Чёрный Крест

      Человеческий мозг удивителен, а его способности феноменальны, и не даром говорят, что в критических ситуациях он вполне может показать максимальную работоспособность, на которую только способен. Пробуждение немолодого мужчины было столь мучительным, но одновременно с этим бодрящим, что он за долю секунды успел сообразить, что с ним произошло, и где он находится. Вчерашним вечером он размашистой походкой шёл по направлению к своей машине, пересекая парковку, как вдруг ощутил движение у себя за спиной, а дальше свет погас, и теперь он болтался в своём же багажнике, словно его запихнули в стиральную машину. При этом подвеска его машине позволяла прочувствовать каждый ухаб и яму, а в бок периодически впивался домкрат и огнетушитель. Мужчина наскоро попытался придумать план побега, но об этом можно было даже не мечтать, ибо его руки были жесточайшим образом связаны, обещая в скором времени обернуться кислородным голоданием тканей рук. Ноги были связаны таким же образом, а кляп во рту довершал столь привычную ему картину похищения, но он не владел бизнесом, и конкурентов у него никаких не было. Страшная догадка была сравнима с раскалённой иглой, заставившей всё его тело вздрогнуть, отчего на лбу появилась испарина, и у него похолодело внутри.       «Неужели…», — он широко раскрыл глаза в немом ужасе. Новый ухаб, пусть и причинил ему боль, но мужчина не обратил на это внимания в свете новых событий — кошмарной догадки, о которой он сразу и помыслить не мог. — «Он не может знать…»       Он. Неизвестный, похитивший его на безлюдной парковке, когда ночь уже вступила в свои права, и он выгадал идеальный момент, напав со спины, и умело вырубив, затем связал и запихнул в багажник его же машины, чтобы не светить свою машину, скорее всего. Новая попытка разорвать верёвки, связывающие его конечности, не привели ни к чему. Самые яростные попытки, в которые он вкладывал все силы, были бесполезны.       «А ведь дорога слишком плохая. Меня везут за город? Господи…», — он начал молиться, едва ли искренне веря в помощь Бога, но больше ему ничего не оставалось, кроме как молиться, надеясь на чудо.       Но едва ли он верил, что за всё, что он успел сделать в своей жизни, Бог обратит на него внимание. Чудо ожидаемо не произошло, и машина резко остановилась, отчего он с силой врезался о поверхность багажника позади себя, слыша хруст пластика. Через какие-то секунды он услышал, что неизвестный заглушил двигатель, выходя из машины. Внутренне содрогаясь, он всё ждал момента, когда похититель резко распахнёт багажник, и с силой выволочит его, бросив на холодную землю. Однако последний не спешил, сначала недолго постояв около машины, судя по тому, что он слышал, а затем открыл пассажирскую дверь, и достал оттуда что-то, при этом весьма тяжёлое, судя по звуку, с которым этот объект был поставлен на землю. Захлопнув дверь, некто достаточно крупный, судя по тяжёлым шагам, направился в сторону багажника, и открыл его, внимательно разглядывая пленника. Попытавшись поднять взгляд на неизвестного, он так и не сумел сделать этого, будучи слишком хорошо связанным, и не в силах совершить подобные телодвижения.       — Похоже, что ты очнулся, — приятный голос принадлежал весьма молодому человеку, но был лишён и намёка на беспокойство и возбуждение. — Но боюсь, что тебе придётся меня немного подождать, — мужчина не видел лица парня, но был уверен, что последний улыбался. — Не скучай.       «Почему он так спокоен?», — мысленно вопросил себя мужчина.       Закрыв багажник, похититель поднял с земли тяжёлый объект, похожий на ящик, как предположил он, а затем направился куда-то в сторону. Напрягая мышцы ног и рук, он вновь попытался порвать верёвки, но новая попытка ни к чему не привела, что не было чем-то неожиданным. После сорока лет он начал терять форму, и теперь не стоило даже надеяться на возможность самостоятельно разорвать верёвки, и освободиться.       «Я не хочу умирать…», — подумал он, часто задышав, но кляп во рту позволял дышать только через нос, отчего вскоре ему несколько поплохело, и глазах поплыло вследствие начавшейся паники.       Мысли его крутились вокруг всяческих вариантов побега, но ни один из них не было осуществим, и положение казалось безвыходным, да и конечности уже начинали страшно болеть. Находясь в состоянии, близкой к истерике, он даже и не заметил, как похититель вернулся, поэтому открытие багажника стало для него столь резким, что его сердце, казалось, замерло на секунду.       — Сейчас я разрежу верёвку на ваших ногах, и вы пойдёшь за мной. Идти недолго, — парень приблизился к мужчине, приложив складной нож к его щеке. — Пожалуйста, будьте спокойнее, и не даже не пробуйте сбежать. Вы меня поняли?       Мужчина постарался кивнуть, и похититель это заметил.       — Отлично.       Разрезав верёвки на ногах мужчины, парень ловко вытащил его из багажника, бросив на землю, и последний попытался встать, но вновь рухнул вниз, так как его ноги сильно затекли. Похититель в это время спокойно закрыл багажник, и продолжил стоять подле него, ожидая, пока мужчина встанет, в это время успев и заглушить двигатель. Когда мужчина всё же встал, похититель схватил его за руку, толкнув вперёд. Шли они действительно недолго, но молча, отчего путь казался субъективно длиннее. Направлялись они к какому-то заброшенному зданию, выглядящему, как старинный завод, построенный несколько десятков лет назад.       Вид оно имело устрашающий, будучи построенным ещё в советские времена, во время жизни Брежнева, но теперь страшно обветшало, и едва ли его в последние десятилетия посещал кто-либо помимо ищущих приключений подростков, и наркоманов. Осторожно, стараясь не споткнуться об обломки здания и всякий строительный мусор, он перешёл порог здания, идя впереди. Шаги его эхом отражались от стен здания, и он неожиданно подумал, что всё это схоже с шествием на эшафот, и его сейчас ведут на казнь. Не оставляя попыток придумать способ побега, он не обратил внимания, что они достигли единственной комнаты в здании, где был зажжён свет. Отражавшись от стен, он создавал даже некоторое подобие уюта. Но стоило мужчине замереть на секунду, как парень вновь обрушил по его голове сильный удар, и мужчина упал в беспамятство отключки.       В этот раз пробуждение далось ему значительно тяжелее, и он не сразу смог открыть глаза, при этом весьма отчётливо ощущая, что лежит на твёрдой поверхности, похожей на стол. При этом стол был покрыт полиэтиленовой плёнкой, но пошевелиться опять не было никакой возможности.       — Не ожидал, что ты вообще очнёшься, но зато теперь тебе удастся стать свидетелем моих приготовлений, — он улыбнулся краем губ, глядя на испуганного мужчину. — Иногда в эти моменты мне бывает слишком скучно и одиноко, но в этот раз мне есть, с кем поговорить.       Он сделал шаг в сторону от мужчины, а затем раскрыл сумку на ближайшем столе, судя по звукам, а затем поднёс к его лицу скальпель, о он заметил, что на руки парня были надеты резиновые перчатки.       — Я просто хочу показать мой сакральный инструмент, без которого не обходится ни одно, — он замолчал на секунду, подбирая нужное слово. — Нет, не хочу называть это ужином, либо иным синонимом банального поглощения пищи. Пожалуй, что назову это нейтральным словом «Мероприятие». Вам очень повезло, Виктор. Не с каждым я заговариваю о своей, — похититель вновь призадумался. — Деятельности? Да, пожалуй. Пусть будет так.       Мужчина попытался ответить, но кляп позволил ему издать лишь невнятное мычание.       — Вряд ли вы сможете рассказать мне что-то, чего я не знаю. Поверьте, что я очень тщательно изучил всю вашу биографию, и даже следил за вами длительное время, — подняв очи к потолку, но нехотя кивнул. — Хорошо, я дам вам возможность выговориться, но, если вздумаете кричать, придётся вас вновь заткнуть. Нет, я не боюсь, что нас найдут, просто я не люблю громкие звуки. Не люблю с детства, и даже музыку предпочитаю спокойную, но вам это знать ни к чему.       Положив скальпель на стол, парень поднёс руку к его лицу, и убрал кляп, улыбнувшись.       — Кричать не будете? — поинтересовался он.       — Ты всё знаешь? — спросил Виктор, ощущая, как с его лба на полиэтилен стекла капля пота.       — Я знаю что? — Он мило улыбнулся. Казалось, для него это было простой игрой, и он забавлялся реакцией мужчины. — Да и вы как-то невежливы, — он поднял со стола скальпель, — Можете называть меня Михаилом. Прошу прощения, что не представился сразу.       — Вы знаете, что я сделал с детьми, Михаил? — спросил мужчина, уже начиная осознавать безвыходность своего положения. Парень знал всё, это было очевидно, иначе его бы здесь не было.       — Другое дело, — хмыкнул парень. — Я знаю имена, их возраст, да даже садики, где они учились. Но для вас они были не живыми людьми, а простыми объектами для удовлетворения своих фантазий. Вы для меня — тоже, но в ином смысле, — он улыбнулся. — В этом плане мне нравятся только девушки, причём совершеннолетние. Но не маленькие мальчики, как вам. Я даже посещал их могилы. Пустые могилы, ведь полиция так и не узнала места, где вы спрятали тела. Пожалуй, я даже помогу полиции их найти, и родители смогут нормально похоронить своих детей. А также узнать в будущем, кто убил их детей.       — О чём вы говорите? — Виктор сглотнул, хмурясь. — Удовольствие? Ужин?       — Вы смотрели Ганнибала?       Мужчина вздрогнул.       — Да, вижу, смотрели. Понятия не имею, когда у меня возникло подобное желание, но в один момент я нашёл путь, как удовлетворять эту потребность, при этом не становясь инфернальным чудовищем в своих же глазах. Теперь подобное стало моей стезёй, а также способом развлечься и получить удовольствие.       — Убьёте меня? — спросил Виктор, с ужасом смотря на него.       — Очевидно же.       — Нет, я не о том… — он вздохнул. — Вы быстро убьёте меня, либо собираетесь…       — Собирался, но вы ведёте себя достаточно тихо и вежливо, поэтому я вас быстро убью. Говоря откровенно, мучения жертв меня не вдохновляет. Лучше всего, когда мероприятие проходит в тишине.       Он достал чёрный крестик, поднеся его поближе к лицу Виктора. Последний увидел обыкновенный крестик размером с ладонь, изображающий распятого Иисуса, но крестик был перекрашен в чёрный цвет.       — Хотел, чтобы вы увидели его перед смертью. — Михаил усмехнулся. — Если меня будут преследовать, то у них будет ложный след. Пусть будут искать какого-то религиозного фанатика. Таковых хватает как в России, так и в других странах. В этом городе я оставлю два чёрных крестика. А в другом что-то, связанное с сатанизмом. Посмотрим.       Он улыбнулся: — Если у вас остаётся желание помолиться, то я готов немного подождать.       — Да, пожалуйста.       — Кто бы сомневался, — парень едва сдержал смешок. — В данной ситуации даже атеист уверовал бы, чтобы оттянуть момент смерти.       Михаил отошёл от стола, на котором лежал мужчина, присев на другой. Виктор же начал молиться, искренне прося у всевышнего прощения. Спустя пять минут послышался скрип стола, и парень встал, предварительно посмотрев на циферблат наручных часов.       — Время вышло.       — Пожалуйста, можно ещё немного. Я не закончил…       — Вам всегда будет не хватать времени, сколько бы я не ждал. Практически никто умирать не желает, и даже самоубийцы в душе мечтают, чтобы их кто-то спас. Поверьте мне, ибо я знаю, о чём говорю.       — Нет, пожалуйста…       Михаил улыбнулся, подняв со стола нож с длинным лезвием. Подойдя к мужчине, он одним движением вонзил его в тело Виктора, пробив сердце. Нож вонзился в его тело с неприятным хрустом, и мужчина выпучил глаза, попытавшись закричать, но не смог. Парень тут же вытащил нож из тела преступника, наблюдая за тем, как тело мужчины бьётся в предсмертных судорогах, а сознание вот-вот должно было покинуть его навсегда. Не желая терять времени, дожидаясь, пока тело преступника начнёт остывать, и физиологические процессы умирающего тела приведут к окоченению тела и прочим неприятным последствиям, он убрал нож, достав скальпель. Тем временем кровь начала вытекать из раны, проливаясь на полиэтилен, которым был покрыт стол, затем капая на пол, также покрытый им. Всё это в дальнейшем придётся брать с собой, а затем сжигать, избавляясь от любых улик, но это потом.       