С первого взгляда

      Тарталья опустился на колено и осторожно прижал к своим губам чёрную перчатку. Оставив легкий поцелуй, он слегка сжал её, словно чужая рука была сделана из фарфора и от неаккуратного обращения в любой момент могла рассыпаться. Было ли то кокетство или простое уважение, с первого взгляда было непонятно. — Чайльд Тарталья к Вашим услугам, — Тарталья уверенным взглядом посмотрел на собеседника. Игривая тень мелькнула на его лице, но тут же спряталась за скромной улыбкой. Два янтарных глаза в свою очередь презрительно осмотрели «Тарталью». — Моракс, — Чжун Ли отдернул руку и неторопливо прошёл мимо парня, с раздражением поглядывая на часы. Сзади послышался смешок. Чжун Ли даже не обернулся, но улыбки сдержать не смог. Они все смеялись точно также, словно и вправду могли сойтись с ним в качестве напарника.

***

      — У него нет постоянного напарника. Никто не может выдержать его характер, либо даже не желает пытаться. Пусть я и в нормальных отношениях с ним уже не первый год, но быть его напарником... Так что зря ты пытаешься за ним приударить. Тарталья с задумчивой улыбкой покрутил пистолет в руке, положив его на стол и с зевком распластался на диване. Первые дни в этой банде проходили довольно беззаботно. — Слишком много разговоров, — Чжун Ли хмуро посмотрел на Тарталью, явно недовольный, что тот всё ещё не ушёл из их банды, хотя даже не успел ничего сделать. — Сяньшень такой грубый, но это ему к лицу. Он в целом очень хорош собой, — смакуя, сказал Аякс, лениво глянув на своего удивленного собеседника. Говори, что хочешь, но Тарталья всё равно добьётся того, чего жаждет столько лет. С самого детства, как только его семья ввязалась в долги, доброму застенчивому парню пришлось вливаться в мрачную индустрию и выполнять поручения дедушки. Именно тогда Тарталья впервые встретился с яркими янтарными глазами, что навсегда покорили его сердце. Первая встреча с Чжун Ли произошла при плохих обстоятельствах. Проходя мимо темного переулка, он услышал подозрительные шорохи. Невзначай заглянув в странный переулок, Тарталья увидел, как какой-то ублюдок прижимал молодого парня к стене. Посмотрев на лицо Чжун Ли сразу же становилось понятно, что состояние этого человека желает оставлять лучшего. По некоторому опыту Тарталья мог с уверенностью сказать, что этот урод накачал Моракса какой-то наркотой и пытался воспользоваться и без того слабым парнем. Остановившись, Тарталья ошеломленно смотрел на двух людей и совсем не знал, что делать. Ноги словно онемели, поэтому он просто стоял на месте, замерев, подобно каменной статуе. Но сообразительный Чжун Ли, краем глаза увидев незнакомца, решил попытать удачу. — Ха, дорогой, наконец-то ты пришёл, — с улыбкой выдохнул он, в тоже время намекающим взглядом посмотрев на своего обидчика. По телу Аякса прошла мелкая дрожь. С первого взгляда этот человек показался Тарталье невероятно красивым и вдобавок к своему страху он почувствовал, как в голове навязчиво звучит "люблю, люблю, люблю", а по телу бегут мурашки. Сейчас грубый голос со смущающими словами лишь добавили масла в огонь любви. Что уж говорить о том, что Чжун Ли не паниковал в такой ситуации и быстро нашёл решение, тем самым восхитив Тарталью. Будоражащее чувство с первых минут встречи забралось в его сердце, но с каждой секундой въедалось всё глубже. — Так вот как ты гуляешь с друзьями? — Тарталья встрепенулся и резко выпрямился, сменив свой взгляд с испуганного на уверенный и грозный, от чего обидчик дрогнул. К тому времени у Тартальи уже было крепкое телосложение, что помогло добавить внушительности его образу. Схватив Чжун Ли за локоть и ощутив жар чужого тела, он, слегка покраснев, сорвался с места и как можно скорее увёл своего «парня» в безопасное место. Когда они были уже довольно далеко от заветного переулка, Чжун Ли вдруг отдернул руку и слегка дрожа, облокотился о стену. — Спасибо, что помог. Если тебе что-то нужно за оказанную мне услугу... вроде денег или секса, то скажи. — Сек... Нет, вы что..., — Тарталья в растерянности опустил голову, но тут же поднял её, взглянув глазами, в которых не было и намёка на недавнее замешательство, а была лишь решительность. — Лучше расскажите, как вы попали в такую ситуацию? — Что тут рассказывать? Ему были нужны деньги, а заказчикам моё неживое тело. Но перед убийством животное решило удовлетворить свои потребности, но трахаться с каким-то уродливым незнакомцем я не собирался. Поэтому ему пришлось прибегнуть к таким способам. Я