Быть рядом

Пик никогда не был растерянным. Он всегда точно знал, что делать и как поступить. Даже самые непонятные ситуации разрешались благодаря его решимости. Когда Фёдор переселил клонов в реальный мир, характер восьмого не изменился. Нужно сказать, что жить в одном доме с клонами было сущим адом. Особенно с Вару. Постоянный смех и плач резали слух и не давали нормально существовать. Кажется, отсутствие нерешимости у Пикового короля здорово сочеталось с отсутствием забот и проблем у его валета. Но всё меняется. Знаете, говорят, что порезы на руках — крик о помощи. Порезы на бёдрах — скрытый крик. А порезы на ключице никто не видит. Это не вой и не вопль, призывающий вытащить больного из пучины апатии. Заметил их Пик случайно. В галерее за прошедшее лето он наткнулся на фото с самого жаркого дня. Вару там качался на качелях, и его футболка трепещала и тянулась вниз. Еле заметные полосы. Признаться честно, они заставили короля забеспокоиться, но не смотивировали что-то сделать. Может, просто царапина. Но он ведь ни разу не видел под одеждой низ шеи пятого. Удачно подобранные футболки отлично скрывали всё нежелательное и избавляли от ненужного внимания. Настроившись на серьёзный разговор с целью успокоить орущее от тревоги сердце, Пик направился к зелёной комнате, но остановился у двери. А с чего он, собственно, так волнуется? Вару не Зонтик и сам разберётся. Но щемящее чувство в груди не ушло. Всё же приняв решение убедиться, что это простые царапины, Пик без стука вошёл в комнату. Зелёноволосый поднял взгляд на гостя. После недолгого молчания восьмой всё же приказал: — Покажи ключицы, — когда он заметил нотку испуга на лице валета, решимость пропала. Впервые. С чего он так боится увидеть то, о чём подозревал? А если бы это был кто-то другой, скажем, Феликс, он бы так же беспокоился? Определённо нет. Задумавшись, пиковый не заметил, как оказался в коридоре, а дверь захлопнулась перед его носом. — Вару? — Это не твоё собачье дело. Дыхание сбивается от страха и непонимания. Что могло произойти? Ужас сковывает от осознания своей беспомощности. Что он может сделать? Остаётся только одно. Быть рядом.