Омут

You may bury my body Down by the highway side You may bury my body Down by the highway side. 1. Вспышка синего света не оставляет за собой ничего, кроме влажных губ. Она по привычке их облизывает, но тут же одергивает себя. Ей совершенно не удается разобраться в своих чувствах. Лия нестерпимо обиженна на взрослого, и такого маленького, Пятого. Она застывает на постели, перед глазами мелькают какие-то чертовы цветы, ей кажется, что она задыхается. Анелия нервно прижимает руку к губам, позже переводя её на горло, несчадно сжимая его, в поиске воздуха. Она царапает нежную кожу в нервном порыве. Боль на мгновение заставляет её придти в себя. С трудом отнимая руку от своей шеи, она замечает, насколько сильно она дрожит. Чертов Пятый со своей неразберихой в голове. Чувства смещались. Она совершенно не понимает, что ей стоит испытывать, кого ей жалеть, а кого ненавидеть. Он чувствует лишь импульс, что дрожью прошел по её телу. Как реагировать? Что делать? Мысли, бесформенные и вязкие, слипаются в манную кашу с комочками, переварить которую просто не возможно. Анелия напугана своим состоянием, она многое успела испытать, но это не значит, что в её мире больше нет чувств. 2. На постель кто-то садиться. Судя по звуку шагов ранее это больше Ваня, чем Диего, все-таки она меньше и ходит тише. Если честно, Анелия просыпается каждый раз, когда к комнате кто-то подходит или, уж тем более, заходит. Годы жизни среди больных на передовой научили реагировать её на каждый звук вокруг себя, чтобы не упустить ничего важного. Ванина рука проходиться по волосам Анелии, она осторожно поглаживает голову, видимо, пытаясь таким образом аккуратно разбудить девушку. Но Анелия не поворачивается и глаз не открывает. Она не доставит другим удовольствия видеть свои красные заплаканные глаза. - Ему не 13 и даже не 16... - Разливается теплый, немного удрученный, голос Вани. Ваня намного тише и спокойней всех "Амбрелавцев", она учтива и чуть более внимательна к остальным. Анелии в ней это нравиться, среди неспокойных волн и ураганов этого дома, Ваня - тихое место, где можно хоть ненадолго отдохнуть. Поэтому, наверное, Ваня замечает, что Анелия не спит и говорит именно о том, что она так хотела услышать. - Безусловно, ты это знаешь, но я уверенна, что рассказывали тебе это вскользь и не особо вдаваясь в подробности. - Её голос все такой же спокойный и плавающий, он качает Анелию на волнах спокойствия. Под него хочется заснуть, но "спящая" девушка держится за последние ниточки сознания, лишь бы узнать хоть что-то... И Ваня дает её эти знания, она рассказывает о своих силах, о том, как Пятый вернулся спустя столь долгое время, заточенный в теле подростка и о всех трудностях и радостях, что подготавливала им жизнь с момента его возвращения. Анелия разворачивается к ней, смотрит большими грустными глазами и осторожно берет собеседницу за запястье, как ребенок, что потерял опору. Видя глаза напротив Ваня вспоминает, как в Далласе успокаивала Харлана пред сном всякой раз, когда он был напуган монстрами в темноте. - Почему он так поступил? Как он может вести себя так ? - Раздается хриплый голос. - Пятый никогда не знал человеческого тепла... Не знал и чувств, что ты ему показала. Я знаю, его поступки нельзя назвать нормальными, но и его жизнь не была похожа на нормальную. Он столько лет был одинок, а после одиночества его ждала лишь комиссия, что взрастила в нем машину для убийств. Это тяжело, простить что-то подобное - Ваня тяжело вздыхает, будто на её грудную клетку чем-то надавили. - Постарайся думать о Пятом, как о сумасшедшем старике, возможно, станет чуть легче... Анелия кисло усмехается лишь уголками губ, но глаза её вся так же не подвижны и темны. - Я не пытаюсь свести все в шутку и не хочу обесценить твои чувства, но постарайся дать ему шанс и ты увидишь, что наш Пятый может быть не только лишь сумасшедшим. Не обязательно подпускать его слишком близко, хватит небольшого расстояния для жизни в одном доме. Может, я прошу тебя о слишком многом, но ты ведь можешь и научить его чему-то, не дать ему скатиться в сумашестиве - На последних предложениях девушка запинается и говорит уже не так уверенно, как начинала. Когда Ваня уходит, первое, что чувствует Анелия - это обида, будто в ссоре сестра встала на сторону брата, а не на её. Как бы ей не хотелось этого признавать, но Анелия хотела банального сочувствия, чтобы кто-то... ну хоть кто-то... сказал, что она не виновата, даже если её вина здесь была. Иногда, просто нужно, чтобы кто-то был на твоей стороне вне зависимости от правды. Девушка больше не плачет, но в горле несчадно першит, а дыхание её прерывистое и надрывное. Если бы хоть кто-нибудь был с ней таким же чутким, как она с другими, наверное ей было бы легче. Вот бы уткнуться в чью-нибудь рубашку и прореветь так часика пол и чтобы человек не отталкивал, позволил цепляться за одежду и просто обнимал, разделяя частичку эмоций с ней... Она чувствовала, что является брешью в этой семье, непроработанным пятном, с которым не знали, что делать и как к нему относится. Диего как-то на это сказал, что если Анелия - брешь, то вся их семья - сплошное решето и она прекрасно вписывается в их маленький изломанный мир. А ей просто хотелось хоть одно светлое место, где она бы чувствовала себя в безопасности. Не обязательно быть с ней слишком учтивыми, можно просто иногда спросить как дела или обнять при встрече. Возможно, Анелия хочет слишком многого... 3. Печаль накрывает её с головой после разговора с Ваней. Анелии нестерпимо обидно. Её режет изнутри тысячи стеклышек, что давят наружу слезы. Анелии действительно хотелось бы узнать, почему он так поступил, узнать, что внутри парня, взгляд которого посылает тысячи вольт по её телу. Ей жаль Пятого, действительно жаль. Но еще больше ей жаль себя, девушку, что порезалась о битое стекло его души. А еще больше ей жаль свою жизнь, большую часть которой она тратит на раздумья о других. Хватит. Единственное, что было у Анелии все это время, во время всех тяжелых и ужасных моментов, во время радости и падений - это она сама. Новая семья это, конечно, хорошо, но настоящая семья всегда состояла лишь из одного человека - Анелии. И лишь этот человек способен сделать её счастливой. Решение было принято безвозвратно и надолго. Чувства других важны, но её чувства - гораздо важнее. Будто очнувшись ото сна, Анелия видит на своей тумбе цветущие нарциссы и совсем им не удивляется. Солнечные цветы, такие яркие и радостные, насколько не смертно красивые, на столько же ненавистные. Потребовалось всего пару минут, чтобы хотя бы переодеться и выкинуть чертовы цветы в мусор на кухне. Стоя в душе и смывая с себя несколько дневный пот, Анелия буквально ошпаривает кожу холодной водой. Нужно придти в себя. Она сотни раз прокручивала в голове все моменты связанные с мальчиком в школьной форме, она узнает, что заставило этого парня с ней так поступить и вынесет ему приговор. Как и в сотни раз до этого, она будет мило улыбаться ему и делать вид, что ничего не произошло, тщательно подбирая в своей голове способы мести.