просто потерял бдительность. — Вы работаете в банде? — Тарталья с умным видом окинул форму мужчины, не решаясь к ней прикоснуться. На самом деле его щеки всё еще пылали, а когда Чжун Ли сказал, что не стал бы делать это с "уродливым незнакомцем", Чайльд вдруг вспомнил о его предложении пару секунд назад. Значит он красив? У него покраснели ещё и уши. — Угадал. — Тогда скоро мы встретимся вновь. И поверьте, после этого вы измените своё мнение по поводу секса с незнакомцами. — Молодец, малыш, флиртовать у тебя получается хорошо. Осталось только стать настойчивее, — Чжун Ли улыбнулся и потрепал парня по макушке, а Тарталья не смог унять бешеный трепет в теле. Сердце в этот момент практически вырывалось из груди. Именно тогда его одолело ещё одно, до этой поры неизвестное чувство. Нужда и любовь к этому человеку были настолько сильны, что заглушали всё вокруг и он был готов делать абсолютно безумные вещи, ведь разве имело значение что-либо ещё, кроме этого чувства? Это ощущение было подобно слабому огню, в который залили керосина, разжигая пожар. В самом деле, откуда взялась такая сильная любовь? Тарталья не хотел думать об этом, ведь его просто магнитом тянуло обратно к Чжун Ли. Если у человека отобрать книгу, которая затянула его с первой страницы, в которой, кажется, заключено всё, чего ты только желал, каждая строчка кажется идеально написанной, разве он не почувствует острую нужду в этой книге и не попытается забрать её себе? С того дня внутри Тартальи что-то щелкнуло, а совет Чжун Ли всё время крутился в его голове подобно мантре. Ночью его мучала бессонница, а днем он ходил словно во сне, но с всё ещё сжигающим все его старые принципы пожаром, но потом только загадочно улыбнулся и опустошенно посмотрел на небо. Наверное с того момента его коллеги поняли, что теперь этот человек готов к серьёзной работе. Более того, он жаждет её.

***

      Чжун Ли общался по телефону с очередным извращенцем, всё больше раздражаясь. У него серьёзно не было других вариантов, кроме как заманивать жертв своей внешностью? Однако его основные мысли были далеко от пошлого разговора, где какой-то старик во всех подробностях хотел рассказать Мораксу, что именно его дряхлая душонка хотела сотворить с его изящным телом, которого он даже никогда не видел. Но какое дело до этого старикана, когда есть человек, который снова и снова вытворял не пойми что, как безумец, и бесил больше, чем все люди на земле? Этот Тарталья, который только что и делал, что осыпал его грязным флиртом и прикосновениями. Хотя помимо явного плотского желания с его стороны были ещё некоторые вещи, от которых у Чжун Ли возникало непонятное чувство в груди. Чайльд проявлял пусть и навязчивую, но заботу, не пугался его и совершенно наоборот, кажется, Тарталью устраивал такой уродливый характер, хотя обычно, увидев всю подноготную Чжун Ли, все его напарники начинали вести себя так, будто каждый день он избивал их палками, и в конце концов, сбегали. Правда, этот парень был большим упрямцем и наглецом, чем сильно бесил. Да ещё и как назло, при виде упорства, с которым он пытался завоевать чужое сердце, сердце самого Чжун Ли болезненно пропускало удар. Но Чжун Ли без рассуждений послал этот удар куда подальше, сочтя за глубокую ненависть. Действительно, разве такие как он, могут любить? — Хорошо, сладкий, жду тебя в отеле, ты же придёшь? — Чжун Ли устало потёр переносицу, вообще прослушав, о чём там болтал этот парень. А вдруг это была ценная информация? Чжун Ли стукнул себя по лбу и мысленно сто раз убил Тарталью, за то что вдруг начал занимать слишком много места в его голове. Но только Чжун Ли с облегчением закончил телефонный разговор, как с кухни вдруг донесся странный звук... С недовольным видом он отправился на кухню, прикидывая в голове, что могло случиться в его отсутствие. Остановившись посреди комнаты, Моракс осмотрел масштаб катастрофы. Вокруг валялись осколки от горшка и куча земли вокруг. В сторону от горшка красовались следы от грязных лапок виновника. Проскользив по ним, взгляд Чжун Ли упал на кастрюлю в конце комнаты. Из кастрюли выглядывал черный хвостик с зеленоватым отливом. — Сяо, — хвост резко встал дыбом и сразу же исчез под большой кастрюлей. — Ты обещал не трогать цветок взамен на тофу. Ты нарушил обещание. Знаешь, что это значит? — кот недовольно зашипел и высунул голову с недовольными желтыми глазами. — Я сказал да. Когда мне пора на задание, ты решил подкинуть мне работу по дому? — Чжун Ли снова осмотрел кухню и, хмуро