Мёртвое дело на самом деле вовсе не мертво, и кишит разнообразной жизнью, и гниющий труп в будущем обещал стать настоящей экосистемой, когда вследствие кислородного голодания тканей, и по мере накопления токсических побочных продуктов химических реакций в клетках повышается кислотность. Все ткани тела постепенно начинают распадаться схожим образом, и вместе с этим температура тела начинает снижаться, так как тело человека больше не в состоянии вырабатывать тепло, как обычно происходит в процессе жизнедеятельности. Вскоре человеческое тело изнутри начинают пожирать бактерии, ранее сдерживаемые иммунной системой, а теперь множащиеся в мёртвом теле, а продукты их жизнедеятельности придают телу характерный омерзительный-сладковатый трупный запах разложения. Михаил владел всей нужной информацией касательно того, что происходило с телом живого организма после смерти, и не хотел бы наблюдать все стадии разложения, обычно избавляясь от тела в первые сутки после убийства. Он не ощущал стыда и вины за совершённые преступления, ведь избавлял мир от убийц, маньяков, педофилов и прочих. А между тем, каннибализм был для человеческого рода вполне нормальным явлением, и в критических ситуациях очень многие люди не брезговали человечиной. Но в современности это было жёстким табу, которое порицалось и наказывалось.       Сейчас же можно было насладиться любимым делом. Осторожно, тщательно следя за своими действиями, он поднёс его к телу уже испустившего дух мужчины, начав аккуратно вскрывать тело в области брюшной полости, обнажая внутренние органы весьма здорового цвета, ведь его жертва вела вполне здоровый образ жизни, пусть и несколько сидячий. Он заглянул внутрь в поисках печени. Усмехнувшись, он взглянул на застывшее выражение лица Виктора, где невооружённым взглядом были видны все оттенки предсмертной агонии, а затем бережно достал заветный орган. Теперь можно было начать готовиться к трапезе. Его задача выполнена. Преступник мёртв, и любимый орган получен.       Дело было сделано, и теперь он со спокойной душой мог передохнуть в отеле, одновременно с этим заканчивая финальные приготовления для последнего убийства в городе. Обыкновенно он старался не совершать более двух убийств в одном городе, чтобы у полиции было как меньше улик против него. На ресепшене привычно никто не обратился на него внимания, но он всё равно изобразил нетвердую походку, чтобы создать впечатление нормального парня за двадцать пять, который не прочь расслабиться в пятничный вечер. Дойдя до своего номера, Михаил устало рухнул на кровать, несколько минут бесцельно смотря в потолок, после чего на его лице расплылась довольная улыбка. Преступник мёртв, и никаких следов он не оставил. Всё прошло гладко, и можно было приступить к последней казни, запланированной в этом городе, ведь у него оставался ещё один чёрный крестик.       Неохотно поднявшись с кровати, он направился к прикроватной тумбочке, включая ноутбук. Благо, что все данные находились в папках, защищённых паролями, и в случае взлома все данные автоматически удалялись. А уже после завершения дела он регулярно очищал ноутбук, избавляясь от всего, что касалось его дела. Было бы запредельно глупо попасться на подобном.       Михаил коварно улыбнулся, едва не начав потирать руки, как в злодей в третьесортном фильме об очередной победе над злом. Фотография последнего преступника была достаточно большого разрешения, и можно было разглядеть каждую морщинку на немолодом лице маньяка. Приверженцем теории Ломброзо он не был, но любой человек заподозрил бы в этом мужчине серийного убийцу. Ломброзо выделил ряд физических признаков, которые, по его мнению, характеризуют личность, с рождения наделенную преступными наклонностями. Это неправильная форма черепа, узкий и скошенный лоб (или раздвоенная лобная кость), асимметрия лица и глазных впадин, чрезмерно развитые челюсти. Рыжие преступники встречаются крайне редко. Чаще всего преступления совершают брюнеты и шатены. Брюнеты предпочитают воровать или заниматься поджогами, а шатены склонны к убийствам. Блондины иногда встречаются среди насильников и мошенников.       