Что делает овцу волком? Ненависть

Несмотря на некоторую внезапность появления утреннего гостя, который здорово напугал Олю, настроение у неё все равно не испортилось. Когда Игорь ушёл, Олины мысли вновь заполнила предстоящая прогулка с Антоном. Первая прогулка на новом месте! Так ещё и Тоша обещал познакомить её со своими друзьями! Именно поэтому Оле на месте не сиделось, а минуты становились часами. Кто в её возрасте не мечтает зависать со старшими ребятами? Да все мечтают, а утверждающие обратное безбожно пиздят!) Спустя бесконечно долгий час после прихода лесника Оля наконец подошла к маме: - Маааааам... - Ммм? - Помнишь, ты обещала отпустить меня погулять? - Даже думать не смей! Ты буран видела?! Там здоровый дядька еле шёл! Куда двум детям?! Оля, надувшись, отвернулось. Её взгляд упал на окно и задержался на нём. Глаза её медленно становились всё круглее и круглее, придавая лицу выражение крайнего удивления. Заметив, куда смотрит дочь, туда же взглянула и Карина. Возглас удивления вырвался из её легких. Усиливавшийся до этого момента буран стихал прямо на глазах. Будто невидимая рука, хозяин которой решил побаловать девочку, крутила тумблер, убавля мощность. Постепенно проявлялись вершины деревьев, до этого скрытые снежной пеленой. Как на настраиваемом телевизоре сквозь помехи проступает изображение, так и в окне постепенно простпупали ели и сосны, тропинки, и даже каким-то чудом незаметëнная тропинка, оставленная Игорем, стала видна. Вьюга не просто ослабла, но буквально за минуту вовсе сошла на нет. Вой ветра в щелях и трубе становился все тише и тише, пока и вовсе не прекратился. Наконец наступила тишина. Ни единой снежинки больше не падало с неба. Ни единого дуновения ветра не было слышно. Треплемые до этого бурей верхушки и ветки деревьев теперь стояли неподвижно, будто замороженные. Наставшую было тишину прервал радостный вопль Ольки: - Ураааааааа! Буря кончилась! Теперь-то гулять можно???!! - Я все еще не... - начала было Мама - Буря кончилась? Гулять?! - сидевший наверху Антон тоже встрепенулся, услышав заветные слова. Уже через секунду он стоял в кухне. Выглядел он при этом так, будто он по лестнице не спустился, а скатился куборем, что было вполне вероятно. Дети обступили мать: - Так что, можно идти гулять? - спросил Антон - Нет! - Но ты же обещала! - плаксиво сказала Оля - К тому же, с ней буду я! И друзья мои. А лес я уже хорошо узнал, пока в школу ходил! - продолжал уговаривать мать Антон - Вот именно! - встрепенулась Оля- Он ведь вообще каждый день в школу ходит, и в снегопад тоже! - Да вы хоть понимаете!... - Карин, послушай - в разговор вступил четвёртый член семьи - Оля целый месяц дома сидит, ей воздух нужен. А этот - Михаил махнул на Антона - уже терялся пару раз- нашелся ведь! Тоха стреляный воробей, да и друзья у него такие. Не пропадут. Таким образом, в разговоре была поставлена жирная точка. Правда, родители очень нехорошо друг на друга посмотрели, но дети этого уже не заметили. Довольные, они понеслись в прихожую одеваться. Михаил отправился за ними, дабы проконтролировать процесс, чтобы никому и в голову не пришло бросить шапку дома. Скорость, с которой дети одевались, повеселила мужчину. Он вспомнил, как во времена его службы в армии ротный давал команду "подъем", а после зажигал спичку. Когда спичка догорала, все уже должны были стоять одетые возле заправленых кроватей. Дети одевались примерно с той же скоростью, что и солдаты, что не могло не веселить отца. Наконец дети собрались, прослушали очередное мамино напутствие и отправились на улицу. Тоха вёл сестру по хорошо изученным тропинкам, шедшим через лес. В посёлке они должны были встретиться с Ромкой и Бяшей. Сама мысль о предстоящей встрече со старшими ребятами будоражила Олю, заставляя её едва ли не бежать впереди Антона. - Тоша, а долго ещё? - Недолго. Уже половину дороги прошли - Только половину... Антон невольно улыбнулся сестринскому нытью. Шёл бы он один, уже во всю болтал бы с друзьями. Но Оля заметно тормозила его шаг, ибо не могла идти в том же темпе. Честно говоря, они немного опаздывали, но нет в этом ничего страшного. Внезапно, Оля остановилась: - Антоооон - тихонько сказала она - а ты это слышишь? Антон тоже остановился и прислушался. Явно слышались обрывки разговора двух ребят: - Да бля буду, проебались мы! - Завались. Тут нет другой тропы - Да мы ща к его дому выйдем, на! - Ну, выйдем и выйдем, в чем проблема? Главное, чтобы он сам никуда не проебался, а то опять на нас подумают, а он же ещё и с мелкой... Антон расхохотался, а говорившие моментально замолкли, но очень скоро из-за деревьев послышалось: - Э бля! Че там за