуда. Гермиона спиной почувствовала, как врезалась в угол кухонного гарнитура. Она в засаде. Малфой встал почти вплотную, позволяя вдохнуть запах сигарет, который заметно смешался с одеколоном. Таким резким,приторным, как и вся его жизнь. И только еле заметная корица разбавляла натянутость и грубость. — М-Малфой, что ты делаешь? — Гермиона чувствовала, как голос дрожал, но по какой причине? Может страх? Страх того, что ей опять причинят физическую боль? Да, наверное из-за этого. — Я? А что я делаю? Между ними было настолько маленькое расстояние, что Гермиона чувствовала, как парень был напряжен точно так же, как и сама девушка. Их взгляды прожигали друг друга, словно кричали об их потайных желаниях, которые игнорировали сами старосты. Хоть Малфой и стоял опасно близко, однако ничего не делал. Хотел, но не мог. Не мог позволить себе тронуть ее без согласия. И тут в голову девушке врывается воспоминание: — Ты многое обо мне не знаешь, Грейнджер, — спокойно ответил Малфой, повернувшись к ней лицом и по его выражению было понятно, что это не конец их разговора. — И Грейнджер. То, что произошло в прошлую встречу… Это не было необдуманным решением, не думай, что я такая скотина, которая решила просто над тобой поиздеваться. И чтобы ты знала, без взаимного согласия я не сплю с девушками. Если бы тогда ты сказала сразу, я бы даже не пытался. И Гермионе приходит осознание. Он ей не соврал... — У тебя чайник скипел, — с теплой улыбкой произнес Малфой. И вправду. Пока девушка была в трансе, она не услышала пронзительный свист сотейника(маленькой кастрюльки для варки кофе или какао). Молоко уже давно закипело, а пенка поднялась до краев. — Черт! Гермиона наспех начала добавлять в кипящее молоко заготовленное какое и заметила, что молоко слегка подгорело(видимо, забыла добавить воду). Ругаясь на себя, довела какао до нужного кипения и сняла с плиты.

***

— Смотри очень внимательно, Гермиона, — Моника стояла у плиты, обучая свою маленькую девочку и рассказывала все тайны готовки любимого напитка. — Тонкий слой воды позволит предотвратить подгорание. Но если ты хочешь, чтобы все получилось, то следи за процессом. Поняла? Маленькая девочка с с густыми каштановыми волосами с горящими от интереса глазами внимательно слушала маму, помогая размешивать какао с сахаром. Уже тогда, в семь лет, у девочки были интересы к всему что происходит. Каждый день, когда родители вели ее к бабушке, Гермиона задавала столько вопросов, что порой Моника не успевала отвечать даже на первый. — Мамочка, а почему папа не помогает нам? Он же обещал, что будет готовить какао для Санты Клауса вместе с нами, — Гермиона была настолько увлечена размешиванием смеси, что не заметила, как мама закусила нижнюю губу. — Милая, у папы очень много работы, поэтом он не смог приехать пораньше. — Но какая работа может быть в канун рождества? — возмутилась маленькая ведьмочка. — Не знаю, дорогая, — Моника не знала, что еще ответить ребенку, ведь сама не понимала почему муж все время задерживается. Когда их отношения превратились в семейную рутину? Когда она успела потерять его? — Ой, мама смотри!