Но дело было не во внешности мужчины, и даже не в грубых чертах лица, не в мрачности и нездоровом цвете. Нет, проблема была во взгляде, и Михаил видел в нём себе подобного, то есть настоящего социопата. Этого персонажа он отыскал в базе данных, но у полиции были лишь косвенные доказательства его вины. Да и дело было старым. Но у Михаила есть преимущества: во-первых, он способен узнавать подобных в лицо, а во-вторых, у парня было много свободного времени, и он не ограничивался законами. Путём долгой слежки за преступником удалось узнать, что тот в данный момент сам высматривает новою жертву — молодую девушку до двадцати. В ближайшие дни он атаковал бы её, но не суждено, так как ему не повезло встретиться с Михаилом.       «Завтра», — усмехнулся он. — «Никуда вы от меня не денетесь, Борис Иванович…»

***

      Мужчина взглянул на небо, несколько секунд разглядывая луну, стоило тучам отступить, открывая её вид. Машинальным движением он расстегнул карман куртки, доставая оттуда пачку сигарет и зажигалку, а затем вернул предметы обратно в карман. Куря сигарету, он продолжал смотреть на небо, наслаждаясь ночной прохладой. Хмыкнув, он докурил сигарету, бросив её под ноги, а затем наступил на неё ногой, отчего она вмиг потухла. Выпрямившись, он направился к машине, слегка хромая, но ему не было суждено сесть в свою машину, как обычно, и он сначала ощутил лёгкий ветерок за спиной, а затем ощутил сильный удар по голове.       Приходил в себя он несколько раз, ощущая сильнейшую тряску, но вскоре быстро вновь терял сознание. В последний раз сознание к нему вернулось, когда он лежал на твёрдой поверхности, в которой узнал какой-то стол. Сначала мысли начали крутиться о возможности сбежать, порвав скотч, но об этом даже можно было и не мечтать, так как каждое движение отдавалось сильнейшей головной болью, а слабость была просто чудовищной. Скосив глаза вбок, он заметил молодого парня, который копался в сумке, что-то ища.       — Декстер? — ухмыльнулся мужчина.       Он не видел лица парня, но знал, что последний широко улыбнулся.       — Уже знаешь, что я сделал, да? Ну тогда можешь быть уверенным, что я ни о чём не жалею.       Неизвестный не обернулся, продолжая орудовать за столом, но теперь уже раскладывая инструменты. Мужчина с удивлением обнаружил и столовые приборы.       — А ты знаешь, что я сегодня с утра подловил эту девчонку, и она уже сутки ждёт моего возвращения. Только стоит подумать, как она вздрагивает от каждого шороха, дожидаясь меня, как на душе сразу приятно становится.       — Вы обычно вечером ловите их, — заметил парень, обернувшись. — Не врёте ли вы, чтобы выиграть время, заставляя меня задавать вопросы? Думаете, что я некий мститель?       — Мне всё равно, — усмехнулся мужчина. — Я не боюсь смерти, уже повидал её на войне.       — Знаю, — улыбнулся парень.       — Ты её всё равно не найдёшь! Чего лыбишься, придурок?       «Как он только успел?», — подумал Михаил. — «Ладно, бывало и хуже. Придётся искать девчонку. Думаю, что она вблизи тех мест, где он убивал раньше»       — Найду, но вы, — он нахмурился, слегка покачав головой. — Но вы мне ужин испортили, настрой сбили.       Он сжал кулаки.       — В эти моменты я думаю только о предстоящем, а теперь я рассуждаю, где искать девушку.       — Хотелось бы тебе посочувствовать, но, — он постарался пожать плечами, усмехаясь.       — Но вы один из тех, кто и на войне не врага убивал, а за девушками охотился.       — Ты не можешь этого знать. Никто не знает.       — Просто угадал, — улыбнулся парень. В этот раз он и в правду просто угадал. — Но боюсь, что на этой ноте нам пора прощаться.       Подняв со стола нож, он проткнул грудь маньяка, прикладывая куда больше силы, чем необходимо, пробивая сердце.