глянув на мигом скрывшегося за дверью Сяо, приступил к уборке. В один момент Чжун Ли вдруг начало казаться, что за ним кто-то наблюдает, но он упрямо не обращал внимание на это, не желая отвлекаться на какие-то видения, которые с его то работой были вполне возможны. Кто вообще может смотреть на него в пустой квартире? Неужели на пятом этаже в самом деле за его окном мог кто-то стоять? Вряд ли это люди из его прошлого, которые пришли отомстить и решили молча стоять и ждать, пока он соизволит повернутся. Не выдержав тревожных звоночков от своей интуиции, Чжун Ли встал и обернулся к окну, потому что это навязчивое чувство его сильно напрягало. Тряпка выпала из его рук, когда за окном на него взирала знакомая рыжая макушка. Тарталья весело глядел на убирающего напарника, к тому же ехидно улыбаясь, что смутило Чжун Ли. Такого пожалуй не делал ещё никто. Придя в себя от шока, с яростным взглядом Чжун Ли открыл окно и грубо схватил смеющегося Тарталью за воротник рубашки. Они смотрели друг на друга пару минут и Чжун Ли впервые не знал, что сказать. — Какого х—... — Какой прекрасный вид сзади. Сяньшень, у вас такая —..., — Чжун Ли зажал Тарталье рот, не желая слышать странных комплиментов о его… фигуре. Но его резкие движения привели к тому, что Тарталья то ли неосознанно, то ли специально ухватился за Чжун Ли, прижимая к себе за талию, чтобы не упасть с пятого этажа. Моракс от неожиданности покачнулся, и вместе они, не удержавшись, свалились на теперь уже чистый пол. Чайльд, не упуская своего шанса, наклонился к уху Чжун Ли и опалил его горячим дыханием. — Встань, — Моракс нахмурился и попытался оттолкнуть Тарталью, но тот лишь с ухмылкой посмотрел на него. Сначала он уперся рукой в его грудь и игриво огладил её сквозь рубашку, затем, невесомо касаясь, опустился ниже. Постепенно он дошёл до открытой ляжки, которая с самого начала завоевала его внимание, ведь Чжун Ли ещё не успел переодеть свои домашние шорты, о чём сильно пожалел, когда сильные руки Тартальи крепко сжали кожу до синяков, настолько, что Чжун Ли чуть не застонал. Но Чайльд и не думал останавливаться, и сильно вжавшись своим тазом в тело Чжун Ли, снова сладко выдохнул ему на ухо и прошептал: — Вы уверены, что вам хочется делать это на полу? Я бы с радостью, но нам пора на задание, — Чжун Ли сначала не понял, о чём он говорит, но когда Тарталья поднялся с него, он почувствовал что-то неладное чуть ниже пояса. Чёрт, какого хрена он встал именно сейчас? Неужели Чайльд смог возбудить его всего парой касаний? Какой позор. — Не волнуйся, я всё понимаю. Я подожду тебя, — Чжун Ли яростно сверкнул глазами и скрылся с кухни, пока Тарталья с ухмылкой начал внимательно осматривать его жилище. — Котик, спасибо, что открыл мне такой прекрасный вид на своего хозяина, — Чайльд улыбнулся и глянул в недовольные желтые глаза, что сверкнули из-за угла с яростью, точь-в-точь походя на взгляд хозяина.

***

      Чем больше Чжун Ли сопротивлялся, тем больше в его мыслях было Тартальи. Он словно погряз в болоте, но постоянно вырываясь и дергаясь, всё больше увязал в нём. Всё-таки со своими обязанностями Тарталья справляется просто потрясающе, а существование напарника впервые облегчало жизнь Чжун Ли, ведь все прочие только мешались под ногами. К тому же у этого парня был большой опыт и он точно знал, что от него хотят. В целом Чжун Ли всё больше понимал, насколько Чайльд был красив, заботлив, дерзок, даже безумен. Но была одна деталь, за которую Чжун Ли, стоило только ему отойти от непривычных ощущений привязанности, всё ещё готов был отказаться от этих новых чувств. Почему этот паренек вообще настолько любит трахать людям мозги? Хотя просто потрахаться, судя по его бесконечным намёкам, он тоже большой любитель. Всё дело в том, что Тарталья был до смерти настойчивым, и повезло же Чжун Ли попасться под горячую руку, захватив внимание Чайльда. Тяжело не заметить, когда тебя пытаются соблазнить и затащить в постель, при чем ухаживания были достаточно умелые и поразительно хорошо действовали на Чжун Ли, но они были слишком настойчивые. В какой-то момент ему стало действительно интересно посмотреть на человека, от которого он набрался такого дерьма. Тарталья настолько часто был рядом и говорил разные словечки, которые используют парочки, что Чжун Ли уже через две недели и сам чуть не поверил, что они не первый год встречаются. Этот подлец постоянно тёрся возле Чжун Ли, а когда он заболел, Тарталья и вовсе начал практически жить у него дома. И именно