***

Вечер проведенный у камина дает прекрасный отдых. Избавляет от тревоги. Помогает расслабиться и погрузиться в свои мысли. Особенно после тяжелого дня Да и сама комната чудесным образом преображается. В ней царит атмосфера покоя, добра, уюта и спокойствия: пушистый плед наполовину свисал с кресла, а сверху устроился живоглот. После вечерней трапезы, котик готовился ко сну. Гермиона присела рядом с ним. Теперь в ее руках находилась перечитанная девушкой несколько раз книга, а две горячие кружки стояли на журнальном столике. Маленький принц. Сказка, которую можно читать вечно, но все равно будешь удивляться всему,что происходит в ней. Хоть от корки до корки. Ничего не измениться. Гермиона знала каждое слово и то, что за ним следовало. Это помогало забыться и окунуться в детские воспоминания, когда она была маленькая и за пеленой розовых очков не видела того, что происходило на самом деле. — Ты опять читаешь? — раздался мужской голос. — Я думал, ты хотя-бы вечером отдыхаешь от всей этой рутины. Гермиона оторвалась от книги, подняв взгляд на парня. Перед ней стоял Малфой в домашней одежде: спортивные штаны серого цвета сидели на бедрах, из-за чего складывалось ощущение, что они сейчас спадут и ты увидишь что-то крайне запрещенное, особенно, если придерживаешься христианских обычаев; а футболка только дополняла этот образ, как и пушистые серые тапочки. Но было кое-что, что портило данную картину: сигареты и дым табака. — А ты опять куришь эту гадость? — Гермиона повторила интонацию парня, сморщив нос и прожигая взглядом сигарету в его руках. — А насчет рутины, то благодаря книгам я и отдыхаю. — У нас явно разные представления об отдыхе, — с нескрываемым непониманием смотрел на девушку Малфой. Гриффиндорка опустила взгляд на страницы книжки и почему-то интерес к прочитанному резко пропал. — Ну да, у таких как ты на уме лишь девушки на одну ночь с бутылкой огневиски. Даже представить сложно тебя в серьезных отношениях, — Гермиона лениво перелистывала страницы книжки. Ей не хотелось смотреть на него. Точнее хотелось, но она не могла. — Не понял. Таких как я? — Ну брутальных аристократов, красивых и заносчивых козлах, которые... — Стоп, красивых? — на лице парня появилась самодовольная улыбка и Гермиона поняла, что сказала лишнее. — Это только что был комплимент или мне показалось? Что бы скрыть неловкие взгляды, Гермиона не смотря на парня, встала с кресла, прихватив любимый плед, и направилась в сторону своей комнаты. — Тебе показалось. Пей какао, иначе остынет. — Эту гадость? — гриффиндорка чувствовала, как слизеринец с неприязнью сморщил нос. — Ни за что! — Тогда будь добр, заткнись и вылей так называемую гадость в раковину, — ответ прозвучал куда жестче, чем планировала сама девушка. Но терять уже нечего, так что она просто хлопнула дверью и завалилась в кровать. Как только ее тело коснулось прохладной постели, мир Морфея встретил с душевной добротой и теплотой. Видимо, травы, что девушка добавила к себе в какао, уже начали действовать. — И вот что я опять не так сделал? Малфой стоял посередине комнаты и смотрел на то место, где пару минут назад стояла Грейнджер. Их перепалки были настолько привычны, что, казалось, будто они давно к ним привыкли. Но то, что девушка так быстро сдалась, возмутило его. Парень повернулся к коту,который в свою очередь смотрел на кружку горячего какое и жадно облизывался. — Даже не смотри туда. Это не твое, — Малфой забрал кружку под жалобное «МЯ-ЯЯУ!».

***

*** Гермиона уже битый час мерзла на улице в ожидании чуда в виде Малфоя, но его все не было. Что бы она не думала о нем, но одно его качество точно восхищало — он никогда не опаздывал. Никогда. Ни при каких случаях. Разве что на какие-то встречи, где были только его друзья. И то, ради того, чтобы побесить свою лучшую подругу. По словам Паркинсон, Малфой просто идеал всех мечтаний: романтичный, внимательный, красивый и богатый. Стандарты всех девушек мира. Но Гермиона учитывала еще и умственные способности. Для нее если с человеком не о чем поговорить, то и смысла нет начинать отношения. Но Малфоя нельзя назвать тупым. Он один из лучших на своем факультете. И если бы Гермионе стерли бы память о нем, то она безусловно влюбилась бы в него, как и половина Хогвартса. — Мисс Грейнджер, когда мы уже отправимся в Хогсмид? — Сейчас немного подождем Мистера Малфоя и пойдем, — несмотря на свои внутренние переживания, Гермиона сохраняла спокойствие при детях. Маленькая девочка с пуффендуя грустно вздохнула и побежала к своим одногруппникам. — Где же он? — Если ты про Малфоя, то его в школе нет, — от неожиданного ответа девушка слегка вздрогнула. За спиной гриффиндорки стоял не знакомый слизеринец, но присмотревшись через большие хлопья снега, поняла кто это. Сам Грэхэм Монтегью вышел в свет. — И где же он тогда? — Понятия не имею. — Вы с Малфоем навряд ли так хорошо ладите, чтобы он сказал тебе это линчо. Так, откуда ты знаешь, что его нет? — Ты права, он мне ничего не говорил лично. Но он хорошо общается с моими людьми. — Понятно. Что ж, спасибо, что предупредил, — Гермиона слабо кивнула ему на прощание и ушла к группе учеников.

