за окном

Отсчёт до старта. Три. Два. Один. Белоснежные цифры отпечатываются на роговице, побуждая рвануть вперёд. Вокруг него — сзади, спереди, слева, справа — ещё одиннадцать других гонщиков на дорогих блестящих авто. И все они, как один, хотят добраться до финиша первыми. «Кажется, у вас ничего не выйдет» — думает Кенма и зажимает кнопку, отвечающую за ускорение. Слух режет раздавшийся рёв мотора, а сине-фиолетовые всполохи графики вырываются из выхлопной трубы. Тачка Козуме вырывается вперёд буквально на первых пятидесяти метрах, оставляя других неумелых водителей позади. Парень хмыкает, сдувает с лица выбившуюся из пучка прядь волос и утыкается в экран планшета — следить за дорогой. Кажется, в этот раз он гоняет по одной из трасс Лондона и нельзя сказать, что ему это не нравится. Кенма ценит игры и виртуальную реальность в целом именно за возможность побывать там, где в реальной жизни не суждено. Будь то фантастический мир технологий будущего, стрельбище или вот как сейчас — гоночная трасса Лондона. Биг Бен, все дела. Кенма наклоняет планшет, дабы вписаться в поворот, и краем глаза замечает на карте приближающуюся к нему зелёную точку. У соперника автомобиль точно не ниже класса В, иначе он просто чисто физически не смог бы так молниеносно сокращать расстояние между ними. Где-то далеко за рёбрами просыпается жажда азарта, вследствие чего Козуме ёрзает на кровати, устраиваясь удобнее, и высовывает кончик языка, дабы сосредоточиться. Это он у Куроо научился, не иначе. Дурной пример — заразителен. Трасса виляет, и на следующем повороте соперник всё же нагоняет Кенму, принимаясь таранить заднюю часть его тачки. Козуме цыкает, сдвигает брови к переносице и наклоняет планшет вправо, собирая переливающееся золотистым цветом нитро [1]. Однако парень не спешит его задействовать, он выжидает, когда соперник пойдёт на обгон и пристроится сбоку. Наконец, когда другой гонщик уже намеревается это провернуть, Кенма нажимает на экран, активируя максимальное ускорение. Его тачка вырывается вперёд на пару миллиметров, и затем Козуме резко наклоняет планшет влево, чтобы на полной скорости задеть автомобиль соперника. В итоге зелёная точка на карте сменяется белёсым черепом, а Кенме засчитывается один нокдаун [2]. Парень улыбается левым уголком губ и заезжает на угловой трамплин, отправляя свою машину в полёт — проделать несколько бочек [3]. Пока тачка рассекает воздух, а графика мельтешит разноцветными видами Лондона, Кенма наслаждается. В жизни он никогда бы не стал гонщиком по понятным причинам, но вот в игре… рёв мотора, разгон до пятисот километров в час, захватывающие дух трассы со всевозможными трамплинами и поворотами — всё это доставляет просто кучу удовольствия и адреналина. А ещё кучу удовольствия доставляют загоревшиеся на экране золотые цифры. 1-й. В жизни Козуме Кенма не любит выделяться, но в виртуальной реальности — там, где никто не знает тебя настоящего — Кодзукен лучший. Завершив заезд и отложив планшет на подушку, парень возвращается в наш мир. Трёт рукой чуть припухшие веки и, проморгавшись, переводит взгляд на электронные часы. Красные цифры показывают пять утра и моргают, мол, вали уже спать. Кенма выдыхает, встаёт с кровати и, плотнее кутаясь в безразмерную толстовку с капюшоном, который постоянно оказывается вывернут наизнанку, подходит к окну, дабы задёрнуть