***

      Михаил вжал педаль газа в пол, отчего двигатель машины взревел, и она понеслась вперёд, и яркий свет фар пронзал ночную темень, а холодный ночной ветер врывался в кабину машины, взъерошивая его тёмные волосы. Высунув руку в окно, он счастливо улыбнулся, смакуя столь приятный момент. Очередной город остался позади, и машина будто бы прочувствовала, что впереди ей предстоит долгая и интересная дорога, задорно несясь вперёд, старательно объезжая любые ямы. Даже мелкий дождь, каплями разбивающийся о лобовое стекло, не мог испортить настроение парня, уже готового к новым приключениям в очередном городе. В прошлом ему удалось убить сразу двух преступников — убийцу, а также педофила, убитого накануне. Избавившись от трупов, и старательно убрав все следы своего присутствия, он съехал из отеля, собрав немногочисленные вещи, запрыгнул в кабину иномарки, и помчался дальше, заниматься поисками очередной жертвы. Следов он не оставлял, поэтому у полиции, работающей из рук вон плохо, не было зацепок, чтобы установить, что целый ряд убийств во многих городах были совершены одним человеком.       Зачастую жертв он подбирал среди тех, у кого нет семьи, затем тщательно ища любую информацию в интернете, и взламывая базы данных полиции, пытаясь отыскать как можно больше информации о них, чтобы их вина была неопровержима. Особым вниманием с его стороны пользовались те случаи, где вина преступников фактически была очевидно, ибо многое сходилось, но за неимением прямых доказательств последним нечего было предъявить. В те моменты на помощь правоохранительным органам приходил он, на протяжении недели, а зачастую и дольше следя за последними. Но вскоре наступал момент истины, и он находил те моменты в их жизнях, когда они оставались одни, после чего вырубал, связывал, и вывозил за город. Он пытался пользоваться специальными препаратами, подходя к ним сзади, и вкалывая его, но приходилось определять вес преступника, чтобы не умертвить последнего, да и у некоторых есть аллергическая реакция. Один раз он переборщил с дозировкой, и преступник погиб, лёжа в багажнике. В тот раз продукт был испорчен, надолго испортив Михаилу настроение.       Ненамного лучше прошло последнее дело в этом городе, ибо пришлось провести целые сутки в поисках девушки на всех тех местах, где ранее маньяк измывался над ними, и удача в этот раз была на его стороне. Можно было попробовать сначала выбить максимальное количество ответов из мужчины, но последний действительно прошёл войну, и ничего в этом мире его не держало кроме возможности убивать девушек. Если зло и существовало, то этот мужчина почти что олицетворял его, ибо он и в правду наслаждался чужими страданиями. Несчастную он обнаружил в подвале одного из уже давно заброшенных зданий, и она находилась в критическом состоянии. Пришлось звонить с заранее прихваченного телефона маньяка, и вызывать скорую помощь. Прибыла она на удивление быстро, и спрятавшийся за углом здания Михаил, удовлетворённо кивнув, затем направившись в отель.       Путь в соседний город предстоял неблизкий, и к половине седьмого утра он ещё не добрался до города, преодолев лишь три четверти пути. Воспоминания о совершённых убийствах радовали его, и не давали заскучать, но он всё же сильно устал. Глаза у него слипались, и в один момент он даже подумал, что ему мерещится, когда заметил на обочине дороги молодую девушку с рюкзаком. Приглядевшись, он увидел, что вдалеке действительно стоит автостопщик, усердно тянущая руку. Улыбнувшись, он остановился на обочине дороги подле неё. В окне показалась лицо улыбающейся девушки с рыжеватыми волосами.       — Доброе утро, — произнесла она, не спеша заходить в машину. Ждала его разрешения, по-видимому. — Подбросите до города?       — Доброе. Да, конечно, — он улыбнулся.       Она села на переднее сиденье, поставив рюкзак себе на колени, затем осторожно закрыла дверь. Михаилу понравилась то, с какой осторожностью она закрыла дверь, так как он не выносил громких хлопков, с которым некоторые люди закрывают их. Подобное вызывало у него физический дискомфорт. Стоило девушке пристегнуться ремнём, как он тронулся, в этот раз пытаясь придерживаться оптимальной скорости.       — Очень опасно путешествовать автостопом. Особенно молодой девушке, — Михаил не понимал, зачем затронул эту тему, ведь сейчас он начал походить на маньяка. А таковым он себя не считал, и зачастую он не отказывал в помощи нуждающимся.       — Но мне попались вы, к счастью, — девушка улыбнулась. Похоже, что она попыталась обернуть его слова в шутку, как он заметил.       — Но попался я, — он не остался в долгу.       Краем глаза он заметил, что девушка начала чувствовать себя неуютно.       — Выехал из города поздно ночью, и уже пару часов в пути. Думал, что вы мне привиделись. Тут вблизи населённых пунктов нет, — Михаил был слишком умён, и умел находить некоторые несостыковки и совпадения, которые не замечали другие.       — Я поссорилась с другом и потребовала высадить меня, — призналась девушка, опустив глаза.       Парень на миг ощутил себя монстром, так как давит девушке на больное. Здесь он не желал показывать себя с худшей стороны.       — Извините, — вздохнул он. Интеллект позволял ему без проблем разбираться с преступниками, но с людьми он не всегда умел нормально ладить. Возможно, что он в некоторой степени социопат. Не тот, которыми себя считают люди по наивности, а самый настоящий. Социопаты попросту не были способны в полной мере ощущать те же эмоции, что и психически нормальные люди. Поэтому эмпатия не была свойственна ему в той мере, в которой свойственна другим.       — Всё хорошо, — девушка постаралась изобразить улыбку. — Вам не за что извиняться. Благодарю, что остановились, иначе мне пришлось бы ещё часа два ждать автобуса, ну или попутку.       — Тут уж мне стоит сказать: «Не стоит благодарности», — он улыбнулся, полуобернувшись в её сторону. — Одному столько часов ехать не слишком интересно.       — Не уверена, что со мной будет значительно интереснее, — девушка замялась. — Прошу прощения, но могу ли я зарядить телефон здесь? У меня меньше пяти процентов осталось.       Михаил кивнул, улыбнувшись; ему нравились вежливость девушки. Последняя начала копаться в рюкзаке, вскоре отыскав зарядное устройство, и подключив шнур к питанию от аккумулятора. Михаил много времени проводил в пути, и подобная функция в машине не раз спасала его, если с машиной что-то случалось.       — Вы выглядите уставшим, — заметила девушка.       — Провёл в пути уже длительное время, — ответил он, добавив: — Если вы беспокоитесь о том, что я вырублюсь, и врежусь во встречную машину, то не беспокойтесь.       — Я не беспокоилась об этом.       — Теперь будете, — он улыбнулся.       Девушка также улыбнулась, поняв шутку.       — Садиться к незнакомцам в машину опасно. Что, если я убийца?       — Нет, — ответила она. — Вы не похожи на преступника. Но давайте познакомимся, и тогда я буду сидеть в машине со знакомым.       — Михаил, — усмехнулся он. — Можно просто Миша, и я не против, чтобы мы перешли на «ты»       — Дарья, — кивнула та. — Но можно и просто Даша.       — Приятно познакомиться, Даша. Замечу, что теперь мы точно знакомые.       — Да, взаимно, — Даша улыбнулась. — Теперь мы знакомые.       — Скоро должна будет заправка появиться. Может, сходим, и возьмём по чашечке кофе? — предложил он.       — Не имею ничего против, — кивнула она. — Вы не против, если я включу музыку?       — Мне с вами и до этого скучно не было, но с музыкой ещё веселее. Но только не громко, пожалуйста.       Кивнув, девушка включила радио.       Ever since I could remember, - С тех пор, как я себя помню,       Everything inside of me, - Всё внутри меня       Just wanted to fit in - Пыталось приспособиться       I was never one for pretenders, - Я никогда не притворялся       Everything I tried to be, - Всё, чем я хотел быть       Just wouldn't settle in - Просто не приживалось внутри       If I told you what I was, - Если я расскажу тебе, каким я был,       Would you turn your back on me? - Повернёшься ли ты ко мне спиной?       And if I seem dangerous, - Если я покажусь опасным       Would you be scared? - Ты испугаешься?       I get the feeling just because - Я так чувствую лишь потому, что       Everything I touch isn't dark enough - Всё, к чему я прикасаюсь, недостаточно тёмное.       If this problem lies in me - Если эта проблема во мне       I'm only a man with a candle to guide me, - Я просто человек со свечой, который освещает путь       I'm taking a stand to escape what's inside me. - Я стараюсь отделиться от того, что внутри меня       A monster, a monster, - Монстр, монстр       I've turned into a monster, - Я превратился в монстра       A monster, a monster, - Монстр, монстр       And it keeps getting stronger... - И он становится сильнее...