***

*** Кабинет отца был как всегда холодным и мрачным. Драко с детства не любил находиться в нем. Ему всегда казалось, что это место было наполнено дементорами, которые таились за углами и ждали нужного сигнала Люциуса, когда можно будет поглотить все, что было в юном мальчике. Поэтому Драко всегда быстро соглашался с отцом, только чтобы побыстрее выйти из этого помещения и убежать к маме, но все равно сделать по-своему. В отличие от Люциуса, Нарцисса была более мягкой. Ее кабинетом всегда был сад, где молодая мама всегда рассказывала маленькому сыну сказки о звездах. Ее семья знаменита тем, что вся была помешана на звездах. Особенно была мания пихать названия созвездий во все, что только можно. Но Драко это даже нравилось. Поэтому, когда ему было очень плохо и одиноко, он поднимал голову к звездному небу и ему становилось немного лучше. Но сейчас даже любимые звезды редко помогали. Проблемы с учебой и неразберихи в семье, когда в доме у тебя слышны одни крики очередных жертв. И лишь алкоголь помогал забыться, хоть и не надолго. — Драко, ты меня слушаешь? — строгий голос Люциуса сопровождался злым взглядом, когда тот понимал, что сын его совсем не слушает. — Да, отец. Этот брак выгоден для поддержания обеих сторон, — спокойный тон был равносилен равнодушием, что, собственно, не удивительно. Драко всегда пытался держать дистанцию. И с каждым годом ему становилось все проще понимать его. Даже, если он его не слушал,прекрасно понимал о чем пойдет речь. Как и сейчас — думал о своем, но говорил то, что хотел услышать его отец. Малфою уже давно было плевать на брак с Асторией, хоть для него она и была простушкой. Но он давно смирился с правилами аристократов. Еще в двенадцать он уже понимал, кто станет его будущей женой. И на эту роль подходили только три дамы, но две из них для него были лучшими подругами, а третья как раз никем. Следовательно, цепляться не за что. А значит эти отношения вполне выгодные для обеих сторон. Нет привязанности — нет проблем.