в это было время, когда Чжун Ли сблизился с Тартальей и смог узнать его получше, всё больше понимал, что этот человек сильно походил на тот самый идеальный типаж, который Чжун Ли неосознанно строил у себя в голове, видя влюбленные парочки. И именно тогда он начал замечать, насколько безбашенным был его напарник. Это читалось во всём. В его принципах, поведении, характере, бездонных глазах и движениях. Настойчивость и бездна этих глаз пугала Чжун Ли, словно во всём этом виноват он, а хуже того было чувство, как будто он сам породил это в Тарталье. — Чайльд, я загнал нашу последнюю цель в переулок возле кафе, — Чжун Ли кашлянул и смутился, тут же быстро поругав себя за это. В последнее время его невозмутимость давала трещины. — в которое ты приглашал меня на прошлой неделе. Добивай, и мы закончили, — Чжун Ли отвернулся и покраснел, пока за его спиной с улыбкой сидела та самая цель. Почему это выглядит так, будто они встречаются? Учитывая неспокойные обдумывания своих чувств в последнее время, это сильно выбило его и колеи. — А ты снизу или сверху? — Тебя правда интересует это перед смертью? — Чжун Ли с удивлением поднял бровь, быстро вернув себе самообладание. — Блять, слышать о геях в любом случае противно. Но если ты сверху, то я ещё могу понять. Были и у меня раньше такие.. — Твою мать, просто заткнись. Сзади кто-то громко рассмеялся. — Так это и есть тот заместитель босса, Моракс? Он выглядит таким хиленьким и слабым, так почему вы гонялись за ним месяц? — У него просто неслабо развиты мозги. Не во всех сферах, конечно. Тарталья безумно улыбнулся. — Больше у него их не будет. — Ебанные гомики, — сказал худощавый парень, но резкий выстрел прервал его речь. Чжун Ли мельком глянул на недовольного Тарталью, который с раздражением оглянул тело человека и обернулся, впиваясь своими глазами в Чжун Ли и слегка улыбаясь. Несмотря на пугающее зрелище и обстановку вокруг, что-то перевело сердце Моракса на бешеный ритм. Уставившись на потерянный взгляд Чжун Ли, Чайльд начал выглядеть так, словно съел невероятно вкусную конфету. Посмотрев на небо, он улыбнулся ещё шире в своей странной манере. В его глазах не было ничего, а голубой цвет очень напоминал кристально чистую водяную гладь, от которой лишь отражалось всё вокруг, но из-за этого его взгляд становился совсем неживым. Пока Чжун Ли переводил взгляд от их жертвы на Тарталью и обратно, он ощутил, словно по его голове пришёлся тяжелый удар металлическим предметом и боль волной пошла по телу, сбивая с ног. Тарталья тут же оказался рядом, подхватывая вдруг задрожавшего Чжун Ли и быстро сменил свой безумный взгляд на взволнованный. В этот момент в его глазах наконец промелькнул свет и Чжун Ли даже хотел улыбнуться, смотря в его глаза, но волна боли внезапно стала нагреваться и превратилась в сладкую истому, которая с каждой минутой становилась всё сильнее. — Они постоянно умудряются накачать меня этим дерьмом, — усталым голосом сказал Чжун Ли. Сердце Тартальи забилось быстрее, когда его напарник вцепился в него мертвой хваткой и прижался к его груди. Он хорошо ощущал чужое возбуждение внизу, ведь теперь их разгоряченные тела практически вжимались в друг друга. — Просто сяньшень очень красив. Кому, как не мне знать об этом? Но в отличие от остальных, ради сэнсея я готов терпеть очень много лет. Хотя это так тяжело, иногда хочется просто взять и .., — Чжун Ли посмотрел на него с раздражением. Возбуждение не давало ему рассуждать здраво, желая получить как можно больше физического контакта и тем самым довести тело до разрядки. Его руки с нетерпением потянулись прямиком к затылку Тартальи и притянули ближе к себе, чтобы Чжун Ли смог спокойно впиться в манящие губы. Сердце Тартальи пропустило глухой стук снова и он с некоторой растерянностью раскрыл глаза, смотря в возбужденные глаза напротив. — Сделать.. так? — Чжун Ли с ухмылкой облизал губы, но его тело снова навязчиво затребовало теплоты и касаний, поэтому пару минут они снова страстно целовались, кусая чужие губы и порой даже сталкивались зубами. В какой-то момент Тарталья отстранился. Немного успокоившись, он с очарованием посмотрел на раскрасневшиеся губы напротив и охрипшим голосом прошептал: — Можно? — сил говорить у его напарника не было, поэтому Чжун Ли только кивнул. С предвкушением Тарталья расстегнул верхние пуговки рубашки на его груди. Его взгляду открылась шея и острые ключицы, которые Чайльд счёл за необходимость укусить, но услышав тихий стон со всхлипом сверху, уже не смог