шторы и избавиться наконец от слепящих лучей поднявшегося из-за горизонта солнца. Козуме медленно перебирает ногами в сторону окна — хотя хотелось бы, конечно, в сторону какого-нибудь древнего храма из той игрушки, что он скачал на прошлой неделе, но увы и ах, у него сегодня пары в час дня и к тому времени желательно поспать хотя бы пару часов — затем цепляется рукой за край шторы, чисто на автомате переводит усталый взгляд на улицу за окном и… всё. Нет, правда, всё. На улице в пять утра ни души, поэтому Козуме лишь скучающе осматривает приевшуюся местность и, задёрнув одну штору, принимается за вторую. И вот тут, на этом самом моменте, из-за угла выруливает пацан. Вполне себе обычный такой пацан, если не считать то, что он бегает в пять, мать его, утра. Кенма шмыгает носом. Никогда он не понимал таких фанатов бега. Ну что крутого в том, чтобы ни свет ни заря выскрестись на улицу, убить дыхалку и ноги и пропотеть? Парень же этот видимо другого мнения, потому что бежит он с таким блаженством на лице, что любой участник олимпиады бы позавидовал. А ещё этому пацану наверняка завидуют все фанатки рыжего цвета волос, потому что у него на голове — наичистейшее оранжевое пламя. Посреди унылой городской серости его волосы выделяются ярким пятном и таким же ярким пятном расплываются по сетчатке глаза, вызывая еще более сильное желание проморгаться. А может так влияет недосып и сотни часов, проведённых в непосредственной близости к экранам всевозможных устройств… Кенма не хочет разбираться. Кенма просто припечатывается глазами к вихрастой макушке, ведёт взглядом, охватывая наклонившегося завязать шнурки парня целиком, и тупит. Стоит, как изваяние, с зажатым в руке краем шторы и безбожно тупит. Будь он в какой-нибудь стрелялке, противники уже давно бы пустили ему пулю в голову, оставляя в качестве прощального подарка зияющую дыру в черепе и растёкшиеся по асфальту мозги. А сверху горела бы красным незамысловатая надпись «game over», ведь в пока ещё целой голове всего одна ясная мысль: сотканный из нескольких тысяч пикселей Биг Бен конечно красивый, но вот этот вот пацан — лучше. Очнитесь, господин Козуме, вы проиграли. Прекратите пялиться на пацана и задёрните уже наконец чёртову штору. Вышеупомянутый этот пацан, кстати говоря, выпрямляется, и теперь забавно крутит головой, вместо того, чтобы просто продолжить свой утренний марафон. В следующую секунду Кенма понимает, что сейчас вполне мог бы справиться с заданием по английскому, которое давали в средней школе. Напишите, пожалуйста, словосочетание с использованием слова «невинность». Посмотрите, пожалуйста, на этого пацана с пожаром на голове и отвалите. Потому что так нельзя делать. Нельзя выглядеть настолько безобидно и… солнечно. Настолько открыто. И нельзя пялиться в чужое окно с такой широкой улыбкой, когда на улице всего десять градусов и всё ещё пять утра. Козуме в который раз жалеет, что живёт на первом этаже. Ладно, Кенма на самом деле спокойный и собранный парень. Поэтому сейчас он предельно спокойно и собрано чуть ли не отрывает штору, когда наконец задёргивает её. Когда наконец отгораживается от этого больно-радостного-для-пяти-утра парня с улицы. «Странная херня» — думает Кенма. «Надо поспать» — думает Кенма. «Можно ли влюбиться в человека, увидев его один раз через окно?» — забивает Кенма в поисковую строку.

