О, спорт - ты мир!

4 декабря На следующее утро в дом Англии постучали – это был почтальон с письмом от Америки. Сначала Артур хотел в порыве гнева и недосыпа порвать и сжечь проклятый конверт. Но так как утреннюю газету он уже пролистал и заняться было нечем, то усевшись в любимое кресло, принялся за чтение письма: «Дорогой Арти, Я знаю, что ты вчера приехал вхолостую. Мне очень жаль, что так получилось. Тебе пришлось продираться через такой буран! Но зачем ты так быстро свалил? Остался бы на ночь, и утром обсудили бы сложившуюся ситуацию, так сказать. Ну, ты понимаешь? Ваня пересказал мне ваш разговор. Ты, надеюсь, не сильно обиделся, что я скрывал от тебя эти… отношения, ну ты понял. Ты его так ненавидишь, что я просто хотел пожалеть твои (и так расшатанные) нервишки. Если честно, то я долго не определялся с курсом, так сказать, но из-за твоих материалов, и его приезда, и нашего бурного разбирательства… я окончательно определился, что хочу заключать с ним все новые и новые договоры, так сказать 8D. Думаю, ты поймешь, что это для всеобщего блага. Вот. Твой герой Ал». В висках стучало: «Не твой, не твой, НЕ ТВОЙ!»— за последние дни мозг Артура, переживший столько стрессов, переваривал новость, почти, спокойно: «Ты сам его подтолкнул на этот шаг, пьянь подзаборная…», — Артур ругал себя последними словами. – «Еще не известно, что «пересказал» Брагинский, ведь он проницательный черт, ох, как стыдно – повел себя как школьница, сбежав с поля боя». С такими мыслями Артур побрел обратно в постель, и депрессия окончательно поглотила его. 16 декабря. Долго ли коротко плакал в подушку Артур, но в одно прекрасное утро взял он газету и прочел, что Брагинский сошел с ума и помер в мучениях. Нет, конечно. Этой мечтой тешил себя Артур, наблюдая за внезапной, «почти» гражданской войной у России, начатой то ли футбольными фанатами, то ли нацистами. Разобраться было трудно. В тот день в гости как раз заглянул Франциск. — И это страна-преемница футбола?! Франц, если ты со своим цветным населением в 2018 отправишься туда, то назад вернешься сильно побитым, – Артур со всей горячностью начал расписывать ужасы ждущие Франциска в России. – Там убивают черных, а как же ЮАР? Вообще пришьют. Брагинский же нацист! — Арти, мы все нацисты. Кто-то открыто, кто-то под одеялом. Эта острая проблема не разрешима. Но ты бы о себе побеспокоился, тебя-то он не переваривает как раз на почве, — Франция сделал паузу и произнес по слогам, — а-ме-ри-ко-фи-лии. — Кто тебе это сказал?! – Артур аж подскочил с дивана. Душевная боль только-только начинала притупляться. — Так все об этом только и говорят! – Франциск посмотрел на него такими честными глазами, что, мол: «Все, но только не я». – Что ты хотел, как будто бы, разбить нашу сладкую парочку. Оклеветал Ивана, наврал Альфреду… Артур понял, что стал всемирным посмешищем. Скорее всего, это Мэтт разболтал – тихий-тихий, а трепло. Или Брагинский… Англии стоило невероятных усилий вернуть себе невозмутимый вид и сесть обратно. — Виносос, ну ты-то понимаешь, что все это — клевета? Мне просто нужно поставить Брагинского на место. — Это ты из-за футбола так взбеленился? – Франциск, как истинный рыцарь любви, очень скептически был настроен на такую «низменную», по его мнению, причину. — Конечно! – утвердительно сказал Артур. Нужно было срочно придумать правдивое объяснение, хотя бы для себя самого, а Франц та еще сорока – разнесет по всему свету. — Мне надо уговорить Канаду проиграть Америке в хоккей, где-нибудь в полуфинале. — Это еще зачем? — Дослушай до конца! Брагинский скорее всего дойдет до финала. И тогда они сойдутся лоб в лоб. По вчерашним меркам это, конечно, мелковато, но по сегодняшним — без военным, так сказать – в самый раз. Спорт сегодня заменил нам поле брани, — Артур распалялся все больше и больше. — Альфред вспомнит былые времена, и, конечно, победит Брагинского. А так как Америка терпеть не может неудачников, то бросит его. История повторится. Ха-ха. Это Россия жалеет обиженных и оскорбленных, а у Америки это вызывает только отвращения. Для него кто «на коне» — тот и «супер-супер». — Ты говоришь об Альфреде как о продажной … короче, типа, он клюет на успех? Что-то когда Иван был крутым и сильным СССР Америка его, мягко скажем, недолюбливал. — Напротив — обожал! И в голове у Альфреда был только он. Когда же СССР развалился — тот потерял интерес. Но теперь Брагинский опять, якобы, "на коне", и глупый Джонс сразу предложил ему дружбу. — Дружбу. Ха, – Франц хотел развить тему, но на Англию было жалко смотреть. – Короче, ты хочешь их рассорить. Но зачем? — А ты будто бы не понимаешь? — Не понимаю, – хотя, в данный момент, Франц понимал сложившуюся ситуацию даже больше Артура, который не хотел признаваться самому себе. Лгать-то всегда легче. — Это ослабляет экономику! Европа загнивает и нам нужно, чтоб такие страны как Америка поддерживали нас, а не круто развивающихся Россий. — Ну, если ради экономики… Но есть одна нестыковачка. Мэттью и хоккей понятия неразделимые. Вот если бы он попросил тебя проиграть в футбол – ты бы согласился? — Да, брось! Я – не Канада. Он же безвольный. — Но-но, ты бы защиту надел, а то он так глубоко запихает тебе клюшку… — Разберемся. __________________ * Фаната «Спартака» застрелили из травматического пистолета в ночь на 6 декабря. 11 декабря начались погромы в Москве, а потом и в других городах России. В то время английское СМИ подливало масло в огонь, мол, вот полюбуйтесь, кого вы выбрали для проведения футбола. Особенно, почему-то, англичане беспокоились за французов;) * В американской киноиндустрии "проблема неудачников (лузеров)" поднимается чуть ли не в каждом втором фильме как их не уважают и не любят, и как им нужно срочно стать супер героями. У Альфреда комплексы?