остановиться себя. Отметины одна за другой начали расцветать на белоснежной коже, которая слегка дрожала одновременно и от холода, и от возбуждения, что дарил ему Тарталья. Словно дикая лиса, он снова и снова вгрызался в чужую шею, как будто перед ним была сладкая добыча, которую Чайльд собирался есть медленно, чтобы сполна насладиться вкусом. Руки Чжун Ли снова требовательно дернули за рыжие пряди, прижимая Тарталью к своим губам. Этот человек словно умирал от жажды и последней надеждой на выживание оставался Аякс. — Быстрее.. Войди.. — Чжун Ли повернулся спиной, прижимаясь к холодной стене лицом, но даже такой перепад температур не помог снизить жар, бушующий в теле. Тарталья уставился на эту картину, быстро возбуждаясь. В глаза сразу бросились округлые подтянутые ягодицы и тонкая талия, которые хотелось сжимать и кусать до синяков. Можно сказать, это было всё, исключая взаимную любовь от Чжун Ли, что он хотел увидеть в своей жизни. Тарталья успел только подойти и навалиться всем весом на Чжун Ли, чего абсолютно не заметил разгоряченный Моракс, замечая лишь внушительный размер, прижавшийся сзади к его брюкам. Одежда жутко мешала и раздражала обоих, поэтому Тарталья начал расстегивать брюки, но вдруг.. Слабый голос резко раздался в ухе и Тарталья с ненавистью ударил в стену. Ждать такого случая много лет, а после его смеет кто-то прерывать?! — Вы закончили, Чайльд? Почему нет никаких новостей? — Закончили. Успешно. — Сяньшень, это было бы лучшим проклятием для ненавистника таких, как мы, — Тарталья кинул отвращенный взгляд на труп, подхватив Чжун Ли на руки и поцеловал в макушку, пока тот, расслабившись в чужих руках, мигом уснул. Чайльд быстро достигнул чужого дома, как можно скорее добираясь с телом на руках до кровати. На удивление на белых простынях сладко спал кот, который, по мнению самого Тартальи, в прошлый раз помог ему. — Совсем не ждёшь хозяина и не волнуешься за него? — недовольный комочек нехотя приоткрыл один глаз и глянул на незнакомца, замечая рядом спящего хозяина, которого аккуратно положили на кровать. Его одежда и волосы были растрепаны, а открывшаяся шея была усыпана алыми следами от зубов и пятнами. Кот настороженно подошёл и с волнением походил вокруг Чжун Ли, затем вдруг залез ему на грудь и сложив лапки, удобно улегся, с шипением глянув на Тарталью. — Вообще-то он мой, — с умилением фыркнул Чайльд. Сяо осматривал Тарталью словно сканер пару минут, и Тарталья действительно мог поклясться, что он видел, как кот кивнул в согласии. Подойдя чуть ближе, Тарталья склонился над ухом Чжун Ли: — Не волнуйтесь, сяньшень. Совсем скоро вы наверняка поймёте, что я достоин быть вашим напарником. Но не только в преступлениях, — Тарталья погладил кота и вышел из комнаты, слыша очередное шипение. Когда на следующее утро Чжун Ли открыл глаза, все воспоминания вчерашнего вечера очень размыто и туманно пронеслись в его голове. Чем больше он осознавал, что Тарталья чуть не отделал его прямо там, тем больше расширялись его глаза, а котик, который всё это время наблюдал за потрясенным хозяином, посмотрел на Чжун Ли типично недовольными глазами и, ударив хвостом по чужому лицу, сладко потянулся и ушёл на кухню завтракать.

***

      Куча группировок мечтали об этой вещи, и та, в которой работали Чайльд и Чжун Ли, не была исключением. Сейчас отношения между бандами были особенно напряженными, ведь все старались тщательно спланировать и убрать конкурентов. Проще говоря, вещь была очень нужной, но в чём была её ценность и что она могла сделать, не знал даже Чжун Ли. Он лишь слышал, что достать её было тяжело задачей, а малейшая ошибка стоила провала и тяжелых последствий, что было неудивительно. Большая проблема была в том, что этот слиток, находился в самом крупном здании полиции, поэтому его добыча становилась ещё тяжелее. Сейчас эта золотая вещь стала основной целью банд, а полиция всё усиливала и усиливала контроль. Но в один день вдруг появляется Тарталья, который как безумец, ничего не планируя и даже не подумав изучить хоть один план, просто приносит в один день ту самую вещицу и с гордостью вручает Чжун Ли, неизвестно каким образом её получив. Моракс, смотря на Тарталью и добытую вещь думал о том, что теперь, говоря об определении слова безумие, он всегда будет приводить в пример эту картину. Стоя сейчас на одном колене перед Чжун Ли, Тарталья держал в руках их главный золотой трофей в руках, а эта безумная улыбка и взгляд снова озарял его лицо. Чжун Ли отчего-то задрожал, но