—

Куроо неприятно зажимает кончик носа согнутыми — указательным и средним — пальцами. Кенма морщится, скукоживая лицо до состояния сухого лимона. Парень пытается вырваться из хватки, но Тетсуро всё не отпускает. Только ехидно улыбается и сверкает янтарными глазами. — Больно, Куро, — шипит Козуме, чувствуя, как горит нос. Кенма открывает глаза. Как и ожидалось, никакого ошивающегося поблизости Куроо нет, ведь это был сон. Кенма поднимает голову и обнаруживает, что он заснул прямо на столе, а если быть точнее на клавиатуре, и теперь в поисковой строке красуется лаконичное «какие бывают галлюцинации после двух суток без снвхазхвавхммммммммммм». Парень смазанным движением заправляет за уши передние пряди волос и подушечками пальцев трогает кожу щеки, обнаруживая следы от клавиш. Моргает пару раз, пытаясь сфокусировать зрение после сна. Как-то… некомфортно. Кенма трогает кончик носа. Ледяной. Ну конечно. Козуме трёт его пальцами, дабы хоть чуть-чуть согреть, потому что ему ну вот вообще никак не нравится, когда его нос мёрзнет. И когда мёрзнут ноги. И руки. Да будь воля Кенмы он бы просто целыми днями лежал в коконе ватного одеяла, спрятав голову и подобрав под себя все четыре конечности. Однако его волю безжалостно рвёт на куски учёба в университете, куда ну никак не заявишься вместе с одеялом. Кстати об этом. Козуме переводит взгляд на всё те же электронные часы и понимает, что опаздывает. Парень мысленно стонет, поскольку опоздания — ещё одна неприятная для него вещь. Когда заходишь в аудиторию, весь такой тихий и неприметный, а на тебя сразу уставляются несколько десятков людей и преподаватель. Брр. Кенма такое не любит, поэтому сейчас сползает со стула, меняет растянутые треники на джинсы и оглядывает своё отражение в зеркале. Выглядит он так, будто только что вылез из коробки от холодильника и сейчас отправится просить милостыню. Плевать. Какая разница, что надето, если это помогает согреться? Козуме шмыгает носом, закидывает на плечо тёмный рюкзак, предварительно засунув туда пару тетрадей и ноут, и, взяв с тумбочки ключи, выходит из дома. До универа идти где-то двадцать минут, ведь Кенма не был бы Кенмой, если бы не снял квартиру в непосредственной близости от заведения, где учится. На случай не-спал-двое-суток-а-потом-вырубился-за-компом ситуаций. На пару Кенма заваливается со звонком. Пару секунд ищет глазами единственного знакомого одногруппника и, увидев наконец тёмную шевелюру, обречённо тащится к предпоследнему ряду амфитеатра. — Можно было и поближе сесть, — бурчит Козуме, усаживаясь рядом с Акааши и доставая ноутбук, — я запарился подниматься. — Хочу заметить, что тебя никто не заставлял, — у Кейджи есть удивительная способность ухмыляться в себя, поскольку Кенма точно различает в его голосе издёвку, когда лицо Акааши при этом выражает самую, что ни на есть святую невинность. Невинность. Кенма невольно вспоминает мордашку того утреннего рыжеволосого пацана. Козуме не верит в любовь с первого взгляда, но вот в симпатию — почему бы и нет? Когда-то давно, ещё в средней школе, Куроо завёл разговор о том, почему мы влюбляемся в конкретных людей и как происходит этот «отбор». Тогда Кенме было не особо интересно слушать про всякие биологические реакции и то, как работает тот пресловутый — как же там Куроо его назвал? — механизм любви, но сейчас, прокручивая в голове события сегодняшнего утра, Козуме действительно задумался: почему его внимание так привлёк тот пацан? Что в нём такого особенного, помимо яркой шевелюры, жизнерадостной улыбки, неплохого телосложения и… ладно, ясно. Но в конце концов, он видел этого парня первый и, скорее всего, последний раз в жизни, поэтому нужно просто отскрести мозги от асфальта, собрать их в кучку и, гордо ссутулившись, удалиться прочь. Перестать думать об этом, короче. — Ты как всегда прав, — замечает Кенма и, зевая, открывает ноутбук, — бесит. — Стараюсь, — подхватывает Акааши и, чуть помедлив, добавляет, — вижу, ты снова мало спал? Кенма лишь медленно кивает, бубня что-то нечленораздельное, похожее на: «одна херня случилась». Кейджи странно реагирует на эту реплику, пряча в кулак загадочную улыбку, но Козуме бы и так её не заметил, поскольку уже укладывался спать, закрывшись ноутбуком и спрятав лицо в сгибе локтя.

