Я тебя ненавижу.

(Рекомендую: The Weeknd & Eminem - The Hills) Чика не думала, что снова окажется здесь. Смешанные чувства не давали ей успокоиться. Она думала, что всё же рада была видеть Манджиро, но то, что он снова силой забрал её сбивало с толку. Для неё может это и было чем-то большим, но для Майки это выглядело как средство для достижения его целей. Она настроилась на разговор и на то, что может беспрепятственно передвигаться по квартире, и что даже возможно снова отпроситься к себе. — Сано, это шутка, да? — Ямада сразу бросается к нему как только он входит. — Что. — Ты ведь не всерьёз меня снова запер? — смотрит глазами полными надежды, не желая думать о плохом. — Разве было похоже, что я шутил? — Я буду слушаться и больше не оставлю телефон. На его лице появляется легкая улыбка и он подходит ближе. Но от него веет какой-то странной энергией.. зловещей, от чего девушка пятится назад. — Конечно ты будешь слушаться. — Значит, я могу вернуться к себе? — неуверенно и тихо спрашивает Чика. — Нет. — Я оставила дома телефон. Рюу может мне его привезти? — Нет. — Но почему? — она чувствовала совсем глупо, задавая такие нелепые вопросы, словно он что-то знал, чего не знала она и насмехался над ней. — Ты сама его оставила. Я тебя предупреждал. — Сано, это.. — Ты больше никуда не выйдешь без меня. Этот год ты проведешь взаперти в этой комнате и будешь делать то, что я тебе скажу. — Ты несерьёзно? Вместо ответа в его глазах плескалась чёрная вода. — Если надо, я тебя привяжу. Чика отбрасывает сомнения и бросается на него с кулаками. Конечно, он её крепко хватает. Взгляд всё такой же.. ледяной и отстраненный. Она останавливается, потому что понимает, что ситуация создается опасная и лучше помолчать. Что-то злобное снова сверкает в его глазах и он опять оказывается слишком близко. — Зачем ты решила меня позлить? — Сано, прости... — Слишком короткое платье. Чье внимание ты хотела привлечь? — он опускает одну руку на её задницу и задирает платье. — Чувствуешь, какое короткое. Сердце бешено колотится. Конечно, они уже не раз переспали, но сейчас Манджиро будто был сам не свой. И это её пугало. Она попыталась отстраниться от него: — Это не ты. — Это самый настоящий я. — Ты ведь не обидишь меня. Ты не такой, ты просто не знаешь как выразить свои чувства. — Ты думаешь, ты меня знаешь? — он дергает её и она молчит, не зная ответа на вопрос. Слишком больно рукам. — Ну тогда смотри, — Манджиро быстро укладывает её на постель и прижимает, чтобы она не высвободилась. Самые страшные её опасения вот-вот оправдывались. Сано грубо впивается в её шею, так сильно засасывая кожу, что там проступает кровь. Одной рукой он держит оба её запястья, а второй уже задирает платье и оказывается у неё между ног. Девушка извивается, хочет скинуть его с себя, но силы словно медленно покидают её. Единственное чего ей хочется, чтобы он это сделал быстро и не целовал её. Она отворачивает голову, чтобы не смотреть на всё это и крепко зажмуривает глаза, пока Сано разрывает на ней это несчастное платье и продолжает оставлять на её теле синяки и засосы. Он поворачивает её голову силой и видит как её глаза блестят от влаги. Он переключается и замирает. Майки отпускает её и быстро уходит прочь. Чика остается лежать и сейчас она хотела сбежать отсюда как никогда прежде.