в этот раз в его теле точно не было посторонних веществ. Эти голубые глаза смотрели как будто насквозь, прямо в его сердце, прожигая огнём. Словно эту вещь Тарталья забрал себе, вырвав из грудной клетки Чжун Ли вместо сердца, показывая, что теперь главный здесь он. Странно, но Чжун Ли уже давно не ощущал бешенного стука сердца от волнения и испуга, считая эти две эмоции похороненными с корнями в его прошлом. Он давно был уверен в том, что его никогда не настигнет эта участь, смотря на людей, что твердили о каких-то родственных душах... но видимо сильно ошибся. Сейчас любовь, переплетаясь со страхом, кричала о том, что перед ним тот самый человек. Как завороженный он смотрел на Тарталью и вместе с тем понимал, какие безумства могут совершать некоторые люди ради любви. А если бы Чжун Ли не любил Чайльда и сейчас прямо сказал об этом, чтобы с ним стало? Чжун Ли напряжено молчал. Связки были напряжены до предела, как и все остальные мышцы. Тарталья уже говорил, что сделает что-то, чтобы впечатлить его, но никаких поступков и не нужно было. Один вид Тартальи завораживал и пугал. — Моракс, как тебе? — шепнул кто-то на ухо сзади и Чжун Ли на рефлексах чуть не ударил собеседника, но его руку быстро перехватили, прижав к ближайшей стене. — Теперь я достоин быть твоим напарником? Чжун Ли молчал, с небольшим головокружением от удара об стену смотря на Тарталью. — Почему же ты молчишь? Неужели проснулась совесть? Я сделал это ради тебя, — Аякс снова улыбнулся, но более спокойным взглядом посмотрел на окаменевшего Чжун Ли. Затем опустил взгляд немного ниже, где из-под расстегнутых пуговиц выглядывали ключицы. Облизнувшись, он поводил по ним носом, но мигом отстранился. — Почему именно я? — шепнул Чжун Ли, с беспокойством выдохнув. Его терзали двоякие чувства: с одной стороны свобода от раскрытой тайны и легкая тревожность от Тартальи. — Сяньшень не помнит? — хмуро сказал Тарталья, сильно сжимая запястье Моракса. Тот отрицательно покачал головой, с удивлением заметив грусть в глазах напротив. Что-то вдруг начало всплывать в его сознании, но он вдруг услышал всхлип, который стал неожиданность для обоих. — Кто-то, кто изменил меня до неузнаваемости, забыл это. — он отпустил Чжун Ли из своей хватки и отвернулся, протирая слегка покрасневшие глаза. Но через пару минут, пока Тарталья всё ещё пытался успокоиться, кто-то обнял его сзади. — Дорогой, наконец-то ты пришёл, — легко парировал Чжун Ли, почти что со сладким стоном говоря старые слова. Как он мог не вспомнить очаровательного, застенчивого юношу, что спас его в тот вечер? Но как же Тарталья смог настолько измениться внутренне и возмужать? Тогда он был ниже Чжун Ли и постоянно смущенно отводил глаза, а сейчас этот юный парень гордо возвышался над ним, убивая одним лишь взглядом. И получается, что даже влюбившись с первого взгляда, он до сих пор не отступился от этой глупой любви? А ещё принял его даже таким, грубым и странным? Что-то окончательно щелкнуло внутри в этот момент, убивая всю нерешительность. Однако Чжун Ли долго просто стоял и утыкался лицом в широкую спину и в этот момент каждый пытался сложить последний пазл из их странных чувств. Глупо улыбнувшись, Моракс понял, насколько сопливо это выглядит со стороны. В его глазах вдруг разгорелся огонь. Раз их чувства взаимны, а Тарталья одержал победу, добыв золотую фигурку, к тому же очень долго гонялся за Чжун Ли, почему же он не заслуживает награды? — Молодец, — Чжун Ли спустился руками чуть ниже, огладив область паха. Тарталья напряженно выдохнул, когда чужие пальцы неторопливо расстегнули его ширинку. — Ты добился своего, — пару поглаживаний по всей длине было достаточно, чтобы выбить из Тартальи изумленный стон. В эти несколько секунд тишину заполняли только тихие стоны Аякса. Чжун Ли в этом деле был эксперт, каких Тарталья точно ещё не видывал. Поэтому в купе с укусами и поцелуями в шею, растерянному Аяксу ничего не оставалось, кроме как на это время полностью отдать контроль Чжун Ли. Ждать пришлось недолго, и Тарталья, охваченный приятным спазмом внизу живота, кончил. Сзади послышался смешок, из-за которого Аякс почувствовал себя тем самым неуклюжим подростком, которым он был, ведь тогда он постоянно смущался. Терять контроль над собой ему не нравилось. Но ради Чжун Ли он был готов на всё. Но полюбит ли его также Чжун Ли? Вынырнув из своих дум и послеоргазменных ощущений, он с хрипотцой поинтересовался: — Сяньшень вот так резко передумал? — Аякс Тарталья, действуй, пока моё решение