—

Кенма не сильно жалует поезда. Шум, большое количество людей в вагоне в час пик, тряска… всё это заставляет чувствовать себя не в своей тарелке, а главное — мешает играть в приставку или телефон. Однако ради благой цели можно и потерпеть, а поскольку забрать из магазина, который какого-то чёрта временно не осуществляет доставку, новенькую игру — самая, что ни на есть, благая цель, Кенма вынужден как раз-таки терпеть все неудобства поездки на общественном транспорте и в данный момент шаг за шагом ненавязчиво отходить от того мужика, который, кажется, вылил на себя целое ведро одеколона. Козуме морщится от резкого запаха, втыкается в угол вагона и как будто намертво к нему прирастает. Как бы парень не отфыркивался от поездов, за пару лет обучения в старшей школе, которая, к большому сожалению Кенмы, находилась не рядом с домом, он всё же приноровился не только играть в общественном транспорте, но и спать. В основном, конечно, благодаря Куроо, который заботливо подставлял своё удобное плечо, но всё же. Правда сейчас Тетсуро рядом нет, поэтому Кенма лишь сильнее вжимается в несчастный угол, отгораживаясь от основной массы людей, желающих выйти на следующей станции, и включает на телефоне излюбленные гонки — самое то, чтобы убить время. В этот раз заезд выдаётся достаточно сложным, так как Козуме соревнуется с гонщиками высшего ранга. Целиком и полностью уйдя в виртуальный мир, Кенма забывается и высовывает кончик языка, сосредотачиваясь на противнике. Взять ускорение. Пристроится сбоку. Одним долгим нажатием разогнаться до максимальной скорости. Выждать мгновение и нанести сокрушающий удар, отправляя тачку противника в полёт с последующим не самым гладким приземлением. Превратить зелёную точку на карте в черепушку. Поезд начинает останавливаться, а Кенма спохватывается только в момент столкновения своей машины с чужой. Он поднимает голову от экрана, дабы узнать какая сейчас станция, но вместо электронного табло видит лишь стоящего напротив парня. Кенма вздрагивает от неожиданности и потому что: а) этот парень смотрит прямо ему в глаза; б) у него на голове то самое утреннее рыжее месиво из волос; в) он чертовски красивый. — Ты так забавно высовываешь язык, когда хмуришься! — выдаёт это огненное чудо и, сверкнув большущими глазами, вылетает из вагона прочь. Запомните этот момент. В этот самый момент Кодзукен на экране телефона уничтожает противника мощным нокдауном, а Козуме Кенма стоит в углу долбаного вагона метро и снова тупит. А, и проезжает свою станцию, конечно же.

—

— Куро, хватит засорять чат всякой ерундой, — Козуме поправляет микрофон на наушниках, попутно просматривая всплывающие сообщения на экране одного из мониторов. На другом мониторе в это время висит заставка с мультяшным трёхцветным котом и надписью «стрим скоро продолжится (если я не уснул, конечно)». [tetsu4life] кенма!!! твои чувства не ерунда!!!!! [bokutowl] дА БРО! согласен! НЕ СТЕСНЯЙСЯ КЕНМА [bokutowl] ДАВАЙТЕ ПОДПИШЕМ ПЕТИЦИЮ чтобы Кенма не стеснялся [akaashikeiji] Бокуто-сан, это не так работает. [bokutowl] акаааааааааааашииииииииии ты не помогаешь: ((( [tetsu4life] кенма не прикидывайся что не читаешь чат. [tetsu4life] не игнорь — Почему вы вообще не спите? — бурчит Козуме, косясь взглядом в угол экрана. Маленькие белые цифры показывают полпервого ночи. [y.morisuke] Очевидно опекают тебя — Я тоже так подумал, — отвечает Кенма, соглашаясь с комментарием