В чужих объятиях

У Серёжи в карманах ничего, кроме потрёпанных старых билетов с автобусов, пары монеток оставшихся со сдачи и фантика от конфеты. У Серёжи руки дрожат, а ноги отказываются двигаться быстрее. У Серёжи, кажется, вся жизнь перед глазами. За ним идут. Он этого не видит, но знает наверняка. Обострившееся чутье не просто кричит, а уже орёт, бьет тревогу, мол, что же ты такой медленный, позади настигает опасность, так беги! Он прижимает уши поближе к голове, а из горла доносится позорный скулёж. Он давит его, но от нервов получается отвратительно. Если материализовались уши — это плохо. На нервяке он всегда ужасно контролирует вторую форму и зачастую она становится сильнее его. Ведь лис сильнее, он может дать отпор, сбежать и замести следы длинным пушистым хвостом. А что может человек Серёжа? Он доходит до какого-то продуктового и сразу же в панике забегает внутрь, даже не осматриваясь — страшно. Страшно увидеть, страшно взглянуть в глаза преследователю. Ведь, если взглянет — станет еще страшнее. Ведь тогда жестокая реальность ударит по голове осознанием — ты правда в опасности. Тебе никто не поможет и деться некуда. Только встать стеной перед угрозой и постараться дать отпор. Сережа с трудом концентрируется на реальности, выдираясь из вороха мыслей, и оглядывает магазин. Все, как и в любом другом магазине: прилавок, за ним немолодая продавщица, полки и холодильники с товарами. Не то, чтобы он рассчитывал увидеть здесь свое спасение, но становится как-то еще страшнее. Если преследователь зайдет сюда, смогут ли они с этой женщиной дать ему отпор? Сережа шумно вздыхает, приказывая мыслям собраться в кучу. Они мечутся в голове, словно хотят сбежать и думать рациональнее получается далеко не с первого раза. Он вздыхает еще пару раз, успокаиваясь. Никакой преследователь не покажется в магазине, если не хочет нажить себе свидетелей. Что бы ни было у него на уме, он не показался даже Серёже, а значит пока выжидает подходящего момента для атаки. А значит надо придумать, как действовать в случае чего. У него в запасе есть еще пару минут, пока продавщица не начнет выгонять его. Потом, можно растянуть время, купив какой-нибудь бурды. Постоять у двери, укладывая покупку в рюкзак, а деньги в кошелек. Тогда... — У тебя все в порядке? — раздается почти над самым ухом. Сережа вздрагивает, поднимая взгляд. Перед ним стоит высокий широкоплечий молодой человек с теплым, чуть обеспокоенным взглядом. Тянет аккуратно руку, чтобы коснуться плеча и все-таки не касается, когда Серёжа смотрит на нее. — Д-да. Да. Все хорошо, спасибо, — нервно растягивая губы в улыбке, говорит Серёжа и отходит на шаг назад — слишком близко подошел незнакомец. — А по тебе не скажешь, — хмыкает парень и все еще стоит, выжидая ответа. — Нет, правда, все нормально. Я... Я просто думаю, какую, — быстро окидывает взглядом ближайший прилавок. — Какой чай купить. Серёже хочется сбежать отсюда — уши снова высовываются и прижимаются к голове, выдавая его страх с потрохами. Он панически думает, с какой вероятностью этот настойчивый незнакомец может оказаться тем самым преследователем и сам же путается в своих выводах. — Бери зеленый с ромашкой. Тебе бы немного нервы успокоить, — снова хмыкает парень и наконец-то отходит, принимаясь рассматривать полки с крупами. Серёжа выдыхает облегченно и действительно раздумывает, а не купить ли ему чая. Только не в коробке, а в бутылке. И честно рассматривает различные бутылки с холодным чаем, но берет привычную уже газировку и тут же открывает, судорожно глотая. От нервов в горле пересохло. Он выходит из магазина, когда незнакомцу уже пробивают товар и оглядывается в поисках опасности. На улице спокойно, пара-тройка людей идут по своим делам. В листве деревьев мягко шуршит ветер и кажется, что весь остальной мир замер, исчез, растворяясь в моменте. Позади раздаются тихие уверенные шаги и замирают прямо за спиной. В воздухе разливается приятный аромат древесины и озона как после грозы. Дрожь рук исчезает как по-волшебству и становится так спокойно, словно не Серёжа пять минут назад в панике искал, куда бы ему спрятаться. — И всё-таки ты очень нервный, лисёнок, — раздается хриплый смешок и Серёжа смеется тоже. От облегчения, чужого запаха и спокойной уверенности внутри становится так тепло, что он впервые чувствует себя по-настоящему в безопасности, словно дома. — Пойдем, провожу тебя. Я Олег, кстати. — Серёжа. Серёже сейчас хорошо — Олег уверен. От его ауры и феромонов, конечно, но Сереже это знать пока не обязательно. Пусть он считает, что опасность миновала, Олег ни за что не скажет ему, что за ними до сих пор кто-то следует по пятам. Он сам потом с этим разберётся.