Гигантская крыса

«Все те — в том числе и я, — кому даже самая обычная, маленькая крыса кажется омерзительной, наверное, умерли бы от омерзения, доведись им увидеть гигантскую крысу.» Именно с такой фразы начались строчки дневника Оливии Полсон, 19-летней студентки художественного колледжа, немного чудаковатой, но на первый взгляд привлекательной девушки. Ещё с самого детства у Оливии выработалась привычка записывать каждый свой прожитый день в блокнотик или дневник. Свойственное всем тогдашним девочкам некое увлечение оставить в бумажной памяти информацию о том, какой мультфильм они посмотрели с родителями в кино, либо сколько валентинок подарил ей в младших классах мальчик, вскоре превратилась в настоящую болезнь и любовь одновременно. Со временем банальное описывание каждодневной рутины превратилось скорее в полноценную повесть жизни, где Оливия могла и немного приукрасить, желая наполнить бездушную страницу яркими красками. Такая привычка оказалась весьма удачной и сказалась на выборе будущей профессии в разделе журналистики. Помимо занимательной манеры задокументировать всё и вся девушка всегда отличалась богатым воображением и нескончаемым запасом фантазий. «И нет, это не преувеличение. ПОИСТИНЕ гигантскую крысу. Всё началось субботним утром. Все мы знаем, что в конце мая становится жарковато. Забыв открыть балкон на ночное проветривание, я проснулась в 4 утра от ужасной сухости во рту и всего жирного от пота лица. После пробуждения сразу же пошла на кухню налить воды и заварить себе кофе (ибо спать уже совсем не хотелось), умыла лицо и пошла на балкон курить. Паскудство, я ведь собиралась бросить эту пагубную привычку. Но, мозг думает об одном, а ноги первым делом пошли за пачкой сигарет. Балкон у меня выходит на проезжую часть, с противоположной стороны направо выходит небольшой ресторан, а слева вновь располагаются 5-ти и 9-тиэтажки. Так получилось, что мой балкон постоянно лицезрит вид уличного тупика, внутри которого находятся черный ход ресторана, вместе с мусорными баками, и лестница на крышу 5-тиэтажки. Вот такой да боли смердящий колорит настиг меня на ближайший год. Вообще сам балкон представлял собой металлический каркас, который не скрывал совершенно ничего, так что перед выходом всегда надо было одеваться. Вот и сейчас я сидела в легких джинсах и домашней кофте. На небе разлился кроваво-молочный закат. Местами казалось, что небо сейчас взорвется от энергии, которая, словно сочилась сквозь голубую дымку. Я с детства любила смотреть на закат и фантазировать. Причем особенно сильное удовольствие получала от совмещения этих двух вещей. Вот и сейчас, нежась в последних теплых лучах весеннего солнца, я зажмурилась от удовольствия и облокотилась на стену дома. Я бы никогда в жизни не обратила внимания на сию картину—ведь обычно я рассматриваю парк на заднем фоне, кстати, неподалёку от моего района, ведь маленькие здания не могут его затмить, — но глаза уловили какую-то одну странную деталь. Да, именно одну странную деталь, которой раньше я не замечала до сих пор. Мои окна выходят на запад, поэтому при восходе солнце будет постепенно подниматься вверх и освещать противоположную сторону. В яркой, даже блестящей поверхности асфальта, около мусорного бака я заметила некую фигуру. Поначалу я подумала, что это просто человек. Приглядевшись, заметила какие неестественные движения для человека: объект странно держал сложенные лапы почти у самой груди и словно принюхивался. Я достала очки из кармана и принялась рассматривать этого странного человека. Мой мозг затормозил. Я вся затормозила. Не моргая, я долго смотрела на силуэт, но все тщетно. Складывалось ощущение, что мой разум просто не хочет видеть его и просто отводит мой взгляд на предметы лежащие близ него. Принюхиваясь, сложив лапки на груди, стояла огромная, по-человечески огромная крыса. Без очков я даже и не поняла бы что это крыса. Звучит смешно, даже немного издевательски, но эта крыса была одета в кимоно красного цвета. Кимоно! Эта была единственная яркая деталь в ее внешности. Это была самая обычная, темного цвета, с красными глазами и белой полосой, начинающейся с центра лба и уходящая в просторы одеяния. Своим длинным носом она вынюхивала что-нибудь съестное из бака. Большему удивлению я предалась, когда эта человекоподобное существо своими лапками—да, именно лапками, —принялось аккуратно приподнимать крышку бака, и убедившись—именно убедившись, т.к. оно сначала отпустило немного крышку и выждало каких-либо действий, но крышка крепко прислонилась к стенке, — что крышка не упадет с громким хлопком, принялось внимательно рассматривать содержимое. На морде зверя исказилась гримаса брезгливости, что было весьма странно. Я раньше никогда не видела такого у крыс. Может это вовсе и не крыса? Вдруг какой-то идиот просто решил попугать народ и переоделся в костюм. Да, это было правдоподобнее, чем факт того, что гигантская человекоподобная крыса в большом городе свободно гуляет по улицам. Да и к тому же это тряпка на теле, бывшее кимоно, зачем оно животному? Мои размышления так и прервались бы идеей о полоумном. Но схватив один из небольших черных мешков крыса развернулась и побежала по направлению к канализационному люку. Вдруг она присела перед ним и замерла. Слава богу, мне хватило извилин чтобы понять, что она