HOUSEWIFE

      Чистота и простота. Цвет нашего интерьера кричит об эстетическом минимализме. Всегда, когда внутри стен есть я и мой муж, никогда не пытаюсь просить большего.       После уборки инструментов на кухне я решила немного отдохнуть в гостиной, где находится большая рамка с нашей свадебной фотографией. Это единственное, что поддерживает в нашей гостиной уют, несмотря на то, что мебели пока мало.       Я потратила несколько минут, любуясь каждой деталью нашей свадебной фотографии. От его улыбки, до наших одинаковых нарядов; до падающих листьев сакуры на заднем плане — это была идеальная свадьба. Не успела я сделать и шага, как телефон на столе завибрировал. Здесь так тихо, что я отчетливо слышу вибрацию с боков.       — Т/И? Это Риндо, — ленивый голос приветствовал мои уши. — Мы постараемся посетить бар после работы. Просто хочу сказать тебе на всякий случай…       — Да, спасибо, что сказал мне. Хару занят?       — Ну… — парень запнулся и я чувствую разочарование в его голосе.       — Все в порядке. Я все поняла. Спасибо, что позвонил… береги себя. Передайте ему, что я буду ждать, — после чего линия оборвалась.       Я отмахнулась от этих мыслей и продолжила чистить барную стойку. Поскольку это единственное, что я могу делать в доме, я сделала это очень продуктивным хобби, чтобы, конечно, обеспечить хорошее место для моего мужа… Харучиё — такой аккуратист. Он любит все, что приятно пахнет, предпочтительно мятой и клубникой. Не могу позволить ему пахнуть ничем, кроме этого.       Я люблю его и хочу, чтобы он всегда был со мной. Наш дом похож на небесный рай, но наши отношения говорят об обратном. В наших отношениях полно проступков. Он никогда не был счастлив со мной с самого начала. Если бы я не была знакома с Майки, он бы не решился даже взглянуть на меня.       Но это не так важно. Пока он мой, пока мы связаны юридическими узами, пока он спит под крышей этого рая, пока он занимается со мной любовью… Я не могу себе позволить отпустить его.       «Я заинтересован в тебе. Не веди себя так, будто я женюсь на тебе только ради Майки», — сказал он однажды, когда я мыла посуду после нашего ужина. Он обнял меня за талию и положил подбородок на плечо, отчего моё лицо покраснело.       — Правда?       — Да. Я люблю тебя, — заверил он, хотя я знала, что он находится под действием наркотиков. Прежде чем я успела закончить работу, он ловко расстегнул рубашку, чтобы заняться любовью на нашей кухне.       Обычно он трахал меня сзади — ему так нравится дергать меня за волосы, чтобы показать, как ему хорошо, пока моя киска сжимает его ствол.       Это те минимальные жесты, которые заставляют меня надеяться, что он может измениться, которые заставляют меня любить его до безумия.       Знаю, что он, вероятно, не голоден после выпитого, но я все равно попытаюсь приготовить наш ужин на двоих… хотя, кого я обманываю? Он редко ест в этом доме. Он как будто избегает меня, стирает мое существование и относится ко мне как к кислороду, когда он в здравом уме.       Один хлопающий звук от ворот заставил дернуться. Я уже собиралась подойти и поприсутствовать, но шаги были не такими, как обычно. Он снова привел другую женщину. Я повернулась и побежала наверх, чтобы спрятаться, но было уже поздно. Не успела этого сделать, как дверь распахнулась: Хару и другая случайная девушка жадно целовали друг друга.       Девушка остановилась, как только ее глаза встретились с моими.       — Ой! Простите. Это твоя сестра? — девушка мило улыбнулась, опустив платье, чтобы прикрыть красное нижнее белье.       — Нет. Она — моя жена, — поправил Харучиё, прежде чем снова прижаться к девушке.       Я не теряла времени и сразу же ушла в комнату. Мои слезы начали падать без остановки. Это, конечно, не ново, но раны всегда свежи. Ощущения, когда муж обнимает другую девушку, не дают спокойно спать. Это цена, которую я должна заплатить. Я хотела этого… Я сказала, что приму все последствия своих действий. Я заслужила это.       Нет ничего важнее, чем спрятаться от них, ведь именно так обычно и поступаю. Но потом пришло осознание, когда вспомнила, что вошла не в ту комнату… Это та, которую Харучиё использует всякий раз, когда приводит своих шлюх в этот дом.       Я быстро вбежала в соседнюю комнату и прикрыла рот рукой.       Прошла минута, прежде чем я услышал небрежный шум от их влажных поцелуев. Стон девушки эхом отразился от четырех стен комнаты. Я прикрыл рот свободной рукой, тихо всхлипывая и заглатывая боль.       Мои руки полетели к ушам, чтобы закрыть их. На этот раз женщина так шумела, что я, возможно, слышала ее из нашей комнаты.       — Крепкий зад, сука! — выругался Хару, прежде чем я услышала звонкий шлепок. Это заставило меня мгновенно дернуться. Я не могла представить себя в роли шлюхи Харучиё… он никогда не шлепал меня так громко и больно, как регулярно шлепает своих давалок.       — Нагнись, шлюха!       — Санзу… п-подожди, это больно!       Послышался дьявольский смех Хару.       — Сука, я даже не заполнил эту дырку. Ты чертовски шумная, — раздался еще один звук пощечины. — Ненавижу шумных женщин. Это так раздражает.       — Я не шлюха! Просто будь нежнее, Санзу! — она откровенно хныкала.       Для нее оказалось плохой новостью то, что Санзу никогда не позволяет кому-либо диктовать что-то за него. Я тут же услышала щелчок пистолета, за которым последовал громкий взрыв. Он убил еще одну женщину… снова.       Я пригнулась ниже, чтобы не издавать никаких звуков.       Этот невинный дом стал свидетелем не только наших недостатков, но и истинной тьмы внутри нас.