Вокруг костра

      Огонь шустро поглощал подброшенные в костёр сухие листья и дрова, похрустывая ими от удовольствия. Сноп искр яркими светлячками взмыл высоко в небо, обдал жаром лица молодых людей и заставил их отшатнуться. Костёр разожгли на небольшой полянке, которая стеной деревьев защищала друзей от вездесущего сырого ветра, пронизывающего до костей, а также от месива из грязи и травы. Хоть и стояло «бабье лето», весь вчерашний день и утром было холодно и иногда шёл дождь. Поэтому наши герои были очень рады, когда после обеда стало чуть теплее и суше.              Сейчас время приближалось к полуночи, а друзья только будут ужинать. Они алчно поглядывали на угли, где пеклась аппетитная картошка, а чуть выше поджаривались хлеб и сосиски. Ароматные пары от еды и костра смешивались с запахом прелых сухих листьев и еловых ноток, а также нетерпеливым урчанием живота.              Антон слегка толкнул Витю плечом и кивнул на девушек. Маша с Аней украдкой позевывали в кулаки, пока тихонько переговаривались между собой. Их шепот смешался с шуршанием сухих веток под ногами, пением ночных птиц, и иногда пропадал за громкими шутками парней.              — Хорош скучать, а то жопы отморозите! Давайте чай пить! И чтобы просто так не сидеть, может, байки потравим? — сказал Витя и уселся рядом с Машей, вопросительно поглядывая то на неё, то на Аню.              Антон взял из палатки котелок, налил в него воду и повесил над огнём. Языки пламени с любопытством изучили новый предмет, но вскоре потеряли к нему интерес и пытались дотянуться до сочных сосисок. Маша взяла из-под ног сухую ветку и подбросила в огонь, который с жадностью проглотил её. Она с грустью подумала, как так же съела бы ужин.              — Это вроде тех страшилок про Пиковую Даму и Кровавую Мэри? Ерунда это все! Буйство воображения впечатлительных идиотов! — махнула Маша рукой.              — Почему сразу идиотов? Были и реальные случаи паранормальных явлений. Я знаю одну такую историю, — сказала Аня, привлекая к себе внимание. — Если хотите, расскажу.              Остальные с интересом и выжидательно уставились на Аню. Не привыкшая к повышенному вниманию к своей персоне, она как будто сжалась под взглядами друзей и перебирала пальцами кончик своей длинной русой косы.              — Мне эту историю однокурсники рассказывали. В общем, лет десять назад из далёкой провинции приехала девушка учиться в Москву. Денег у нее было мало, общежития не давали, и сняла она койко-место у одной одинокой бабки в доме недалеко от универа. Обычная квартира была — с коврами на стенах и с таким типичным старческим запахом, кучей икон на полках и стареньким большим телевизором. Бабка возле него сидела почти всегда.              — И где тут паранормальное? Если история про любовь бабки к телику, я слушать не буду! Ну что за бред, Ань? Ничего интереснее не знаешь?              — Подожди ты, Маш, не перебивай её. Пусть расскажет, — примирительно сказал Антон и снова обратился к Ане. — Мы все равно никуда не спешим. Давай дальше.              — В общем, жила девушка у бабули. Спустя время жильцы дома стали ее расспрашивать, откуда она и что тут делает. Она рассказала о себе, а соседка ей посоветовала скорее съезжать от бабки, потому что никто дольше двух месяцев у неё жить не мог и в ужасе уезжал. И вообще, квартира эта проклятая. Девушка подумала, что это просто глупые слухи и забыла про совет соседки.       Пока не подобрала однажды она котёнка у подъезда. Помыла, накормила его, оставила у себя, пока не отдаст в добрые руки. И с того момента стали происходить странные вещи. Однажды вечером сидела девушка за ноутбуком, делала уроки. В комнате полумрак, мерцает монитор и ночник еле светит. Кот бегал по комнате и неожиданно стал на пустой угол шипеть. Отогнала его девушка и дальше стала заниматься, а он все равно приходит к нему и шипит.              — Что, убили кого в этом углу? Из паблика в социальной сети историю взяла? — насмешливо спросила Маша, отбрасывая за плечо длинные чёрные волосы. Аня растерялась на мгновение и только собралась что-то ответить, но её перебили.              — Маш, критикуешь — предлагай. У тебя есть история?              — Да уж получше Анькиной. Мы ведь завтра утром идём мимо села Вершинино? Ходит среди местных одна байка… Это село здесь стоит уже давно. А через поле, — Маша махнула рукой в сторону, — еще одно. Сейчас оно почти заброшено, едва десять человек постоянных жителей будет. А вот раньше это было процветающее село, богатое. Всегда всего там было в достатке: и скотины, и урожая фруктов, овощей, зерновых. Староста их ходил в уважении и почете, никто с ним спорить не смел. Разделяет сёла только поле, да вот только напрямую через него никто ходить не решался. Все потому, что в его центре устраивали ведьмы шабаш. Пили, веселились, танцевали голые вокруг костра, ритуалы совершали. Не только ночью, но и днём словно глаза от кострища отводили.              Все слушали историю Маши с большим интересом. Казалось, даже костёр стал тише трещать ветками и внимал голосу девушки. Небольшие языки пламени появлялись то тут, то там, только угли алыми глазами смотрели на друзей. Тихо поскрипывали деревья вокруг поляны, словно перешептывались между собой и обсуждали Машину историю.              — Подожди, Маш, надо ужин проверить, наверняка готов уже, — сказал Антон и разворошил угли.              Витя с Антоном палками вытаскивали картошку из углей и пытались взять её в руки. Шипя и дуя на пальцы, они как артисты подбрасывали её вверх как мячик, и потом пытались снять чёрную кожуру. Аня тем временем сняла горячие и сочившиеся соком на разломе сосиски, а за ними-хлеб, нарезала огурцов-помидоров и разложила их на железные тарелки. Раздалось дружное и недовольное урчание животов, а следом-взрыв хохота.              —Про голых девок за едой самое то! Чё там дальше было? Оргию устроили?              — Кто о чем, а Тоха про голых баб! Подожди ты, дай поесть! Весь день в дороге были! Ань, дай картошку подсолить!              Остальные были единодушны в своём молчании и быстро уминали потрясающе вкусный ужин. Такой простой, ничего особенного: сосиска поверх хлеба, в другой руке надкусанная картошка, в ногах жестяная походная кружка с чаем и тарелка с овощами. В просторах полей и среди свежести леса всегда «нагуливается» особый аппетит. Он тем и прекрасен, что возле костра и на природе, с ароматом дымка и послевкусием новых впечатлений.              — Так, и что там дальше было, Маш? — спросил Антон, когда заметил, что все наконец утолили первый голод.              — На чём я остановилась? А, ведьминский шабаш. Ведьмы вели себя очень громко, пели, танцевали, матерились. Никто им был не указ. Не выдержал однажды староста такого отношения, взял с собой мужиков и решил к ведьмам пойти. Отговаривали их жёны, просили на рожон не лезть, но не послушали они. Вышли мужики за ворота и далеко в поле огромный костёр увидели, вокруг него тёмные силуэты кружатся. Схватили селяне вилы получше и под бабьи причитания пошли вперёд. Чем ближе подходили мужики, тем более зловещим казался ведьмин смех. Окликнул староста раз-другой ведьм, а они будто не слышат его. Наконец одна из них обернулась, и мужики пожалели, что пришли сюда. Оказалась она ведьмой Велееной, что славилась силой своей тёмной. Испугался староста, но виду не подал.              Неожиданный порыв ветра заставил друзей поёжиться. Резко стало темно, огонь погас. В молчаливой паузе никто не успел ничего сказать, как бледный свет фонарика на телефоне осветил озадаченные лица друзей и Антона.              — Посветите мне фонариком, щас я разожгу заново костёр.              Витя взял телефон и терпеливо наблюдал, как Антон подложил бумаги в деревянный шалаш из дров и подлил розжига. А Маша, тем временем, словно не прерывала свою историю: взлохматила распущенные тёмные волосы, скорчила злое лицо. В отблесках ожившего костра её черты заострились, нос казался длинным, а кожа-бледнее. В глазах плясал огонь. Витя заржал и вернул Антону телефон. Аня засмеялась над Машей и чуть не расплескала чай. Она не умела долго обижаться. Тем более, знала, как Маша любит быть в центре внимания.              — Пойдите прочь отсюда, мужики. А не то беду на себя накликаете!              — Беги без оглядки, ведьма, с земель наших. И подружек своих забирай, — подыграл ей Витя басом, и взяв длинную палку, пошёл в сторону Маши.              Маша тоже схватила толстый сук и встала перед Витей. Сделала грозное лицо и пассы рукой, как будто колдует. Несильный толчок в грудь, конец палки уткнулся в толстый свитер. Тычки по ягодицам и под коленками, чтобы противник упал. Так Маша и Витя шутливо поборолись на палках и уселись на свои места под дружный смех.              —«И сказала Велеена старосте: забыл, что ли, с кем разговор ведёшь, мужик? Иль насытился ты хорошей жизнью села своего? Уходите, мужики, не то худо будет!» Но не послушались селяне и пошли с вилами на ведьм. Они все отпрянули, кроме одной Велеены. Говорят, взмахнула она руками, и огонь из них полетел на мужиков словно грозный сказочный дракон. От старосты мигом одно пятно чёрное на земле осталось, а другие мужики горели заживо под злобный ведьмин смех. Говорят, долго ещё воняло на поле горелым мясом и в ушах стояли стоны и мольбы. Но не спалило пламя одного лишь мужика, что по земле от костра пятился назад, мечтал, чтобы ведьма его не заметила и скрыться в сумраке ночи. Ужас великий был написан на его лице, а волосы поседели разом, хотя не дашь мужику и сорока лет. Подошла к нему ведьма и сказала со злобной улыбкой: «Я оставляю твою жалкую жизнь. Ступай в село и расскажи всем, что тут случилось. И запомни: никогда, никогда не иди против ведьм. Но вскоре вы все расплатитесь за то, что хотел сделать староста. А теперь ступай… Никто это место не найдёт!»              — Фильм ужасов какой-то! — поежилась Аня. — Зачем было их сжигать, когда можно было просто прогнать или заколдовать. Это же жестоко!              На полянке раздался беззлобный смех Вити и Антона. Они посмотрели на Машу, которая скривилась от Аниных слов.              — Ну, будь я на месте старосты, я бы не пошёл на ведьму. Особенно зная, что она вся такая стерва. Тоха бы тоже не пошёл, я уверен.              — Ну да, тут дураков нет. Я тоже жить хочу, —поддакнул Антон.              — Это что, твой новый сайт: «дураков точка нет»? — весело спросила Аня.              До парней спустя пару секунд дошло, и они весело заржали. Одна Маша сидела с серьёзным лицом и смотрела на Аню. Она скрестила руки на груди.              — Ну да, ну да. Прогнать или заколдовать. Я прям вижу эту картинку: «А ну кыш отсюда! На наше пати мужчинам вход запрещён!» и погнала их поганой метлой до самого села.              Даже в полутьме было видно, как Аня вспыхнула лицом, а глаза метали молнии. Витя снова засмеялся.              — Да почему сразу… А твоя история вообще может быть неправдой, неизвестно, существовала ли эта Велеена.              — Говорят, существовала. Только после этого случая ее никто не видел, на неё была объявлена охота. А доказательством того, что эта история правда, служит…              —…чёрное пятно на земле от старосты и обугленные кости остальных мужиков, — со скепсисом вставила Аня. Маша в ответ зло сузила глаза.              — Ладно, девчонки, хватит. Это просто история, чего вы сцепились?              — А костей, говорят, не осталось. Женщины просили выжившего мужика привести их к кострищу, но он с ночи не проронил ни слова и только пил стакан за стаканом. Они сами наутро пошли к тому месту, хотели хотя бы похоронить по-человечески умерших. Но место шабаша так и не нашли, хотя долго по полю плутали. Так нечего было хоронить. В землю пустые гробы опустили.              — И что, это доказательство? Они и без этой истории могли умереть.              — Дай мне сказать, Ань! Когда ты до чего докопаешься, тебя прям не остановить!              — Это точно! Она на философии с профессором спорила, помните? Он в итоге быстрее её сдался. Кстати, спасибо, Анька, я хоть ту пару поспать смог! — весело сказал Антон.              — На твоей любимой последней парте за учебником и не видно! Неудивительно, что тебя редко спрашивал!              — Эй, алло! Я могу продолжать или как? — с обидой воскликнула Маша.              — А что тут продолжать, все понятно с твоей ведьмой. Отомстила эта «мандама» сильному полу за сорванную вечеринку. Типа, сильная и независимая. Ладно, уже поздно, а нам завтра вставать на маршрут рано утром. Давайте расходиться, а то Машка опять всю дорогу будет ныть, что не выспалась.              — Подожди, Тоха. А почему ведьма сказала, что они поплатятся за поступок старосты? — с любопытством спросила Аня. Она уже остыла и насмешливо поглядывала на Машу. Девушка горела возмущением от того, что её нагло прервали. И поэтому сквозь зубы бросила Ане в ответ.              — Не знаю, это история умалчивает. Может, имелось в виду запустение и обеднение сел? Ой!              Костёр разом будто разросся, словно проглотил охапку дров, и что-то внутри него громко треснуло. Ребята отскочили и растерянно переглянулись.              — Это что, твои глупые шутки, Тоха? Зачем жидкость для розжига так подливать? Ты мне волосы мог спалить! — гневно воскликнула Маша, а глаза испуганно смотрели на Антона.              — А чё сразу я? Ничего я не делал, — с обидой отозвался Антон.              