Счастье в неведении 2

Лекция – это процесс перехода записей лектора в записи студента без прохождения через чей-либо мозг.

Профессор Снейп, в который раз, мерил шагами свою комнату. Он просто не находил себе места, после одного памятного ужина и своей не особо удачной попытки легилиментации одного чересчур жизнерадостного старца. Как говорят, не отчаивайся – худшее ещё впереди! Бедный зельевар просто не знал, что ему делать с полученной информацией. И он не нашел ничего лучше, чем просто шарахаться от директора при встрече. Благо, что на каникулах с избеганием Дамблдора не возникало проблем. То профессору нужно было в Запретный лес за корешками, то директору – в министерство и/или на заседание Визенгамота. Но все хорошее имеет тенденцию быстро заканчиваться. Так и рождественские каникулы подошли к концу, и избегать директора будет всё сложнее. Ведь совместные трапезы и собрания педсовета никто не отменял! И по этой причине Снейп пребывал в ещё более мрачном настроении, чем обычно. И расхлебывать последствия, конечно же, приходится бедным студентам. Гриффиндорцы просто не могли взять в толк, что случилось и чем они ТАК провинились, ибо профессор и ранее был нетерпим к львятам, а сейчас он, кажется, просто объявил крестовый поход против факультета Годрика с явным намерением загнать его в глубочайший минус в истории Хогвартса. Лонгботтом боялся просто шевелиться на уроках зельеварения и, что называется, дышал через раз. Гермиона боялась лишний раз поднять руку. Даже слизеринцы старались не маячить лишний раз перед своим деканом. Только Гарри, казалось, совсем не волновало плохое настроение Снейпа. Он продолжал всё так же безалаберно относиться к зельеварению и выполнению домашних заданий. Саркастичные же комментарии Снейпа по отношению к Поттеру просто не достигали цели, так как Гарри слушал красивый бархатистый голос профессора, обращенный к нему, а не вслушивался в смысл слов. Профессор прибывал в напряжении, которое с каждым днём всё росло, не находя выхода. Директор не делал никаких намеков, что он в курсе происходящего, и ни словом, ни жестом не выдавал своего участия. И это только ещё больше подогревало злость зельевара. Когда же ситуация дошла до опасной точки взрыва, директор пригласил профессора Снейпа на приватную беседу за чашечкой чая. Снейп не мог отказаться, хотя и чувствовал, что предмет беседы ему явно не понравиться. Но выбора у него всё равно не было.