ЗарисовОчка

      Прошло два года с момента, как жизнь их сумасшедшей парочки раскололась на «до» и «после». Восстановление далось обоим тяжело, но всё же Гриша переживал сильнее, так как во всём произошедшем с его парнем винил себя. Когда Борю наконец выписали из больницы, Гриша настоял на переезде. Его родители оказались лояльнее, и позволили им жить вместе, с условием, что оплачивать свои расходы они будут сами. Они также оказали моральную поддержку пассии сына, который первые пару недель не выходил из комнаты и отказывался от еды. Через несколько дней после выписки Гриша устроил настоящий скандал в колледже, и мало кто решился сказать слово против — к нему было действительно страшно подойти ближе чем на километр. Он ругался, плевался и метал молниями, после чего заставил извиниться всех, кто донимал его и его парня расспросами.       Парни смогли жить дальше, почти прежней спокойной жизнью, но больше не пытались даже думать о ребёнке. Они снимали отдельную квартиру на Борины деньги, который успешно выпустился из колледжа и устроился на хорошо оплачиваемую работу.       — Ты дома, рыжее чудовище? — крикнул Боря из коридора, стаскивая с себя ботинки на ходу. — Я очень голодный, надеюсь, ты сделал нам ужин.       — Да, — послышался звук откуда-то из спальни. — И ужин, и расслабляющий массаж любимому парню после работы.       — Я слышу подлость в твоём голосе, Гриша, — осторожно начал Боря, направляясь в сторону спальни. — Когда ты говоришь таким тоном, это заканчивается…       Договорить ему не дали, утянув в долгий приветственный поцелуй.       — Сексом, — закончил на выдохе парень и позволил отвести себя в спальню. Возможно, сегодня был какой — то праздник, а Боре не сообщили. По всей комнате стояли зажжёные ароматические свечи, на полу валялись подушки и стоял переносной столик с ужином, а кровать Гриша превратил в большой массажный стол, разложив там целый арсенал различных масел. Не то, чтобы Боря был против незапланированного романтического вечера, но…       — Это что? — поперхнулся воздухом парень, разглядывая лежащий на краю кровати костюм горничной.       — Покупочка с Али, — довольно усмехнулся Гриша, глядя на его реакцию. — Чулки только чёрные прислали, а белые забыли положить, но тоже неплохо.       — Ты ебанулся, — сделал вывод Боря, раздеваясь и укладывая свои уставшие кости на кровать. — Ты это не наденешь. И я не надену. Мы отдадим это дочке соседки, Лерочке, тик токи свои снимать. Гриша обиженно плюхнулся рядом с ним и вылил себе на ладони лавандовое масло. Да, он заказал на Али костюм горничной. Мог вообще костюм пожарного, так что Боре ещё нужно сказать ему спасибо. Так тщательно выбирал, и в итоге Боря даже не посмотрел. Он даже звонил другу и проконсультировался. Правда, друг сказал ему тоже самое. — Ты ебанулся, — заявил ему Ярик сразу после того, как улышал в чём дело. — Он это не наденет. Но могу посоветовать с рукавами — фонариками, смотрится милее. И не бери фартук, сразу пришитый к юбке, лучше отдельный, на завязке. Ты ещё туфли на каблуках закажи, — заржал парень. Да ну его. — Боре понравится? — спросил он недовольным голосом ржущего друга. — Мне нужна гарантия. — Не мне тебе её давать, — ответил Ярик. В трубке были слышны шебуршащие звуки — парень был на работе и распаковывал товар. — Понравится… Если правильно преподнести. — Тут он хмыкнул и положил трубку. Похоже, мысли Гриши читались на его надутом лице, потому что спустя пару минут пассивно-агрессивного массажа спины его парень не выдержал и обречённо выдохнул: — Надену я. Хорошо. Один раз. На его мрачном лице Гриша увидел обещания скорой смерти, поэтому принялся активнее разминать Боре мышцы, но свою довольную рожу всё равно не скрывал.