Доброе утро, золотце

      Просыпаться по утрам после бурной ночи всегда затруднительно, а когда ты еле шевелишь конечностями так особенно. Тем более, когда ты — Алтан.       Медленно переворачиваясь на бок с тихим кряхтением, Дагбаев натягивает шёлковое покрывало почти до самого подбородка; ткань приятно скользит по телу, обнажая красивые длинные ноги с золотыми цветочными узорами. Молодой человек и не думает просыпаться, но чувствует тёплое дыхание в районе своей шеи и невесомый поцелуй около линии роста волос, словно старающиеся нежно его разбудить. — Открывай глаза, спящая красавица, — знакомые крепкие руки прижимают ближе к разгоряченному телу, вжимая в себя и параллельно вдыхая приятный сладковатый аромат шампуня. Голос у Вадика ещё хриплый ото сна, будто пробуждающий, но Алтан не реагирует на подобного рода манипуляции и укрывается по самый нос. — Поцелуй меня, ведь нам это нравится, — уже окончательно проснувшись, говорит Дракон и сам оставляет множество поцелуев на шее и лице.       Дагбаев недовольно что-то мычит, морщится от прикосновений к себе и переворачивается на другой бок, утыкаясь носом в татуированную крепкую грудь. Просыпаться уж точно теперь не хочется, поэтому бурят отрицательно мотает головой, насколько это ему позволяет лежачее положение, и продолжает мирно посапывать. — Ну же, золотце, вставай. Нас ждут великие дела, — Вадим перебирает пальцами мягкие тёмные, словно ночное небо, волосы и улыбается. За несколько лет работы на семью Дагбаевых, он понял одну вещь — Алтан до безумия милый, когда спит.       Его Золотейшество, как обожал говорить Дракон, всё же открывает глаза, сладко потягиваясь, и невольно морщится от солнечного света, проникающего в комнату из-за незакрытых штор. — В следующий раз напомни или выгнать тебя, или прибить. Поспать нормально не дал, — хрипит из-за сорванного ночью голоса Дагбаев младший и встаёт с постели. — Обязательно, золотце.       Парень бросает недовольный взгляд на Вадика, натягивает на голое тело атласный чёрный халат с цветочными узорами, как на татуировках, и скрывается в ванной комнате. Такой домашний уютный, если можно так сказать, Алтан с растрёпанными волосами вызывает у Вадима столько щемящих грудь чувств, что он сопротивляться им не может, да и не хочет в принципе.       Дракон вздыхает, тихо смеясь, одевается и заправляет постель, пока Его Золотейшество нежится под горячими струями воды. Идёт на кухню за кофе для своего босса и себя, параллельно по пути захватывая парочку сладостей. Всё-таки он был прав — Алтан милый, только, когда спит.