Яку. [tetsu4life] э [tetsu4life] то есть ему ты ответил [y.morisuke] Да потому что я в отличие от тебя соблюдаю личные границы и, если Кенма не хочет говорить о чём-то — это его право. [bokutowl] жоско [bokutowl] но справедливо [tetsu4life] бокуто какого хрена — Видишь, Куро, даже твой бро тебя предал, — посмеивается Кенма, настраивая управление в очередном шутере. [tetsu4life] отстой [tetsu4life] но ведь любовь это так прекрасно…………… [tetsu4life] ты многого себя лишаешь кенма………… [tetsu4life] вдруг тот мальчик твоя судьба……………. — Я не верю в судьбу, — кривится парень, — это тупо. [tetsu4life] ниче не тупо [levvvvhhaiba] ЛЮБОВЬ — ЭТО СУПЕР КРУТО!!!)))) [levvvvhhaiba] А кто кого любит?.. — Лев, как ты вообще нашёл мой канал? — удивляется Козуме. [levvvvhhaiba] Мне Яку-сан дал [levvvvhhaiba] Ссылку в смысле [tetsu4life] спасибо что уточнил [y.morisuke] Лев, я тебя убью. — Челы, — тянет Кенма, — идите спать, реально, я долго буду стримить. [tetsu4life] я никуда не уйду пока ты не признаешь что тот пацан твоя судьба [akaashikeiji] Мне кажется, что не стоит так наседать. — Спасибо, здравомыслящий Акааши, — Козуме улыбается уголком губ, — тебе, Куро, стоит поу… [akaashikeiji] Хотя если тебе и впрямь понравился этот рыжий парень, почему бы не разузнать кто он такой? — Читься… ты прикалываешься? [bokutowl] АКААШИ??!!??!!?! [tetsu4life] я тоже охренел бро [y.morisuke] + [levvvvhhaiba] + — Окей, и как же мне это сделать? — спрашивает Кенма, будто бы всерьёз интересуется, — спросить у прохожего: «слушай, а ты случайно не знаешь рыжего пацана, на которого я пялился через окно, а потом ехал с ним в одном вагоне и даже не удосужился ответить на его реплику про мой долбанный высунутый язык?» [tetsu4life] про твой что…… [akaashikeiji] Думаю, ты ещё сможешь ему ответить. — И что это значит? [akaashikeiji] Если это тот, о ком я думаю, то поздравляю. Ты наблюдал через окно, а потом ехал в одном вагоне с Хинатой Шоё. Он учится на втором курсе спортивного факультета в главном здании. Мы пересеклись один раз, когда я ездил туда на лекцию. — Твою мать, — вырывается у Кенмы, — и ты молчал? — потом он понимает, что его реакция уж слишком нездоровая, поэтому исправляется, — кхм, точнее, мне пофиг. Всё, валите спать, я делаю стрим общедоступным. [tetsu4life] ну охуеть теперь

—

С того злополучного дня прошла ровно неделя, Кенма с услужливой подачи Акааши теперь то и дело думал о том, чтобы наведаться в главное здание института, а их переписка с Куроо превратилась примерно вот в это: Куро: пригласи его на свидание Кенма: нет Куро: да Кенма: нет Куро: да Кенма: нет Куро: да Кенма: хватит. а то в чс кину. Куро: : с Хотя какими бы глупыми не были предложения Куроо и как бы Кенма от них не отнекивался, было очевидно, что он действительно испытывает интерес к Хинате Шоё. Да-да, тому самому рыжему студенту спортивного факультета, на которого он пялился в окно. Кенма косится на сидящего по диагонали Акааши. В голове до сих пор не укладывается каким таким магическим образом Кейджи пересёкся с этим Хинатой — тебе же сказали, что на лекции — почему вообще Акааши его запомнил — просто хорошая память на лица — и главное, зачем сказал об этом ему, Кенме — потому что ты умудрился сопливо влюбиться в этого пацана, а Акааши привык помогать друзьям. Лежащий на парте телефон вибрирует, выводя на вспыхнувший экран новое уведомление. Козуме поворачивает голову, желая прочитать, что ему пришло.