***

*** День оказался куда более насыщенным, чем предполагала девушка. С утра гриффиндорка провела небольшой анализ по поводу мест, где можно провести собрание. Даже успела несколько из них обойти во время прогулки с третьим курсом. И выбрав подходящее, сообщила друзьям и разослала пригласительные тем, кто записался. Конечно, Гермиона понимала, что отзовутся далеко не все. От силы человек десять. Но это уже хоть какой-то результат. Естественно, слизеринцы знать и не знают. Но кроме Пэнси, никого из змей не будет. Кстати о змеях. Малфой, так и не появился на встрече. Что, собственно, было ожидаемым. Пусть Гермиона и почувствовала что-то в их прошлую встречу, но надежды, что он изменился, все равно никакой не питала... Разве что самую малость. Но с каждым разом, надежда становилась все меньше. Идя по пустому коридору, Гермиона мечтала зайти в теплую, уютную гостиную и провести спокойный вечер. Но, зайдя в гостиную старост поздно вечером, девушка понимала, что увидит полный стакан с какао и пустую, холодную комнату, в которой с утра не разжигали камин. Но какого было ее удивление, когда она зашла и увидела: шоколадное печенье, зажжённый камин и Малфоя с кружкой в руках, явно разочарованный своим решением попробовать то, что приготовила Гермиона сегодня утром. — О, Грейнджер! Ты мне как раз нужна, — голос слизеринца звучал таким довольным и с энтузиазмом, что Гермиона от шока не знала, как реагировать. — Как ты делаешь эту штуку? Я пытался повториться, но получилось так себе. У тебя такое сладкое,а у меня чертовки горькое, хотя я добавлял сахара... — Ты сам пытался приготовить какао? — глаза расширились от удивления, на автомате положила сумку на диван рядом и сделала шаг вперед. — Ну да. Потому что кое-кто вечно где-то пропадает! Пришлось справляться самому... — Дай-ка — Гермиона тут же забрала из его рук кружку, но как только она увидела содержимое, звонко засмеялась. — Малфой, ты сделал себе не какао, а кофе! — Кофе? Но оно же другое по вкусу, — парень уставился на девушку с таким недопониманием и решительностью, будто бы его только что отчитала мама, хотя он все сделал правильно. — Потому что его надо варить, а ты просто закинул его в кипяток. Это настоящий американский кофе, который просто так не приготовишь. — Да что не так-то? Я читал инструкцию. Вот, смотри, — тут в руках Драко появилась бумажка с нужной инструкцией и начал читать в слух. — Тут сказано,что надо насыпать предварительное количество ложек порошка и залить водой, ждать пока не закипит. Но зачем ждать, если можно сразу налить кипяток и готово! Гермиона смотрела на Драко и не могла прекратить улыбаться. Поверить в то, что Малфою понравился напиток, который приготовила сама Гермиона или в то, что он сам пытался его приготовить? Да это все вообще не совместимо с Малфоем. Даже представить сложно. — Пойдем, я покажу тебе. — Ну это же намного проще! — измученный тон, сопровождающий обиженный взгляд, словно маленький ребенок. Малфой с таким усердием пытался понять инструкцию, что неосознанно поплелся за гриффиндоркой. На кухне царил творческий беспорядок: четыре кружки стояли в разных углах комнаты, и причем, каждая из них была наполнена чем-то не совсем вкусным; порошок с кофе был рассыпан на столешнице; а плита на половину подгоревшая. Теперь понятно, как он пытался приготовить. Гермиона взмахом палочки привела кухню в прилежный вид и достала три пакетика: один темно-коричневый, второй кофейный, а третий шоколадный. — Тут кофе, чай и какао. Все они готовятся по одному рецепту, только отличаются несколькими ингредиентами. — Но они же одинаковые... — Малфой кусая губу, запихал руки в карманы брюк и все пытался понять смысл всего этого. Почему нельзя было сделать проще? Вид был у него таким непринужденным и простым, что Гермиона сначала не узнала в парне, стоящим напротив, злого и эгоистичного Малфоя, который везде и всегда первый. Ну почти. Отмахнувшись от ненужных мыслей, начала учить парня всему, чему ее учила мама. — Смотри очень внимательно, — Гермиона повернулась лицом к плите, включив ее и начала рассказывать последовательность готовки. — Прежде всего нужно приобрести сосуд для варки кофе – турку. Лучше всего, если она будет медной. Подай, пожалуйста, турку. — Они все таки странные на вид? — лицо Малфоя будто бы защемило от недоверчивости к лучшему изделию, пока тот еле взял в руку нужный прибор. — Ты имеешь в виду их внешний вид? Да. Есть разные виды, но настоящие любители кофе предпочтение отдают турке с узким горлышком: она лучше сохранит аромат и вкус напитка. — А