Мой знак — близнецы. Первый курс

      Адара проснулась резко, рывком и сначала не поняла, где находится. Над головой, вместо привычного белого потолка с лепниной, темнел изумрудный бархат тяжёлого балдахина, сквозь щель между занавесями пробивался редкий тёплый свет. Потянувшись, девочка выскользнула из постели и зашипела, коснувшись голыми ногами холодного каменного пола. О тёплой волчьей шкуре, лежащей у её кровати дома, оставалось только мечтать.       Подтянув ноги обратно на кровать, ведьмочка осмотрелась. Аманды в комнате не было, её постель уже была аккуратно заправлена и накрыта идеально разглаженным покрывалом. Освещали комнату несколько висящих у потолка шариков света да редкие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь толщу воды Чёрного озера.       Наконец нашарив под кроватью свои тапочки, Блэк поднялась и направилась осматривать комнату. Все её вещи уже были разложены по полкам высокого шкафа, баночки с кремами, гелями и шампунями, заколки, обручи, расчёски и щётки перекочевали в маленькую ванную. Странно, Адара твёрдо помнила, что душевая должна быть общая для каждого курса, а ванна полагалась только старостам. Но нет — их комната имела полускрытую дверь в небольшую ванную, где стояла внушительная мраморная купель, опирающаяся на хвосты бронзовых змей.       С удовольствием искупавшись в тёплой пенистой воде, девочка оделась и принялась неторопливо собирать сумку к первому учебному дню, следуя расписанию, прикреплённому к доске над её письменным столом. Столы тоже стали неожиданностью для Адары. Ещё вчера вечером на их месте, у большого полукруглого окна, показывающего подводные виды Чёрного озера, стояла третья кровать, а теперь тут два массивных письменных стола с замысловатой резьбой и множеством ящиков.       Блэк подозревала, что это дело рук её новой компаньонки, но отрывать Аманду от дел ради того, чтобы расспросить, не собиралась. Всё она расскажет, никуда не денется. До завтрака ещё час, они успеют поговорить.       Так и вышло. Как только Адара закончила складывать в сумку новенькие писчие перья, часть каменной кладки между шкафом и дверью в ванную дрогнула и отъехала в сторону, а из проёма выскользнула Аманда в запылённой мантии.       — Я не знала, что отсюда есть ещё один выход.       — Есть. Это эвакуационный коридор. И, судя по пыли, им не пользовались уже лет триста.       Девочка предприняла попытку смахнуть пыль с мантии, но с раздражённым вздохом бросила это бесполезное занятие.       — А выводит он куда?       — В один из тупиков рядом со входом в гостиную, я тебе покажу потом. Кстати, я смотрю, у нас перестановки.       — Твоих рук дело?       — Нет, я с домовиками договорилась. К нашей комнате теперь привязана домовушка Милли. Можешь звать её, но перед остальными лучше не палиться.       — Здорово! Неужели так можно было?       — Не-а, — Аманда хитро прищурилась, — но я хорошо умею договариваться.       — И что мы за это великолепие будем должны? — Адара обвела рукой изменившуюся обстановку, но Херби только легкомысленно пожала плечами.       — Я уже расплатилась. Моя ранняя поделка на поприще артефактора привела домовиков в восторг.       — И что это?       — Накопитель с функцией переработки магии. Он позволит эльфам не так зависеть от энергии волшебников и подпитываться напрямую от источника Хогвартса.       — Потрясающе! Это же…       — Нет, не открытие. Артефакторы прекрасно знают этот маленький секрет, но тратить дорогостоящие накопители на домовиков редко кто желает. Это мне «повезло» запороть накопитель так, что он только на переработку магии и сгодится. В любом случае теперь домовики Хогвартса нам по гроб жизни обязаны, и я собираюсь использовать эту возможность по максимуму.       — Великолепно!       Блэк довольно улыбнулась, прикидывая перспективы. Она уже успела оценить незаметный профессионализм компаньонки, но привлечение домовиков перекрыло все прошлые её заслуги. Большую часть проблем, которые создавало проживание в интернате, уже можно было считать решённой. А какие просторы открывались для зарабатывания репутации на факультете! У белобрысого кузена не оставалось ни шанса.       — Милли!       С тихим хлопком перед девочкой появилась домовушка в белоснежной наволочке с гербом Хогвартса.       — Чем Милли может помочь маленькой госпоже?       — В нашей комнате не хватает ковра. Нужен тёплый ковёр с длинным ворсом, желательно круглый, зелёного или бежевого цвета. Ещё нужно пустить ряд огоньков по верхнему контуру окна, углубить подоконник и накрыть его мягким матрасом, а поверх положить подушки и плед. Не забудь про шторы! И нам нужен ещё один шкаф для книг. И люстру под потолок, не керосинками же комнату освещать! А ещё хорошо бы в тот простенок поставить туалетный столик, найдётся у вас такой?       Адара увлечённо командовала счастливой домовушкой, преображая обстановку комнаты, а Аманда невозмутимо отправилась в ванную, приводить себя в порядок после прогулки по пыльным коридорам.       Несмотря на все хлопоты, в гостиную девочки спустились раньше остальных первокурсников и наткнулись там на мрачного декана. Профессор Снейп ожидал своих студентов, чтобы произнести приветственную речь для всего факультета — в отличие от остальных деканов, зельевар предпочитал переносить все организационные вопросы на утро, когда все способны думать о чём-то, кроме тёплой постели.       — Я приветствую первокурсников на факультете Слизерин и поздравляю всех с новым учебным годом.       Мрачный взгляд, которым волшебник окинул спешно собравшихся в гостиной слизеринцев, с его словами ничуть не согласовывался. Студенты притихли, вслушиваясь в негромкий голос декана, и в помещении повисла тишина.       — Я не буду распространяться на тему истории и репутации Слизерина, которые, стоит отметить, в последние годы не пользуются популярностью. Уверен, ваши родители уже успели просветить вас, а если нет, то библиотека факультета всегда открыта, вы можете ознакомиться с расширенной версией Истории Хогвартса.       Большая часть первокурсников с интересом взглянула в сторону книжных стеллажей у стен гостиной, а потом вновь вернула внимание к декану.       — Спешу напомнить, что в настоящее время Слизерин в опале, поэтому прошу всех воздержаться от конфликтов с представителями других факультетов или хотя бы не попадаться. Свар внутри Слизерина я не потерплю, как и пренебрежения честью факультета. Это касается и успеваемости. Первый курс, вы можете обращаться за помощью к старостам или студентам четвёртого курса. И последнее. В этом году на Гриффиндор поступил Гарри Поттер, поэтому на кубок школы надеяться бессмысленно. Готовьтесь к преференциям Золотому Мальчику, готовьтесь к разочарованиям и несправедливости. Готовьтесь и старайтесь компенсировать. Я надеюсь, хотя бы кубок по квиддичу в этом году будет наш.       Маркус Флинт аж побледнел, осознавая рухнувшую на его плечи ответственность, а остальные студенты довольно переглянулись. К несправедливости они и так уже привыкли, так что выделение Поттера из общей массы едва ли могло разозлить их сильнее. А вот намёк декана на то, что он разрешает подставлять гриффиндорцев и, пусть и исподтишка, отвечать на их наезды, было очень даже приятной новостью.       Организованными рядами слизеринцы спустились на завтрак. Херби шагала рядом Адарой, внимательно запоминая приметы, отмечающие маршрут. В Большом зале девушки уселись рядом. Блэк тут же приступила к ненавязчивому знакомству с однокурсниками, а Аманда принялась отмечать любопытствующие взгляды студентов других факультетов и отбивать стихийные сглазы, летящие в сторону её подопечной. Большую часть из них, конечно, задержала бы зачарованная мантия, да и защитные амулеты никто не отменял, но Танис предпочитала не упускать шанс попрактиковаться, сбивая сглазы на подлёте. Самый основательный, как ни странно, прилетел со стороны декана, но оно и не удивительно. Многие были наслышаны о его непростых отношениях с Блэками.       Отвечать на сглазы или как-либо возмущаться их наличием Танис не спешила, ибо сглазы представляли собой неоформленные сгустки магии, которые появлялись при возникновении у волшебника достаточно сильных негативных эмоций. Контролировать их было нереально сложно, да и вреда жизни сглазы не несли, к тому же их было достаточно легко снять, пока не накопилась критическая масса. Поэтому сглазы в магическом обществе не считались преступлением, нападением или даже нарушением правил приличия. В среде же детей, ещё толком не научившихся себя контролировать, сглазы были неизбежны, с чем шеду уже успела смириться.       — Как вы это сделали?       Голос Малфоя отвлёк Аманду от наблюдения. Драко с завистью уставился на фарфоровые тарелки, серебряные приборы и хрустальные бокалы, которые появились перед девочками вместо грубой позолоченной посуды, которая досталась остальным. Содержимое тарелок тоже удостоилось зависти окружающих.       Вместо сосисок с картошкой, на которые смотреть было больно из-за обилия жира, перед девочками появилась воздушная манная каша с лесными ягодами, миниатюрные булочки с сахарной пудрой, тут же наполнившие воздух непередаваемым ароматом свежей выпечки, нежнейшая творожная запеканка с заварным кремом и молочный коктейль, а вместо тыквенного сока — зелёный чай для Блэр и кофе для Блэк. Маленьким волшебникам следовало употреблять как можно больше белков и углеводов, а не жиров, которые, в основном, и составляли обычное меню Хогвартса.       — Я отправила Блэр договориться с домовиками. — Адара показательно-равнодушно пожала плечами и взялась за приборы. — Не собираюсь пить сок, тыквы для которого выращивает недоразвитый лесничий. У меня специальная диета, и я не намерена отклоняться от неё даже в Хогвартсе.       — А что, так можно было? Как ты это сделала?       Драко требовательно уставился на Аманду, но та не спешила отвечать. Только после разрешающего кивка Адары девочка повернулась к Малфою и равнодушно пояснила:       — Каждый ученик Хогвартса имеет право заключить договор с администрацией школы, предоставив сформированное меню и оплатив покупку продуктов и работу поваров на год вперёд, но это разрешено лишь при наличии заключения колдомедика о том, что ученику действительно необходима индивидуальная диета. Альтернативой может стать договор непосредственно с домовиками. Тогда ученик обязан предоставить им продукты и меню на месяц, а также выделить определённое количество магии в качестве платы за работу.       К негромкому спокойному голосу первокурсницы под конец её объяснения прислушивались уже и другие курсы, после чего по рядам слизеринцев пробежал шепоток. Информация стала открытием для студентов, и теперь они судорожно соображали, какой вариант выбрать для себя. С одной стороны, не хотелось платить лишние галеоны колдомедикам, с другой — делиться своей магией с домовиками школы тоже желания не было. Равнодушных, что характерно, не нашлось — школьная кухня не приходилась по вкусу никому, за исключением, может быть, праздничных пиров.       Блэк только довольно прищурилась, оценивая эффект. Пусть вскоре многие другие слизеринцы получат те же привилегии, что и она, звание первой останется за ней, как и репутация, приобретённая сегодня. Впрочем, это репутация лишь внутри Слизерина, над отношениями с другими факультетами и профессорами придётся работать отдельно.