Куро, 14:17 pm

ты чекал его инсту?

Ну кто бы сомневался. Очередная гениальная идея от Куроо Тетсуро. Скоро можно будет устраивать аукцион. «Итак, сегодняшний лот — лучший друг с тупыми предложениями. Начальная цена — сто пятьдесят иен. Кто-то предложит больше? Триста иен? Триста иен раз, триста иен два… пятьсот иен? Думаю, вы его слишком переоцениваете! Хорошо, пятьсот иен раз, пятьсот иен два, пятьсот иен три! Продано за пятьсот иен тому рыжему парню из второго ряда! Нет, стойте, я передумал. Куроо Тетсуро не продаётся. Рыжий парень из второго ряда, возьмите лучше меня» Кенма встряхивает головой, отгоняя странные мысли. Переводит взгляд на экран ноутбука, думает о чём-то пару секунд и наконец, зыркнув пару раз по сторонам и убедившись, что одногруппникам совершенно нет до него дела, открывает поисковик. Вбивает «инст» и переходит по ссылке. Кенма вздыхает. Ладно, хорошо, у Куроо не всегда идиотские идеи. Но очень часто! Оказавшись на главной странице, Козуме кликает по окошку с лупой, и… пальцы застывают над клавиатурой. А что, собственно говоря, он собрался писать? Он ведь даже ника этого Шоё не знает. Кенма тихо цыкает, снова переводит взгляд на сидящего впереди Акааши, но понимает, что если они виделись с Хинатой всего один раз — и то на лекции, блин — вряд ли Кейджи успел спросить у того, как он записан в Инстаграме. Что-то вроде: «Здравствуй, Хината. Мы видимся первый раз в жизни, но не мог ты сказать свой никнейм в социальной сети под названием Инстаграм. Ты не подумай, я не для себя интересуюсь, а для друга, который спустя n-ое количество времени увидит тебя через окно, а потом влюбится, как мальчишка, и по наводке лучшего друга станет искать в этом самом Инстаграме». Ну и тупость. Ладно, Кенма попробует самое банальное. «hinata_shoyo». Вау. То есть… серьёзно? Увидев на аватарке знакомую физиономию, Козуме даже сначала удивляется, ведь это было сли-и-и-шком просто, но затем всё же переходит на аккаунт. И… да. Помните, когда Кенме показалось, что огненные волосы Шоё посреди унылой серости улиц расплываются по сетчатке ярким пятном? Так вот то была самая малость, всего лишь верхушка айсберга, потому что инстаграмный профиль Хинаты в разы пестрее и ярче. Как атомный взрыв, жар которого выедает глаза, а ударная волна сбивает с ног, впечатывая в стену. Кенма растерянно пялится в экран, скролля мышкой вниз, и дивится количеству фотографий. Самых разнообразных: одиночных; с друзьями; с, видимо, сестрой; с родителями; с мячом, с двумя мячами; с недовольным лицом какого-то брюнета; в горах; в школе; около зеркала; на полу; в снегу… и везде Хината Шоё улыбается. Ослепительно ярко, открыто. «Выколите мне глаза, я недостоин смотреть на это» — думает Кенма и всё равно смотрит. Открывает каждую фотографию по очереди и щурится, присматриваясь. У Шоё янтарные глаза с плещущимися в них смешинками. Румянец на щеках и причудливые веснушки-крапинки, отчётливо проявляющиеся, как отследил Кенма по фотографиям, летом. Две родинки на шее. Пара перманентных ссадин на руках, и, учитывая то, чем занимается Хината — это нормально, но Кенме всё равно хочется помазать их мазью для заживления. На фотографиях его волосы кажутся не такими, как в жизни, словно бегунок насыщенности опустили вниз, но они всё равно притягивают взгляд. Интересно, он чувствует дискомфорт от того, что так выделяется? Наверное, на него смотрят все прохожие, а дети показывают пальцами и вопрошают своих мам: «а почему у этого