будет осматривать территорию, дабы удостовериться, что прошла незамеченной. Машинально я присела. Балкон открытый, и железные прутья вряд ли спасли меня. К счастью, я находилась рядом со своими старыми работами из колледжа, которые просто не помещались внутрь. Крыса, аккуратно перебирая лапками уходила всё ниже и ниже в глубь канализации. Своим длинным голым с волосками хвостом она захватила люк и медленно положила его на место и скрылась. Я, наверное, так и просидела бы за кучкой холстов, если бы по улице не пробежала белая дворовая собачка. Вскоре показались люди, и каждый пошел по своим делам, даже не догадываясь, что в городе проживает такое странное существо. Теперь все сомнения отпали: это точно была крыса. Целый прошлый день меня донимал вопросы: как, зачем, почему и откуда это крыса здесь появилась. Чтобы уже точно разобраться, решилась на да боли интересный эксперимент. Я взяла свою старую скрытую камеру и решила таким образом разузнать про это загадочное существо. Я сложила несколько сытностей, как для человека, так и для крыс, в черный мешок для мусора, и сбоку нацепила небольшой мешочек, в котором будет располагаться камера. Оставалось лишь только дождаться ночи. В час я вынесла мешок в тот же самый бак около ресторана и принялась ждать. Теперь я не сидела на балконе. Я скрылась с места событий и спряталась в своей комнатке, попивая и поедая все, что было в квартире, наблюдая за происходящим из ноутбука через окно с биноклем. Время 5:10. Неужели эта крыса решила сегодня не приходить? Или ей хватило вчерашней еды? Может я тоже слишком много положила, и завтра она не выйдет на поверхность? Нет. Вот она. С биноклем в руках я разглядела её. Люк канализации медленно поворачивался против часовой стрелки и приподнялся вверх, отчего стало видно лишь только розовый нос животного и красные глаза. Она осматривалась. Удостоверившись, что никого нет поблизости, она быстрыми шагами направилась к мусорке. Наконец-то. Проверив исправность всех устройств, я замерла в преддверии начала представления. Открылась крышка. Камера запечатлела лишь небольшое пятно солнца. Затем полностью подняв крышку, крыса принялась осматривать содержимое бака. На этот раз лицо ее не приняло брезгливый вид, а была спокойным и утихомиренным. Я даже успела запомнить детали и сделать небольшой набросок на одной из страничек! Темно-коричневая или даже темно-бурая шерсть полностью покрывала тело крысы. Только белая полоса подрывало брови и подбородок, и от неплотно завязанного кимоно можно было рассмотреть пушистую белую грудку. И глаза. Их я специально зарисовка детально. Хоть они и были красноватыми, но смотрелись ничуть не хуже, чем обычные чёрные. В них явно было что-то человеческое, что-то тёплое. Нет, это были не просто крысиные глазки, словно пуговки, в которые ты смотришь и никогда не можешь понять, что чувствует крыса. Она всегда кажется милой. Нет, здесь чувствовалось, что это человеческие глаза. Они выражали абсолютное спокойствие и, надежду. Крыса долго рассматривала именно мой пакет с едой. Она принюхивалась и аккуратно, медленно достала пакет из бака. Она раскрыла его.  — Неужели.? Я издала писк. Мне и правда не послышалось? Или это сон? Или от бессонных ночей у меня уже глюки? Я и вправду что-то услышала? В этот момент я ощутила как кровь прилила к голове, а сердце зашумело где-то в пятках. Ладони вспотели. Крыса сказала фразу «неужели». Это определённо сказала именно крыса, так как я заметила, что она немного открывала рот. Она слишком долго рассматривала пакет. Её взгляд упал на мешочек, в котором находилась камера. Она резким движением оторвала своими когтями полимер, и мое маленькое устройство оказалось уже у нее в руке. В этот самый момент на лице крысы пробежала волна эмоций: от спокойствия и любопытства, она резко перешло на ужас и злобу. В этот самый момент камера упала на асфальт, а крыса принялась давить её своими лапами. Я хотела выбежать к этой Ткани и побить её. Это была дорогая камера, которую мне когда-то подарил друг. Эта тварь даже не взяла еды. Наверное, она поняла, что это чей-то фокус, чьей-то эксперимент в котором она участвует. Следить за камерой уже не представлялось возможным, поэтому последние действия этой дряни, я наблюдала из бинокля. Она все же оставила себе пачку печенья и быстро вытащила один из пакетов с мусорки. И снова скрылась под люком. Я сразу же побежала к тупику. Вся камера была превращена в щепки, только уцелела карта памяти. Надеюсь, она не повреждена. Эта «крыса» схватила лишь мелкий мешок с костями и мою пачку печенья. Значит завтра она точно придет сюда вновь. У меня не осталось совершенно никаких сомнений, что это был человек. Не могла же крыса говорить. Это просто был какой-то ненормальный ублюдок, псих или просто бомж, который таким образом хотел привлечь к себе внимание. Не будет же крыса носить одежду. Наверняка он просто залез в люк и вылез где-то в парке, около куста, переодевается и как ни в чем не бывало гуляет по улицам города. Завтра я проучу эту тварь. Завтра ночью, я почищу бак и сама залезу в него, а как только эта тварь откроет его, я схвачу её за уши или нет, за нос, и тогда он мне все расскажет, зачем он это делает. Может мы сразу направился в полицейский участок, и это существо определять в психбольницу. Завтра. Все случится завтра.»