Витя подошёл и осмотрел его место. Зная страсть друга к подобным шуткам, которые иногда переходили из похода в поход, он решил лично проверить. Но ни спичек, ни петард, ни жидкости для розжига рядом не оказалось.              — Чудится ерунда уже всякая… Нет у него ничего, Маш, отстань. И кто на привале в лесу волосы распускает? — отсчитал Витя Машу. — А что касается дороги через поле… Есть там старая тропа, её с тех времён ещё протоптали. Я по этому маршруту ещё не ходил, но мне говорили, заблудиться там невозможно, все на виду. Хорошо бы дождя завтра не было, не хочу по уши в говне всяком идти.              — Говорят, с той поры напрямую к месту шабаша никто подойти не может, словно глаз отводит. Охраняется ведьмами оно наверняка.              — Все, Маш, мы поняли, что эта ведьма была крутой. Давайте спать. Вить, потуши огонь. Завтра все увидим.              Маша если и обиделась, что ей не поверили, то виду не подала. Она ещё раз осмотрела свои длинные темные волосы на предмет ущерба, молча поджала губы и пожелала спокойной ночи. Аня собрала оставленные кружки, тарелки и сполоснула их водой. Отнесла в палатку, что стояла недалеко от костра. Она была большая, делилась на две «комнаты» для парней и девушек, а между ними был просторный проход. Внутри неё уже горел походный фонарь, тени Антона и Маши казались неестественно огромными.              Витя взял лопату и накопал немного влажной земли в стороне. Подошёл к тлеющему костру, языки пламени которого облизывались на оставшиеся суки и высыпал на огонь. Но костёр гневно чихнул, и в сторону Вити полетели искры. Пламя сметало клубы земли и словно не хотело затухать и отходить ко сну. Оно будто слышало их разговор и было взбудоражено упоминанием Велеены.              Костер удалось потушить далеко не сразу. Угли красными огнями угрожающе горели сквозь землю. Вокруг них раскачивались и скрипели деревья, словно говорили на своём древнем языке. Витя удивлённо осмотрелся и подумал, что сегодня был очень странный вечер, и устало Витя поплёлся в палатку. Друзья давно устроились в своих спальных мешках и тихо болтали, пока не пожелали друг другу добрых снов. Походный фонарь потух, а огромный глаз луны словно подглядывал за нашими героями сквозь кроны деревьев.              Утром друзья бодро выскочили из палатки, чтобы умыться и поесть — все кроме Маши, конечно. Она с тоской смотрела на бледное солнце, которое ещё горело, но уже не грело так, как летом. Оно лениво взбиралось по небосводу, как и девушка, которая через силу совершала утренние процедуры. Казалось, солнцу тоже хотелось ещё поспать. И оно только радовалось тому, что ближе к зиме утро будет наступать всё позже. Друзья умылись прохладной водой, позавтракали и стали собираться с места. Аня с Машей разбирали палатку и складывали её части в чехлы, а парни комплектовали большие походные рюкзаки. Убедившись, что они всё убрали за собой и ничего не оставили, друзья отправились в путь.              Похоже, погода сегодня будет хорошей. Молодые люди уже вышли из леса и шли вдоль него по маршруту. Солнце ярко светило в глаза, а деревья красовались в своём одеянии перед нашими героями цветастой каймой вдоль полей. Роскошные алые платья клёна, тонкие нити янтарных бус берёзы, величественные золотые кроны дубов словно объединились в одно прекрасное полотно.              Единственное, что портило настроение друзьям, так это грязные колеи по краям поля. Из-за недавнего дождя они были наполнены водой, а глина была всюду размазана по траве. Маша поморщилась и встала в высоких сапогах в колею одной ногой, чтобы нащупать дно. Оказалось, что воды было едва до колена, но хуже была налипшая тяжёлая грязь на подошве. С обувью пришлось долго повозиться, прежде чем друзья заново нагрузили себя рюкзаками и пошли к дороге. Скоро их короткое путешествие подойдёт к концу, но прежде надо было добраться до Вершинино, крыши домов которого блестели на солнце издалека.              — Похоже, это та самая дорога?              — Ты видишь здесь ещё какую-то? Она одна здесь через поле. А вон Вершинино видно. Как раз за день должны дойти.              Друзья дальше отправились в свой путь, наслаждаясь красивыми пейзажами и веселыми разговорами. Тропа послушно стелилась под ногами, и чем ближе они приближались к центру поля, тем сильнее она сворачивала в сторону. Но, похоже, наши герои пока этого не замечали. Зато их компанию заметила худая темноволосая женщина, уже давно наблюдающая за ними издалека. Хранитель леса из огня все ей рассказал. Она злобно сузила глаза и размышляла о том, как молодые люди ответят за «мандаму».