снова резко не поменялось, — на самом деле Чжун Ли и сам удивлялся, насколько же тугодумом он был, когда дело касалось его чувств. Но вслух этого произнести, конечно, не мог. А ещё ему правда не хотелось медлить, ведь вставший член давал о себе знать. — Вас понял, — Тарталья, словно очнувшись ото сна, схватил руки напарника и грубо вывернув их, со стуком прижал Чжун Ли к стенке. Он вдруг начал спешить, и было непонятно, повлияли так на него слова напарника или ему и правда не терпелось приступить к главному. Неловкими движениями Тарталья стянул с себя и Чжун Ли всю одежду и облизнулся, судорожно осматривая открывшееся перед ним в полной мере сокровище, что вмиг разбудило в его теле множество грязных желаний. Пусть тело Чжун Ли и нельзя было назвать хилым, на его животе даже виднелись кубики пресса, однако, по-крайней мере для очень высокого и широкого в плечах Тартальи, это тело было по своему утонченным и грациозным. Светлая кожа в лунном сиянии смотрелась ещё прекраснее, настолько, что Аяксу тут же захотелось посильнее сжать в своих руках или укусить каждый её сантиметр, чтобы оставить свой след. Но больше всего его тянуло к ягодицам, поэтому сильно сжав их в руках, Тарталья с наслаждением представил, насколько приятно будет находиться внутри этого тела, окончательно теряя над собой контроль. Совсем забывшись, с потемневшими от желания глазами, Чайльд поднес пальцы ко рту Чжун Ли, но тот лишь небрежно отвернулся, хмыкнув. — Если тебе нужна смазка, она в сумке, — щеки горели, как и тело. С Тартальей всегда что-то было по-другому, словно в первый раз. Слегка злясь на свою робость перед ним, Чжун Ли хотелось доказать, что совсем не он тут сладкая добыча и резко начал противиться прикосновениям, но это лишь усугубило ситуацию. Барахтаясь, Чжун Ли стал всё больше походить на кролика, который старался вырваться из лап хитрой лисицы. А может просто вспомнил о мощном оружии этой лисицы, которое увидев раз, уже не сможешь забыть никогда. — Я готов на всё, что сэнсей пожелает, только не нужно убегать, — Тарталья недовольно затянул руки Моракса своим галстуком и прижав к стене, развернул Чжун Ли к ней лицом. Сопротивление с досадным всхлипом закончилось. — Я сделаю всё аккуратно, — Мокрые пальцы вдруг начали постепенно проникать всё глубже в Чжун Ли, и когда в нём уже свободно двигались два, Тарталья начал искать простату, чтобы выдавить хоть один стон из сдерживающегося напарника. Понять, какую игру затеял с ним стойкий Чжун Ли было не тяжело, но Тарталья ни минуты не сомневался в своей победе. Как он может проиграть, тем самым подтвердив свою недостойность кандидатуры для Моракса? Тем временем Чжун Ли начал постепенно тихо вздыхать, ведь держаться становилось всё сложнее. Он никогда и подумать не мог, что ему может быть настолько приятно от проникновения внутрь. Может, дело было в том, что Тарталья разрабатывал его медленно, не забывая о чужом удовольствии? Чжун Ли даже усомнился, что перед ним сейчас тот властный и наглый мальчишка, какого Тарталья из себя строил. Но в какой-то мере за то, что он чем-то отличался от других и никогда бы не причинил вред близким, Чжун Ли и полюбил его. Резкое движение пальцев под определённым углом заставило Моракса выйти из раздумий и неконтролируемо для себя выгнуться и громко простонать. Тарталья тихо хмыкнул своей победе, довольно целуя ошарашенного Чжун Ли в лоб, а затем мокрой дорожкой спустился к лопаткам, прихватив горячую кожу зубами. По телу Моракса тут же пробежали мурашки, когда Чайльд, словно дикий зверь, начал зализывать кровавый укус. — Прекрат-имхх..— пальцы резко исчезли и Чжун Ли свободно выдохнул, расслабляясь. Но не успел он вздохнуть, как что-то твёрдое, намного большее, чем пальцы, прижалось к его входу. Член без предупреждения скользнул во влажные стенки до упора. Тарталья уже знал нужный угол, поэтому с первого раза задеть простату не было проблемой. Глаза Чжун Ли снова широко распахнулись от неожиданности, а от смешения небольшой боли и наслаждения в уголках глаз появились слёзы. Вдобавок ко всему, очередной поцелуй Тартальи пришёлся прямиком в эрогенную зону Чжун Ли – ухо. Толчки сначала были медленными и нежными, но со временем в округе отчетливо стали слышны шлепки и громкие стоны Чжун Ли, ведь сдерживаться под таким напором стало невозможно. Тарталья же специально всё снова и снова проезжался по простате, чтобы слышать ещё больше похотливых звуков от сенсея. — Не знал, что сэнсей такой чувствительный, — горячее дыхание с такими