i like your soul.

      золотистая листва, сорванная внезапным потоком осеннего ветра, мягко скользнула по копне чёрных волос, застревая между прядей. хван мягко треплет себя по волосам и натягивает клетчатый шарф повыше, зарываясь в шерстяную ткань с носом, пытаясь согреться.        каждый год одно и то же: новая школа, новые люди и те же самые проблемы. родители были убеждены, что если почаще менять школу, то их чадо не будет отвлекаться и сосредоточится на учёбе. в итоге, хёнджин к семнадцати годам даже не знает, были ли у него когда-либо друзья? не просто люди, считающие его красивым, которые всё по первому же зову только из-за его лица.       каждую осень хёнджин ждал с ужасом, сжимающим его в тиски и вгоняющим в тоску, даже возвышающееся вдали здание школы, разочаровывало, хоть и оставалось по сути всего лишь коробкой с крышей.       заправив за ухо выбившиеся пряди, хёнджин остановился у самых ворот, наполняя лёгкие ледяным воздухом и ступая на территорию уныния. назад пути нет, да и терпеть осталось последний год — не может же он всё бросит коту под хвост и сдастья вот так просто.       он обещал себе, что закончив школу, он заведёт столько друзей, сколько мог бы за одиннадцать лет непрерывного обучения, сделает столько безбашенных поступков — сколько их должно было быть в школе. и обязательно попробует всё то, что его сверстники испытали на себе даже не переступив порог средней школы.       неоднозначные перешёптывания за спиной — уже не имели никакого значения. выудив из кармана брюк наушники, хван ловко воткнул оба в уши и двинулся по направлению к учебной части.       хёнджин кожей чувствовал, что среди восхищённых взглядом и мечтательных вздохов, нашёлся кто-то один, кто смотрел на него с несвойственным холодом и жёсткостью. хван резко обернулся, оглядываясь вокруг и чуть сводя брови к переносице, пока не заметил сидящего на подоконнике шатена, осматривающего всё вокруг с таким лицом, будто люди вокруг мешают ему жить и словно кучка чёрных кошек — перешли ему дорогу.       поёжившись, хван тихо усмехнулся и повернулся к двери, постукивая несколько раз и ожидания приглашения войти. покончить с этим днём как можно быстрее стало ещё более желанно, да и парень, уничтожающий всё, что движется, взглядом — настроения не делал, лишь привносил немного новых ощущений.