мальчика такие яркие волосы?». Кенма бы на его месте перекрасился. Козуме кусает губу, раздирая нежную плоть, и шмыгает носом. Если у Хинаты перманентные ссадины на руках, то у него — перманентный насморк. Посмотрите, они так похожи. Могу хоть прямо сейчас начинать встречаться. А затем его взгляд натыкается на самую первую выложенную фотографию. Дата: три года назад — то есть вы хотите сказать, что этот пацан опубликовал почти две тысячи фотографий всего за три года? — и Кенма невольно задумывается о том, что хотел бы учиться вместе с Хинатой в старшей школе. Возможно тогда у них был бы шанс познакомиться. «У тебя и сейчас есть все шансы, Кенма-чертяка!» — жужжит голосом Куроо где-то на периферии сознания, но Козуме упорно игнорирует. Жаль, что фотографию улыбающегося третьегодки Шоё нельзя также успешно игнорировать. Хотя нет. Совершенно не жаль. Кенма проматывает страницу к началу и, пожав плечами, ставит один единственный лайк — на последний пост. На этой фотке Хината сидит у берега, жмурясь и улыбаясь, с зажатым в руке смартфоном, а золотые лучи закатного солнца мягко освещают его лицо. Кенма мог бы долго ломаться и кусать губы, перед тем поставить это несчастное сердечко, но подобное поведение — не в его стиле. Козуме захотел, Козуме сделал. Всё просто. Через пять минут экран телефона снова загорается. «hinata_shoyo подписался (-ась) на ваши обновления» «hinata_shoyo понравилось ваше фото» «hinata_shoyo понравилось ваше фото» «hinata_shoyo понравилось ваше фото»

—

Конечно, если бы Кемна не хотел, он никуда бы не пошёл. Конечно, чисто в теории, он ещё может сбежать с территории университета на ближайшую остановку и сделать вид, что его никогда здесь и не было. Конечно… а к чёрту. Кенма переминается с ноги на ногу, стоя около главного здания. Трёт нос рукавом толстовки и плотнее укутывается в куртку, поправляет капюшон. Изредка отрывает взгляд от телефона, поднимает голову и осматривается. Ему не хочется выглядеть глупо или — ещё хуже! — словно он кого-то ждёт. Кого-то, кто его даже не знает. Кого-то, кто должен появиться с минуты на минуту, потому что пары уже закончились. Кенма даже не представляет, как будет реагировать, когда увидит Хинату. Если вообще увидит, потому что приход Козуме к дверям главного здания университета никак не был обговорен с другим непосредственным участником данной встречи. Более того, они даже так ни разу и не пообщались после того, как Шоё подписался на Кенму. Куроо написал, что очень сильно хвалит Козуме за такой порыв встретиться, Акааши пожелал удачи, Бокуто прислал какой-то дурацкий стикер с толстой совой, Яку и Лев воздержались от комментариев, а Кенма… что ж, Кенма просто хочет испытать ту самую пресловутую судьбу, о которой с недавних пор без конца талдычит Куроо. Поэтому сейчас, стоя около каких-то деревьев, Кенма думает так: заметит — хорошо, не заметит и пройдёт мимо — ещё лучше, значит не судьба, значит не сошлись их звёзды. «Ещё лучше» не получается. Получается просто «хорошо». — Эй, — громкий оклик вынуждает Кенму снова поднять голову. Может кричат не ему? Может этот, всё-таки вышедший из дверей университета, Хината Шоё бежит сейчас не к нему? Может… — Фуф, — парень наконец добегает, упирает руки в колени и пару секунд восстанавливает дыхание. Кенма просто стоит, как изваяние. Ничего нового. — Прости-прости-прости меня, пожалуйста, — начинает тараторить Хината, складывая ладони в подобие молитвенного жеста, — я не знаю зачем