же обжигающими тело словами коснулось чувствительных ушей Чжун Ли. В этот момент он почувствовал спазмы внизу живота, что говорили о скором оргазме. Сейчас ему очень хотелось притронуться к себе, чтобы поскорее кончить, ведь хитрый Тарталья внезапно перестал касаться его. Испугавшись своего невыносимого желания на трезвую голову, что было непривычным для Моракса, вместо того, чтобы наслаждаться, он снова попытался вырваться из цепких лап, нахмурив брови. — Мы ещё не закончили, — глубокий толчок снова выбил из него все силы. Чжун Ли обессилено вжался в стену и закатил глаза, не зная, куда себя деть от удовольствия. Тарталье в это время не нравилось, что он всё это время не видел лица Моракса. Немного подумав, он крепко схватил его за ляжки и прижал спиной к стене, от чего у Чжун Ли ещё сильнее закружилась голова. Чтобы удержаться, Чжун Ли обнял Чайльда и обвил ногами его талию. Тарталья осторожно снова вошёл в податливое тело. От нового толчка пальцы Чжун Ли инстинктивно поджались и Моракс с дрожью прижался к Чайльду, от безнадежности впиваясь в его губы. С каждым разом член словно становился всё больше и проникал всё глубже, настолько, что Чжун Ли почти что разрывало изнутри. Но было чертовски приятно и Моракс всё ещё не мог поверить, что так и должно быть. Разве не должен Тарталья двигаться в своё удовольствие, чтобы кончить в него? Мысли не складывались в единую нить, разлетаясь на куски, поэтому Чжун Ли оставалось лишь постоянно возвращаться к своему телу, которое тонуло в наслаждении от каждого касания. Сделав пару особенно глубоких толчков, Тарталья удовлетворенно зарычал, и замедлившись, кончил прямо в Чжун Ли, напоследок укусив его в шею. Но несмотря на теплую волну расслабления, текущую по всему телу, не забыл о напарнике и начал размашисто водить по его члену, однако и Моракс, долго не выдержав, почувствовал сильнейший разряд, что прошелся по его телу и тоже обильно кончил, изливаясь в руку. Он застонал одновременно с Тартальей и перед глазами после бурной кульминации замелькали белые пятна. Мелко задрожав, он ещё сильнее сжался внутри, от чего Тарталья снова простонал, но продолжать не стал, ведь Чжун Ли без сил взглянул на него, а затем устало прикрыл янтарные глаза. Тарталья удовлетворенно посмотрел на Чжун Ли в ответ и помог ему одеться. Моракс всё ещё дрожал, поэтому Чайльд накинул на него свою куртку, тот лишь благодарно кивнул и достал из своей сумки сигареты. Тарталья восхищенно замер. Выглядел его напарник как всегда прекрасно, но сейчас, сидя рядом, казался безумно родным, уютным и расслабленным, без хмурых бровей и грубых слов. Слабый огонёк сигареты освещал красивое лицо, а ветерок трепал слегка растрепанные чёрные волосы. Аякс умиленно вздохнул и вдруг положил голову на его искусанное плечо и ему так и хотелось уснуть, смотря на звездное небо. И это говорил тот человек, что всего пару минут назад, как безумец, бешено вбивался в чужое тело, а ещё раньше, сметал всё на своем пути. — Я.. тебя люблю, — выдохнул Тарталья, следом поцеловав Чжун Ли. Слова прозвучали так осторожно, словно Чжун Ли после них мог встать и в панике броситься прочь. Тарталья всё ещё не был уверен во взаимности своих чувств, а от странных действий Моракса, который позволил сотворить с собой такое, вдруг растерял былую решительность. Ведь дело касалось человека, которого он любил до безумства. И что будет с ним, если Чжун Ли сейчас откажет ему? — Я тоже, — Чжун Ли сонно потрепал Тарталью по макушке, при этом говоря эти слова на полном серьёзе, но не холодным тоном, как он делал это обычно, а с теплотой. Жаль, что он мучил тарталью и не понял этого раньше. — Мои чувства взаимны? — казалось, в глазах Тартальи, поддернутых пеленой возбуждения, наконец начали плескаться живые огоньки. Чжун Ли ущипнул его за щёку и не в силах сдерживаться, улыбнулся. Всё-таки видеть такого радостного и живого Тарталью было куда приятнее. В этот момент казалось, что подобные нежности чужды таким безжалостным людям, как они. Но несмотря на жестокость, в их сердце всё еще жила нужда в нежности и надежда на заботу. К счастью, они оба могли дать это друг другу. Но чтобы кто ни говорил, а Тарталья добился своего.

***

      — Украли, — с ухмылкой сказал темноволосый мужчина в полицейской форме, осматривая разгромленный кабинет. — Насколько безумным нужно быть, чтобы сделать это, как думаешь, Дилюк? — Безумцев тяжелее всего отправить за решётку. — Посмотрим, — Кэйа что-то обвёл красным в блокноте и сладко улыбнулся.