***

— Прости Аяке, мне и вправду не хочется есть, — Чика отворачивается к окну. — Госпожа... пока вас не было, господин практически не спал. Это бы могло её тронуть на какой-то момент, но что с того? Ситуации это не меняло. — Простите, я не должна лезть к вам, — девушка быстро поклонилась и вышла. Манджиро не умел любить как остальные, то есть нормальные люди. Которые, чтобы выразить чувства — стеснялись и запинались в словах, боясь сказать не то. Люди хотели сказать о том, что чувствуют. Делали комплименты девушкам и оказывали знаки внимания. У Манджиро это выражалось иначе, а точнее было глухо заперто, ведь он перестал любить кого-либо ещё давно, когда потерял всех своих близких. Так было проще, но очень одиноко и его человечность постепенно покидала его. До того дня.. Когда обычная милая девушка решила его накормить. Если обычный парень стал бы за ней ухаживать и приглашать на свидания, то он решил сразу забрать её. Если обычный парень, увидев, что с его девушкой кто-то пытается познакомиться, то он просто бы подошел и попросил бы его уйти, но Сано решил его убить. Да, это была ревность. Обычная слепая ревность. Но Манджиро сам не понимал что это было за жгучее чувство, не дававшее ему спать. Это его злило! И решение, чтобы запереть Чику было как следствие этого. А то, что он решил сделать после, не облегчало его состояние. Её взгляд, полный презрения и обиды, преследовал его. Он не мог ни на чем сосредоточиться. Прошло всего два дня, но для него это ощущалось как вечность. Он не решался к ней идти. Ему было стыдно. Но это нужно было решать. Она сидела у окна. Вид был довольно удручающий, даже еще больше чем, когда он её украл в первый раз. Она прекрасно слышала, что он вошел, но не обернулась. «Неужели, снова ненавидит?» — Я принёс твой телефон, — протягивает ей его, но она никак не реагирует. — Не отдавай. Я позвоню в полицию. — Я не собирался это делать. — Разве? — теперь она смотрит на него. Но это был не тот её теплый и мягкий взгляд. Пусть даже она злилась или говорила, что ненавидит, она все равно смотрела с каким-то интересом. И сейчас этот родной казалось взгляд был таким... чужим. Она стискивает зубы и снова отворачивается. Майки прекрасно видит следы своего «преступления» на её теле. На светлой тонкой коже уродливо виднелись синие и багровые пятна. Неужели, это он её так сильно хватал? Это была ревность. Это было обычное мужское желание владеть. Это можно было называть как угодно, но легче от этого не становилось. Он бы хотел, чтобы она принялась кричать на него и не затыкаясь возмущаться. Или чтобы она тут всё переломала. Все что угодно, только не это безразличие. Это было ненормально, но он хотел её разозлить. — Твоя подруга звонила. — И что, — не смотря на него кидает девушка. — Говорила про ужин, который вы планировали. — Я ничего не планировала с ней. — Я сказал, что мы придём. — Ну скажи, что мы не сможем. — Почему. — Потому что я не хочу. — Мы уже договорились. Чика снова смотрит. «Ну-же, позлись хоть чуточку на меня!» — Хорошо, — она встаёт с пола и идет в ванную, показывая, что больше не хочет его видеть. Он очень хотел её отпустить и дать то, что она хочет. Но не мог. Эта съедающая его изнутри ревность не давала ему покоя. Чика сидела молча в своей комнате и ничего не просила. Аяке доложила, что она не притронулась к еде и выглядела не очень здорово. Манджиро решил снова проведать её в этот раз с цветами. В прошлый раз, когда он подарил ей букет белых роз — она рассердилась. Поэтому сделав из этого вывод, что она не любит розы, в этот раз Санзу заказал букет голубых пионов, сказав, что все девушки любят пионы и они очень популярны. Манджиро чувствовал себя глупо с этим большим букетом перед её дверью. Он любил цветы, но ему больше нравились садовые, которые росли в естественной среде, а не срубленные. Ему было все равно на цветочный бизнес, просто предпочитал сады. Но он и представить не мог, что Чика была того же мнения. Она лежала на кровати и снова не обернулась, когда он подошёл. Он сел на край и положил букет рядом. — Это тебе... — Спасибо, — резко говорит она. — Сегодня идем на ужин с этой Кико, — следит за её реакцией. Но она молчит. — Она выбрала какой-то дорогущий ресторан, там кормят ужасно. Снова молчит. — Я не стал с ней спорить. Она зачем-то опять позвонила и рассказывала мне про себя. Чика резко поднимается, хватает букет и бьёт им Манджиро. От её долгожданных эмоций он даже улыбается. — Чего лыбишься?! Можете идти на ужин вдвоём, раз вам понравилось разговаривать! Он не ожидал, что она разозлится именно из-за этого. Но Кико его жутко раздражала и ни капли не привлекала. Чика снова ударяет его букетом, от которого мало что остается. Листья и цветы разлетаются в стороны. — Достал меня! Чего надо?! Сказала же, пойду! Словно у меня есть выбор, если ты что-то решил! — Но... — Я ненавижу букеты! Сам сиди и любуйся на них, не дари мне букеты! — она кидает в него остатки цветов и стебли и снова ложится, злобно отворачиваясь. «Ну вот, она вернулась», — он улыбается своим мыслям и довольный этим встаёт. — Санзу съездит с тобой в магазин. — Мне ничего не нужно. Пойду в том, что есть, — в подушку злобно говорит Чика. — Разве ты не хочешь, чтобы она завидовала? — Плевать я на это хотела. — Хорошо, Харучие сам привезёт тебе наряд.

***

— Я блять не нанимался покупать женские тряпки! Ты должна быть за это более благодарной, — парень устало кидает пакет на пол. Чика ничего не говорит. Санзу что-то ворчит себе под нос и уходит. «Да он издевается!» — Чика достает до жути красивую черную юкату, на которой красным вышиты цветы сакуры. Оно слишком шикарное. Её выводят из комнаты, когда она готова. Манджиро выходит к ней в кимоно такой же расцветки. — Серьёзно? Но вместо ответа он идет на выход, показывая, что и ей пора. В машине довольно тихо. Они оба молчат, но хотят сказать много чего. — Кико пыталась увести Наото, — в этой давящей тишине её голос звучит слишком уж нежно и мягко, хоть девушка и злилась. — Зачем. — Потому что влюбилась в него. — Вы разве с ним не встречались? — На тот момент мы расстались. Но с момента, как я их познакомила, она всегда к нему липла. — Почему ты ей не сказала? — Ну, это было бы глупо. Мы бы поссорились, я не хотела её терять. — Но тебе же было неприятно. — Да, но Наото никогда не давал поводов ему не доверять. — А зачем ты с ней вообще общаешься. — Это странно, но когда я с ней вижусь, то меня охватывает жуткая ностальгия. Я снова в университете на первом курсе. Наото жив и мы планируем свадьбу, всё так беззаботно и наивно. Мне нравится это чувство, — она улыбается. Понятно почему она так разозлилась. Не уж-то приревновала? Манджиро пытается не доставать у себя в голове файл с убийством Тачибана.