сказал про твой язык! Это было жуть, как тупо и неуместно! Прости! — зажмуривается. Козуме теряется, таращится на Шоё во все глаза, но всё же произносит: — Э, да ничего, всё нормально. Явно не рассчитывающий на такую реакцию Хината резко замолкает, открывает глаза и смотрит на Кенму. Через мгновение он начинается задорно улыбаться. Ещё через мгновение спохватывается и снова начинает тараторить: — Ками-сама, я же не представился! Хината! Хината Шоё! Кенме так и хочется сказать «я знаю», но он говорит лишь: — Козуме… Кенма. — Я знаю, — Шоё активно кивает и улыбается, — Акааши-сан дал тебе мой Инстаграм? Блин, я и не думал, что он так серьёзно отнесётся к моей просьбе, — чешет затылок. И вот тут Кенма выпадает. В его глазах красным шрифтом пишется «error», а в голове чёрным по белому высвечиваются вопросы. — Прости, что? — спрашивает Козуме, не придумав ничего лучше. — Ну, — Хината запинается, — твой инстаграм… ты лайкнул мне фотку. Кенма неуверенно кивает. Шоё такой красивый вблизи. Особенно, когда смотрит в глаза. Особенно, когда жестикулирует так забавно, что хочется рассмеяться. Особенно, когда ветер колышет его огненные вихры, и Хината, в попытке придать причёске более адекватный вид, взъерошивает их ещё сильнее. — Вот, — Шоё продолжает, — и я понял, что это Акааши-сан сказал тебе мой ник, — снова растягивает губы в улыбку, — всё-таки он такой классный! А я сначала даже подойти к нему боялся. Ой, — Хината зажимает рот ладонью и бурчит, — только ему не говори. «Что за херня, Кейджи?» — хочется спросить Кенме. Чувство, что вокруг него происходит какой-то тайный заговор только усиливается. — На самом деле я вообще не думал, что ты обратишь на меня внимание, — посмеивается Шоё, заложив руки за голову, — но когда Кагеяма сказал, что мой план отстой, я сразу понял, что надо действовать и утереть ему нос! А то он всё время такой: «да ты видел его всего один раз в универе, бла-бла-бла, он даже на тебя не смотрел, бла-бла-бла» И вот тут Кенма выпадает второй раз. Они уже пересекались с Хинатой? Когда? Когда он, чёрт возьми, успел проглядеть это? — Если честно, — начинает Козуме, — я не очень понимаю о чём ты. — Ну как же, — удивляется Хината, — Акааши-сан должен был тебе сказать! Я ведь у него и имя твоё, и адрес узнавал! Я ещё удивился, что ты не спишь по ночам, но потом подумал, что могу привлечь твоё внимание как раз во время пробежки… И в конце концов, Акааши-сан дал тебе мой Инстаграм. — Я сам его нашёл, — не соглашается Кенма. — Чего?.. — начинает Шоё, но затыкается. И в этот момент происходят две вещи: глаза Хинаты округляются, он кричит «так Акааши-сан тебе ничего не сказал?», потом «так ты даже не был в курсе моего плана!» и вцепляется себе в волосы; а Кенма, поняв всю суть и комичность ситуации прыскает в кулак. — Погоди, погоди, — Козуме выставляет руки ладонями вперёд, — то есть ты сначала увидел меня в университете, потом выспросил у Акааши мой адрес и, — молчит секунду, неуверенный стоит ли продолжать, — начал нарезать круги вокруг дома, чтобы я заметил? — В твоём исполнении это звучит ещё хуже, чем есть на самом деле, — страдает Хината. Кенма укоризненно качает головой, мол «как вообще можно было до такого додуматься?», а сам в душе́ улыбается широко-широко, понимая, что та самая пресловутая судьба всё же существует, и звёзды, действительно, имеют привычку сходиться. И что Акааши, определённо, тот ещё хитрый жук. Надо будет рассказать Бокуто. Хотя нет. Кенме слишком лень.