шушира в кустах ржёт, на?! Бессмертный бля?! - Ты че орешь? Пошли уже посмотрим Раздался хруст наста, шелест веток, а через несколько секунд перед ребятами возникли двое: беззубый бурят и похожий на хорька паренек в адидасе. - Ну вот! А ты переживал!!! - радостно воскликнул Ромка, протягивая руку Антону. - А я ебу, куда они бля запропоститься могли? - угрюмо сказал Бяша, тут же получивший по шапке. Материться при детях не положено. Ребята дружно двинулись к посёлку. Разговаривали мало, но настроение у всех было отличное: Оля с диким любопытством рассматривала то Бяшу, то Ромку, который, кажется, её очень сильно заинтересовал. Парни же рассматривали Олю как диковинного, очень маленького и хрупкого зверька из стекла и света, который распадётся на части буквально от дуновения ветра, а от того его красота становится ещё ценнее. Получалась сцена как в старых комедиях с Чарли Чаплиным: вроде все молчат, но всем очень смешно. Когда ребята уже подходили к посёлку, Оля наконец спросила: - А куда мы идём? - Сейчас сигаретку где-нибудь выцепим, а потом или в снежки, или бабу снежную слепим, а там может ещё что-то образуется- многозначительно заявил Ромка - Сигаретку? Ты куришь? Это же вредно! - запротестовала Оля - а ещё... - .... А ещё это круто - перебил её Ромка - батя вот твой курит? Курит! Он крутой? - Крутой... - Вопросы? Тут уже вмешался Антон: - Но ведь он крут не из-за курения... - Да, но это признак! - И? - Ну, если у тебя есть все признаки чего-то, то, скорее всего, у тебя есть это что-то. В смысле, если ты куришь крутой кимел, ездишь на крутом бумере и всякое такое- скорее всего, ты сам крутой Антон всеми силами пытался найти в этой философской системе ошибку, но Ромка махнул рукой куда-то в сторону единственного в посёлке магазина и восторженно выжавил: - Вот как они! Антона как будто ледяным ножом саданули по сердцу, когда он глянул в сторону, куда указывал Ромка. Там стояла чёрная машина марки БМВ. Её стекла были затянуты тёмной тонировкой. Особенно скверно было то, что у капота машины стояли двое: кожаная куртка с шапкой типа клёпка, и чёрное пальто со шляпой. Антон готов был правую руку заложить, что под головными уборами оба незнакомца пострижены налысо. Он хотел было нырнуть за угол, спрятаться, убежать обратно в лес, увести друзей, но предательски громкий вскрик Ромки заставил и пришельцев посмотреть на ребят. Секунда. Вторая. Третья. На губах Куртки промелькнуло нечто из разряда "ох сука!", он шагнул к багажнику, но был оставлен своим спутником, который (от этого у Антона внутри всё сжалось ещё сильнее) начал улыбаться, а затем шагнул в сторону ребят, сделав широкий жест рукой: - Ну что, молодые, вылупились, машин не видели хороших?) - НЕТ!!! - дружно крикнули Бяша и рома Пальто прищурился, улыбнулся, а затем подмигнул ребятам: - Ну айда к нам тогда, мы не торопимся. Мы, правда, сегодня не в полном составе... В салоне непривычно пусто... Нас обычно четверо... - Но четверо малых за двоих взрослых канают! - радостно крикнул внезапно заулыбавшийся Куртка. Рома и Бяша переглянулись восторженно, а потом глянули на Олю и Антона. Последний мысленно уже прощался с жизнью. - Ну, что, ай-да к нам?! - задорно сказал Пальто. Слишком задорно. Подозрительно задорно. Так клоун Пеннивайз звал Джорджи в канализацию. Слишком добрыми были эти ребята. Слишком их заинтересовали обычные школьники. Что-то явно было не так. Нависшую на детьми опасность можно было буквально носом учуять, ножом порезать, рукой схватить. Антон всё это прекрасно понимал: это плохие люди, плохая машина, и очень плохо, что к ним настолько хорошо относятся незнакомцы. Всё это пугало Тошу, но он не мог понять, почему. Как-то по инерции он двинулся вслед за ребятами, которые чуть не бегом бежали к машине, дверь которой была услужливо открыта. Мальчишки и Оля забрались в салон, за руль сёл Пальто, а на переднее пассажирское влез Куртка. Антон сидел будто в трансе, хотя остальные вертели головами во всё стороны, то пытаясь рассмотреть что-нибудь сквозь тонировку, то рассматривая дорогой кожаный салон машины. Бяша толкнул Тоху локтем: - А ты че такой смурной, на?? На очко подсел небось?? - Э! А вот так кучеряво базарить не надо! - осадил бурята куртка - ну в шоке Антошка, че ты его в очкошники записываешь сразу? Эта фраза словно валун рухнула в колодец сознания Петрова. Зеркальную гладь воды разорвала одна единственная мысль: откуда он сука знает?... Антон в ужасе гланул на Куртку. Буквально на секунду улыбка сошла с его лица, сменившись виноватой гримасой, а на лице Пальто промелькнула бешеная ярость. Антон ясно понял: ему пиздец Ему, Оле, Бяше и Роме- всем пизда