***

— класс, у вас новенький, — звуковой балаган прекратился, сосредоточив всё своё внимание на учителе. — представься, — жестом пригласив юношу, учитель отошёл к своему столу, удобно усаживаясь. брюнет аккуратно прошёл в класс, скрестив пальцы между собой и робко поклонившись. — я хван хёнджин, рад знакомству и, надеюсь, что вы позаботитесь обо мне. — уголки губ предательски дрогнули от комичности всей ситуации, самоуверенно предполагая, что долго это всё не протянется и его лицо сделает всю работу за него, впрочем, как и всегда. — куда я могу сесть? — за джисоном есть свободное место, — отмахивается преподаватель, уткнувшись в журнал. — но там сидит минхо! — возмущается русоволосый юноша, недовольно дующий щёки. — пересядет, — коротко отвечает мужчина. — ладно, хёнджин, садись рядом с чанбином, там вроде никто не сидит. — хёнджин согласно кивает, поправляя лямку рюкзака на плече и беззвучно приземляясь на своё место.       хёнджин ловит на себе недовольный взгляд русоволосого, но так же быстро замечает, как тот смягчается. в кабинет с опозданием врывается шатен, тот самый, что ненавидит весь мир, не проронив ни слова, усаживается за джисоном и закидывает ногу на ногу, так и не достав руки из карманов.       губы шатена трогает улыбка, стоит русоволосому развернуться к нему и начать милашничать, дуя щёки и болтая всякий бред. парень перед ним моментально растаял и хёнджин отчего-то почувствовал себя ещё более жалким, чем когда-либо. поглощённый наблюдением за этой парочкой, он даже не обратил внимание, как парень рядом с ним занял большую часть парты, выглядывая и прослеживая направление хвановского взгляда. — на женатиков засмотрелся? — смеётся юноша, пихая хёнджина в локоть. — они всегда такие, игнорируй. я чанбин. — хёнджин, — кивает брюнет в ответ и откидывается к спинку стула. — он вообще всех ненавидит? — кивнув в сторону шатена, интересуется хван, скрестив руки на груди. — всё тебе расскажи, — ухмыляется со, копируя позу парня. — поживёшь — увидишь, что да, всех. кроме джисона, — хёнджин удивлённо изогнул бровь, поражаясь тому, как быстро со передумал и выдал всю праву. — и как такого смазливого к нам занесло? — что, прости? — хёнджин подался вперёд, расцепляя руки. — ты меня смазливым назвал? — ты ещё смазливых тут видишь? кроме тебя здесь больше нет подобных, мы тут все среднестатистическими уродились, — пожимает плечами со, вздёргивая подбородок вверх. — ну, кроме меня. — о да, ты просто красавчик, — улыбается хёнджин, подпирая голову ладошками и внимательно слушая со с его рассказами о жизни школы. он с большим удовольствием прислушивался к советам старшего (всего на несколько месяцев) и не прекращался удивляться тому, что он ни разу не обратил внимание на внешность младшего и разговаривал с ним на равных, подкалывая и считая абсолютно неловким.       к концу занятия преподавателя уже никто не слушал и он, махнув рукой на класс, отправил всех на перемену. чанбин остался в хваном, не смотря на то, что, кажется, джисон, звал его покурить. шатен лишь пожал плечами и нагло соврал, что обещал хёнджину показать школу, чтобы последнему потом честно признаться, что ему лень потом подниматься на третий этаж.       именно поэтому они оба просто уселись на подоконнике, прямо напротив класса, и чанбин с упоением рассказывал хвану о своём музыкальном хобби и о том, как тот больше жизни любит писать музыку. хёнджин никаких хобби не имел, его родители всегда настаивали на том, что он должен полностью отдаваться учёбе и не имел права отвлекаться на что-то, что ей не способствовало. к сожалению, по их скромному мнению, абсолютно ничего ей не способствовало.       вернувшиеся с улицы джисон и минхо, с каким-то худощавым мальчишкой, обсыпанным веснушками, тут же подошли к воркующим. джисон грубо пихнул коленом голень со, привлекая его внимание. — вот так ты братву променял, — ехидно улыбнувшись, усмехнулся русоволосый, закрывающий собой минхо. — на какого-то красавчика. равноценный обмен. — осмотрев хвана снизу вверх, хан отвернулся к минхо, сжимая плечо минхо и уводя того в класс. — мы после занятий собираемся у феликса. — понял, — кивнул со, оглядываясь на сконфуженного хвана. — принцессу тоже можешь взять, будет кем полюбоваться, — улыбается тот, кого приласкало солнце. — без обид, красавчик. — какие могут быть обиды, — фыркает младший, — спрыгивая с подоконника и, задев плечом хана, заходит в класс, сразу же занимая своё место.       и вот опять в нём видят только лицо. ни один из них даже не попробовал с ним заговорить, а уже принимают его за манекен или даже пылесборник для красоты. хёнджин считал себя куда более глубокой личностью и цену себе назначал куда более высокую, чем остальные были готовы заплатить своими дешёвыми комплиментами. почему-то надежда на то, что в новом месте всё будет несколько иначе — не угасала в нём до этого момента. — хёнджин, — со почти сразу последовал за младшим, усаживаясь на край их общей парты и скрещивая руки на груди. — не обращай внимания. но я буду рад, если ты сходишь со мной. — чтобы посветить лицом? — язвит хван, смотря на чанбина снизу вверх. — неужели я правда могу только рожей вывозить? — докажи им обратное, — улыбается лишь одним уголком губ, вскидывая брови и откровенно младшего подначивая. — ты, конечно, не лучший собеседник в моей жизни, но и красотой блещешь не больше, чем я. — я настолько некрасивый? — со громко цокает, дуясь и пихает младшего под бок, под недовольные возгласы хана, которого со задевает, когда хёнджин его мягко толкает в плечо. — вы двое, — словно холодная сталь, звучит голос минхо, заставляя всех замереть на месте. — свои браные игрища оставьте до дома, я не хочу становиться наблюдателем ваших извращений в первый учебный день.       хёнджин виновато потупил взгляд в пол, кусая щёку изнутри, а после перевёл взгляд на севшего рядом и притихшего чанбина. тишину между ними разрезал тихий смех, приглушённый ладошками и две довольные улыбки.       юноша впервые чувствует себя так, будто у него появилась возможность завести друга. возможно, этому поспособствовала высокая самооценка со и его убеждённость в том, что он в этом классе самый красивый, хван, естественно, на втором месте, а потом уже все остальные.        остаток дня хёнджин чувствовал на себе холодный, уничтожающий взгляд шатена, который оставался недоволен тем, что эти двое не прекратили своё баловство, чем раздражали старшего. чанбин уверял младшего, что переживать ему не о чем, ли грозный, а на деле и мухи не обидит. по-крайней мере, пока чанбин рядом.       только вот к концу дня, хёнджин очень старался слиться с толпой, чтобы новоиспечённый друг не поймал его и не утащил к своим гиенам. к несчастью хёнджина, он оказался на голову выше половины снующих из стороны в сторону школьников, но выбравшись наконец-то на волю и накинув прямо улице пальто, хёнджина потянули под локоть, утягивая за угол. — от со чанбина никто не сбежит, — довольно тянет со, подталкивая хвана к компании друзей. — идём? — бин кивает блондину, пока тот давит в себе улыбку. — эй, не засматривайся на моего парня, ли феликс! — чего? и когда ты успел?! — недовольно возмущается юноша, тут же взбудоражившись. — какого пар… — хёнджина обрывают на полуслове. — пойдём быстрее, вы мне надоели, — ли старший закатывает глаза, поправляя сумку на плече и вырываясь вперёд.

