Лис и Дракон

Эта новость застала Вэй Ина, когда он был на территории Ордена Юньмэн Цзян. Облачные Глубины сгорели. Усянь сначала не поверил, ведь он только день назад был там, и все было в порядке. Назад Вэй Усянь мчался в своем истинном облике хули-цзинь. Он не скрывался, ему было все равно, лишь бы убедиться, что с его любимым Лань Чжанем все хорошо. На все остальное ему было все равно. Пусть весь этот мир заклинателей катится к черту лишь бы с его драконом ничего… Запах гари он учуял еще в Цайи. И Облачные Глубины встретили его разрухой. Любимого запаха также не чувствовалось. Появилась надежда, что Лань Ванцзи не было. Но Вэй Ин должен знать наверняка. -Брат, — Усянь замер под окнами цзинши, он еще никогда не слышал у старика Лань Цижэня такого голоса. -Где… Сичэнь и Ванцзи? — хрипло спросил второй голос, и Вэй Усянь почувствовал, что жизни в этом человеке осталось немного, он чувствовал смерть. -Сичэнь забрал с собой ценные свитки и скрылся, а Ванцзи забрали, — хули-цзинь глухо рыкнул: Кто? Куда? Где его любимый? — Этот Вэнь Сюй сказал, что забирает Ванцзи на перевоспитание. Вэй Ин тут же скрылся — он узнал все, что нужно. Его возлюбленный в Ордене Цишань Вэнь. Усянь направился в Безночный город, он был в ярости — никто не посмеет причинить вред его возлюбленному. Он раздерет каждого, кто посмеет, на части своими клыками. -Лань Ванцзи, — услышал хули-цзинь чей-то мерзкий насмешливый голос, который он уже ненавидел. — Зачитай великие изречения Глав Ордена Цишань Вэнь. Вэй Усянь высунул мордочку из кустов и осмотрел площадку. Гнетущая атмосфера ему не понравилась и то, как схватили его дракона тоже. Вэй Ин издал глухой рык, все также оставаясь незамеченным всеми, кроме Лань Чжаня. Его запах окрасился беспокойством, страхом и волнением. За молчание Лань Ванцзи получил довольно ощутимый толчок, отчего неожиданно осел. Усянь дрогнул, и волна ярости чуть не захлестнула его, когда он понял, что одна нога дракона сломана. От возлюбленного повеяло спокойствием, и Вэй Усянь беспомощно заскулил, прижимая уши к голове и подбирая хвосты. Его пытались успокоить. Через час пафосных речей заложников отпустили. Вэй Ин последовал за своим драконом, он принял облик маленького лисенка, оставляя один хвост, чтобы незаметно прошмыгнуть в щель за возлюбленным. -Вэй Ин, — позвал Лань Чжань, ловя в объятия лисенка и зарываясь носом в мягкую шерсть, хули-цзинь вновь заскулил, утыкаясь носиком в шею любимого. — Все хорошо. -Лань Чжань, как же так? — прошептал Усянь, обнимая дракона крепко-крепко, будто боялся отпустить. — Твоя нога и… -Все хорошо, — вновь повторил Лань Ванцзи, а Вэй Усянь готов был заскулить и в человеческом облике, пусть он и понимал, что сломанная нога для дракона пустяк, но у него самого сердце болело за любимого. — Тебе лучше уйти. Вэй Ин резко отстранился и посмотрел на возлюбленного, как на предателя. Неверяще и с болью. -А-Ин, — ласково позвал Лань Ванцзи, вновь прижимая любимого к себе, а сердце Усяня совершило кульбит — так его Лань Чжань называет крайне редко, и каждый раз это такое невероятное чувство, что хули-цзинь с трудом держит себя в руках, как и сейчас — когти уже впились в спину дракона. — Душа моя, любимый… -Я не оставлю тебя, — хрипло ответил Вэй Усянь — на глаза набежали слезы, пусть Лань Ванцзи и дарил ему множество ласковых слов, но привыкнуть к этому он до сих пор не мог. — Я не смогу больше спокойно жить вдали от тебя. Лань Чжань, ты свет всей моей жизни, ее смысл. Я останусь здесь. С тобой, — твердо произнес Вэй Ин, заглядывая в янтарные глаза. -Хорошо, — сдается Лань Ванцзи и сильнее сдавливает лиса в объятиях. — Люблю тебя. -Я люблю тебя, — вторит Усянь и наконец-то срывает с любимых губ столь желанный поцелуй. Дракон тут же прижимает хули-цзинь к двери, за которой слышатся голоса стражников. Вэй Усянь лишь хитро улыбается и разворачивается к возлюбленному спиной, руками опираясь на дверь. С него лишь приспускают штаны, а на губы ложатся два пальца. Вэй Ин приоткрывает рот и позволяет пальцам коснуться его языка. Он тут же оглаживает их языком, слегка причмокивая и прикрывая глаза. Внезапно он почувствовал жгучий поцелуй в основание шеи и не смог сдержать тихого выдоха. Совсем скоро пальцы покинули рот Усяня и оказались у его входа. Второй рукой его голову повернули навстречу желанным губам. Хули-цзинь со всем жаром ответил на поцелуй, прикрывая глаза и расслабляясь, когда пальцы медленно проникли на всю длину. Сегодня они были нежны друг с другом. Не было ни когтей, ни клыков, что терзали бы плоть любимого.