чувство штиля

в грудной клетке было странное ощущение, когда я пропустила через себя строчки «если не вынесу себе мозги сделай так, чтоб я проснулся с тобой» взгляд падал на его прямые локоны цвета только-только созревшей пшеницы. он был идеальный. особенно в свете софитов. так я думала в детстве, а сейчас понимаю, что у каждого человека есть свои скелеты в шкафу. мои скелеты давно сидели у меня на шее и давили, придавливая буквально к земле. в очередной панической атаке в мыслях всплывали его слова, сказанные мне во сне. «не сдавайся» пф, казалось бы, так просто. хуй там плавал — так я любила говорить ещё в школе. как можно спокойно жить и быть счастливым, когда ты никому не нужен? даже таракану в прокуренном подъезде на тебя похуй. знаешь, ты был моим любимым исполнителем на протяжении 5 лет. в этот вечер я была на твоём концерте. а после него мне ничего не остаётся, кроме как пойти к мосту, ведь 50й лучший и последний день моей жизни должен завершиться ровно через 2 часа. решалась не долго, ведь и терять особо было нечего. но я всегда давала всему шанс, поэтому эти 50 дней должны были вернуть желание к жизни. правила были просты: сделать всё, что сможет помочь. естественно всё началось с наркотиков. под экстази получались самые эстетичные фото для инстаграма. он должен был остаться напоследок, чтобы там был статус светлая память и заходящие туда люди делали вид, что им очень жаль. а им просто похуй. как и всем. меня заебали грустные лица каждый ёбанный день на улице, хотя, уверена, моё не лучше. ну, а как по другому, ведь, россия для грустных. за эти 49 дней произошли невероятные вещи. я мечтала творить хуйню — и я это делала. может мне и было хорошо в моменте, но возвращаясь домой мне всё равно хотелось умереть. невозможно жить в мире, где невозможно быть счастливым. где ты чувствуешь себя в клетке. каждый день ты просыпаешься с мыслью о том, как бы выжить. так зачем выживать? все эти мысли били набатом в моей голове, не давая спокойно вздохнуть, пока я держала путь к мосту. интересно, когда моё тело коснётся дна реки, я смогу почувствовать свободу? мне хотелось умереть красиво, потому что всё остальное в моей жизни было некрасивое. мне всегда хотелось идти наперекор, но это было страшно. за эти 49 дней, я научилась это делать, но теперь это было бесполезно. оставался 1 час 26 минут до того, как земля уйдёт из-под ног. считаю ли я суицид слабым поступком? нет. собственноручно убить себя, зная, что впереди может быть ещё очень много всего. я бы сказала, что суицид — это преждевременно. вдруг завтра ты случайно встретишь по пути на работу своего будущего мужа итальянца, который не знает английского и вы познакомитесь через переводчик, а потом ты выучишь язык ради него. или вольёшься в ахуенную компанию друзей, с которыми вы поедете в трип по америке и устроите шумиху на всю калифорнию. никто не знает, что будет дальше. а ты это всё убиваешь. но я не смогла подчиниться системе менеджеров среднего звена с изюменкой совкового прошлого в сознании. я не смогла вытерпеть дикое чувство одиночества, преследующее меня каждый чёртов день, оно ходило за мной, как тень и даже во сне лежало рядом. единственное, что спасало — это он и его музыка. правда, один раз он чуть меня не убил. набрав ванну и взяв лезвие — на фоне звучал мой ангел — резала вдоль, а не поперёк. но я не модель и он меня не спас. не знаю, какие дьяволы меня тогда спасли. могла бы сказать, что произошло чудо, но я не верю в чудеса. время близилось к концу — оставался всего час. как будто ненавистный урок алгебры. только почему-то этот промежуток мне хотелось растянуть. нет, это был не страх, а как будто восьмое чувство кричало, что рано и всё-таки надо не сдаваться. но я не верила ему. мама говорила, что всё у меня будет хорошо — ей я тоже не верила. да и в себя не верила. может быть зря, но этого уже не узнать. поздно. с моста открывался невероятный вид. умереть красиво — значит умереть в питере. здесь надо не пить, а бросаться с моста в бездну. ну и пить тоже можно. в 21 первый день, напившись, я прыгнула в неву. было весело. я ни о чём не жалею. хотя всё-таки жалею. о том, что никогда не чувствовала любви. наверное, это очень приятно. особенно взаимно. ты наливаешь горячий чай в две кружки в холодный зимний вечер и вы ложитесь на диван в гостинной смотреть шрека. на полках висит гирлянда холодного белого цвета. ты чувствуешь теплые объятия. а с утра напоминаешь надеть шапку. мне грустно, что всё заканчивается так паршиво, но ничего уже не изменить. поздно. осенний ветер развивал мои локоны чёрного цвета, как та бездна, в которой моё тело будет через каких-то 43 минуты. руки замерзали. как люди, бегущие ранним утром на работу. все они куда-то спешат, а на самом деле спешить-то некуда. вселенная бесконечна. а жизнь нет. как-то глупо получается. да и жить вечно скучно. да и не вечно тоже. стоя на краю моста я на грани реальности и абсурда. не верится, что это всё происходит со мной. как-то лет в 15, сидя в ванной и делая порезы на левой руке, я пообещала себе, что когда-нибудь это закончится. тогда я имела в виду чёрную полосу, а сейчас жизнь. удивительно, как всё меняется. но жизнь циклична, осень сменяется зимой, весна — летом, но моя чёрная полоса так и осталась. в семье не без урода, как говорится. возможно мне стоило бы заглянуть к психотерапевту, но, как пел великий, у нас алкоголь дешевле, чем учебник, у меня попросту не было на это денег. говорят, счастье не в деньгах. возможно. но для счастья нужны деньги. как минимум, вылечить больную душу они могли бы. но уже поздно. кстати, я буду погружаться в бездну в любимой толстовке. всегда чувствовала в ней его частичку. белым по чёрному были вышиты буквы логотипа dd. а сзади единорог. символ силы и красоты. ни то, ни другое мне не свойственно. а ему — да. все эти 49 дней меня сопровождал его красивый голос, положенный на биты. эта музыка была живой. в панической атаке успокаивала. а алкоголь в крови веселила. было эстетично сидеть в 4 утра на кухне, на незнакомой квартире и выслушивать чужие проблемы под тихое сопровождение его голоса. я правда пыталась дать поддержку тем людям, имена которых уже не вспомню, пока в голове отсчитывала дни до своей смерти. с каждой минутой чувство тревоги поглащало всё больше и больше. прыгать рано. остались какие-то считанные 10 минут. я перелезаю черед огорождение и держусь за него руками. теперь не мешает ничего, всего лишь один шаг и совсем не хэппи энд. я рассматриваю грязную воду, по которой медленно плывёт туристический кораблик, так же не спеша, как мои последние 9 минут. по набережной идёт семья. мама, папа и сын. они держутся за руки и смеются. у меня такого никогда не было, хотя может и хотелось бы. но уже поздно. 8 минут. в далеке виднеется мост, красиво подсвеченный яркими огнями. 7 минут. сзади слышится шум проезжающих машин. они куда-то спешат, видимо им есть куда. 6 минут. ветер начинает сильнее дуть в лицо, минуты как будто летят быстрее. 5 минут. шум города поглощает. 4 минуты. фиксирую взгляд на окне жилого дома, в котором гаснет свет. 3 минуты. смотрю на небо, полная луна освещает путь. 2 минуты. «не сдавайся» 1 минута. прости, я сдалась. вздох. шаг. темнота. стоп. что? чья-то крепкая хватка на талии.