почему оно такое маленькое по объёму? — Потому хороший напиток может быть только свежеприготовленным. А теперь надо поставить чистую воду закипать, подай вон ту бутылку с водой. Тонкий слой воды позволит предотвратить подгорание. Но если ты хочешь, чтобы все получилось, то следи за всеми пунктами. — Гермиона с таким интересом рассказывала парню все этапы приготовления, что Малфой даже не осмелился перебить и грязно пошутить, как он обычно и делал. — Теперь надо хорошенько помолоть кофейные зерна. Вот, попробуй. Драко внимательно изучал все действия девушки и пытался их воспроизвести. Даже встал у столешницы точно так же, как девушка. — Помни о том, что перекипевший напиток потеряет и вкус, и аромат. Поэтому его нужно не «варить», а «заваривать». — Понял. — Так, теперь. Засыпаем в джезву молотый кофе. На одну кофейную чашку емкостью пятьдесят миллилитров достаточно одной чайной ложки с горкой. Добавляем немного сахара, чтобы не испортить вкус. Так, где ложка... Пока Гермиона искала ложку, Малфой быстренько насыпал в кофе то количество, которое он всегда себе клал. После добавила еще немного девушка и парень слегка ухмыльнулся. — Так, а теперь ставим на плиту, чтобы компоненты напитка хорошо прогрелись. — И все? — Ну да. Ждем и периодически перемешиваем. — А чего ждем? — Чтобы образующая пенка начала темнеть, — слабо улыбнулась Гермиона, совсем забыв, что рядом стоим человек, которого она должна ненавидеть. Но не сегодня... Повисла неловкая пауза. Гермиона провела изучающий взгляд, наблюдая, как он усердно наблюдает за готовкой кофе. Она и не знала,что он может быть таким простым. Сказать бы ей неделю назад, что она будет готовить кофе с бывшим врагом, тот тут же посмеялась бы. Она и это слизеринский хорёк? Ничего хуже придумать нельзя было. Но, жизнь такая непредсказуемая штука. Глубокий взгляд девушки метнулся в сторону темного окна. Зима наступила слишком быстро и из-за этой рутины невозможно уловить время и жить спокойно, как все. Гриффиндорка с утра до вечера занимается делами по школе, делает домашку и думает о том, как бы незаметно пройти мимо Амбридж на завтрашнюю встречу, и порой настолько забывается, что не замечает, как быстро проходит время. Особенно сейчас, когда день становится все короче, а ночь длиннее. И ты начинаешь жить в темноте, как вампир, лишённый свободы. Впрочем, не все так плохо, как у Гарри с Роном. Гермиона хотя бы имеет возможность хоть раз сходить в Хогсмид, хоть и под предлогом провести экскурсию третьему курсу. На следующей неделе должна состояться ещё одна прогулка, но в этот раз, девушка надеется, что Малфой соизволит явиться на неё. Кстати о нем. — Малфой, какие такие серьёзные у тебя были дела, что ты не смог присутствовать на прогулке? Гермиона тут же заметила, как плечи напряглись, а спина выпрямилась; и из спокойного выражения лица, появилось привычное серьёзное для девушки лицо. Это слегка испугало гриффиндорку. — У меня была встреча с отцом. Макгонагалл знает, так что не переживай. На следующую обязательно прибуду, — он продолжал мешать кофе на плите, но уже не так, как пару минут назад. Сейчас парень выглядел так, словно пожалел о проведённом времени с девушкой и может начать орать в любой момент. — Кстати, когда она состоится? — Через неделю. В два часа дня, — Гермиона неловко опустила взгляд и закусила губу. — Но в любом случае, ты мог бы предупредить о том, что не сможешь прийти. Я бы не ждала, как дура на морозе и давно провела бы экскурсию. — Уж прости, Мисс наше "я должна знать все", что не удосужился рассказать о состоявшемся разговоре с отцом, который так и жаждет моей помолвки! — голос слизеринца был слегка грубоватым, но в этот раз девушка поняла что случилось. Он не хотел жениться в таком раннем возрасте и просто решал семейные проблемы. — Прости, не знала, что у тебя такие проблемы... — ей было ужасно неловко, но при этом забирать свои слова назад она не стала. — Нет у меня никаких проблем. Гермиона не стала спорить. Они не настолько близки, чтобы начать выслушивать друг друга. Но почему-то в области груди все сжалось. Может от стыда? — Кофе уже заварилось, давай помогу. Малфой не сказал ни слова и просто отошёл в сторону, пока Гермиона разливала горячий напиток по кружкам. — Хоть это и не какао, но варится почти так же. Если нужна будет помощь, то не стесняйся. Девушка взяла свою кружку и молча направилась к выходу из кухни, как вдруг ее остановила фраза парня. — Извини, что не пришёл сегодня. — Спокойно ночи, Малфой, — слабо улыбнулась девушка на прощание и ушла в свою комнату.