***

      никто хёнджина не предупреждал, что «собраться у феликса» — значит напиться и уйти в отрыв. он чувствовал себя неловко, было просто непонятно, что на таких сборищах принято делать. у хвана ощущение, будто он вчера родился.       даже чанбин уделял больше внимания феликсу, что ластился к нему, выпрашивая больше прикосновений к его волосам. хёнджину это казалось милым и в то же время, он не мог свыкнуться с тем, что на него не обращают никакого внимания. это радовало и огорчало одновременно, потому что чувствовал он себя лишним. это первым заметил джисон. — хва-ан, рассказывай, — светловолосый громко икнул, потупив взгляд в стену. — у человека с таким красивым лицом по-любому от девушек отбоя нет. — у меня никого нет, — болтая в руке стакан с соджу, хёнджин мысленно растворился в этом стакане. — не хочу, чтобы во мне вид… — понятно, — перебивает его ли старший. — ну ты не расстраивайся. чанбин-а, отклейся от ликса и неси дженгу, я буду тебя в очередной раз уделывать. — ещё чего, — задетый словами шатена, тот подорвался с места, возвращаясь с вытянутой картонной коробкой.       хёнджин под шумок выбрался на балкон, обнаруживая там открытую пачку сигарет и не удерживаясь от соблазна, пробует коротко затянуться, даже не впуская в лёгкие едкий дым. тот ещё во рту неприятно стал горчить на языке и хёнджин тихо закашлялся. — даже курить не умеешь, принцесса, — улыбается хан, закрывая за собой скрипучую дверь. — вдыхай глубже, а не смакуй дым на языке, джини. — я никогда не пробовал, — смущённо лепечет брюнет, разглядывая тлеющую сигарету, зажатую между длинных пальцев. — что в это такого? — расслабляет, — шаблонно отвечает парень, затягиваясь поглубже и медленно выдыхая дым в закатное небо. — но каждый вкладывает в это свою философию. лучше не начинай. принцессам не идёт курение. — почему принцесса? — потому что ты красивый, — мычит, делая очередную затяжку. — логично, — шепчет хван, туша дотлевшую сигарету и возвращаясь внутрь. компания из трёх человек продолжала веселиться, чанбин сосредоточенно вытягивал брёвнышко, пока фелик с минхо внимательно наблюдали за процессом. хван улыбнулся уголками губ и проскочил в коридор, натягивая пальто и выходя за пределы квартиры.       он до последнего верил, что сможет найти друзей в новом месте, но оказалось, что в нём всё ещё видят только красивое лицо. но хёнджин стоил гораздо большего, чем дешёвые комплименты.       листва стремительно осыпалась с деревьев, опускаясь на тёмную макушку и в этот раз хёнджин не стал стряхивать её со своих волос, оставляя в знак ушедшего лета.       незнакомый район показался в разы комфортнее той квартиры, что родители оставили феликсу на неделю. детская площадка неподалёку подвернулась как никогда кстати, чтобы брюнет уместил свою худющую задницу на детской качеле. в уходящем за горизонт солнце чувствовалась своя особенная красота: небо, окрашенное в оранжево-розовые цвета, падающая на асфальт жёлтая листва и лёгкий, скользящий по волосам ветер. — зато красивый, — юноша не сдержал тихого всхлипа и усталой улыбки, хлопая себя по коленям и поднимаясь с ледяной качели. пора возвращаться домой.       минхо, замерший в нескольких метрах от площадки и сжимающий в руках забытый хваном телефон, грустно улыбнулся, возвращаясь к ребятам обратно. забытую технику, пожалуй, он вернёт завтра.